Нужна служба мягкой посадки

Представители правоохранительного сообщества предложили четко определить, кто же должен смотреть за домашними арестантами.

На выбор предложены двое кандидатов: тюремное ведомство и служба судебных приставов. Примечательно, что полиция предпочитает в этом вопросе остаться в стороне.

Такое предложение прозвучало вчера на внеочередном заседании Комиссии Общественной палаты по общественному контролю за деятельностью и реформированием правоохранительных органов и судебно-правовой системы.

Представители гражданского общества и правоохранительной системы сели за "круглый стол", чтобы обсудить пугающую практику арестов. Людей забирают под стражу даже тогда, когда особого смысла в аресте как будто нет. Кому опасен на свободе, скажем, директор школы и талантливый учитель? А если он умирает за решеткой, кто должен отвечать?

Давно говорится, что правоохранители должны изменить свою привычку бросать человека в каземат. Кроме ареста есть масса других мер пресечения, скажем, залог или домашний арест. Так почему же неволя опять несет смерть?

По мнению экспертов, проблема еще и в том, что пока не ясно, кто же должен контролировать домашнего арестанта. По важным делам правоохранительные ведомства и спецслужбы еще могут организовать человеку "домашние посиделки". Однако в потоке следственной рутины следить за подследственным на воле практически некому, и его предпочитают держать под замком.

Как заявил вчера первый заместитель начальника Главного следственного управления МВД России по Москве Игорь Веретенников, ответственность за граждан, которые по решению суда находятся под домашним арестом, должна, по его мнению, нести Федеральная служба исполнения наказаний или судебные приставы.

– По Москве одиннадцать человек были под домашним арестом, из них сейчас семь находятся в розыске, – сообщил Игорь Веретенников. – Это связано с тем, что закон не предусматривает, кто должен контролировать людей, находящихся под домашним арестом.

По его мнению, органы предварительного следствия не должны следить за гражданами, находящимися под домашним арестом.

– Считаю, что нужно внести инициативу, определяющую орган, который будет инициировать и отвечать за домашний арест, – отметил он.

Всего, по его данным, за девять месяцев текущего года в столице к уголовной ответственности было привлечено 26 тысяч 368 человек, из них 6 тысяч 362 человека были заключены под стражу. Оценивать эти цифры можно по-разному. С одной стороны, вроде как за решеткой оказывается лишь четвертая часть подсудимых. С другой стороны, в арестованной "четверти" был Андрей Кудояров, которого обвиняли во взятке. Дело неоднозначное, но он теперь в любом случае навечно невиновен. Неужели нельзя было разобраться, не сгубив человека? И почему этот вопрос приходится задавать раз за разом?

В свою очередь, заместитель директора ФСИН Алексей Величко также отметил, что необходимо законодательно определить, кто будет следить за людьми, находящимися под домашним арестом. Он отметил, что на данный момент по России при избрании такой меры пресечения, как домашний арест, применяется более 200 электронных браслетов. Эти браслеты для обвиняемых применяются в качестве эксперимента. В Москве, как было сказано на заседании, "работают 14 электронных браслетов". До конца месяца планируется ввести до 79 браслетов. Об этом сообщил председатель наблюдательного совета Общероссийского общественного фонда "Офицеры России" Антон Цветков. В перспективе для контроля за домашними арестантами могут быть внедрены и видеокамеры.

Владислав Куликов, "Российская газета" – Федеральный выпуск №5613 (237)