Суд в себе

Конституционный суд укрепляет «круговую оборону» судейского сообщества от посягательств на исключительные права и иммунитет служителей Фемиды. Вчера КС перекрыл лазейку в законодательстве, которая давала возможность следственным органам и прокуратуре вмешиваться в правосудие, даже когда решение судьи представляется сомнительным.

Высшая судебная инстанция сочла неконституционными несколько положений Уголовно-процессуального кодекса и закона «О статусе судей». Эти статьи позволяли возбуждать дело против судьи за вынесение им заведомо незаконного решения, даже если этот «неправильный» вердикт еще не был отменен вышестоящими судами. КС посчитал, что таким образом правоохранители вмешиваются в компетенцию судебной власти.

Председатель КС Валерий Зорькин, оглашавший решение по делу, пояснил, что с точки зрения суда «взаимосвязанные положения» трех статей УПК (144, 145 и 448) и 16-й статьи закона «О статусе судей» идут вразрез сразу с несколькими фундаментальными принципами Конституции. «Судья обладает неприкосновенностью, а судебные акты находятся под особой защитой государства, – напомнил Зорькин. – К сожалению, в жизни бывают ситуации, когда судья совершает проступки (и более того, преступления), но никому не позволено, чтобы неотмененный, действующий судебный акт кем-то подвергался сомнению».

Защищать иммунитет судебной системы КС пришлось после рассмотрения жалобы отставного военного судьи из Ростова-на-Дону Сергея Панченко. В мае прошлого года Следственный комитет при прокуратуре возбудил против него дело по 305-й статье УК – «вынесение заведомо неправосудного решения». Подозрение у следователей вызвал вынесенный в 2004 году вердикт военного судьи. Возглавлявший тогда Ростовский гарнизонный военный суд Панченко удовлетворил иск группы отставных военных к военкомату о взыскании долгов по пенсии. Следствие считает, что «в результате пенсионерам было излишне выплачено более 5 млн рублей».

«Странно, что следствие не занялось этим делом пять лет назад», – удивляется адвокат опального экс-судьи Игорь Яшков. Более того, решение, вынесенное Панченко, впоследствии не было отменено, а следовательно, и сейчас считается законным. Но Высшая квалификационная коллегия судей (ВККС) – «цеховой» орган, который дает санкцию на возбуждение дела против служителей Фемиды, – разрешила следователям начать уголовное преследование Сергея Панченко. Он пытался обжаловать решение ВККС и в итоге дошел до КС.

Статья 305 УК, по которой обвинялся судья Панченко, едва ли не самая тяжелая для служителей правосудия, подчеркнул Валерий Зорькин. Она наказывает за вынесение заведомо неправосудного решения. «Но дело в том, что незаконность и неправосудность решения судьи согласно Конституции должна быть доказана только в высших инстанциях – в апелляционной и кассационной, – напомнил глава КС. – Никакой следователь, никакая прокуратура, никто не может возбудить уголовное дело по этой статье при неотмененном судебном решении».

Однако СК и органы прокуратуры инициируют дело против судьи, не дожидаясь отмены спорного приговора. Более того, в Верховном суде и Высшей квалификационной коллегии судей «также привился такой подход», поэтому Сергей Панченко и вынужден был безрезультатно миновать все эти инстанции, подчеркивает глава КС.

При этом Валерий Зорькин демонстративно отстранился от обсуждения сути претензий, предъявлявшихся к Панченко, а ведь, по версии следствия, своими вердиктами тот пытался помочь отставникам и руководствовался при этом не столько правовыми нормами, сколько своими представлениями о справедливости. «Конституционный суд не занимается делом Панченко, – подчеркнул Зорькин. – Мы не исследуем вопрос о том, хороший он судья или плохой, совершил ли он то, что ему инкриминируется. Мы занимаемся нормой, и тот, кто оказался под действием нормы, должен быть защищен».

С целью такой защиты КС в своем решении предписал «федеральному законодателю» – Госдуме и Совету Федерации внести в УПК и закон «О статусе судей» «необходимые изменения», вытекающие из требований Конституции и нынешнего постановления КС. Законодателям следует поправить те положения оспариваемых статей, которые приводили к коллизиям наподобие дела Панченко. Приговоры и прочие судебные решения, вынесенные в отношении бывшего военного судьи из Ростова, должны быть пересмотрены «в установленном порядке, если для э
того нет других препятствий».

«Конституционный суд, на мой взгляд, вынес правильное решение, – подчеркнула в беседе с корреспондентом «МН» судья КС в отставке Тамара Морщакова. – Из принципа неприкосновенности судей следует запрет на привлечение судьи к ответственности за выносимые им решения». Другое дело, замечает Морщакова, что работник правосудия должен отвечать за заведомо неправомерный вердикт. Поэтому КС в своем постановлении пояснил: не ставится под сомнение возможность расследования мошенничества, взяточничества или другого совершенного судьей преступления, которое и стало поводом для вынесения им неправосудного приговора.

«Судьи зачастую шли на поводу у правоохранительных органов, требовавших, чтобы принимались решения, которые не портили бы силовым структурам показатели раскрываемости, – сказала «МН» руководитель Независимого экспертно-правового совета, бывший судья Мара Полякова. – Поэтому любую возможность оградить судебную систему от этого прессинга можно только приветствовать».

Силовики стремятся подмять под себя судебную систему с помощью угрозы уголовного преследования судей и административного давления на них, также полагает председатель президиума Московской центральной коллегии адвокатов, доктор юридических наук Игорь Трунов. «Этим объясняется и жестко обвинительный уклон отечественного уголовного правосудия (при сохранении «палочной системы» в следственной отчетности), и смехотворно малый процент оправданий», – заявил «МН» адвокат.

Вместе с тем, полагает Трунов, борьба судейского цеха за независимость «третьей власти» от власти исполнительной может обернуться полной неподотчетностью и корпоративной замкнутостью. «Независимость судей зачастую неправильно понимается как независимость вертикали управления судебной системы, – отмечает Трунов. – Однако судья должен быть независимым и внутри судебного сообщества и опираться на закон, а не на мнение вышестоящих коллег».

Заметим, что и президент Дмитрий Медведев, неоднократно заявляя об опасности судейской круговой поруки, употреблял практически те же выражения. «Судебному сообществу, – говорил президент на встрече с предпринимателями 25 февраля этого года, – нужно избавиться от избыточной корпоративности, когда любое преступление, совершаемое судьей (а мы знаем, что такие вещи происходят), покрываются самой корпорацией».

Михаил Мошкин, Московские новости