О главном

Пассажир маршрутного автобуса в столице открыл стрельбу из пистолета (Фото: Сергей Иванов/ВЗГЛЯД)

Днем в среду в столичном автобусе 807-го маршрута разыгрался настоящий бой с применением стрелкового оружия. Молодой человек, вступившийся за свою мать, открыл стрельбу из травматического пистолета и попал в глаз одному из нападавших. В результате тот с проникающим ранением был доставлен в одну из горбольниц. Стрелок был задержан приехавшими на место происшествия сотрудниками милиции.

Сигнал о том, что в автобусе маршрута № 807 в районе пересечения Аминьевского шоссе и Верейской улицы произошла стрельба, поступил на пульт дежурного по городу приблизительно в 16.20, передает «Интерфакс» со ссылкой на источник в правоохранительных органах столицы. На место происшествия выехала группа немедленного реагирования, которая задержала стрелка.

Выяснилось, что в автобусе произошел бытовой конфликт между тремя подвыпившими молодыми людьми и женщиной. «Во время конфликта сын женщины достал травматический пистолет, на который имел разрешение, и выстрелил в глаз одному из оппонентов, — рассказал милиционер. — В результате тот с тяжелым проникающим ранением в голову был госпитализирован. Стрелявший задержан».

Подобный инцидент произошел в январе 2008 года в рейсовом автобусе под Нижним Новгородом.

Когда автобус Mercedes-Benz, следовавший по маршруту Алатырь (Чувашия) — Москва, проезжал по Московскому шоссе в Нижнем Новгороде, в салоне раздался выстрел. Водитель незамедлительно сообщил о происшествии в милицию. На место выехала группа задержания отдела вневедомственной охраны, рассказал представитель пресс-службы областного ГУВД.

Было установлено, что одиночный выстрел из травматического пистолета типа «Наган Д-1» произвел один из пассажиров. Причину поступка он объяснить не смог, поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Правда, тогда в результате инцидента никто не пострадал.

Комментарий Ольги Костиной, руководителя правозащитного движения «Сопротивление», члена Общественной палаты РФ:

На тему ношения оружия уже давно идут ожесточенные дебаты. В нашей стране развивается движение, которое призывает разрешить свободную торговлю оружием, убеждая граждан в том, что если человек имеет преступные намерения, то он всё равно найдёт, где купить оружие, пойдёт и совершит преступление, а у законопослушного гражданина, вроде как, не будет шанса ему противостоять.

Для сравнения, в США происходит ровно наоборот: у них сейчас крепнет движение за прекращение этой свободной продажи именно от страха перед тем, что они наблюдают в связи с последними событиями в их школах, институтах и т.д.

Во всех таких ситуациях, на самом деле, влияет человеческий фактор. Поэтому нужно просто повышать бдительность. В этом вопросе больше ничего, к сожалению, сделать нельзя.

Дмитрий Усов, ВЗГЛЯД

10 декабря — Всемирный День прав человека. В этот день в 1948 году Генеральная Ассамблея ООН приняла «Всеобщую декларацию прав человека», а в 1950 году, отмечая годовщину принятия основоположного международного документа, Генассамблея предложила всем государствам и организациям отмечать 10 декабря в качестве Дня прав человека на основании Резолюции N423 (V).

В резолюции ООН предложено всем государствам ежегодно предоставлять доклады о праздновании Дня прав человека. В координации празднования Дня прав человека важную роль играет Верховный комиссар по правам человека.

В преамбуле Всеобщей декларации прав человека принятой и провозглашенной Резолюцией 217/А (III) Генеральной Ассамблеи от 10 декабря 1948 года сказано, «…признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира…».

Главное

Программу ведет Дмитрий Морозов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Карэн Агамиров.

Дмитрий Морозов: Сегодня исполняется 60 лет со дня принятия и провозглашения Генеральной ассамблеей Организации объединенных наций Всеобщей декларации прав человека. Об исторических условиях принятия этого документа, его роли и значении в современном мире наш корреспондент Карэн Агамиров беседовал с директором Института прав человека Валентином Гефтером.

Карэн Агамиров: Директор Института прав человека Валентин Гефтер о предыстории и развитии Всеобщей декларации прав человека.

Валентин Гефтер: То, что произошло в связи со Второй мировой войной, холокостом и всеми другими страшными вещами, которые привели к тому, что такую Всемирную хартию вольностей, прав и свобод каждого человека, подчеркну, каждого, а не только граждан отдельной страны или там свободных людей отдельно, несвободных, как было в древности, отдельно, решили провозгласить в первую очередь Объединенные нации по окончании Второй мировой войны. Здесь не нужно объяснять, чем это было вызвано. Интереснее другое — насколько наше 60-летие характеризуется продвижением, с одной стороны, самих идей, а с другой стороны, что препятствует тому, чтобы это стало уже каждодневной практикой, а не только идеалами, которые написаны на флаге Объединенных наций и всего прогрессивного человечества. Поэтому, мне кажется, нужно сказать о двух вещах, для меня очень важных. Конечно, Всеобщая декларация, которая является естественным продолжением тех различного рода деклараций, которые на протяжении последних веков провозглашались в передовых, в первую очередь западных демократиях и наиболее продвинутых в правовом отношении странах, она все-таки сделала, правда, главным для людей во всем мире то, что у них есть свои неотъемлемые права, которые не зависят ни от того режима, при котором они живут, даже не зависят от того социального или экономического положения, в котором они в данный момент находятся, то есть дала как бы фундамент для всех людей. С одной стороны, для каждого — противостояния тому, как мы говорим, нарушителю, который на них наезжает в тот или другой момент, а с другой стороны, объединяет людей. Потому что, в общем, это, пожалуй, один из немногих документов, который, хотя он такой идеалистический, можно сказать, но объединяют людей независимо ни от конфессии, ни от чего-либо другого, а только на основании их человеческой природы. Это довольно важно, потому что можно сказать, что это чуть не первый такой глобализационный документ, краеугольный камень, который нельзя выдернуть из всего того, что произошло с человечеством дальше.

Что для меня еще важно в этом документе, что хотя потом эта система вся так называемых ООНовских прав человека и дополнялась, и размывалась, но все-таки в основу положены прав личности, а не тех или других групп, а уж тем более не государств, не этносов, не чего-либо еще. В основе лежит именно право каждой Божьей твари. Второе, что для меня очень важно в этой системе, это то, что, кроме этих вот естественных, неотъемлемых прав каждого, провозглашается и дальше это все разрабатывалось на протяжении уже многих десятков лет в разного рода механизмах и системах защиты и соблюдения прав человека, — это верховенство права. Дан человечеству некий инструментарий. Не только идеи на все времена, но и дан реальный судебно-правовой инструментарий того, как должны сочетаться права людей друг с другом.

Карэн Агамиров: Подвел черту директор Института прав человека Валентин Гефтер.

Радио Свобода

То, что после смерти матери на руках у 40-летнего Александра Шмунка осталось 8 несовершеннолетних детей, суд оставил без внимания. К обсуждению этой глубинно российской горемычной истории присоединились даже блогеры, правда, в стандартной комплектации: неужели, дружно зашелестели они, время открутило 70 лет назад и у нас снова 1937 год (да точно он, вон какой авторитаризм на дворе), когда срока давали и за три колоска? В Кадымцево поехал разбираться наш обозреватель Юрий Снегирёв.

Весной 2006 года Александр Шмунк пошел на рыбалку, но сам попался в сети рыбоохраны. Шмунк нанес ущерб государству аж на 43 рубля — в сетях оказалось три карася общим весом 2,8 килограмма. Вскоре в райцентре Троицк состоялся суд наш Шмунком. Мировой судья Светлана Крылова вынесла приговор: год исправительных работ с 15%-ным удержанием из заработка в пользу государства. Местом исправления назначили Нижнюю Санарку, где Шмунк обязан был работать дворником. Это в 60 километрах от родного села Кадымцево. Прямого автобусного сообщения между этими населенными пунктами не было.

А тут жена Александра Шмунка Елена захворала. Сначала зуб заболел, а потом… Врачи определили рак. Дважды она проходила курсы химиотерапии в Челябинске. Но тщетно. Этим летом 37-летняя супруга Шмунка скончалась. На руках осталось 8 несовершеннолетних ребятишек от 5 до 15 лет (девятая — старшая дочь Ядвига вышла замуж и жила отдельно). Ну и Шмунк, конечно, ни в Нижнюю, а тем более в Верхнюю Санарку не ездил. Думал: как-нибудь обойдется. После смерти жены должен же суд войти в положение!

К Шмунку и впрямь приехали судебные приставы. Даже у них выступили слезы, когда они зашли в покосившийся, с дырявой крышей дом. Уехали ни с чем. Тогда судья Крылова вынесла новый приговор: три месяца в колонии-поселении под Магнитогорском — это в 250 километрах от родного дома. На днях приговор вступил в силу.

Первыми тревогу забили местные журналисты.

— Я хочу в глаза посмотреть этой Крыловой! — горячился один челябинский коллега по перу. — Какое же сердце надо иметь, чтобы детей сиротами оставить? Единственного кормильца — и за решетку!

Действительно, мороз по коже. Из-за каких-то трех карасей! И ведь не на продажу, а чтоб детей накормить… Сразу после публикации истории о трех карасях заместитель генерального прокурора Российской Федерации Юрий Золотов поручил прокурору Челябинской области Александру Войтовичу провести незамедлительную проверку достоверности фактов, а в случае их подтверждения принять «исчерпывающие меры по восстановлению законности».

Я не стал дожидаться результатов прокурорской проверки и выехал в Челябинскую область. Тем более, что мне тоже очень хотелось взглянуть в глаза судье Крыловой.

Судили без паспорта

Все 8 сирот живут у старшей сестры Ядвиги (для простоты все ее зовут Ксюшей). Ядвига неделю назад родила Олечку. Плюс двухлетний сын Артем. Итого в двух малюсеньких комнатушках 10 детей. Муж Николай Кукушкин сразу взял отпуск. Пока тесть срок мотает, он оформил временную опеку над детишками. Скоро первое пособие. Николай подсчитал: государство выплатит никак не меньше 18 тысяч рублей. А это для села сумасшедшие деньги. Мы сидим на крохотной кухоньке в доме Николая. Несмотря на потрескивающую печку, по дому гуляют сквозняки. За стенкой детский кашель. Сопливый малыш в одних колготках и маечке играет на полу. Ядвига кормит грудью.

— К нам уже приходили из соцзащиты. Детей хотели отнять. Мы всем селом отстояли. Спасибо главе администрации! — говорит Николай. — Сашку (Шмунка, браконьера горемычного) взяли прямо в трениках. Посадили в «бобик» — только мы его и видели. Даже паспорт остался. А разве можно без паспорта судить? Вечером глава администрации дозвонился до района. Он и узнал, что тестя посадили.

— Неужели из-за трех карасей?

— Участковый с вечера предупредил: на озеро ни ногой! Рыбинспекция будет браконьеров ловить. А он с утра за сетями — и поперся. Один карась крупный попался. Два других малявочки совсем. Кто ж знал, что все так обернется?

— А когда все дети соберутся? Я снимок хочу сделать.

— Младшие со школы придут в обед. А Федя в ПТУ поступил на автомеханика. Ездит каждый день в Троицк. Тот к вечеру только будет. Часов в 6 приходите.

Глаза судьи Крыловой

…Троицкий районный суд похож на тысячи других российских. Жесткие лавки и запах казенщины. Признаться, я и не ожидал, что судья Крылова примет журналиста. После такого приговора я бы интервью не раздавал. Светлана Валерьевна Крылова оказалась красивой молодой женщиной. Со спокойными серыми глазами. Я протянул ей вырезку из местной газеты о трех карасях. Она нахмурила лоб и молча прочитала заметку.

— Светлана Валерьевна! Все ли здесь правда? Может, есть неточности?

— Все правда. Но не вся…

То, что я узнал от судьи и что, я надеюсь, узнают прокуроры из области, переворачивает историю с тремя карасями с головы на ноги.

— Судила я гражданина Шмунка по 256-й статье Уголовного кодекса. Штраф даже в 5 тысяч рублей для села — огромные деньги. А по этой статье штраф от 100 тысяч рублей. Шмунк хоть и числился в учхозе «Ясные поляны», не работал. Только пил. Это видно из характеристик.

— 100 тысяч рублей за три карася?

— Не за три карася, а за четыре мелкоячеистые сети общей длиной в километр! Его взяли с поличным. Он этого и не отрицал. И наказание для него было не столько в 15%-ном отчислении от заработной платы, а в трудоустройстве.

— А почему так далеко отработку назначили?

— Есть список предприятий, на которых можно отрабатывать наказание. Не я его составляла. Конституционный суд недавно признал эти списки законными. Но и здесь суд пошел ему навстречу. В виде исключения я разрешила отбывать наказание по месту жительства в родном учхозе. Но он и там не работал. Судя по табелям, ему закрыли всего три месяца. Девять месяцев он не работал. Так как день в колонии-поселении идет за три на свободе, я и назначила ему три месяца.

— Но у него жена умерла…

— Я три раза его вызывала. Три раза предупреждала: надо работать. А он смотрит, застенчиво улыбается и опять на работу не является. Только на четвертый раз я изменила наказание.

— А как же дети?

— А он за ними следил? Дети жили самостоятельной жизнью. И неизвестно с кем бы им было лучше: с пьющим папашей или в детском доме. Я ведь ему наказание, связанное с работой, назначила еще и потому, что на селе сейчас безработица. А так — гарантированное место на целый год. Сейчас у него последний шанс одуматься. Если после отбытия наказания он опять запьет и не будет работать, государство вправе решить вопрос об отцовстве. Кстати: они только шестерых детей успели оформить на фамилию Шмунк. Глаза судьи Крыловой смотрели на меня не мигая. А я собирался с мыслями.

«Мне бы Федю…»

Следующий удар ждал меня в ПТУ N 6. Решил забрать старшего, 15-летнего Федю — чего ему трястись 30 километров на автобусе? У меня машина была. Заодно и поговорили бы.

— Мне бы Федю Шмунка, — зашел я в учебную часть.

— Мне бы тоже, — завуч Анна Новикова посмотрела на меня из-под очков. — С начала учебного года всего три раза был на занятиях. Пьет, курит, гуляет. И родителя вызывать бесполезно.

— Так что же, отчислять будете?

— Нет, наверное, — тяжело вздохнула Анна Петровна. — Куда он пойдет? Будем тянуть до последнего…

Добрая в 6-м ПТУ завуч! Как бы эта доброта не довела Федю до цугундера. Как и его отца…

Родной учхоз Александра Шмунка, где он когда-то слесарил, несмотря на кризис, стал подниматься с колен. Закупили аж 1153 голландские коровы. Надой 4878 литров за месяц. А жирность молока — 4,2%! Знающие люди поймут. На фоне этого трудового подвига фигура Шмунка резко выделялась.

— Да тунеядец он! — заявила мне начальница отдела кадров ООО «Ясные поляны» Валентина Ефимова. — Алкоголик! И Елена, царствие ей небесное, тоже крепко зашибала. А ведь бухгалтером у нас начинала. Как запила — скатилась в доярки. Они ведь давно уж развелись. На почве бутылки. Но детей рожать не перестали. Ведь матери-одиночке пособие побольше выходит — значит, водки больше купить можно. Последний ребенок у нее летом родился. Три месяца прожил и умер. Все от водки! Когда наказание назначили, мы пошли ему навстречу. Отвезли в Троицк, «зашили». А он быстро развязался. И на работу ходить перестал. Придет в конце месяца ко мне. Закрой, говорит, табель за месяц. Иногда жалела его и ребятишек. Брала грех на душу. Но не каждый же месяц! Потом отмечать его перестала. А ему все трын-трава. Когда Елена померла, его две недели в селе не было. Где шатался? В газете районной написали, что 8 детей без мамки живут. Тут же гуманитарную помощь собрали. И на «Икарусе» с телевидением приехали. Так у них и видик появился! Когда Сашку забрали, журналисты опять понаехали с конфетами да подарками! Жалеют Шмунка. А он абсолютно бесполезный человек.

— А если придет после отсидки, возьмете на работу?

— Если пить перестанет. Но это вряд ли…

«А кто не пьет?»

Глава администрации сельского поселения Юрия Задирако сейчас раздает интервью. Симпатизирует многодетной семье, что неудивительно. Острые углы связанные с беспробудным пьянством и беспризорными детьми, в нашей беседе пытался обходить.

— Я его чисто по-мужски понимаю, — вздыхает Юрий Владимирович. — Не дай бог такое пережить. А суд, я считаю, был излишне строг. После этой истории мы выделили Шмункам новое жилье — трехкомнатную квартиру (правда, в кирпичном бараке, пока нет ни окон, ни дверей, но область выделила 200 тысяч рублей на ремонт. Когда они дойдут — никто не знает. — Ю.С.).

Когда я стал задавать вопросы про пьянство Александра Шмунка, Юрий Владимирович насторожился:

— А кто в деревне не пьет?

— Я сейчас фотографировать детей поеду. Давайте со мной!

— Нет, у меня дела…

Я слегка удивился. Обычно начальство очень трепетно относится к работе прессы на подведомственной территории. Потом я догадался, почему Юрий Задирако не поехал со мной.

Лишь только я начал стучать в ворота, в доме погас свет. На порог вышел нетрезвый подросток и прокричал:

— В доме никого нету! Я никому не открою!

Я позвонил по сотовому Николаю Кукушкину. Как же так? Договаривались на шесть…

Трубка ответила все тем же голосом:

— Никого дома нету. Я никому не открою! — и дала отбой.

Видимо, глава администрации успел предупредить по телефону о навязчивом журналисте.

Я не сомневаюсь, что областная прокуратура разберется, кто прав, а кто виноват в этой истории. К падшим будет проявлена милость. Жестокий приговор отменят.

Меня волнует другое: а что дальше? Не сомневаюсь: Шмунк пропьет 200 тысяч, которые государство после всей этой истории выделило на ремонт нового жилища. Органы соцзащиты лишат его отцовства: ведь теперь после шумихи семью будут рассматривать под увеличительным стеклом.

Мне говорят: хотя бы закон пусть восторжествует, и то дело. А чего-то нету у меня радости по этому поводу. Жалко детей. Не случайно Николай Кукушкин просил меня: «Не говорите в соцзащите, что были у нас и что видели: детей определят в детский дом!» Ведь по жилищным условиям семья Кукушкиных взять в постоянное опекунство детей Шмунка не может. Надо 9 метров на ребенка. А там и двух нету.

Кого мне не жалко — так это главного героя. Настрогал 8 ребятишек, а заботиться о них не научился. Кто их поднимет? Как? Сидит Шмунк — нет на эти вопросы внятного ответа. Выйдет — тоже. Светит им детдом — и, похоже, это не худший вариант. Может, читатели другое присоветуют? Буду ждать.

А пока — такие караси.

Юрий Снегирёв, «

Всероссийский съезд судей, только что состоявшийся в Москве, особого внимания публики не привлёк. Пресса обратила внимание только на выступление президента, но и его комментировала не слишком усердно — как бы на автопилоте. Отчасти это подтверждает общую непопулярность судейской тематики, а отчасти вызвано полным спокойствием, царившим на съезде. Да и сама речь президента хотя и содержала подобающее число критических замечаний, была выдержана в подчёркнуто спокойном тоне: «Если говорить о состоянии судебной системы, то её главные фундаментальные проблемы в целом за истекший период, период существования нового Российского государства, в принципе решены». И если в газетах написали, что Медведев в своей речи «определил дальнейшие направления судебной реформы», то сам оратор слова реформа в применении к будущему не употребил ни разу, предпочтя говорить о совершенствовании. И это, в целом и в принципе, правильно.

В речах высокопоставленных лиц о состоянии дел в российских судах давно соседствуют две линии: они говорят, что судебная реформа состоялась и всё в целом нормально, — и они говорят, что в работе судов заметны совершенно нетерпимые недостатки. Вторая линия, правда, в последнее время истончилась, но ещё в 2005 году экс-куратор судебной реформы Козак не обинуясь публично заявлял, что ситуация в судебной системе катастрофическая и угрожающая: люди, мол, убеждены, что правды там найти невозможно. Обе линии в изрядной степени отражают действительность, и в идеале власть должна действовать в соответствии со второй линией: не теряя ни дня, искоренять коррупцию в судах и добиваться настоящей их независимости, — но вслух больше поддерживать первую. Общественное недоверие к судам само по себе умножает судейскую порчу, а потому его очень бы хорошо по возможности не подпитывать. Но пока достигать идеала удаётся, к сожалению, всего наполовину. Съезд судей, вполне в pendant президентской речи, прошёл совершенно спокойно и показал, что судьи если и испытывают некий душевный дискомфорт по поводу состояния дел, то успешно его скрывают. А вот продвижение к лучшему происходит куда менее заметными темпами, не только чем хотелось бы, но даже чем возможно без ущерба для общего спокойствия.

Взять, например, борьбу с коррупцией. Председатель Верховного суда Лебедев заявил на съезде, что считает полезным законодательно ввести обязательную видеозапись всех судебных процессов. Вероятно, не мне одному подумалось, что медведь в лесу сдох. До сих пор такое предложение делалось (в частности, и в «Эксперте») только людьми внешними по отношению к судейскому миру. И мы выслушивали в ответ, что никогда-никогда-никогда судьи на такое ущемление свободы своих действий в зале суда не согласятся. Но вот эту же идею высказывает один из самых высокопоставленных судей страны — и, насколько я понял, не слышит ни единого возражения! А ведь обязательная видеозапись процесса означала бы ощутимый удар по судейской порче. Судья, желающий «сломать закон через колено» — неважно, за деньги ли, повинуясь ли звонку из начальственного кабинета, — бывает вынужден совершать разного рода процессуальные нарушения, которые потом не обязательно видны в протоколе — но из видеофайла-то никуда не денутся! Приведу предельный пример — уверяю вас, вполне реальный. Судья сразу после проверки полномочий представителей сторон удаляется «на совещание» и, посовещавшись сама с собой, оглашает изумленным сторонам решение по делу. Груда совершенных при этом процессуальных нарушений (пропущено сразу несколько обязательных стадий процесса) прячется просто и надёжно: стороны получают абсолютно приличный протокол, где все стадии налицо, — только получают его на пятый день, когда истечёт установленный законом срок подачи замечаний к протоколу. Если же будет официальная видеозапись… Она не только сразу порушит беспредельное хамство вроде только что описанного, она постепенно выведет из моды даже чрезмерно вольное обращение судей с ходатайствами и доводами сторон — что сегодня кажется чистой фантастикой.

Только радоваться нет никакого резона. Назавтра после съезда судей Дума приняла во втором (то есть последнем содержательном) чтении закон «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ» — как раз тот закон, где лебедевскому предложению отыскалось бы вполне естественное место. И никаких возражений — во всяком случае, возражений, которые не стыдно произносить на людях, — не последовало бы. Но нет. В законопроекте такого счастья не было (см. «О, прости Господи, транспарентности [1]», № 39), поправки с таким содержанием никто внести не пожелал — и подходящий поезд уехал. Теперь идея господина Лебедева в лучшем случае будет время от времени повторяться с разных достойных трибун, пока через несколько лет кто-нибудь не соберётся придать ей вид законодательной инициативы. А то и хуже: о ней просто все забудут — до каких-нибудь клевков жареного петуха. Это и есть негативная сторона чересчур глубоко проникшего в судейскую корпорацию спокойствия: куда нам спешить? Главные-то проблемы в принципе решены.

Что же касается независимости суда, то по этой части никакие действительно значимые шаги, по-моему, даже и не обсуждаются. Бесспорно, высказанное президентом предложение обсудить возможность перехода к бессрочному назначению судей могло бы стать некоторым шагом вперёд, но, право же, совсем не принципиальным. Механизмы давления на судей, жёстко завязанные на конечность срока его (её) полномочий, конечно, есть, но никак не исчерпывают весь известный инструментарий. Далеко не ходить: тут же, на судейском съезде, президент призвал увеличить и количество квалификационных классов для судей, и дифференциацию оплаты труда судей разных классов. Чем не рычаг давления на бессрочного судью? Нет, решение проблемы не в пожизненности полномочий. Заговорив о независимости судьи, надо договаривать фразу. Независимость — от кого? Да, от всех и вся, кроме закона, несомненно. Но в первую очередь — от кого? Через кого как правило передаются судье инструкции по порученному делу — и кто, собственно, решает, какому судье какое дело поручать? Начните хотя бы обсуждать уменьшение полномочий председателей судов, их выборность и их ротацию — без этого ситуация не сдвинется.

Александр Привалов, научный редактор журнала «Эксперт»

expert.ru

http://www.expert.ru/columns/2008/12/08/raznoe/

Постановления Правительства, указы Президента и гражданское сознание — таков рецепт ликвидации коррупции в России. По-крайней мере, так было принято считать до недавнего времени. Но на Национальном форуме информационной безопасности «Инфофорум», в рамках круглого стола «СМИ как инструмент противодействия коррупции», состоявшегося 9 декабря, был поставлен вопрос и о влиянии СМИ на «контркоррупционную» деятельность власти. фото — aif.ua

Ведущий мероприятия, первый заместитель председателя Комитета по безопасности  Государственной Думы ФС РФ Михаил Гришанков сразу же заметил явную неточность в названии круглого стола. «СМИ не должны быть инструментом в борьбе с коррупцией, — отметил Гришанков,  — они должны быть непосредственным участником этого противостояния». Михаила Гришанкова тут же поддержал со-ведущий конференции, заместитель руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Владимир Козлов, отметив, что «это задача именно СМИ породить неприязненное отношение к коррупции в обществе».

Действительно, на сегодняшний день представители власти пытаются задействовать все способы ведения неравного боя с коррупцией. В основе этого стремления лежат сразу несколько факторов. Уже достаточно того, что президент России лично объявил войну коррупции, подписав «Национальный план противодействия коррупции» летом этого года. Да и мировые показатели тоже не оптимистичны. Россия находится на 147 месте по коррумпированности. То, что Узбекистан и Кения на последних местах не обнадеживает.

Проблема освещения СМИ коррупции в стране стала отчетливо видна после проведенного в этом году исследования, инициированного Президентом России. Согласно результатам 30 процентов опрошенных не видят ничего предосудительного в том, чтобы брать взятки, а 54 процента — в том, чтобы давать. Удручающая статистика и приводит к тому, что сегодня в России просто необходимо, в первую очередь, изменение массового сознания. Но сделать это через СМИ, как считает генеральный директор Центра антикоррупционных исследований «Трансперенси Интернешнл» Елена Панфилова, невозможно. «В сегодняшних СМИ основной упор идет на скандалы и интриги, — отмечает Панфилова, —  то есть на то, что зрелищно. Мы видим довольно много репортажей и о том, как кто-то кому-то дал взятку, но крайне редко СМИ рассказывают о последствиях таких преступлений. Информации о том, что кто-то понес ответственность за коррупционную деятельность, просто нет».

Елена Панфилова привела интересную статистику. Оказывается, в мае 2006 и 2007 года в центральных СМИ было около 50 публикаций о коррупции. В мае 2008 года, после выступления Дмитрия Медведева, в прессе появилась 561 публикация. Либо за год ситуация по воздействию на российское общество существенно изменилась, либо без выступления президента писать о коррупции не получается. Это еще раз подтверждает тезис о том, что в СМИ печатается все, что входит в формат «Интриги и скандалы», но никак не то, что развивало бы гражданское общество.

При этом вопросов о компетентности и профпригодности журналистов здесь не возникает. Проблема находится в законодательстве России. Многие участники круглого стола отметили, что, например, такой жанр как «журналистское расследование» практически вымер в России. Ответ на вопрос «почему?» довольно лаконичен. Это опасно и бессмысленно. Секретарь Союза журналистов России Михаил Федотов, говоря о незащищенности журналиста в России, привел в пример две статьи уголовного кодекса России. Это статья 144 «Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналиста» и статья 277 «Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля». Что касается 144-ой статьи, то количество осужденных по этой статье не превысило одного человека в год, а из текста 277-ой статьи можно сделать вывод, что журналист не является общественным деятелем. Вывод напрашивается сам собой: чтобы журналист и СМИ в целом стали освещать проблемы коррупции и проводить соответствующие расследования, необходимо создать условия для журналистов. Социальные призывы «Не дай вятку», к сожалению уже не работают.

С 1 января 2009 года вступит в силу закон «О государственной геномной регистрации в РФ», который будет регулировать процесс получения, хранения и использования информации о ДНК человека, сообщает РИА «Новости» со ссылкой на «Российскую газету», где в среду будет опубликован полный текст нормативного акта.

Как пишет издание, геномная информация необходима для предупреждения, раскрытия и расследования преступлений, установления преступников, розыска пропавших без вести. Кроме того, национальная база ДНК человека может оказаться единственным способом для установления личности человека или родственных отношений.

В соответствии с законом, государственная геномная регистрация может быть обязательной и добровольной. Обязательной геномной регистрации подлежат лица, осужденные и отбывающие наказание за совершение тяжких или особо тяжких преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, отмечается в «Российской газете».

Напомним, что в сентябре этого года в Красноярске группу гомосексуалистов, задержанных милиционерами в гей-клубе, обязали пройти геномную регистрацию. Тогда молодые люди пожаловались в прокуратуру, испугавшись, что правоохранители создают базу данных, в которую попадут граждане с нетрадиционной ориентацией.

Кроме того, обязательная геномная регистрация будет проводиться в отношении неустановленных лиц, биологический материал которых изъят в ходе следственных действий и неопознанных тел.

Граждане РФ, а также иностранные граждане и лица без гражданства, находящиеся на территории России, смогут пройти геномную регистрацию добровольно на платной основе.

«Проведение государственной геномной регистрации будет служить сдерживающим фактором для лиц, осужденных за совершение преступлений, а следовательно, иметь профилактическое значение, позитивно влиять на криминогенную ситуацию в стране», — отметил директор Российского центра судебно-медицинской экспертизы, главный судмедэксперт Минздравсоцразвития Владимир Клевно в интервью «Российской газете».

Информация о гражданах, личность которых была известна на момент взятия биологического материала, будет храниться до установления факта их смерти или до даты, когда им исполнилось бы 100 лет. В отношении неустановленных лиц, проходящих по уголовному делу, — 70 лет с момента получения биологического материала.

Закон устанавливает, что данные о неопознанных телах будут храниться до установления личности человека, но также не более 70 лет. Человек, прошедший геномную регистрацию добровольно, сможет в любой момент написать заявление о ее уничтожении.

NEWSru.com

За первые девять месяцев 2008 года от рук преступников в России погибли 1,5 тысячи несовершеннолетних. 17 тысяч детей за тот же период объявлялись в розыск.

Следственные органы РФ обращают внимание общества на большое количество преступлений, совершенных в отношении несовершеннолетних. В этом году, согласно милицейской статистики, в России убиты 1,5 тысячи детей, а более 17 тысяч малолетних и подростков находились в розыске в течение девяти месяцев 2008 года, передает ИТАР-ТАСС со ссылкой на Следственный комитет при прокуратуре (СКП) РФ.

«Необходимо отметить, что только в первом полугодии этого года в России совершено более 33 тысяч преступлений, сопряженных с насильственными действиями в отношении детей и несовершеннолетних», — отметили в СКП.

Там оценили как вызов обществу происшествие в Ногинске, где 8-летний ребенок погиб, защищая сестру от ранее судимого преступника.

Напомним, 35-летний рецидивист родом из Астрахани Сергей Кияшко ворвался в одну из квартир Ногинска, где в это время были только малолетние брат с сестрой. Уголовник, вооруженный ножом, потребовал у 8-летнего Жени Табакова денег, а сам тем временем стал раздевать его 12-летнюю сестру Яну. Тогда мальчик сбегал на кухню за ножом, после чего между педофилом и ребенком произошла короткая дуэль на ножах с трагическим финалом.

Второклассник погиб от восьми ножевых ранений, однако и раненный грабитель был вынужден ретироваться, а затем был схвачен милиционерами. В настоящее время с ним проводятся следственные действия, назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Задача Следственного комитета — расследовать уже совершенные преступления. «Расследование преступлений в отношении детей проводится с особой тщательностью и всегда находится на особом контроле руководства Следственного комитета независимо от того, сколько времени прошло с момента совершения преступления», — подчеркнули в СКП.

Так, недавно раскрыто убийство девочек в Нижегородской области, совершенное в 2001 году, в ноябре в Ставропольском крае арестован маньяк, жертвами которого стали дети. Правда, в этом случае преступник более десяти лет оставался безнаказанным и лишь новое преступление извращенца помогло вывести сыщиков на след серийного убийцы-педофила.

«Следственный комитет делает все возможное, чтобы ни один преступник, посягнувший на жизнь и здоровье ребенка, не ушел от наказания, — добавили в СКП. — Но, к сожалению, как бы строго не были наказаны преступники, убитых детей уже не вернуть».

В связи с этим в следственных органах обращают внимание родителей, педагогов, чиновников и всех остальных граждан на опасность, которая угрожает детям. «Сегодня во многом от вас зависит — будут ли завтра новые жертвы среди наших детей, — заключили в СКП. — Только вы сможете объяснить детям ту опасность, которая их подстерегает ежедневно, и уберечь их от беды».

Добавим, что за весь 2007 год в России были убиты преступниками 2,5 тысячи детей. Многие из этих преступлений имели сексуальную подоплеку.

По данным статистики, за 2007 год совершены 161 тысяча преступлений, жертвами которых стали подростки. Всего же от различных преступлений страдает более 94 тысяч несовершеннолетних ежегодно. Каждый год это число увеличивается на 2-3 тысячи человек. Причем все это происходит на фоне заявлений об общем падении количества преступлений на 5% и даже 7%.

newsru.com

Российская судебная система станет прозрачнее. Но до конца свои секреты не раскроет. Тайна, охраняемая законом, останется тайной. Не будут разглашаться конфиденциальные сведения, а также такие, что могут нести угрозу безопасности государства или участникам судебного процесса. В таких случаях при публикации материалов суда свидетели, к примеру, могут скрываться под псевдонимами или шифрами, не позволяющими их узнать.

Другая же информация о деятельности судов — о времени и порядке работы, о движении дел и заявлений, о сроках их рассмотрения, о том, кто судит, обвиняет, защищает, о судебных решениях, о процессе подбора кадров в судьи — станет доступной. Она может размещаться в средствах массовой информации, в сети Интернет, на информационных стендах зданий судов. По мнению депутатов Госдумы, которые в минувшую пятницу единогласно приняли во втором чтении проект федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», это нужно прежде всего самим судам, заинтересованным в том, чтобы повышалось доверие народа к третьей ветви власти.

А вот террористов, мятежников, участников незаконных во-оруженных формирований и массовых беспорядков депутаты лишили права выбирать, кто их будет судить — профессиональный суд или 12 присяжных заседателей. Теперь никаких «или». Только коллегия из трех профессиональных судей. Такое решение приняла Госдума, соответствующим образом поправив Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы. Один из авторов поправок, председатель Комитета ГД по безопасности Владимир Васильев, объяснил эту законодательную инициативу тем, что присяжные нередко выносят оправдательные приговоры «в отношении лиц, обвиняющихся в совершении тяжких преступлений». А те продолжают создавать «атмосферу страха и ужаса в душах людей», угрожая их жизни и приводя свои угрозы в исполнение. Васильев понимает, почему присяжные бывают снисходительны к террористам: заседатели живут в том же регионе, они, как и их родственники, хорошо известны террористам и их окружению, на присяжных может оказываться давление.

«Но на 12 человек труднее оказывать давление, чем на трех», — возражали Васильеву оппоненты. Кстати, как свидетельствовал Владимир Груздев («Единая Россия»), по составам преступлений, которые теперь предлагается не рассматривать с участием присяжных, процент оправдательных приговоров по стране у профессиональных судов в прошлом году был такой же, что и у присяжных, — «чуть больше одного процента».

По мнению зампреда Комитета по безопасности «справоросса» Геннадия Гудкова, дело не в ошибках присяжных, не в том, что их запугивают, а в «тех доказательствах, в тех непрофессиональных действиях следствия, дознания, которым нечего зачастую предъявить присяжным заседателям».

Но, как считает председатель Комитета ГД по конституционному законодательству и госстроительству Владимир Плигин, в некоторых регионах присяжные «не могут в принципе быть независимыми».

У коммуниста Анатолия Локотя возникли сомнения, а не приведет ли желание эффективно бороться с терроризмом, на которое ссылаются авторы законопроекта, к раскручиванию маховика репрессий? Сергея Иванова из ЛДПР беспокоило, что присяжные будут исключены и при рассмотрении дел о массовых беспорядках. То есть и люди, к примеру, потерявшие из-за кризиса работу и вышедшие на улицу протестовать, тоже не могут рассчитывать на суд присяжных. Однако Васильев успокоил и коммунистов, и либерал-демократов, заметив, что исторический опыт и изменение законодательства в сторону «гуманизации наказаний» не позволит нам повторять прежние ошибки. В результате фракция ЛДПР почти в полном составе, как и «Единая Россия», проголосовала за поправки в УК и УПК. Вице-спикер ЛДПР Владимир Жириновский не стал нажимать кнопку ни «за», ни «против». Коммунисты воздержались и от дискуссии, и от голосования. Против принятия законопроекта выступили почти все, за исключением двух, депутаты «Справедливой России». Елена Мизулина нашла немало аргументов, объясняя позицию фракции. Она заявила, что этот законопроект «не о противодействии терроризму, а об ограничении народовластия, о поддержании коррупции в правоохранительной системе и в системе правосудия». Мизулиина обратила внимание коллег на то, что, отменяя суд присяжных для террористов, Дума по сути понижает им наказание, поскольку к ним нельзя будет применить смертную казнь даже после отмены моратория. «Современный суд присяжных, — сказала Мизулина, — это очень надежное средство против коррупции. Потому что подкупить одного судью гораздо проще, чем 12 присяжных заседателей». Однако ее аргументы не были услышаны большинством, и поправки в УК и УПК приняты в первом чтении. Три дня дано депутатам, чтобы они внесли в Комитет по безопасности свои предложения ко второму чтению законопроекта.

Тамара Шкель, «Российская газета» — Центральный выпуск №4807 от 8 декабря 2008 г.

4 декабря состоялась «горячая линия» с председателем правительства России Владимиром Путиным. Помимо мирового кризиса и повышения социалных дотаций, россиянам так же было интересно услышать от премьера развитие законодательства по отношению к детям. Редакция сайта Soprotivlenie.org считает необходимым ознакомить своих читателей с этими вопросами.

ВОПРОС: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В Государственной Думе внесены поправки в Уголовный кодекс, касающиеся ужесточения наказания для педофилов. Почему они до сих пор не приняты? Неужели там есть свои лоббисты?

В.ПУТИН: Ну что можно сказать? Конечно, это тяжелое и страшное преступление. Вообще все, что касается охраны здоровья и жизни детей, должно находиться под нашим особым вниманием.

В Уголовном кодексе Российской Федерации есть статья, если мне не изменяет память, 132-я статья Уголовного кодекса, которая наказывает за сексуальное насилие, за действия сексуального характера. И там есть часть третья — это преступления, совершенные с отягощающими обстоятельствами, и она как раз регулирует эту сферу применительно к несовершеннолетним. Санкции там — от 8 до 15 лет лишения свободы. В целом эта статья должна работать.

Но я знаю, что в связи с ростом преступлений подобного рода — и в мире в целом, кстати сказать, да и в нашей стране, — можно и нужно подумать над ужесточением наказания. Можно говорить и о поднятии нижней планки ответственности, да и верхней тоже.

Здесь в зале должен находиться Председатель Государственной Думы Борис Вячеславович Грызлов. Исхожу из того, что депутаты Государственной Думы подумают над Вашим вопросом, и в диалоге с общественностью мы выработаем те решения, которые будут адекватны угрозе.

Читать всю стенограмму