Не абстрактное наказание

Артхаусный художник Илья Трушевский проведет пять лет в колонии общего режима за изнасилование. Такое решение принял Басманный суд Москвы 2 марта. Эта история могла бы стать рядовым событием, если бы общество не возмутила моральная поддержка уголовнику, оказанная частью профессионального сообщества.

Напомним предысторию. Илья Трушевский в паре с приятелем хиппстером 30 апреля с часа до 5 часов утра, находясь в состоянии алкогольного опьянения, совершил изнасилование 18-летней студентки МГУ имени М. В. Ломоносова. Сначала, по версии следствия, гостью изнасиловал приятель Трушевского, после чего он покинул квартиру художника. Тогда к беспомощной девушке начал приставать сам Трушевский. «Девочка кричала и сопротивлялась», – вспоминает свидетель обвинения Никифоров, который и вызвал милицию. Медики обнаружили у жертвы синяки, ссадины, следы побоев.

В своем блоге Трушевский ни чуть не смущаясь, написал, что обвинение в изнасиловании ложь, девушка была согласна, а он, это всем известно в Москве, «любит жесткий секс!».

О несерьезности предъявленных ему обвинений Трушевский писал своим оппонентам в блоге: «Вся прокуратура ржала, несколько часов пока мы составляли текст, и это не быдло-менты как почему-то считают большинство девочек с «котиками на юзерпиках», а нормальные взрослые профессионалы, в том числе и женского пола. И они ржали два часа. Нам, правда, было весело. Прокурор мне сказал, что я подарил ему год жизни. И много интересной информации о молодежи. Мне не надо было откупаться».

Над чем конкретно «ржал» моральный подонок и насильник сказать может только он сам. У изнасилованной девушки все лицо было в крови. Кровью был залит глаз. Это не считая многочисленных синяков.

О любителе «жесткого секса» Трушевском в Москве известно не только прокурорам. Наверное, поэтому, не дожидаясь конца расследования уголовного дела, оказывая, тем самым, общественное давление на следствие, 2 июня центр современного искусства «Винзавод» вручил Трушевскому премию «Моральная поддержка». Бывший арт-директор центра, а на тот момент его представитель Николай Палажченко, наградивший насильника, заявил, что считает «недопустимой ситуацию, при которой институции и кураторы дистанцируются от коллег, находящихся под следствием, исключая их из художественной жизни и отрезая им возможности для профессиональной самореализации».

Достоин ли насильник-художник премии, каждое сообщество решает самостоятельно. Видимо, искусство в представлении представителей «Винзавода», требовало жертв. При чем не абстрактных. Исходя из данного принципа, премию «Моральная поддержка» от своих профессиональных сообществ должны получать гаишники-взяточники и чиновники-казнокрады. Ведь первый знает правила дорожного движения, а второй умеет исправно и в срок подписывать бумаги.

Вручение премии «Моральная поддержка» представителями «Винзавода» на фоне морального облика «ржущего» художника выглядит логичным и даже закономерным. Степень морали, исходящая от Трушевского, представляющего сообщество, должна быть соразмерна моральному облику самого сообщества, либо людей, решивших наградить Трушевского «за подвиги».

Вся эта мерзкая история была бы менее мерзкой, если бы представители «Винзавода» в какой-то момент поняли, что, награждая Трушевского (не просто поддерживая, а именно награждая), откровенно заигрывают с законом и обществом. В России многие живут по понятиям, в том числе, внутрикорпоративным, но иногда понятия расходятся с законом и приходится нести ответственность за свои поступки, в том числе уголовную.

Что удивительно, моральная поддержка Трушевскому теперь, действительно, необходима. Суд вынес свое решение, и оно отнюдь не виртуальное или абстрактное. Суд не разбирался в том, насколько талантлив художник, подает ли он надежды и сколько, вообще, подобных перспективных художников в России. Пять лет в колонии общего режима могут заставить пересмотреть взгляды на жизнь любого человека.