Ограбленному – верить



Ограбленному - веритьГосударство намерено защитить потерпевших. Глава СКП РФ Александр Бастрыкин предложил создать национальный фонд помощи потерпевшим. По замыслу, государство само компенсирует потери жертвам преступлений, а потом разберется с обидчиками граждан. Если, конечно, найдет.

Как сообщила "Юридической неделе" член Общественной палаты РФ, председатель правления правозащитного движения "Сопротивление" Ольга Костина, по оценкам экспертов, каждый год около 10 миллионов человек становятся жертвами преступлений. При этом по старой недоброй традиции помощи человеку, попавшему в беду, ждать как правило, неоткуда. Принцип "спасение утопающих – дело рук самих утопающих" никто не отменял.

Пример из жизни. Трое преступников схватили студентку Светлану К. прямо в центре Москвы, когда она ловила такси. Заложницу отвезли в гараж и приковали цепями. У ее отца преступники потребовали большой выкуп, но милиция обезвредила их. С точки зрения правоохранителей, история закончилась хеппи-эндом. Однако девушка получила тяжелейшую психическую травму и теперь никогда не выходит на улицу одна. Чтобы дочери ничто не напоминало о беде, родители переехали в другой район. Переезды, лечение, даже простая человеческая забота в таком случае – дело дорогое. Но государство, как выясняется, ничего пострадавшей не должно. Жива – и ладно.

Суд постановил, что трое похитителей должны выплатить потерпевшей по миллиону рублей каждый. Но бандиты, как выяснилось, люди де-юре небогатые и с тюремных заработков могут отдавать долги несколько сотен лет. Как рассказывают представители движения "Сопротивление", система компенсации материального и морального вреда потерпевшему фактически не действует, поскольку закон предписывает возмещение только после решения суда и за счет осужденного.

– В целом по стране остаются нераскрытыми один миллион триста тысяч преступлений, – заявил Александр Бастрыкин на недавнем расширенном заседании в Общественной палате. – Это означает, что по меньшей мере один миллион триста тысяч человек, которые выступают в качестве потерпевших по этим делам, не получили соответствующей сатисфакции… Даже в деле Евсюкова, совершившего ужасные преступления, граждане обращаются в суд, а им говорят: "Обращайтесь непосредственно к господину Евсюкову". Это совершенно неприемлемая позиция.

Хорошим же примером может стать программа, действующая в Кемеровской области: там создан фонд социальной поддержки малообеспеченных граждан, которые пострадали от преступников. Местные власти оказывают им материальную помощь сразу же после реальной проверки, в течение первых трех дней. Размер помощи – от 3 до 30 тысяч рублей. Скажем, жертвам возмещают стоимость украденного мобильного телефона или сорванной на улице шапки. Или возвращают деньги пенсионерам, у которых мошенники выманили все сбережения "на черный день".

точка зрения

Ольга Костина, лидер движения "Сопротивление":

– Сегодня наше государство официально предлагает пострадавшим месть в качестве компенсации, и то не всегда: если преступника поймают, его посадят. А помочь социально государство не может. Между тем потерпевшим часто все равно, попадет преступник в тюрьму или нет. Считаю, что надо поменять весь вектор работы правоохранителей. Кто сегодня главный объект работы милиции? Это преступники. А в развитых странах, например Германии, Великобритании, объект правосудия – жертва преступления. Поймать и наказать преступника – лишь часть работы. Весь маховик правоохранительной системы работает на то, чтобы потерпевший мог успокоиться и пережить случившееся с ним. В США, например, жертва сама выбирает день заседания суда, когда ей удобно. У нас же нет ни в милиции, ни в прокуратуре подразделений, которые бы отслеживали положение заявителей. Считаю, что такую систему и такое отношение к пострадавшим надо менять.

компетентно

Владимир Груздев, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству:

– Потерпевшие сегодня по многим позициям защищены хуже обвиняемых, так что назрели серьезные законодательные инициативы по повышению прав пострадавших.

В частности, сейчас прорабатывается проект обязать дознавателя или следователя признать граждан потерпевшими не позднее чем в 10-дневный срок после возбуждения уголовного дела. Это вопрос процессуальный. Часто бывает, что дело расследуется, с подозреваемыми или обвиняемыми активно работают, а потерпевшими никто не признан. А без этого статуса у граждан нет прав ни требовать компенсации, ни знакомиться с материалами дела. Мы активно работаем с движением "Сопротивление". Думаю, что идея создать фонд помощи потерпевшим очень интересна.

На формирования фонда можно было бы направить административные штрафы, а также деньги от реализации имущества, конфискованного у осужденных. Так же есть предложение направить в этот фонд залоги, которые были обращены в доход государства у лиц, в отношении которых была применена эта мера пресечения, и которые скрылись от правосудия. Кстати, по данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, в прошлом году было обращено в доход государства почти 6 миллионов 800 тысяч рублей из внесенных залогов.

Владислав Куликов, "Российская газета" – Неделя №5165 (86) от 22 апреля 2010 г.