“Никого выгораживать не собираюсь”



Ни одного скелета в шкафу не должно остаться после той глобальной чистки, которую были вынуждены устроить в полиции Казани после дичайшего ЧП в ОП “Дальний”. Падут еще головы с плеч и расстанутся с погонами многие сотрудники, которым удалось скрыть факты насилия над задержанными или нарушения закона.

Такую жесткую позицию высказал в эксклюзивном интервью “Российской газете” глава МВД по Татарстану Асгат Сафаров. И пообещал, что будет расхлебывать “заваренную кашу” до конца. Сейчас, сказал главный полицейский Татарстана, ему самому очень важно понять, как такое могло случиться.

Напомним, днем 9 марта полицейские из казанского отдела “Дальний” задержали в магазине за мелкое хулиганство пьяного мужчину. Нетрезвым хулиганом оказался житель Казани Сергей Назаров. К вечеру того же дня мужчине вызвали скорую, поскольку он жаловался на боли в животе. Врач осмотрел задержанного и сделал обезболивающий укол. По данным следствия, ехать в больницу мужчина отказался. Однако на следующий день ему стало хуже, и на этот раз его срочно госпитализировали с диагнозом “разрыв прямой кишки”. Сергею Назарову сделали операцию и перевели в реанимацию, где через несколько часов он скончался. Как показала судебно-медицинская экспертиза, у погибшего были “обширная внутритазовая гематома и травматический внебрюшной разрыв прямой кишки”. Следователи не исключают, что его изнасиловали бутылкой из-под шампанского. Сразу после ЧП погон лишился начальник отдела Сергей Ефремов, его заместитель Фаиль Сабирзянов и начальник угрозыска Айнур Рахматуллин.

Асгат Ахметович, если бы не смерть потерпевшего, мы бы так и не узнали, какие пытки устроили в отделе полиции “Дальний” и дело бы замяли?

Асгат Сафаров: Замять дело мы бы никак не могли. Все началось с заявления в следственный комитет брата погибшего Сергея Назарова. Но в отличие от журналистов мы не имеем права выдавать непроверенную информацию. И подобных жалоб, которые ничем впоследствии не подтверждаются, у нас сотни. Но, как только появилось подозрение, а затем подтвердился и сам факт, я лично пошел на встречу с прессой. И скрывать ничего не намерен.

Вам лучше всех известно, что там произошло. Поделитесь, пожалуйста, подробностями.

Сафаров: Назаров был задержан за кражу сотового телефона. Его опознала продавщица, у которой пропал мобильный. И участковый, как и положено, задержал подозреваемого. А вот тут начались нарушения. Я пока не знаю всех нюансов, почему Назарова оформили за мелкое хулиганство. И почему сфальсифицировали фамилии понятых. Будем еще разбираться.

На камерах видеонаблюдения есть запись, когда Назарова доставляют в отдел, как он себя чувствует и выглядит. И есть запись, где ему плохо. На допросе задержанный находился два с лишним часа, и что там произошло, выясняет следствие. Задержанные отрицают, что они применяли к нему насилие. Но факт есть факт. Им уже предъявлено обвинение в причинении тяжкого вреда здоровью, понесших смерть потерпевшего, и превышении должностных полномочий, все они сразу были задержаны. Сейчас некоторые фигуранты уже арестованы. Суд отпустил под домашний арест участкового. Он действительно не принимал участия в пытках, но сфальсифицировал документы и знал о том, что происходит. Так что вину с него никто не снимает.

Вы еще до окончания следствия назвали фамилии задержанных, почему?

Сафаров: Общественность должна знать, что если полицейские совершили преступление, то они будут сурово наказаны. Причем жестче, чем обычные граждане. Я сам ходатайствовал об их аресте и буду ходатайствовать о суровом наказании для них. В профессионализме сотрудников следственного комитета я нисколько не сомневаюсь: они разберутся, кто виноват, а кто нет.

В голове не укладывается, как молодые парни могли учинить такое зверство над человеком. Не поверю, что раньше они никак себя не проявляли.

Сафаров: Я пока сам не нахожу ответа на этот вопрос. Вряд ли какая-либо экспертиза выявит у них отклонения в психике, они точно не маньяки. Чтобы самому все понять, я лично разговаривал с каждым.

Могу предположить, что это какое-то извращенное желание выслужиться, раскрыть “преступление” любым путем. Не скрою, что и к подозреваемому могли отнестись как к человеку второго сорта из-за его судимостей. Но это нисколько не оправдывает этих подонков.

Мы и раньше получали сигналы по “Дальнему”, именно поэтому во время переаттестации был снят предыдущий начальник полковник Ильгиз Ахметзянов. Тогда посчитали, что новый начальник полковник Сергей Ефремов способен навести там порядок. Не вышло…

Вы жалеете Ефремова?

Сафаров: Честно говоря, да. У него очень хороший послужной список. Он начал работу в “Дальнем” только летом. Я его не оправдываю, но он непосредственный руководитель этих негодяев. Он с ними ежедневно был в контакте и обязан был заметить неладное. И ставить правильные задачи. Если он говорил: “Что вы, этого алкаша расколоть не можете?”, то не сомневаюсь, что его подчиненные с остервенением “кололи”.

Я сам разговаривал с ним на эту тему. Говорит, что нет, ничего не знал. Дает всем, кроме одного, неплохие характеристики. Сказал, что именно он мог совершить такое. Но спрашивается, тогда зачем он его держал? Пожимает плечами.

Как такие подонки смогли пройти аттестацию?

Сафаров: Практически все подозреваемые очень молоды: 86-87-го годов рождения. Замначальника уголовного розыска Василов – старший лейтенант. Участковый Гарифуллин – старший лейтенант. Оперативники – два старших лейтенанта и лейтенант Ибатуллин, тот вообще еще года не проработал, только в августе окончил Казанский юридический институт. При аттестации каких-либо порочащих данных по этим сотрудникам не было, и за каждого из них поручился кто-то из старших руководителей. Именно поэтому они сегодня и уволены из органов, так как поручились за негодяев.

Почему начальник “Дальнего” сам не написал рапорт об увольнении?

Сафаров: Я бы на его месте сразу написал рапорт. Честно говоря, ему даже прийти в себя не дали, как все закрутилось. Моя ошибка, что, заменив руководителя в этом подразделении, я как-то успокоился. Сейчас вот кусаем локти. Я готов сам нести любое наказание.

Не кажется ли вам, что теперь отдел “Дальний” будет ассоциироваться с беспределом в полиции?

Сафаров: Я обещаю, что именно к этому отделу будет особое внимание. И вот увидите, что он станет образцово-показательным.

Как нам стало известно, ваши подчиненные не сразу доложили вам, что произошло, тем самым ввели в заблуждение. Вы еще можете им доверять?

Сафаров: Если я не буду уверен в своем личном составе, то мне нечего здесь делать. Слишком тяжелый вышел урок, и думаю, что все, начиная от рядового и до меня лично, соответствующие выводы уже сделали.

Что сейчас происходит в казанской полиции?

Сафаров: Идет глобальная проверка. Проверяется все – жалобы в прокуратуру и следственный комитет, вся документация в отделах. Я не исключаю, что мы еще много чего узнаем. И еще будут обращения по другим отделам. По каждому факту будем тщательнейшим образом разбираться. Уже сейчас таких сообщений очень много. Есть они и по “Дальнему”. Я не исключаю, что еще будут уголовные дела. И никого защищать не собираюсь, несмотря на должности, звания и былые заслуги.

Сейчас все руководители должны задуматься, все ли у них в порядке. И если что, уйти добровольно в отставку.

Сегодня мы начали устанавливать дополнительные видеокамеры в отделах полиции. Возможно, пойдем по западному пути, поставив между кабинетами только прозрачные перегородки, чтобы всем было видно, чем занимаются коллеги. И будем добиваться коллективной ответственности. Отныне каждый должен понимать, что в случае ЧП полицейский, оставшийся в стороне или умолчавший о случившемся, будет отвечать наравне с другими.

ЧП еще раз показало, что сейчас надо усиленно заниматься воспитанием личного состава, правильно ставить задачи. Тогда все будет нормально.

Во время переаттестации в Татарстане проводили параллельно свою “народную аттестацию”. Не собираетесь ли вы вновь призвать на помощь граждан?

Сафаров: Общественный совет предложил нам проводить анкетирование людей, которые обращаются в отделы полиции. Мы уже делали нечто подобное. Но тогда эти анкеты читали заместители руководителей, сейчас же ящики с обращениями будут вскрывать только члены Общественного совета. Мы ежемесячно будем их изучать и делать выводы.

Не могу не спросить, какие конкретные недостатки были выявлены после реформирования.

Сафаров: В первую очередь это касается структурного подразделения. К сожалению, под сокращение попали подразделения по работе с личным составом, потому что мы максимально старались сохранить оперативные подразделения, участковых, патрульно-постовых, то есть тех, кто непосредственно занимается раскрытием преступлений. Сейчас понимаю, что здесь мы дали маху. Придется начинать все сначала.

ЧП в “Дальнем” сыграло на руку отдельным организациям, которые якобы представляют интересы народа. Вы готовы к митингам и нападкам в вашу сторону?

Сафаров: Я предполагаю, что такое возможно. Мы периодически отслеживаем социальные сети и знаем, что есть люди, которые позиционируют себя как правозащитники, правдолюбцы, которые выводили людей на митинги за честные выборы, и так далее. Что поделаешь, такие люди есть во всем мире, и мы воспринимаем это как должное. На провокации поддаваться не будем, если они не будут нарушать закона. Они могут сколько угодно дискредитировать МВД и выводить людей на митинги. Но только в рамках действующего законодательства. Если будет что-то иное, буду вынужден принимать адекватные решения.

Светлана Брайловская, “Российская газета” – Федеральный выпуск №5729