Человек – не товар

Вчера депутаты Госдумы приняли в первом чтении правительственные поправки в Уголовный кодекс РФ, которые позволят правоохранительным органам эффективнее бороться с работорговлей в России. (Фото: Сергей Куксин, "РГ")

В 2004 году, по словам полномочного представителя правительства в Госдуме Андрея Логинова, по этой статье (1271) Уголовного кодекса было зарегистрировано 18 преступлений, а в 2007-м – уже 112. Впрочем, и это далеко не полная статистика. На самом деле сделок, связанных с покупкой, перепродажей людей, было несоизмеримо больше. Современные работорговцы заключали подобные сделки даже не "для эксплуатации" человека (хотя это не исключалось), а для того, чтобы получить прибыль на разнице цены при его перепродаже. Однако подобные "торговые операции", угрожающие жизни и здоровью людей, где товаром была личная свобода человека, не всегда попадали под действие нормы из УК. Там главным квалификационным признаком, судя по правоприменительной практике, было именно это – цели эксплуатации. Не докажешь – не накажешь. Но, как заметил председатель думского Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников, который также внес законопроект с уточнениями в эту статью УК, людей продают не только для того, чтобы их кто-то потом эксплуатировал, но и "для трансплантации органов, иногда продаются несовершеннолетние для последующего усыновления и так далее – причин и почвы для такой торговли, к сожалению, достаточно". Между тем "за последние несколько лет до суда дошло всего десять уголовных дел", что, по мнению Крашенинникова, говорит о том, что эта норма УК несовершенная. Не случайно сразу три субъекта законодательной инициативы вносят в нее изменения. Впрочем, сам Крашенинников снял свой законопроект с альтернативного голосования, поддержав правительственный вариант. А вот Сергей Иванов считал, что законопроект, внесенный фракцией ЛДПР, "более целесообразен и более полезен в правоприменительной практике". В нем предлагалось конкретизировать – не просто купля-продажа, а "купля-продажа человека вопреки его воли, путем обмана, мошенничества, похищения или использования его в беспомощном состоянии". Чтобы работорговец потом не говорил про свою жертву – "это он сам нанялся, продал себя, заключил сделку по доброй воле". К тому же либерал-демократы предлагали ужесточить наказание за торговлю детьми, независимо от их возраста. "Не смертную казнь, конечно, – уточнил Сергей Иванов, – но до 20 лет лишения свободы". Правительственный законопроект предлагает расширить норму, уточнив понятие "торговля людьми". Это вообще всякая "купля-продажа человека, а также совершенные в целях его эксплуатации вербовка, передача, укрывательство и получение". Но если при этом работорговец сознательно воспользовался беспомощным состоянием человека или жертвой его сделки стала беременная женщина, его вина, а значит, и наказание усугубляются.

Дискуссия по законопроектам оказалась очень напряженной. Было заметно, как непросто депутаты выговаривают эти слова – "купля-продажа человека". "Неправильно это, – не выдержал в конце концов Павел Крашенинников. – Купля-продажа всегда связана с товаром. И человек был товаром, когда был рабом. Только это термин из римского права". Крашенинников считает, что нужно перейти к термину, который используется в международных актах – "сделка с человеком".

Хотя, как ни называй, это ужасно, "когда мать продавала своего ребенка за бутылку водки и не несла никакого наказания за это", – заметила Екатерина Лахова ("Единая Россия"). Геннадий Гудков ("Справедливая Россия") предложил доработать правительственный законопроект ко второму чтению так, чтобы "мы действительно возвели торговлю людьми в ранг серьезнейшего преступления, включая все этапы его совершения". "Поскольку организованные банды преступников специально для того, чтобы уйти от ответственности, разрывают это преступление на отдельные его составные части, каждое из которых вроде бы выпадает из-под уголовного преследования", – сказал Гудков.

Дума приняла вчера также в первом чтении правительственные поправки в Уголовный кодекс и Кодекс об административных правонарушениях, ужесточающие наказание за незаконную порубку деревьев и кустарников. Штраф увеличивается в пять раз – с 200 тысяч до одного миллиона рублей. Но у "черных дровосеков" есть и шанс провести до шести лет вдали от
природы – за решеткой. Депутаты поддержали в третьем, уже окончательном чтении и поправки в УК, усиливающие позиции борцов с терроризмом. Чиновнику, допустившему служебный подлог или халатность, которые повлекли "существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства", грозит штраф до 500 тысяч рублей или возможность на четыре года лишиться свободы и служебной перспективы.

Тамара Шкель, "Российская газета" – Федеральный выпуск №4616 от 20 марта 2008 г.

http://www.rg.ru/2008/03/20/duma.html