ФПП

Мосгордума рассматривает вопрос о внесении поправок в законодательство, чтобы защитить медиков от нападений и травм во время вызовов к пациентам.

Депутаты Мосгордумы рассматривают вопрос о защите врачей столичной скорой помощи от нападений неадекватных пациентов, пьяниц, наркоманов и грабителей. Сами медики просят законодательно закрепить возможность выдачи им на время дежурств электрошокеров и защитных касок. Если эта инициатива будет одобрена в Москве, она может поступить в Госдуму уже в качестве федерального законопроекта.

Поводом для изменения законодательства стало обращение к депутатам Мосгордумы медперсонала столичной Службы скорой помощи. Инициативная группа медиков под руководством спасателя и фельдшера скорой медицинской помощи (СМП) Юлии Нестеровой просит законодательно закрепить возможность оснащения медиков средствами самозащиты.

«Люди, которые призваны спасать чужие жизни, регулярно подвергаются риску лишиться своей», — говорят в своем обращении к депутатам медики.

Так, 4 августа 2014 года сразу две бригады скорой помощи подверглись в разных районах Москвы нападению неадекватных пациентов. В Батайском проезде в Москве 24-летняя женщина устроила пьяный дебош в машине скорой помощи, из-за чего авто попало в ДТП, а на Чонгарском бульваре 45-летний мужчина избил фельдшера. Аналогичные случаи происходят во всех регионах страны. Так, 8 августа 2014 года в Новосибирске во время следования в больницу пациент внезапно накинулся на фельдшера бригады скорой помощи, 43-летнюю женщину, и нанес ей несколько ударов по голове, после чего скрылся. Медицинский работник с диагнозом сотрясение головного мозга обратилась в больницу.

— Последней каплей стал недавний случай со спасателями МЧС в Москве, которых обстреляли из травматического оружия на вызове, — рассказала «Известиям» Юлия Нестерова. — И это были взрослые мужчины, а что делать хрупкой девушке — фельдшеру «скорой», если на нее набросится не контролирующий себя пьяный пациент? В специальном сообществе сейчас зарегистрированы уже 100 тыс. медиков со всей России, подписавшие петицию, которую мы и направили в Мосгордуму.

Медики просят выдавать им для защиты в подобных случаях электрошокеры и защитные каски. В качестве обоснования выбора средств защиты авторы приводят следующие аргументы: каски будут очень эффективны в работе с людьми в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, агрессивно настроенными гражданами, при работе с пострадавшими в ДТП, ведь в случае с первыми тремя группами практически каждый такой пациент целится именно в голову и лицо, и медработники получают черепно-мозговые травмы. Выбор электрошокеров обусловлен тем, что их удобно применять в замкнутых помещениях (таких, как кабина скорой помощи или квартира) в отличие от другого популярного средства самозащиты — газовых баллончиков, которые могут нанести вред самим врачам.

«Для этого необходимо внести соответствующие изменения в Перечень оснащения автомобилей скорой помощи всех классов и бригад всех профилей и в закон РФ «О службе скорой медицинской помощи», — говорится в обращении медиков.

Инициатива врачей рассматривается в комиссии Мосгордумы по законодательству и регламенту, которую возглавляет Александр Семенников.

— Решение по этому вопросу будет принято в середине декабря, — сообщили «Известиям» в аппарате зампреда Мосгордумы Андрея Метельского. 

В случае положительного решения депутаты Мосгордумы подготовят законодательную инициативу по внесению изменений в федеральное законодательство: в ФЗ «О службе скорой медицинской помощи» и Перечни оснащения различных типов медбригад.

Ранее медики уже выступали с инициативами, направленными на обеспечение собственной безопасности, в частности, предлагали внести изменения в ст. 317 («Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа») и 318 УК РФ («Применение насилия в отношении представителя власти»), с тем чтобы на них распространялись те же меры защиты, что и на полицейских. Как ранее писали «Известия», весной этого года заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития Леонид Печатников сообщал о готовности ужесточить наказание за оскорбление врачей скорой помощи и нападение на них. Cами работники «скорой» требовали, чтобы им дали такой же статус, как и у полицейских, а также просили обеспечить каждого члена бригады радиобрелками с «тревожными кнопками».

Павел Кочегаров, Известия

Представители Ассоциации юристов России намерены серьезно доработать законопроект, фактически разрешающий гражданам защищать свое жилье всеми возможными способами. Граница дома может стать священной и неприкосновенной.

Соответствующий законопроект был внесен в Госдуму минувшей весной группой сенаторов и присоединившимся к ним депутатам. Документ помимо прочего предлагает четко прописать в Уголовном кодексе, что «не является преступлением причинение вреда лицу, посягающему на неприкосновенность жилища путем незаконного проникновения в жилище против воли проживающего в нем лица».

Иными словами, когда незваный гость ломится в дом, хозяин будет вправе остановить его любым способом. Ну а если грабитель вдруг при этом погибнет, значит, так ему на роду написано. У правоохранителей претензий не будет, дом — это святое.

Насколько эта идея популярна у граждан, говорить не надо. Тем не менее у правоведов к такому предложению отношение неоднозначное. Ряд серьезных замечаний к проекту высказало правительство страны в своем официальном отзыве. Поэтому недавно документом продолжила заниматься комиссия Ассоциации юристов России по конституционному законодательству и государственному строительству.

К работе подключен и экспертно-консультативный совет при Комитете Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству. «Сохраняющиеся жесткие позиции правоприменителей в данном вопросе в определенной степени нарушают право человека на жизнь, — сказал «РГ» ответственный секретарь комиссии Ассоциации юристов по конституционному законодательству и государственному строительству Дмитрий Кравченко. — Проблема заключается в слишком поверхностном восприятии данного права. Между тем во всем мире под правом на жизнь понимается целая система принципов, в том числе возможность достойного, безопасного, уверенного проживания. Проще это можно выразить в поговорке «мой дом — моя крепость».

В частности, законопроект прописывает случаи, когда для обороны все средства хороши и кровь преступника не ляжет на защищавшегося человека. Например, карт-бланш предлагается дать при защите от изнасилования, когда насильник явно физически сильнее жертвы. Также документ предлагает внести в Уголовный кодекс отдельную статью, прописывающую использование технических устройств для защиты дома или участка, читай, капканов и различных ловушек. Проект вводит такой принцип: что бы ни случилось с тайным гостем, хозяин не виновен. То есть в своем доме можно ставить самые опасные ловушки. Правда, есть важные условия: границы владения при этом должны быть четко обозначены. И, скажем, на заборе участка ставить ловушки или пускать ток по колючей проволоке нельзя. Ведь пострадать могут и те, кто вовсе не собирался забираться в чужой огород.

В свою очередь в Верховном суде считают, что действующее законодательство по вопросам самообороны и так вполне достаточно. К тому же два года назад было принято постановление пленума Верховного суда, разъяснившее важные вопросы, связанные с правом граждан на защиту. Говорилось там и о тех же ловушках в доме. Пленум признал законным использование защитных приспособлений. При этом подразумевается, что незаконные ловушки устанавливать нельзя. Допустим, мины или гранаты на растяжках. Если же ловушки относительно невинные, то есть разрешенные законом, они имеют право быть.

Эксперты, работавшие над постановлением, объясняли тогда корреспонденту «РГ», почему, по их мнению, нельзя вводить в законе принцип, заранее снимающий с хозяина всякую ответственность за судьбу гостя. По их словам, есть опасность, что этим правилом начнут злоупотреблять, например, можно будет убить соседа, зашедшего за солью, и сказать, что была защита. И уж точно будут ссылаться на свое право «защиты жилья» хозяева, убившие гостей-собутыльников в ходе пьяной ссоры. «Более полной реализации потенциала статьи 37 УК РФ «Необходимая самооборона», как представляется, могло бы способствовать принятие и последовательная реализация комплекса мер организационно-правового характера, направленных на повышение информированности граждан об их праве на причинение вреда в состоянии необходимой обороны, а также на снижение количества ошибочных процессуальных решений, выносимых по соответствующей категории уголовных дел (включая их необоснованное возбуждение), — говорится в официальном отзыве Верховного суда России. — Однако соответствующие предложения в законопроекте отсутствуют».

Юристы, работаюшие над доработкой проекта, согласны, что одной из проблем здесь является человеческий фактор: у многих правоприменителей сохраняется консервативный подход. Сейчас комиссия АЮР готовит свои предложения по совершенствованию законопроекта и будет дальше продвигать инициативу.

Кстати, в Госдуме лежит еще один проект, внесенный примерно в то же время. Псковское областное собрание депутатов предлагает внести в статью «Необходимая самооборона» положение, по которому применение насилия к гражданину, незаконно проникшему в жилище или транспортное средство, не будет считаться преступлением. Не исключено, что комиссия АЮР учтет и некоторые предложения из данной инициативы.

Досье «РГ».

Одним из самых громких дел по самообороне стала история студентки Лотковой, открывшей стрельбу из травматического пистолета в столичном метро. По ее словам, она защищала своих товарищей, у которых вышел конфликт с группой посторонних лиц. В результате были ранены два человека. Видеозапись инцидента была выложена и бурно обсуждалась в Интернете. Суд признал ее виновной и приговорил к трем годам колонии. Недавно Лоткова была освобождена условно-досрочно.

Еще одно громкое дело — приговор чемпионке по пауэрлифтингу Татьяне Андреевой. Она зарезала мужчину, который, по ее словам, пытался ее изнасиловать. Следствие не согласилось с такой версией. В итоге суд приговорил девушку к семи годам. Мнения по этому делу в обществе самые полярные.

Анастасия Епифанова, Владислав Куликов, Российская газета

В Госдуме подготовлен законопроект, предусматривающий ужесточение наказания за превышение полномочий сотрудниками ФСИН и МВД.

Депутаты Госдумы Иван Сухарев и Антон Ищенко подготовили законопроект о внесении изменений и дополнений в ст. 286 Уголовного кодекса РФ с целью ужесточения наказания за превышение должностных полномочий с применением насилия. Законопроектом предлагается причислить подобные деяния к категории особо тяжких преступлений и ввести ответственность за них вплоть до пожизненного заключения.

По мнению законодателей, такая мера поможет остановить насилие со стороны сотрудников правоохранительных органов и исключить случаи, когда они остаются фактически безнаказанными, получая условный срок.

В пояснительной записке к законопроекту парламентарии подчеркивают, что инициатива перекликается с позицией президента России Владимира Путина, который заявил, что совершение преступления государственным служащим с использованием своего служебного положения должно являться отягчающим наказание обстоятельством. Депутаты предлагают исключить п. «а» и «б» из ч. 3 ст. 286 УК РФ и ввести в Уголовном кодексе РФ новую статью «Превышение должностных полномочий с применением насилия, специальных средств, оружия и угрозой их применения».

Согласно законопроекту, предполагается, что превышение полномочий с применением насилия или угроз будет наказываться лишением свободы на срок от 5 до 10 лет. Если те же деяния совершены в отношении двух или более лиц, в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, с причинением тяжких последствий или иных отягчающих обстоятельств, то наказанием станет лишение свободы на срок от 7 до 12 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 10 лет.

За деяния, причинившие тяжкий вред здоровью, опасные для жизни человека или повлекшие за собой потерю зрения, речи, слуха или какого-либо органа или утрату органом его функций, предполагается наказывать лишением свободы на срок от 8 до 15 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 10 лет. Если же превышение должностных полномочий с применением насилия повлекло за собой смерть потерпевшего, то наказывать депутаты считают нужным на срок от 10 до 20 лет либо пожизненным лишением свободы.

Член комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Иван Сухарев рассказал «Известиям», что при совершении преступления у сотрудников правоохранительных органов нет чувства неотвратимости наказания по причине того, что они зачастую получают условные сроки.

— Надо сказать, что более 80% приговоров по этой статье — это либо наказание условно, либо принудительные работы. То есть получается, что за кражу в гипермаркете бутылки дорогого виски человек сразу отправляется в тюрьму, а тот, кто ломал кости и вынуждал невиновного взять вину на себя, отделывается условным наказанием. Следует еще обратить внимание на то, что после того, как невиновный, оклеветавший себя под давлением сотрудника правоохранительных органов, уезжает отбывать наказание, настоящий преступник остается на свободе, — сказал Иван Сухарев.

По мнению депутата, увеличение наказания за такого рода преступления вынудит судей назначать уже реальные сроки, а не пользоваться системой корпоративного согласия.

— Они надеются на то, что их начальник договорится с начальником следственного отдела, что чаще всего и происходит. Таким образом, принцип неотвратимости наказания для них отсутствует. А условное наказание за пытки — это не наказание вовсе. Поэтому задача предлагаемой нормы — не посадить несколько тысяч сотрудников, а создать такие условия, в рамках которых они будут четко осознавать, что если завтра они на этом деле попадутся, то будет реальный срок, — подчеркнул Иван Сухарев.

Соавтор законопроекта депутат Госдумы Антон Ищенко пояснил, что на сегодняшний день Уголовный кодекс предусматривает заключение под стражу таких сотрудников, но по факту реальный срок никто не получает. По словам парламентария, этот правовой пробел было решено устранить предлагаемыми изменениями и дополнениями.

— Мы прекрасно помним о событиях в Казани в ОВД «Дальний». Но и там никто посажен не был. Такие примеры можно приводить бесконечно, — заключил парламентарий.

Антон Ищенко считает важным, чтобы сотрудники органов понимали, что сокрытие действий своих коллег повлечет наказание в виде реального срока заключения.

— Нужно прекрасно понимать, что такие сотрудники не должны находиться в рядах правоохранительных органов. Поэтому после освобождения пусть торгуют на рынках или устраиваются работать таксистами. Мундир предполагает другие качества и другую ответственность, — подчеркнул парламентарий.

Председатель комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников одобрил инициативу депутатов и пояснил «Известиям», что если практика покажет, что это может на них повлиять, то можно и нужно это делать. Депутат считает, что самое важное — это обеспечение прозрачности деятельности органов правопорядка.

— К сожалению, такая проблема существует. Но на первое место я бы все-таки поставил правоприменение и то, чтобы принцип неотвратимости наказания был реализован, а не просто поймали одного и показательно посадили. Поэтому инициатива правильная, но подходить к данному вопросу необходимо комплексно, — отметил парламентарий.

Руководитель правозащитного проекта «ГУЛАГу — нет!» Владимир Осечкин принимал участие в разработке законопроекта. По его словам, пытки, избиения, квалифицируемые в УК как превышение должностных полномочий с применением насилия, сегодня широко распространены во ФСИН и МВД.

— Вследствие непрофессионализма и отсутствия реального неотвратимого наказания недобросовестные сотрудники из ложного понимания целей и задач государственной службы пытают людей с целью раскрытия преступлений и зачастую выбивают ложные явки с повинными и самооговоры, обрекая невиновных людей на длительные сроки лишения свободы и оставляя настоящих преступников без наказания на свободе, — заявил правозащитник.

Осечкин рассказал «Известиям», что эксперты и юристы проекта «ГУЛАГу — нет!» изучили следственно-судебную практику последних лет и пришли к выводу, что при установленной санкции «от 3 до 10 лет» в колонии общего режима на самом деле сотрудники правоохранительных органов по таким обвинениям обычно приговариваются к условному сроку, а это абсолютно не пугает и не останавливает тех, кто избивает и пытает сограждан.

По мнению полномочного представителя Адвокатской палаты ЕС в России Александра Трещева, если инициатива направлена на защиту прав и интересов граждан, тем более их здоровья, то она должна приветствоваться. Юрист считает, что ответственность сотрудников правоохранительных органов должна быть выше, чем у остальных, поскольку они представляют закон.

— Им удается избежать наказания по нескольким причинам — это и корпоративная солидарность, и давление их покровителей на судебные органы. Нам надо сделать так, как это принято во всем мире, — если сотрудник компетентных органов наделен властными полномочиями, которые ему дают право задерживать и допрашивать, а он при этом применяет насилие, то в отличие от простого гражданина его ответственность более тяжкая. А у нас всё происходит наоборот. Можно привести много примеров, когда попадает полицейский под суд и уходит оттуда с условным сроком. На сегодняшний день общий тренд — это то, что сотрудник правоохранительных органов получает меньше за аналогичные преступления, чем обычные люди, и это неправильно, — уверен Александр Трещев.

Адвокат, председатель президиума Московской центральной коллегии адвокатов Игорь Трунов пояснил «Известиям», что проблему одними поправками не решить.

— Мы же подменяем понятия. Пытки, выбивания показаний и прочие злоупотребления обусловлены тем, что до сих пор существует палочная система отчетности. А делается это для того, чтобы увеличить раскрываемость и тем самым получить возможность карьерного роста. Поэтому нужно менять систему отчетности, а не Уголовный кодекс, — считает адвокат.

Игорь Молотов, Известия

В следующем году на российских экранах, радиостанциях или страницах газет и журналов можно будет увидеть и услышать блоки социальной рекламы по тематике проблем детей-инвалидов, в том числе девочек-инвалидов в России. Об этом «Известиям» сообщили в Министерстве труда и социальной защиты. Уже завершена разработка материалов креативной концепции по формированию доброжелательного отношения общества к семьям с детьми-инвалидами. Запуск социальной рекламы планируется на 2015 год.

— Материалы созданы в духе общей стратегии информационной кампании госпрограммы «Доступная среда», которая основана на идее о том, что ценность человека превыше любых физических ограничений. Идея всей кампании в том, что мы все — люди со схожими делами, мечтами, планами. Нас нельзя разделить на инвалидов и не инвалидов, потому что «Люди так не делятся». Именно эта мысль и стала слоганом, объединяющим все материалы коммуникационной кампании, — пояснили в пресс-службе ведомства.

Было также отмечено, что необходимость выделения проблем девочек-инвалидов в отдельную тематику обусловлена требованиями Конвенции о правах инвалидов, которую Россия ратифицировала в 2012 году. Как сказано в конвенции, государства-участники признают, что женщины-инвалиды и девочки-инвалиды подвергаются множественной дискриминации, и в связи с этим принимаются меры для обеспечения полного и равного осуществления ими всех прав человека и основных свобод.

Социальные видео- и аудиоролики планируются к размещению во всех субъектах России. Предусмотрят и трансляции рекламно-информационных материалов в региональных СМИ. Права на материалы будут переданы Минтруда на безвозмездной основе региональным органам власти. План размещения рекламно-информационных материалов каждый регион будет определять самостоятельно.

Точные затраты бюджета на проведение этой рекламной компании пока не определены, однако, как сообщил «Известиям» собеседник в правительстве, ценник может колебаться в районе 200–300 млн рублей. Реклама будет распространяться по всем федеральным каналам (ВГТРК, «Первый канал», НТВ, СТС, ТНТ и др.) и по региональным. Рекламу планируется запустить почти на популярных радиостанциях («Европа Плюс», «Авторадио», «Русское радио», «Максимум» и др). Планируемый хронометраж ролика или аудиозаписи — в районе 30 секунд. Относительно интернет-баннеров и наружной рекламы вопрос отдается на усмотрение руководства каждого региона.

— Приоритетом должна быть судьба каждого конкретного ребенка. Многие дети находятся в опасной для жизни ситуации в различных учреждениях и семьях, особенно это касается детей с инвалидностью. И ведь они ничем не отличаются от обычных детей. Необходимо, чтобы общество воспринимало их как равнозначных граждан, и любой шаг в этом направлении уже будет положительным, — считает исполнительный директор в России SOS Childrens Villages Николай Слабжанин. — Если говорить о сиротах, то у нас семьи не хотят брать детей-инвалидов, а если берут, то это единичные случаи. В интернатах как раз половина детей с инвалидностью, которых никогда в приемную семью не возьмут.

Генеральный секретарь Паралимпийского комитета РФ, зампред комитета Госдумы по труду, социальной политике и делами ветеранов Михаил Терентьев считает инициативу полезной, но при соблюдении контроля со стороны.

— Знаете, бывают разные ситуации, и нельзя сказать, что в целом в обществе есть негативное отношение к инвалидам. По инициативе Минтруда можно сказать лишь то, что необходимо подробно рассмотреть, какие проекты они будут предлагать, ведь всё зависит от контента и того, как его подать. Правильнее будет показывать и рассказывать о положительном опыте общения и различных достижениях, а также о том, как инвалиды могут находиться со всеми в совершенно равных условиях, — отметил он.

Согласно статистике, в России насчитывается порядка 12,5 млн инвалидов различных возрастных групп и социального статуса.

Павел Панов, Известия

Разработаны меры борьбы с бытовым насилием. Соответствующий законопроект, подготовленный членом Совета Федерации Антоном Беляковым, внесен в Госдуму.

Предлагается установить повышенную ответственность за причинение легкого вреда здоровью, побоев и истязаний, совершенных в отношении родственников. Так, планируется дополнить ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 116 и ч. 2 ст. 117 УК РФ новым квалифицирующим признаком – совершение преступления в отношении родственников или лиц, ранее состоявших с виновным в родственных отношениях. Таким образом дела о домашнем насилии планируется перевести в категорию дел публичного обвинения.

Необходимость внесения указанных поправок автор проекта связывает с широким распространением в России фактов бытового насилия и недостаточностью установленных мер уголовно-правовой защиты членов семьи виновного. По данным статистики, 20-50% женщин во всем мире подвергаются насилию в своих семьях. «Бытовое насилие по понятным причинам относится к преступлениям с высокой степенью латентности, потерпевшие попросту из-за страха мести со стороны мужа не подают заявления в правоохранительные органы. К тому же, подобные преступные деяния, охватываемые составами ст. 115 и ст. 116 УК РФ, являются делами частного обвинения. Соответственно, женщина сама должна идти к мировому судье и доказывать, что она подвергалась насилию со стороны мужа», – подчеркивает сенатор.

Кроме того, предусмотрено увеличение с двух до трех лет срока лишения свободы за причинение легкого вреда здоровью, совершенное из хулиганских побуждений, по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, с применением оружия, а также за побои, совершенные из хулиганских побуждений или по мотивам ненависти или вражды.

«В то время, как семейные тираны в Европе, США и даже Китае выплачивают пострадавшим многомиллионные штрафы и попадают в места лишения свободы, в России домашнее насилие по большей части остается безнаказанным, если его жертвой не становятся несовершеннолетние», – отмечается в пояснительной записке к документу.

ГАРАНТ.РУ

Психологи бьют тревогу: современные дети растут грубыми и агрессивными! Исследования показывают: если раньше чада проявляли буйный нрав лет в 11-13, то теперь буянят и пятилетки, и даже годовалые младенцы. Почему так происходит, и что с этим делать, рассказала доктор медицинских наук Татьяна Батышева, директор Научно-практического центра детской психоневрологии, которая занимается этой проблемой не один десяток лет.

Одинокие и нелюбимые

Что же изменилось за последние несколько лет, что дети как с цепи сорвались? Может, и правда во всем гаджеты виноваты? Как появились смартфоны лет 10 назад, так и понеслось…

— Сейчас у нас кризис семьи, как общественного института, — объясняет Татьяна Тимофеевна. — У нас количество разводов растет в геометрической прогрессии! И рост детской агрессии — это одно из проявлений этого кризиса.

Может, это и неплохо, что наши шансы на семейное счастье не ограничиваются одной попыткой. Но обратная сторона медали — это почти 5,6 миллионов матерей-одиночек. В России сейчас больше 30 процентов неполных семей — это в два раза больше, чем было 15 лет назад…

— Приступы агрессии нередко появляются и у нежеланных детей, — приводит пример Татьяна Батышева. — При нежелательной беременности ребенок испытывает чувство стресса еще в утробе матери. Типичная ситуация: двое молодых людей встречались, женщина забеременела, мужчина отказывается жениться. Она пытается его заставить, и оставляет ребенка, как фактор шантажа. Мужчина все равно уходит, женщина на него злится, и все это отражается на ребенке. Малыш будет пытаться доказать, что заслуживает любви, и подчас достаточно агрессивно.

А ведь агрессия не обязательно должна быть направлена на кого-то другого. Ребенок может злиться и на себя… В таком случае он не будет ругаться с родными или скандалить в школе. А просто попробует уйти из жизни.

Семья военного режима

Сейчас мы стали уделять детям меньше внимания еще и потому, что вырос темп жизни. Надо успеть впихнуть в рамки 24/7 и работу, и отдых, и личную жизнь. И если хозяйство отчасти можно спихнуть на мультиварки и пылесосы, то вот воспитывать детей все еще приходится самостоятельно.

— Это особенно заметно в крупных городах, — отмечает эксперт. — Мегаполис создает ситуацию нехватки времени, в том числе времени, которое родители проводят с детьми. Поэтому именно в крупных городах живут самые агрессивные дети.

При таком бешеном темпе семья и дети все больше отходят на второй план. Мы женимся и выходим замуж позже, чем наши деды и бабушки, и дети теперь уже далеко не центр Вселенной. Вот они и берут свое — грубостью и скандалами.

— Сейчас рожают поздно, и когда дети входят в подростковый возраст, родители заняты своими проблемами, — комментирует врач. — У мамы — первые признаки климакса, а у папы кризиса среднего возраста. А у ребенка — физиологический стресс, выброс гормонов,первая любовь, поиски себя… И в это же время на него приходится максимум нагрузки в школе и в социуме. Получается, что в семье создаются военные условия. Каждый пытается понять, что он вообще делает в этой жизни, куда ему идти дальше, и слушает только себя.

Кнут и пряник

Проблема еще и в том, что многие родители воспитывают детей слишком либерально. А когда взрослые не устанавливают рамок поведения, дети начинают выяснять их самостоятельно — методом тыка.

— Я часто читаю лекции родителям на тему «Искусство диалога». Однажды я попросила их проголосовать, какой стиль воспитания существует в их семье, — вспоминает Татьяна Тимофеевна. — За авторитарный проголосовали 4-5 процентов. Либеральный выбрали более 30 процентов родителей. А ведь есть прямая связь между либеральным воспитанием и подверженностью депрессии и страхам. Российские психологи провели не одно исследование и доказали: именно такие подростки склонны к употреблению наркотиков, алкоголя и ранней сексуальной активности. У них высокая склонность к насилию и они легко вовлекаются в антиобщественные действия.

Современные родители дают детям слишком много свободы еще и потому, что их собственное детство пришлось на тяжелые годы — перестройку и 90-е. Вот и пытаются с лихвой дать малышам то, чего сами не получили в свое время. Но если детям во всем потакать, то они не научатся учитывать чужие интересы…

Авторитарный стиль воспитания — тоже не выход. Если родители только отдают приказы, не интересуясь мнением ребенка, вспышки агрессии гарантированы.

— В авторитарной семье родители часто не дают ребенку и шагу самостоятельно ступить, — продолжает эксперт. — Сильные и инициативные подростки проявляют агрессию как протест против такого обращения. Робкие и неуверенные дети приучаются во всем слушаться родителей. Такие дети, которых родители ломают, потом легко могут попасть под дурное влияние.

Жестокий мир

Проблемы детей идут из семьи, но и игнорировать то, как меняется внешний мир, тоже нельзя. Согласно исследованиям Калифорнийского университета США, за свою жизнь 11-тений ребенок успевает увидеть по телевизору около 8 тысяч убийств и 100 тысяч других актов агрессии.

— Когда мы постоянно видим насилие на экране, наш мозг перестает воспринимать чужую боль, — объясняет Татьяна Тимофеевна. — Мы начинаем воспринимать ее как норму. И в обычной жизни мы перестаем понимать, что хорошо, а что плохо. Особенно этот эффект заметен в компьютерных играх, где главный герой, убивающий врагов — хороший персонаж. Искажаются этические нормы: ты убиваешь — ты молодец.

Это не значит, что нужно прятать от ребенка клавиатуру и резать провода. На жесткие меры будет жесткая реакция… Вместо этого стоило бы проводить с ним побольше времени. И нечего кивать на то, что ребенок много времени проводит в школе и кружках. Воспитывают мама с папой, а не завуч с физруком…

— Ребенку нужно знать границы дозволенного, — уверяет врач. — А для этого ребенку надо объяснять, так, чтобы он четко понимал эти рамки. Временной разрыв между проступком и серьезным, подчас жестким разговором должен быть минимальным, чтобы это откладывалось в уме. И это должно быть последовательным, а не от раза к разу. Самое главное: никакого физического насилия! Никаких шлепков и подзатыльников! И конечно, очень важно поощрять ребенка за хорошее поведение. Потому что главная профилактика агрессии – мудрая любовь к своему ребенку как к равному члену семьи.

Факторы, которые способствуют проявлению агрессии:

    Наследственная склонность к агрессии.

    Пережитое физическое или сексуальное насилие.

    Домашнее насилие, насилие в школе или на улице.

    Насилие, которое пропагандируется в СМИ, по телевидению или в интернете.

    Наркотики и алкоголь.

    Наличие в доме огнестрельного оружия

    Неблагополучная семья — бедность, развод родителей, безработица, пьянство.

    Повреждения головного мозга вследствие травмы

А КАК У НИХ

Самые жестокие дети — в Венгрии и Чехии

Всемирная организация здравоохранения регулярно проводит исследования агрессивности подростков с 11 до 15 лет. Оказывается, в Венгрии живут самые жестокие девочки, а в Чехии самые жестокие мальчики. 32 процента венгерских девочек и 69 процентов чешских мальчиков за год участвовали хотя бы в одной драке.

В число стран с высочайшим коэффициентом агрессивности среди девочек вошли Эстония, Литва и Бельгия, а среди мальчиков — Литва, Латвия и Израиль. А самые мирные подростки живут в Финляндии. Там лишь 13 процентов девочек и 37 процентов мальчиков дрались в 2005 году.

Если говорить о России, то самые агрессивные дети живут в многонациональных регионах и в мегаполисах. А самый высокий уровень агрессии — у московских подростков.

КСТАТИ

Громкая музыка усиливает агрессивность

Специальные исследования показали, что звучание музыки на дискотеках и рок-концертах приближается к 120 децибелам у края эстрады и 110 в центре зала. Для сравнения, 110 децибел издает электропила во время работы. Это уже за пределами нормы.

Такая громкость уже за пределами человеческой нормы. Это приводит к травмам органов слуха и его снижению. А при длительном воздействии такая музыка рассеивает внимание, угнетает умственную деятельность, приводит к состоянию повышенной возбудимости, нарушениям памяти и снижению интеллектуальной активности. То есть, действует как наркотическое средство.А в дальнейшем это может привести к нервному истощению, психическим заболеваниям и нарушениям норм общепринятого поведения.

Ксения КОНЮХОВА, КП

Переполненность следственных изоляторов столицы стала предметом обсуждения на прошедшей коллегии московской прокуратуры. Прокурор города Москвы Сергей Куденеев отметил, что проблема с размещением подозреваемых, обвиняемых и осужденных в московских СИЗО носит системный и длящийся характер. И об этом, по его словам, наглядно свидетельствуют результаты прокурорских проверок.

Так, в настоящее время в следственных изоляторах УФСИН России по г. Москве содержится 10 583 человека, что превышает установленный лимит на 22%. Средняя камерная площадь на одного человека составляет 3 кв.м., что на метр меньше установленной законом нормы санитарной площади.

По данным прокуратуры, около трети всех заключенных, а если быть точными 3 277 человек — это иностранные граждане, в первую очередь Таджикистана, Узбекистана, Азербайджана, Украины, Молдовы, Киргизии. В сравнении с 2010 годом число арестованных граждан стран СНГ возросло на 15%.

По иностранцам вопросов никаких не возникло. Отпустить их под подписку о невыезде нет никакой возможности, о домашнем аресте и залоге тоже речи не может идти. Но среди томящихся за решеткой в ожидании приговора суда оказалось немало и жителей Москвы и Подмосковья — 2 831 человек, или 27% от общего количества. И далеко не все среди них — убийцы и насильники. Так, практически каждый пятый подследственный содержится под стражей по обвинению в совершении преступлений небольшой и средней тяжести. По данным прокуратуры, «нетяжких» в столичных СИЗО сегодня 1929 человек, или 18%. Заключенных по тяжким и особо тяжким преступлениям в то же время — 6673 человека (64% от общего количества).

Сохраняется тенденция избрания меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемым в совершении преступлений небольшой и средней тяжести, отмечают в прокуратуре. При этом не всегда эта мера пресечения рассматривается как исключительная и применяется при невозможности избрать иную — домашний арест, залог. Так, по данным прокуратуры, за 6 месяцев текущего года органами расследования заявлено в суды 114 ходатайств о домашнем аресте и лишь 1 — о залоге.

«Как показал анализ сложившейся ситуации, проблема перелимита СИЗО обусловлена недостатками в деятельности органов дознания и следствия», — отметили в прокуратуре.

Так, не всегда обоснованно избирается мера пресечения в виде заключения под стражу; имеют место неправильная юридическая оценка действий подозреваемых и обвиняемых, несоблюдение разумных сроков судопроизводства, несвоевременное назначение экспертиз, сопряженное с неоднократным продлением сроков содержания под стражей по одним и тем же основаниям. Не единичны факты, когда с арестованными лицами длительное время не проводятся следственные действия.

Чтобы разгрузить столичные тюрьмы прокуратура совместно с московским управлением ФСИН наметила ряд шагов. Некоторые мероприятия уже реализуются. Так, тюремщики приложили все усилия, чтобы сразу после оглашения приговора осужденный отправлялся к месту отбывания наказания. По требованию прокуратуры введен запрет на транзит осужденных через следственные изоляторы Москвы. Ранее подследственного, допустим, из Пскова в Екатеринбург могли запросто везти через столицу с недельной, а иногда и дольше побывкой в Москве.

Для разгрузки тюрем чиновники также договорились о двух видах мониторинга. Ежемесячно Мосгорсуд будет анализировать списки лиц, длительное время содержащихся под стражей. А в ежедневном режиме «фсиновцы» будут изучать наполняемость СИЗО и проводить корректировку плана покамерного размещения лиц, а также их перераспределение по учреждениям.

Еще одной разгрузочной мерой стало оборудование всех следственных изоляторов видеоконференцсвязью с Мосгорсудом и Верховным Судом РФ. Это позволит сократить сроки рассмотрения уголовных дел.

Подводя итоги коллегии, Сергей Куденеев потребовал от подчиненных прокуроров повысить требовательность к следователям и дознавателям по неукоснительному исполнению закона при избрании меры пресечения в виде ареста. По его словам, просто необходимо жестко отстаивать свою позицию и при этом нести за нее персональную ответственность.
В столичной прокуратуре также напомнили, что в 2015 — 2016 годах запланирован ввод в эксплуатацию новых режимных корпусов на базе СИЗО-7 и СИЗО-4.

Иван Петров, Российская газета

Тюремное ведомство рассматривает вопрос о расширении эксперимента по введению принципиально новых условий для заключенных. К пилотному проекту по созданию центров исправления, где каждому сидельцу ищут свой подход, могут подключиться еще две колонии в Красноярском крае.

Об этом говорилось вчера во время инспекции первым заместителем директора Федеральной службы исполнения наказаний генерал-лейтенантом Анатолием Рудым учреждений ведомства в Красноярском крае. Как уже писала «РГ», всего эксперимент проходит в пяти колониях. Две из них находятся в Красноярском крае. Теперь к проекту могут подключиться еще две колонии из этого же региона.

В каждой создано несколько центров исправления осужденных с обычными условиями и один-два с облегченными. В штат центра входят пять офицеров: начальник, заместитель по воспитательной работе с осужденными, заместитель по режиму и надзору, психолог и специалист по организации труда. Еще предусматривается должность социального работника.

Главный плюс новой системы в том, что резко увеличивается число офицеров, обязанных по роду службы работать именно в арестантской среде, следить за ее настроениями, пытаться достучаться до каждого человека. По старому порядку, фактически все это взвалено на начальника отряда, который один на сто человек. Теперь ведомство предлагает перераспределить штаты так, чтобы как можно больше сотрудников занимались осужденными.

Вчера на совещании подводились первые итоги эксперимента. Как рассказали представители Главного управления ФСИН России по Красноярскому краю, за несколько месяцев эксперимента резко снизилось число нарушений. Говорят, меньше стали применяться и спецсредства, читай, резиновые дубинки. Ведь когда контакт налажен, повода применять силу обычно не находится. Любопытная деталь: осужденные, судя по всему, все чаще стали видеть в начальнике отряда человека, способного решить какие-то вопросы. Если раньше заключенный старался попасть на прием только к начальнику колонии: мол, вот, где сила и власть, то теперь все чаще подходят к начальникам центров.

В центрах исправления осужденных контроль ведется от подъема до отбоя. Казалось бы, само собой разумеющая вещь, однако в обычных отрядах не совсем так: один начальник физически не успеет за всем. Теперь же заключенный, даже если у него нет работы или он категорически от нее отказывается, должен быть постоянно чем-то занят: в центрах будут проводить политинформации, изучать законы, вести психологические беседы .Распорядок заключенного, как задумывается, будет в чем-то напоминать солдатский. То есть ни минутки свободной.

Владислав Куликов, Российская газета