ФПП

Такие данные были озвучены на заключительной акции социальной кампании «Пристегнись», которую ГИБДД совместно с Российским союзом автостраховщиков и общественной организацией «Движение без опасности» провело в десятке регионов России.

Немножко пугающих цифр. Согласно исследованию, проведенному Госавтоинспекцией, в котором участвовало более 50 тысяч человек, только половина граждан России пристегиваются в автомобиле. Между тем, по данным статистики, 40 процентов пострадавших в авариях — это пассажиры. Реже всего ремнями безопасности пользуются пассажиры задних сидений. По данным ВЦИОМ, лишь 17 процентов из них пристегиваются.

По словам начальника Главного управления по обеспечению безопасности дорожного движения МВД России Виктора Нилова, использование ремней безопасности снижает вероятность гибели водителя и пассажиров на 50 процентов. Очень многие из погибших в ДТП могли бы выжить, если бы пристегнулись. Причем это касается всех. Водителя, который считал себя достаточно опытным, пассажиров, которые думали, что заднее сиденье — гарант безопасности, детей, которых не посадили в автокресло.

По статистике, ремни безопасности уменьшают риск гибели при фронтальном столкновении в 2-2,5 раза. При боковом — в 1,8 раза. При опрокидывании — в 5 раз.

Поэтому и была проведена эта социальная кампания. На сей раз с акцентом на пассажирах задних сидений автомобиля. В рамках акции был запущен рекламный ролик — забавный пластилиновый мультик, который сейчас даже в прайм-тайм крутят по центральным каналам. Сняты учебные фильмы. Их демонстрируют в автошколах кандидатам в водители, а также и в некоторых продвинутых обычных школах. Символом акции стала матрешка с трехточечным ремнем безопасности. Таким образом организаторы рассчитывали привлечь к теме побольше детей.

По словам президента «Движения без опасности» Натальи Агре, культура поведения на дорогах формируется с первых дней жизни. Сначала в семье, потом в детском саду, в школе — далее в автошколе. Поэтому кампания направлена не только на взрослых, но и на детей. Также в ее рамках были проведены семинары для таксистов. Ведь они не только отвечают за безопасность тех, кого перевозят, но и сами рискуют, если вдруг в момент аварии задний пассажир окажется непристегнутым.

Апофеозом акции стал праздник, который прошел в парке «Сокольники» в Москве в эти выходные. Здесь прошла выставка двухметровых матрешек, раскрашенных художниками в стиле того региона, из которого она приехала. Всего в аллее парка было выставлено 83 матрешки — по числу регионов. Не исключено, что эта выставка попадет в Книгу рекордов Гиннесса — заявка уже подана.

Так же в эти выходные Виктор Нилов наградил победителей всероссийского конкурса «Безопасное колесо», в котором юные инспекторы движения соревновались в знании правил. Победителем пятый раз подряд стала команда из Татарстана. Второе место досталось команде из Тюмени, а третье завоевали представители Липецкой области.

Владимир Баршев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №6099

Директор РОО «Стеллит» Майя Русакова уверена, что ратификация российским парламентом Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия способно качественно изменить ситуацию в России.

Сопротивление: Добрый день, Майя! Вы возглавляете региональную общественную организацию «Стеллит», которая уже не первый год участвует в грантовой президентской программе по поддержке социально значимых проектов НКО. Удалось ли построить процесс взаимодействия с государством в реализации проектов и их финансировании?

Майя Русакова: Действительно, три года назад мы стали участником грантовой президентской программы. Наш проект: «Вместе против КСЭД: Усиление роли общества в противодействии коммерческой сексуальной эксплуатации детей в Российской Федерации» был поддержан и общественностью, и государством. Любой грант требует навыков. Для нас требования программы нормальные, правильные, в отличие от многих бюджетных, где деньги могут приходить в конце срока реализации проекта и их еще нужно успеть освоить. Если говорить в целом, то в России пока не хватает грантов для маленьких проектов или организаций. Годовой бюджет большинства организаций в нашей стране по данным ВЦИОМ около 300 тыс. рублей. Для них написать большую заявку серьезная проблема. Необходимо развивать фонды, поддерживающие местные небольшие инициативы.  

Сопротивление: В чем особенности проекта «Вместе против КСЭД: Усиление роли общества в противодействии коммерческой сексуальной эксплуатации детей в Российской Федерации»? На что он направлен?

Майя Русакова: В рамках проекта реализуется сразу несколько направлений. Выставка «Молния! Внимание, дети!» поднимает такую тему, как коммерческая и сексуальная эксплуатация несовершеннолетних. Эту тему очень тяжело обсуждать с людьми, не имеющими отношения к данной проблеме. Поэтому донести ее до каждого, так, чтобы затронуть, но не оскорбить его чувства — задача многогранная. Сейчас я могу сказать, что мы очень гордимся своим проектом, поскольку в нем удачно совмещены идея и практическая реализация. Выставка интересная, правдивая, а самое главное, развеевает мифы и мобилизует людей на конкретные действия. Материал основан на реальных историях, при этом, все они анонимны. Одна часть выставки рассказывает о проблеме, во-второй дается слово специалистам, третья часть посвящена тому, что люди могут сделать сами, как родители и как граждане.

Сопротивление: Действительно, тема коммерческой и сексуальной эксплуатация несовершеннолетних очень сложная. Насколько к ее обсуждению, к профессиональному обмену опытом готовы российские регионы?

Майя Русакова: В рамках каждой выставки мы даем информацию о региональных центрах, куда граждане могут обратиться и так либо иначе помочь. Эту информация крайне востребована….На сегодняшний момент выставка прошла уже в 8 регионах. В 2013 году она пройдет в Екатеринбурге и Ставрополе.

Параллельно с выставкой в регионах мы проводим тренинг для местных специалистов. На занятиях мы обучаем идентифицировать детей, ставших жертвами, а так же практике реабилитации. Закрепить полученную информацию помогает методическое пособие, разработанное в нашей организации. Сегодня это единственное пособие в России по теме КСЭД. Конечно, это печально. Очень часто специалист сталкивается с проблемой, но не знает где взять информацию о том, как помочь ребенку.

Если говорить о системе по профилактике и пресечению КСЭД, то в этой сфере, буквально, за последние 2-3 года произошли существенные изменения, как на федеральном, так и на региональном уровнях. Россия ратифицировала целый ряд конвенций, направленных на защиту детей и, в частности, детей, ставших жертвами КСЭД. Проблема перестала быть социальным табу, о ней открыто говорят чиновники и специалисты.

Сопротивление: Насколько ратификация российским парламентом Конвенции Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия способна повлиять на ситуацию в нашей стране?

Майя Русакова: Развитие инициатив будет медленным. Но принципиальные шаги уже сделаны. Существуют центры, которые специализируются на этой тематике. В правоохранительных органах все очень сильно будет зависеть от того, как в целом реализуются реформы. По-моему мнению, необходимо выделить подразделение, которое будет специализироваться на преступлениях в отношении детей. Массово обучить всех полицейских специфическим знаниям невозможно.

Сопротивление: Статистика показывает, что количество детей, ставших жертвами коммерческой и сексуальной эксплуатация год от года растет…

Майя Русакова: По-моему мнению, в России растет не количество детей, ставших жертвами КСЭД, а выявляемость и раскрываемость подобных преступлений. То, что на проблему обратили внимание, конечно, позитивный момент. При этом необходимо учесть, что проблема КСЭД никогда не станет столь обсуждаемой в обществе, например, как насилие над детьми. Но нужно понимать, что для эффективного решения проблемы, ее необходимо выделить отдельно.

В последнее время качество помощи детям заметно улучшилось, однако, системного подхода по-прежнему не хватает. В регионах свои проблемы — центров очень мало. В Санкт-Петербурге подобные центры уже давно успешно работают и мы стараемся выезжать туда, где есть желание решать эту проблему. Огромную поддержку нам оказывают аппараты Уполномоченных по правам ребенка, которые в регионах имеют очень сильную базу. Региональные уполномоченные оперативно реагируют на все наши предложения.

Насилие в семье — в нашей стране об этом не принято даже говорить, а тем более принимать какие-то меры. При отсутствии такого важного закона — о профилактике семейно-бытового насилия — российские женщины вынуждены жить в постоянном страхе за свою жизнь. «Бьет — значит любит» — поговорка родилась совсем не на пустом месте.

Более 70% женщин, позвонивших по телефону доверия (Всероссийский бесплатный телефон доверия для женщин, подвергшихся домашнему насилию), признались, что страдают от физического и морально-психологического насилия. Живут в постоянном напряжении в течение многих лет. За 2012 год на телефон поступило более 8 000 звонков от женщин со всей России.

Сегодня кое-где созданы центры по работе с такими женщинами. Есть даже Национальный центр по предотвращению насилия «Анна». Но таких центров буквально единицы. Да и специалистов, несмотря на проблему, которая кричит (в буквальном смысле) из каждого угла, никто не готовит. По данным международной организации Amnesty International, ежегодно в результате убийств на почве супружеских разногласий в России погибает порядка 14 000 женщин. Ежедневно побои от мужей терпят 36 000 россиянок.

Увы, в России таких исследований просто не существует.

Александра Зиновьева, «Московский Комсомолец»

Борьба Общественной палаты за изменение скандального СанПиНа, регулирующего требования к устройству и организации работы детских лагерей палаточного типа, окончилась победой. Накануне Минюст зарегистрировал обновленный СанПиН, в который вошло большинство замечаний профильных экспертов специальной рабочей группы Общественной палаты.

«Бесспорно, это наше достижение, новый СанПиН, по сути, написан усилиями рабочей группы при ОП, эксперты которой подготовили восемь редакций этого документа. Тот текст, который был направлен на утверждение в Минюст, нас устраивает», — заявил руководитель рабочей группы ОП по детскому туризму, главред газеты «Вольный ветер» Сергей Минделевич.

В свою очередь, руководитель Межкомиссионной рабочей группы ОП по общественному контролю за реализацией семейной политики Ольга Костина отметила, что с тех пор, когда два года назад в Общественную палату обратились энтузиасты, занимающиеся организацией детского палаточного туризма, была проделана огромная экспертная и лоббистская работа.

«Мы прошли полный круг переписки с чиновниками разных уровней, разрабатывали и предлагали изменения в СанПиН, поднимали проблему у президента, на встречах с председателем правительства и в Совете Федерации, писали обращения в самые разные государственные инстанции», — сказала Ольга Костина.

По ее словам, убедить руководство страны в ущербности СанПиНа, утвержденного Роспотребнадзором в 2010 году, удалось, во многом, благодаря энтузиазму и напору общественников. Особая заслуга принадлежит редактору газеты «Вольный ветер», который одним из первых забил тревогу после принятия «палаточного» СанПиНа.

Документ разрабатывался ведомством Геннадия Онищенко из самых благих побуждений. В итоге детей решили «обезопасить» настолько, что детский палаточный туризм оказался невозможен в принципе. Так, например, список разрешенных СанПиНом продуктов для питания детей в палаточных лагерях включал молоко, яйца и другие скоропортящиеся продукты. При этом палаточные лагеря не имеют холодильного оборудования.

В скандальном СанПиНе был значительно урезан предельный вес снаряжения, разрешенного для переноски ребенком. И в то же время перечень снаряжения, утверждаемый документом, привел к увеличению нагрузки. Были в СанПиНах и другие абсурдные положения. Например, место проведения ночевки детского лагеря требовалось согласовывать с сотрудниками Роспотребнадзора. В этом месте необходимо заранее разогнать грызунов, скосить траву, убрать все ядовитые растения.

Кроме того, в турлагеря оказалось нельзя брать детей младше 12 лет (в исключительных случаях — с 10 лет), в то время, как, согласно другим СанПиНам, выпущенным тем же Роспотребнадзором, в спортивных секциях туризма и ориентирования можно заниматься с 8 лет. Дорога в палаточные лагеря также была отрезана больным детям и детям с инвалидностью.

Роспотребнадзор регламентировал и оптимальные погодные условия. Например, если в течение трех суток ночные температуры будут ниже 15 градусов Цельсия, то палаточный лагерь надо закрыть, а походной группе нужно немедленно сойти с маршрута. Даже если ближайший населенный пункт находится в сотне километров. Например, в Карелии, Эвенкии или на севере Красноярского края даже летом ночные температуры обычно ниже +15 градусов, в любых горах — такая же ситуация. Согласно СанПиНам, теперь это запретные для палаточных лагерей зоны.

Эксперты в один голос заявляли, что авторы санитарных правил плохо знакомы с детским туризмом, и в походы никогда не ходили. Об этом, в частности, свидетельствовало положение об оборудовании места для обуви внутри палатки, хотя обычно туристы не хранят грязную обувь там, где спят. Забавно с точки зрения профессионалов выглядело и требование к организации спальных мест, где, в частности, предусматривается использование матрасов и подушек совместно со спальным мешком. Во время передвижения для употребления в пищу и мытья фруктов предписывалось использовать только бутилированную воду, имеющую специальные документы.

«То, что нам удалось добиться изменения СанПиНа, доказывает возможность продуктивного диалога между чиновниками и общественниками. Сегодня еще остаются проблемы с перевозкой детей по железным дорогам, но проблема уже сдвинулась с мертвой точки», — заявила Ольга Костина.

Она также отметила, что развитие внутреннего детского туризма может способствовать решению тех задач, о которых сегодня так много говорят в коридорах власти. «Если мы стремимся воспитывать в детях патриотизм, то внутренний туризм — самая легкая возможность добиться успеха. Познавая Россию: ее природу, культуру, историю — дети смогут ощутить глубже страну, в которой живут», — считает Костина.

Член ОП добавила, что в ближайшее время возглавляемая ею рабочая группа выйдет на Администрацию Президента с предложением развивать детские туристские программы в рамках деятельности государства по патриотическому воспитанию детей и подростков.

Пресс-служба Общественной палаты РФ

Пленум Верховного суда России обсудил проект постановления, объясняющего, как правильно освобождать преступников от уголовного наказания.

Бывает так, что человек, конечно, неправ, но можно не просто обойтись без наказания, но вообще закрыть дело. В некоторых случаях закон позволяет освободить преступника от уголовной ответственности. Это значит — человек будет свободен, как вольный ветер, а в биографии не останется и пятнышка. Однако для такого решения у суда должны быть веские причины.

Согласно Уголовному кодексу отпустить человека на четыре стороны можно по нескольким основаниям. Например, в связи с деятельным раскаянием. Это когда он все осознал, а ущерб возместил, при том, что сам грех не так уж велик. Еще одно основание: примирение с потерпевшим. Примерно полтора года назад появилась еще одна норма: закрыть дело можно при экономическом преступлении, если виновник полностью возместил ущерб и плюс к тому перечислил в бюджет компенсацию в пятикратном размере от нанесенного вреда. А еще спасти преступника может срок давности.

Прояснить многие вопросы, связанные с прощением подсудимого, и должно постановление пленума, которое сейчас готовится. Как сказано в проекте, при деятельном раскаянии надо обязательно убедиться, что виновник перестал быть общественно опасным. Также суд не должен верить ни слезам, ни обещаниям: сначала виновник должен возместить ущерб, лишь потом дело можно закрыть. «Обещания, а также различного рода обязательства лица, совершившего преступление, загладить вред в будущем вне зависимости от наличия у лица объективной возможности для их выполнения не являются обстоятельствами, дающими основание для освобождения лица от уголовной ответственности», сказано в проекте. Ущерб, как полагают авторы документа, может быть возмещен в натуре, скажем, предоставление вещи того же рода и качества, ремонт или исправление поврежденного имущества. Но компенсировать убытки деньгами тоже хорошо, а иногда даже намного лучше. «Разрешая вопрос об утрате лицом общественной опасности, необходимо учитывать всю совокупность обстоятельств, характеризующих поведение лица после совершения преступления, а также данные о его личности», сказано в проекте.

Большие споры вызвал вопрос, разрешать ли примирение виновных с пострадавшими судьями или полицейскими. В нынешнем варианте в проекте сказано, что закон не предусматривает каких-либо ограничений для освобождения от уголовной ответственности в зависимости от должностного статуса потерпевшего. Например, оскорбил человек судью или полицейского, потом искренне извинился, что делать? Однако представители Генпрокуратуры полагают, что пострадавшим в данном случае считается не только человек в мундире или мантии, но и государство. Заместитель Генпрокурора Сабир Кехлеров отметил, что если полицейский, которого, например, ударил пьяный гражданин, может примириться с ним по-человечески, но как представитель государства он на это не имеет права. После обсуждения проект постановления был отправлен на доработку.

Владислав Куликов, Российская газета

Одна из первых мирных комнат уже действует в арбитражном суде Свердловской области. За время ее работы в общей сложности там уже проведено более 70 задушевных бесед по конкретным делам. И во многих случаях вопрос действительно решился миром.

Председатель Высшего арбитражного суда России Антон Иванов не раз подчеркивал, что нашему обществу жизненно необходима программа снижения конфликтности. Мы слишком любим спорить и что-то доказывать друг другу до хрипоты, даже до крови. А ведь доброе слово тоже обладает немалой силой.

Изменить атмосферу в обществе призван был закон о медиации (примирительных процедурах), принятый несколько лет назад. Но пока дело мира развивается медленно. Поэтому суды стараются различными путями подтолкнуть процесс.

Например, комната примирения, открытая в Арбитражном суде Свердловской области, представляет собой небольшой зал, в котором места для сторон и медиатора расположены в форме треугольника. Как рассказывают специалисты, это обеспечивает равенство всех участников. В комнате посменно дежурят медиаторы, график их работы публикуется на сайте суда. Первоначально переговоры бесплатны. «Еще в 2008 году Центр медиации и права при поддержке полномочного представителя президента России в Уральском федеральном округе реализовали большую программу по продвижению идей медиации, — рассказала «РГ» научный руководитель Центра медиации и права Цисана Шамликашвили. — Поэтому неудивительно, что именно в Екатеринбурге открывают комнаты медиаторов. Нас это радует. Какова роль этих комнат? Очень важно, чтобы в судах велась большая разъяснительная работа. Судьи сами могут и должны направлять стороны на медиацию».

При этом, по ее словам, у судьи не так много времени, чтобы разъяснить суть медиативной процедуры. А вот в комнатах медиатора можно проводить полноценные информационные сессии. «Также очень важно, чтобы у сторон была возможность провести хотя бы краткосрочную процедуру медиации, часа на 3-4, на безвозмездной основе, — говорит Цисана Шамликашвили. — Потому что платность процедуры, еще мало известной, будет отпугивать граждан. В этих комнатах должен быть список аккредитованных медиаторов, чтобы стороны могли выбрать. То есть, по сути, эти комнаты должны перерасти в полноценную службу медиации в Екатеринбурге. Но на сегодняшний день, повторюсь, наверное, одним из самых главных является информирование как отдельных граждан, так и профессиональных групп».

Проводятся различные эксперименты и в судах общей юрисдикции. Например, с весны 2011 года проходит эксперимент по развитию примирительных технологий в Северной столице — на базе Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга. Как рассказывают судьи, при поступлении заявления в суд, они оценивают целесообразность проведения примирительной процедуры, и если есть смысл — приглашают медиатора. Конечно, это делается после согласования со сторонами, так как при мирных переговорах важна в первую очередь добрая воля. На первом этапе стороны не несут расходов по оплате процедуры. А значит, рискуют разве что потерей времени.

А в Башкирии при участии Ассоциации юристов России на днях прошел «круглый стол», посвященный развитию медиации в республике. На нем прозвучало предложение публиковать на сайтах судов информацию о мирных способах разрешения споров. Сейчас обсуждается вопрос введения медиации и в уголовных делах, а также при административных спорах (спорах гражданина с государством). Правда, не все юристы поддерживают эту идею. «Медиация не может быть распространена на все виды правоотношений в силу их специфики, — сказал «РГ» доктор юридических наук Иван Соловьев. — Основные принципы медиации — добровольность (когда все стороны согласны на это), равноправие (предусматривает отсутствие прямой властной подчиненности), прозрачность процедуры и ее конфиденциальность — не всегда могут быть применены и не всегда будут соответствовать закону при рассмотрении дел, связанных с совершением уголовно наказуемых деяний».

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №6090

Общественники вправе присутствовать при приеме полицейскими граждан, наблюдать работу дежурных частей и патрульных нарядов, смотреть, как обеспечивается охрана порядка на всевозможных массовых мероприятиях, как соблюдаются права задержанных, насколько социально защищены сами сотрудники полиции и даже принимать участие в аттестационных комиссиях. То есть, член Общественного совета может повлиять на дальнейшую карьеру полицейского. Права и обязанности прописаны в специальной памятке о работе Общественного совета при МВД России, которая выставлена на сайте организации.

Спустя два года, как этот важный институт гражданского общества был утвержден указом президента, он, по сути, становится серьезным инструментом, регулирующим взаимоотношения граждан и полиции. Впервые очередное заседание Общественного совета прошло во всероссийском масштабе в режиме видеоконференции. Министру внутренних дел России Владимиру Колокольцеву важно было услышать мнения общественников из регионов. Тем более, что министр считает работу многих территориальных организаций формальной, их роль — приниженной, а возможности — нереализованными.

С мнением министра согласен и председатель Общественного совета при МВД России известный адвокат Анатолий Кучерена. Он рассказал, что столкнулся не только с несогласованностью работы отдельных советов, но и с прямой конфронтацией их друг с другом. Выяснение отношений, жалобы, «подметные письма» — вряд ли это способствует выполнению основной задачи организации.

С другой стороны, открытый разговор с представителями регионов обрисовал примерный круг проблем, которые могут и должны решать территориальные общественные советы. Например, в Кемеровской области общественники вместе с полицией взяли под плотную опеку детские дома. Помимо прямой помощи детям, попавшим в трудную жизненную ситуацию, здесь удается оградить сирот от влияния криминальной среды, остановить рост подростковой преступности.

В Республике Коми ежемесячно проводятся заседания Общественного совета в формате «прямой линии». По сути происходит массовый прием населения — каждый житель может позвонить и задать свой вопрос. Причем, эти «прямые линии» — тематические. Например, как оценивается качество оказания полицией госуслуг населению или как обеспечить занятость и безопасность детей летом. В Свердловской области члены Общественного совета проводят акцию «Дежурим вместе». То есть, участвуют в патрулировании улиц вместе с сотрудниками, присутствуют в дежурных частях и на приемах населения.

Кстати, Анатолий Кучерена обратил внимание на важность такого общественного контроля. Он лично посещал некоторые подразделения и выяснил, что официально объявленные дни и часы приема людей, мягко говоря, не всегда соблюдаются. Посетители часами ожидают в приемной начальника, а затем вдруг объявляется его помощник, быстренько собирает заявления и исчезает. Не удивительно, что люди не уверены, что им помогут — ведь даже не выслушали. Более того, по иным так называемым «телефонам доверия» могут нахамить, такие номера нередко совпадают с номерами дежурных частей, а то и вовсе оказываются сопряженными со службой «02». Правильно ли это? По мнению Анатолия Кучерены, «телефон доверия» должен звонить только в кабинете сотрудника службы собственной безопасности.

А Общественный совет при ГУ МВД России по Москве участвует в решении такого «больного» для столицы вопроса, как обеспечение правопорядка на массовых мероприятиях — митингах, демонстрациях, шествиях.

Михаил Фалалеев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №6090

29 мая в Следственном комитете РФ под председательством Александра Бастрыкина состоялось совместное заседание Общественного совета при Следственном комитете и консультативного совета СКР.

На этот раз речь шла об оказании помощи детям-сиротам, оставшимся без попечения родителей. Надо сказать, что «детская тема» для следственного ведомства и его руководства — одна из самых важных.

На вчерашнем мероприятии присутствовали сотрудники центрального аппарата ведомства, члены Общественного совета при Следственном комитете Российской Федерации, члены консультационного совета СКР по вопросам оказания помощи детям-сиротам, оставшимся без попечения родителей. Были также представители Министерства образования и науки РФ и те, кого официально именуют «и иные приглашенные лица».

О чем говорили? Как рассказали корреспонденту «РГ» в пресс-службе ведомства, на совместное обсуждение были поставлены три важных вопроса.

По первому говорили об основных зонах «коррупционных рисков» и проблемах реализации антикоррупционной политики.

Вторая, но не менее серьезная тема — вопросы профилактики подростковых суицидов, оказания детям психологической помощи и применения уголовной ответственности за доведение несовершеннолетних до самоубийства. Детские суициды — это очень больной вопрос. В нашей стране есть регионы, более благополучные в этом отношении, а есть и совсем неблагополучные. Почему такое происходит? И что в этом случае надо делать?

Третий вопрос, о котором говорили, — организация системы отдыха и оздоровления детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. При этом особо подчеркивалась важная роль следственных органов в этой сфере.

Наталья Козлова, «Российская газета» — Федеральный выпуск №6090