О главном

Количество жертв домашнего насилия из года в год практически не меняется, но число женщин, стремящихся в судебном порядке наказать мужа-тирана, всё-таки растёт. Происходит это в городах, где правовая культура повыше.

Вчера подруга рассказала, что накануне впервые не пожалела о малодушном поступке: здесь тот случай, когда, вмешиваясь, можно остаться виноватой. После женского праздника её сосед полночи избивал свою жену. На следующий день семейная парочка вела себя как ни в чём не бывало. Такие проявления мужской агрессивности для меня, например, давно не новость. Я бы назвала их типичными, не искореняемыми даже постсоветской эмансипацией.

Помню, в детстве мой папа буквально спасал нашу соседку, которую время от времени поколачивал её мужик. Причём бил он её далеко не по причине слабоумия. Семья внешне выглядела вполне благополучной: оба супруга — люди с дипломами о высшем образовании. Скандалы происходили чаще всего на праздники, когда муж находился изрядно подшофе. Во времена моего детства на домашних тиранов находили управу в парткоме, сосед наш состоял в КПСС. Но его жена то ли боялась, то ли просто не хотела вмешивать широкие слои общественности в происходящее, молча доверяя своё здоровье случаю.

С тех пор мало что изменилось. В Иркутском кризисном центре для женщин мне рассказали, что в праздничные дни традиционно количество обращений увеличивается и 8 Марта не является исключением. Наплыв жертв домашних тиранов здесь ожидают именно сейчас, сразу после выходных. «Перед праздниками мы организовали побег одной такой женщине, всё прошло благополучно. Теперь она в безопасности», — рассказала директор центра Людмила Свистунова. После нескольких лет издевательств мужа женщина решилась на развод. Это не первый побег, организованный при участии сотрудников центра.

Порой заложенные природой мужское желание осуществлять власть и стремление женщины подчиняться принимают шокирующие формы. И, как считает моя собеседница, оба могут не осознавать этого без вмешательства третьего лица. Чем раньше это произойдёт, тем лучше. Но общеизвестно, что синяки и шишки не повод для того, чтобы изолировать мужчину, издевающегося над женщиной. Максимум через три месяца он вернётся в семью и всё продолжится. В нашей стране законодательство не регулирует ответственность перед жертвами насилия. В США, к примеру, выдаются охранные ордера, запрещающие приближаться к пострадавшим. Милиция, как правило, вмешивается в ситуацию, когда исправить уже ничего нельзя: женщина изувечена, доведена до самоубийства или убита. К тому же надо отметить, что чаще остальных домашними тиранами оказываются именно работники правоохранительных органов, что делает бессмысленным звонки по «02».

Количество жертв домашнего насилия из года в год практически не меняется, но число женщин, стремящихся в судебном порядке наказать мужа-тирана, всё-таки растёт. Происходит это в городах, где правовая культура повыше. В числе клиенток адвоката Надежды Сизых, специализирующейся на процессах, которые связаны с защитой интересов женщин, достаточно известные иркутянки. Она рассказывает, что даже при нанесении серьёзного ущерба здоровью женщины добиться возбуждения уголовного дела бывает непросто. «Одной из моих клиенток муж сломал челюсть, но возбудить уголовное дело удалось только с третьего раза, — говорит она. — Следственные органы не находили состава преступления, потому что не было свидетелей». Следователи за такие дела берутся неохотно. А законодательная инициатива, которая помогла бы упорядочить процедуру обращения жертв насилия в семье в суд, и вовсе стоит на месте. С момента принятия в 1996 году нового Уголовного кодекса в Думу поступали несколько законопроектов о профилактике домашнего насилия. Все они так и остались в статусе проектов, говорит Надежда Сизых.

В понедельник, прийдя на работу, попыталась найти последние иркутские данные о насилии в семье. К своему удивлению, обнаружила, что за последние два года информации об этом минимум, как отрезало: на Украине, в Израиле сообщения о мужьях, избивающих жён, появляются, а в России — нет. Вывод: обсуждение очевидно сдерживается. Это подтвердила одна известная в Иркутске психолог. «Существует негласная договорённость умалчивать тему. Всё дело в том, что за время реформ мужское население сократилось на 15 миллионов, продолжительность жизни сильной половины — 58 лет, женщин — 71 год. Как бы они нас не убивали, они умирают раньше, — пояснила она. — Но если не обращать внимания на проблему насилия в семье, никогда от неё не избавиться. Для нас же важно, чтобы дети росли без опыта и памяти об этом, иначе мальчики будут повторять своих отцов, а девочки — матерей». Остаётся лишь с сожалением отметить, что гендерная составляющая праздника 8 Марта уже давно пылится за гламурной витриной, привлекательной для известных брендов, которые используют её с целью увеличения продаж. 

Наталья Мичурина, «Восточно-Сибирская правда»

http://www.vsp.ru/show_article.php?id=44471

Конституционный суд сделал небольшой шаг к обеспечению реальной независимости судей. Глобальных изменений не предложено, но уже сам факт, что сор вынесен из избы, позволяет надеяться на изменения в лучшую сторону.

Все началось с обращения в Конституционный суд (КС) бывших судей из Петербурга, Новосибирской, Ростовской областей и Карачаево-Черкесии, не согласных с решениями региональных квалификационных коллегий судей (ККС) о лишении их судейского статуса. В своей жалобе бывшие судьи указывали, что предлоги для их увольнения неконституционны, а наказания несоразмерны.

Прегрешения, за которые судей, обратившихся в КС, лишили должностей, много говорят об отечественной судебной системе. Трое из них обвинялись в нарушениях «процессуального и материального закона», допущенных во время рассмотрения дел. В переводе с юридического на русский это значит, что судьи приняли решения, которые не были обжалованы в суде высшей инстанции, и квалификационные коллегии, посчитав вердикты неправильными, лишили их полномочий. Бывшему председателю районного суда из Карачаево-Черкесии вменялась в вину «безосновательная критика» работы председателя республиканского суда, содержавшаяся в его письме на имя председателя Верховного суда и «сопровождавшаяся выражением политических взглядов». У него также обнаружились нарушения в работе канцелярии, учете движения дел и ведении статистической отчетности. Еще одна представительница судейского сообщества, по мнению региональной ККС, «в своих неоднократных выступлениях на заседаниях органов судейского сообщества Новосибирской области и в письменных обращениях подвергала критике как несоответствующие закону действия председателя и других судей, а также вступившие в законную силу судебные акты», за что и была лишена полномочий. Подчеркнем, что делала она эти заявления на закрытых заседаниях судейского сообщества, а отнюдь не в СМИ, тогда как кодекс судебной этики, за нарушение которого судью можно уволить, действительно запрещает критику работы суда, но только публичную. На это, кстати, и указал Конституционный суд. Для сравнения: недавно ККС Северной Осетии вынесла судье, пойманному за езду на машине без документов и без номеров, к тому же потерявшему свое судебное удостоверение, предупреждение.

Председатель всегда прав

Квалификационные коллегии сами рекомендуют кандидатуру судьи при назначении и сами же впоследствии могут привлечь судью к дисциплинарной ответственности, в том числе и прекратив его полномочия. Прекращение полномочий возможно за «ненадлежащее исполнение своих обязанностей», но что входит в понятие ненадлежащего исполнения, оставалось на усмотрение членов комиссии. «За одно и то же нарушение в одном регионе судья может получить предупреждение или выговор, а в другом — лишиться полномочий», — говорит Андрей Князев, глава адвокатской коллегии «Князев и партнеры». Отсутствие четких разграничений тяжести проступков судей, как и ясных критериев, по которым эти проступки выносятся на рассмотрение региональных ККС, — одна из главных причин зависимости судей от квалификационных коллегий.

При этом квалификационные коллегии находятся под жестким контролем председателей региональных судов. Председатели единолично принимают решение о внесении на рассмотрение ККС вопроса о нарушениях со стороны того или иного судьи. Они же представляют коллегии доклад об этом нарушении. Две трети членов квалификационной коллегии непосредственно подчинены председателю суда. А председатель суда обладает широкими возможностями для создания условий, чтобы в работе того или иного судьи возникли неизбежные нарушения. «Если одному судье дать десять дел с участием двух человек, а другому шесть дел, в каждом из которых по пять-восемь участников, то тот, кто получил меньше дел, окажется в заведомо проигрышной ситуации, — продолжает Андрей Князев. — Так, у первого судьи стороны процесса представлены истцом, ответчиком и двумя адвокатами, их можно быстро собрать и уложиться в отведенные на рассмотрение дела сроки. А у второго истцов и ответчиков будет пять-восемь, у каждого по адвокату, и уложиться в сроки почти нереально, их всех просто трудно одновременно собрать. Тот судья, который рассмотрел более сложные дела, оказывается виновным в нарушениях сроков. А дела между судьями распределяет председатель суда». Понятно, то в ККС голосовать против мнения председателя регионального суда из судей решаются единицы.

Помимо судей в состав квалификационных коллегий входят представители общественности (одна треть состава коллегии). Однако, как считает член совета по совершенствованию правосудия при президенте Тамара Морщакова, в большинстве случаев они тоже угодны председателям судов. Но даже если допустить, что общественность в ККС вдруг воспротивится увольнению кого-либо из судей, расклад существенно не меняется. Для лишения полномочий судьи достаточно набрать две трети голосов в квалификационной коллегии, а эти две трети как раз и составляют судейские.

Понятно, что при таком положении дел председатель суда может без особого труда добиться от судей принятия решений, в которых он заинтересован. А дальше все зависит от того, кто в регионе контролирует самого председателя суда.

Третий элемент

Вердикт КС можно разделить на три элемента, каждый из которых по-своему важен. Первый — решение о лишении статуса судьи должно приниматься только тайным голосованием. На самом деле мера скорее косметическая, поскольку обеспечить действительно тайное голосование на коллегии, состоящей из двух десятков человек (в регионах, бывает, и того меньше) почти невозможно. Однако изменение процедуры все-таки дает некоторый шанс судьям избежать санкций со стороны председателя суда за неугодное ему голосование. Кроме того, КС потребовал от квалификационных коллегий мотивировать их решения и заносить в протоколы заседаний ККС. Сейчас в протоколах зачастую указывается лишь на лишение судьи полномочий, но не говорится, в чем именно заключалась вина.

Второй элемент — ограничение набора самих поводов, по которым ККС могла бы вмешаться в действия судьи. Квалификационные коллегии судей не вправе досрочно прекращать полномочия судьи при рассмотрении дел. Как постановил Конституционный суд РФ, подобные решения вправе принимать только вышестоящие суды: «Квалификационные коллегии судей не могут быть признаны компетентным органом для оценки законности судебного акта».

Третий и, возможно, наиболее важный элемент — принципиальное решение о вынесении этого вопроса на все уровни власти. Важен сам по себе факт обсуждения проблемы гипертрофированной зависимости судей от квалификационных коллегий и председателей судов в документе столь высокого статуса. Долгое время это выносилось лишь в прессу или на разного рода конференции.

Все это, конечно, радикально не меняет положение дел в судейском сообществе и вряд ли обеспечивает существенно большую независимость судей. Однако в рамках действующего законодательства КС сделал все что мог.

Опора на собственные силы

Помимо обязательного внесения изменений в законы «О статусе судей РФ» и «Об органах судейского сообщества в РФ» (это касается тайного голосования в ККС) Конституционный суд рекомендовал законодателям подумать об иных механизмах защиты независимости судей, в частности о возможности создания специальных дисциплинарных судов. Такая возможность уже обсуждается в судейском сообществе, да и не только там.

Во-первых, можно будет привлечь судью к ответственности за коррупцию. При существующей сейчас организации судебной власти сделать это почти нереально. Чтобы проводить оперативные мероприятия в отношении судей, подозреваемых в нечистоплотности, необходимо получить разрешение у той же квалификационной коллегии. То есть у того же судейского сообщества. Сделать это непросто из-за корпоративной солидарности. Но даже если разрешение дается, процедура его получения на практике означает, что правоохранители сообщают фигуранту разработки о своем интересе к нему. После этого собрать материал для уголовного дела становится гораздо сложнее. Поэтому уголовные дела против судей по обвинению в коррупции — исключение из правил. Обычно судью, подозреваемого во взяточничестве, увольняют (если увольняют) по каким-то иным основаниям. По каким — может придумать председатель суда или квалификационная коллегия судей. Если будут введены дисциплинарные суды, то разрешение на оперативную разработку нужно будет получать у них, что, скорее всего, обеспечит всей процедуре большую конфиденциальность.

Во-вторых, дисциплинарный суд предполагает формализованную процедуру отрешения от судебной должности. Это не голосование в ККС по докладу председателя суда, а сторона обвинения, сторона защиты, набор доказательств. Если полномочия по лишению полномочий судей перейдут в дисциплинарные суды, уволить судью по формальным основаниям будет куда сложнее. И решение о лишении полномочий будут принимать уже не председатели судов, как это происходит сейчас, а дисциплинарный суд.

Однако эта схема не лишена минусов. Возникает извечная дилемма: кто будет сторожить сторожей? Появляется опасность, что дисциплинарные суды станут очередным механизмом, держащим судей в подчинении у начальства.

Еще одним способом улучшить ситуацию может изменение полномочий региональных ККС. В среднем за год досрочно лишаются полномочий не более 90 судей. Такое количество дел вполне могла бы осилить Высшая квалификационная коллегия судей РФ. Если бы лишать судей полномочий могла только она (а региональные ККС только бы выносили предупреждения судьям), судейский корпус был бы в значительной степени вынесен за рамки региональных конфликтов вокруг власти и собственности. Хотя и этот вариант небезупречен — он может создать излишнюю централизацию в судебной власти.

Тамара Морщакова называет еще один возможный механизм — изменение территориального деления судов. Сейчас территория юрисдикции судов совпадает с административным делением: Верховный суд — региональные суды — районные суды. Эта схема способствует сращиванию суда с региональной властью. Вынеся суд за рамки регионов (например, создав специальные судебные округа), можно избежать такого сращивания.

Перспектива самоограничения

У всех перечисленных проектов укрепления независимости суда есть один общий недостаток. Оздоровление корпорации предлагается осуществлять силами самой корпорации. С одной стороны, это вполне отвечает настроению судейского сообщества и к тому же лежит в русле предвыборных высказываний Дмитрия Медведева, который основную ответственность за укрепление независимости судов возложил на самих судейских. Но с другой — даже некоторые судьи признают, что их корпорация чрезмерно закрыта и ей не помешал бы больший контроль со стороны общественности.

К моменту сдачи этого материала стало известно, что Госдума и Совет Федерации начали работу над поправками в законодательство, которые требует р&#10

Ежегодно в России жертвами работорговцев становятся до 50 тысяч человек. Эта цифра прозвучала в четверг на заседании комитета Госдумы по безопасности. Депутаты обсуждали законопроект, уточняющий понятие «торговля людьми» и детализирующий уголовную ответственность за это преступление.

Россия является одной из крупнейших стран — поставщиков «живого товара». В основном это женщины и несовершеннолетние, продаваемые за рубеж для сексуальной эксплуатации. Действующая статья 127 части 1 УК под торговлей людьми подразумевает куплю-продажу человека либо его вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение, совершенные в целях его эксплуатации. Как объяснил депутат Алексей Розуван, на практике применение этой статьи вызывает затруднения. Дело в том, что квалифицирующим признаком преступления является цель эксплуатировать потерпевшего. Однако зачастую продажа человека совершается без такой цели. По словам депутата, некоторые родители готовы продать своего ребенка за бутылку водки или небольшую сумму.

За последние пять лет следственными подразделениями органов внутренних дел России было возбуждено всего 10 уголовных дел по этой статье, а обвинительные приговоры вынесены лишь по 6 из них.

Уже принятый в первом чтении законопроект предлагает признавать сделку уголовно-наказуемой независимо от цели продажи, переформулировав статью следующим образом: «Торговля людьми, то есть купля-продажа человека, а также совершенные в целях его эксплуатации вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение». Кроме того, предлагается дополнить части 2 статьи новыми квалифицирующими признаками, позволяющими усилить ответственность за деяния, совершенные в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, и в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Депутат Александр Гуров обратил внимание коллег на то, что формулировка осталась неточной. Получается, что вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение по-прежнему связывается с эксплуатацией жертвы. Депутаты поддержали законопроект в целом, но договорились ко второму чтению доработать формулировку.

Марина Юршина, «Газета» №42 от 07.03.2008г.

http://gzt.ru/society/2008/03/06/220002.html

В Алтайском крае мужчина сбросил собственных детей с балкона девятого этажа, после чего прыгнул следом. Мотивом отчаянного поступка стала ссора с женой.

В результате падения с большой высоты мужчина и его старшая дочь скончались, а второй ребенок находится в реанимации, передает «Интерфакс» со ссылкой на пресс-службу следственного управления при прокуратуре Алтайского края.

Трагедия произошла в 6:25 утра пятницы в одном из девятиэтажных домов города Белокуриха, сообщает Amic.ru.

По предварительным данным, хозяин квартиры после ссоры с женой «вывел на балкон двух своих дочерей и по очереди сбросил их вниз», пояснили в прокуратуре. После этого детоубийца выбросился сам.

В результате падения с высоты девятого этажа 11-летняя девочка и ее отец скончались в больнице, а ее трехлетняя сестренка выжила и лежит в реанимации, передает РИА «Новости». У девочки сломана ключица и имеется перелом третьего грудного позвонка.

Проверку обстоятельств случившегося ведет Белокурихинский межрайонный следственный отдел при краевой прокуратуре.

Отметим, что последний раз похожий случай происходил в Москве в начале осени 2007 года. Тогда отец, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, после ссоры выкинул из окна свою полуторагодовалую дочь. Правда, милиционеры успели спасти ребенка, поймав его с помощью покрывала.

NEWSru.com
http://www.newsru.com/crime/07mar2008/balkon_homicide_print.html

Согласно данным независимых экспертов, в настоящее время через Интернет распространяется 75% детской порнографии, а увеличение детской порнографии в Интернете (на 1500% за 10-15 лет!) отразилось на росте количества детей, подвергаемых сексуальному насилию. Глобализация порока превратила педофилию в мировую эпидемию. По данным Генеральной прокуратуры (2006), годовой оборот рынка детской порнографии достиг 3,5 млрд. евро.

9 февраля 2008 г. в Пикалево Ленинградской обл. пропала десятилетняя Наталья Рубцова. 12 февраля она была найдена убитой. Ранее, 1 февраля, в Тосно Ленинград­­ской обл. пропали два друга — первоклассники Максим Линьков и Александр Пронин… 13 февраля в Санкт-Петербурге милиционеры поймали с поличным подозреваемого в педофилии. Мужчина как раз растлевал подростков, а в его телефоне оказались данные на десятки детей… (По сообщениям СМИ, февраль 2008 г.)

Помните разговоры в середине 90-х годов прошлого века о заре новой эпохи — эпохи глобализации? О ней писали как о наступающей поре капиталистического благоденствия человечества. Мультикультурализм (интеграция различных культур) стал высшим идеалом. Экономическая интеграция стран третьего мира — зазывной целью. Превращение мира в одну «планетарную деревню» и создание единого свободного рынка — окончательной победой «американского образа жизни».

Идеологи и пророки глобализации обещали экономическое процветание и окончательное освобождение человечества от цепей марксизма и иллюзий социализма. Всемирная паутина и глобализация открытого доступа к любой информации гарантировали всеобщее образование и повышение культурного уровня в самых отсталых странах.

Принято считать, что либеральный оптимизм (если не сказать слепота. — А.К.) зиждется на основополагающей идее гуманизма, которая утверждает, что человек по своей природе предрасположен к добру и самосовершенствованию. Ему нужно только дать liberty — свободу. Именно это слово Буш произносил чаще, чем все американские президенты, вместе взятые.

Но вот глобализация осуществилась. И что мы видим? Обнищание и кризис экономики стран Латинской Америки, Африки, где на каждый вложенный «Большой семеркой» (не «восьмеркой»! — А.К.) доллар вывозится два. Человеческая жадность, авантюризм и эгоизм поставили в 2008 г. мировую банковскую систему на грань катастрофы. Но самое страшное, что развивающиеся огромными темпами СМИ и Интернет, проникая во все сферы жизни общества, вызывают массовую деградацию человеческого сознания и доказывают «неудобную истину»: человек — это животное. Более того, как писал Уильям Голдинг в своем романе «Повелитель мух»: «Человек опаснее всех животных».

Следует признать, что мысль Голдинга подтверждается глобальным катастрофическим ростом педофилии. И основная причина этого роста — ИНТЕРНЕТ.

Вдумайтесь — ежемесячно на порносайты заходят до 20 млн. человек, из которых 200 тыс. становятся стабильными пользователями. Согласно данным независимых экспертов, в настоящее время через Интернет распространяется 75% детской порнографии, а увеличение детской порнографии в Интернете (на 1500% за 10-15 лет!) отразилось на росте количества детей, подвергаемых сексуальному насилию. Глобализация порока превратила педофилию в мировую эпидемию. По данным Генеральной прокуратуры (2006), годовой оборот рынка детской порнографии достиг 3,5 млрд. евро.

То, что педофилия порождена экономическими и социальными проблемами, — частичная правда. Главные причины кроются в физиологии и антропологии животного, называемого человеком. Педофилы признаются, что просмотр порнографических сцен с участием детей разжигает их фантазию и является важным фактором, подталкивающим их на сексуальное преступление. Доступ к порносайту изменяет психологическое и физиологическое состояние человека следующим образом — в нем, как во всяком животном, присутствует некая стадность, которая обусловливает возникновение ложной иллюзии о патологической сексуальной вседозволенности. В результате человек, возбужденный животным инстинктом, готов бежать на улицу в поисках малолетней жертвы. По завершении полового акта сознание насильника проясняется, и, сознавая последствия, насильник устраняет жертву-свидетеля.

Как же обстоят дела у нас? Здесь положение детей можно назвать катастрофическим: Россия была и остается самым злостным из всех правонарушителей в мире, когда речь заходит о детской порнографии. Так что настало время ввести цензуру и уголовную ответственность за интернет-педофилию, как это сделали в Канаде, Великобритании и США. По суровым канадским законам уголовным преступлением считается не только производство, передача или публикация в Сети детской порнографии, но и ее просмотр. Более того, просто поиск детской порнографии в Сети становится в Канаде уголовно наказуемым деянием, даже если обвиняемый ничего не нашел. Каждое из этих действий повлечет за собой тюремное заключение от пяти до десяти лет.

Наша страна находится на третьем месте в списке из пяти стран с наибольшим уровнем насилия по отношению к детям. ВДУМАЙТЕСЬ! По данным российского МВД, ежегодно около 7 тыс. детей от 4 до 15 лет становятся жертвами сексуальных преступлений.

До какого времени ЭТО может продолжаться?! Почему мы позволяем разгуливать по нашим улицам маньякам-убийцам, причем не только убийцам, а садистам, прекрасно понимающим, что они творят, когда убивают ребенка?!

Проблема глобализации порока педофилии требует введения смертной казни за сексуальное насилие над ребенком. Вместо этого, стараясь не отстать от зомбированной политкорректностью Европы, мы изо всех сил убеждаем себя в том, что мир становится гуманнее, а люди лучше. Один из ярких представителей «гуманного» отношения к людям — глава Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству П. Крашенинников недавно внес на рассмотрение нижней палаты проект закона, официально отменяющего смертную казнь в России, считая, что смертная казнь должна отойти в прошлое как пережиток средневековья. Как же нам не терпится тоже стать цивилизованными — на бумаге! Не дай Бог, чтобы иной депутат нашел бы свое малое дитя растерзанным на ступенях своего подъезда.

Я задаю тебе, мой читатель, вопрос — как бы поступил ты в таком случае? И второй вопрос — почему преступник, который совершает смертный грех, должен быть «помилован»? Почему общество в течение нескольких десятков лет должно его кормить, лечить, обувать-одевать и сторожить? Но самое главное — давать ему минимальную, но надежду, что все как-нибудь да и «образуется». Я ТРЕБУЮ СМЕРТНОЙ КАЗНИ!

Нужно безоговорочно ввести смертную казнь насильнику-педофилу, даже если он оставил жертву в живых. Убежден, что смертная казнь является сдерживающим фактором, кстати, это признали и американские ученые. Например, лауреат Нобелевской премии Гэри Беккер является сторонником смертной казни. «С каждой казнью в каждом последующем году происходит на 75 убийств меньше», — утверждают два американских профессора. Они опубликовали в Wall Street Journal в ноябре 2007 г. результаты исследований, согласно которым смертные приговоры удерживают потенциальных преступников от убийств, спасая человеческие жизни. И особенно жизни детей, добавлю я.

Не сомневаюсь, что, если бы сегодня был проведен национальный референдум — нужно ли вернуть смертную казнь, то подавляющее большинство голосов были бы «за». Вот это мнение прочитано мною на форуме «Комсомольской правды»:

«…В последнее время народ отчаянно требует отменить мораторий на смертную казнь для убийц-педофилов и ужесточения наказания за развращение детей и преступления против личности. И вот, на фоне всенародного вопля и стона, Государственная Дума, оказывается, ВТИХАРЯ рассматривает вопрос О ПОЛНОЙ ОТМЕНЕ СМЕРТНОЙ КАЗНИ!!! Как это понимать?.. Они не хотят референдума, они считают, что народ — дурак, не доросли мы до понимания ИХ ценностей… …убийства, нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть; изнасилования, педофилия должны караться… Наши сроки за эти преступления СМЕХОТВОРНЫ, а с учетом УДО (условно­досрочное освобождение. — Ред.) — просто издевательство» (22.02.2008).

Не торопитесь, господа гуманисты, признать человека совершенным Творением Божьим! ХХI век глобализировал не только человеческие качества, но и пороки. И это в очередной раз доказывает, что человечество еще не достигло (и маловероятно, что когда-нибудь достигнет) того духовного просветления, при котором смертная казнь станет излишней!

ОПРОС ПО ТЕМЕ

Согласны ли вы на введение цензуры или прямого запрета в Интернете на пользование педофильскими сайтами?
Спросили мы граждан России

ЛАРИСА Томчук, пенсионерка, Омск:
 — Запреты никогда ничего хорошего не давали. Разве 10 заповедей — не цензура? Живите по ним — и ваши души будут в мире.

Анатолий Самборский, 67 лет, ветеран ГУИН, Тверь:
 — Цензура не поможет. Таких «любителей», как и создателей сайтов, нужно сажать в камеры на перевоспитание к «правильным пацанам».

Сергей Иванов, 50 лет, инженер, Пермь:
 — Да запретить их, извращенцев, вообще! Марши плавно перевести в «зоны» — годика эдак на 2-3. Сайты — торпедировать спамами и привлекать их создателей за вовлечение в разврат. Потом плавненько перейти к гламуру, далее — к звездам эстрады. Как писалось в «Швейке»: «Все эстеты — гомосексуалисты, это вытекает из самой сути…» Может быть, неточно. Зато верно!

Дмитрий Рыжиков, 46 лет, безработный, Смоленск:
 — Вся эта грязь идет с Запада. А вот в Иране и Северной Корее таких сайтов нет. Потому что нет Интернета. Может быть, так и нужно жить?

Николай Зеленюк, 61 год, техник, Орск:
 — Ничего не имею против запрета всякой однозначной мерзости. Но беспокоит то, что стоит лишь создать прецедент — и тут же власти войдут во вкус. А Интернет пока — чуть ли не единст­венная свободная зона. Я бы сказал — там можно наложить табу на то, что запрещено законодательством. Однако слишком уж оно у нас гибкое…
 И вот еще что. Насколько я понимаю, доступ на сайты, которые «хостятся» за границей, можно запрещать только на уровне провайдеров. А это вещь гнусная! И опять же — стоит лишь начать…

Евгений Береговой, 27 лет, водитель, Тула:
 — Не знаю. Но думаю, что в таких случаях «цензура» должна сидеть в мозгу каждого из нас.

Виталий Рогожин, 58 лет, повар, Казань:
 — Да, безусловно. Но тут надо понимать, что никакой запрет, никакая цензура не спасут от самого явления. Видео все равно будет сниматься и распространяться. По иным каналам. Так что, если честно, не вижу особого смысла в этой цензуре.

Андрей Кончаловский, «Аргументы недели»

http://www.argumenti.ru/publications/6193

Что можно сделать для того, чтобы улучшить сотрудничество между правоохранительными органами и Интернет-провайдерами, чтобы полиция и судебные органы могли эффективнее бороться с преступлениями, совершаемыми с использованием глобальной сети? 1 и 2 апреля 2008 года на конференции в Совете Европы в Страсбурге состоялось обсуждение основных принципов налаживания взаимодействия между частными операторами и государственным сектором.

В повестку дня конференции также был включен вопрос об установлении более тесного сотрудничества между участниками сети контактных пунктов, учрежденных в государствах-участниках Конвенции Совета Европы о преступности в киберпространстве (в соответствии с Конвенцией контактные пункты «24/7» должны быть доступны круглосуточно), и Подгруппой по преступности в сфере высоких технологий стран «Группы восьми» с целью проведения международных расследований и принятия неотложных мер.

В конференции приняли участие эксперты со всего мира, представители государственных органов, полицейских служб и частного сектора.

Единственным обязательным международным договором в этой области является Конвенция Совета Европы о преступности в киберпространстве (2004 г.), которую на сегодня ратифицировали 22 государства (в том числе и США). Для многих стран, таких, например, как Аргентина, Бразилия, Египет, Индия, Индонезия, Колумбия, Нигерия и Филиппины, Конвенция служит ориентиром при внесении изменений в законодательство. Коста-Рика и Мексика получили предложение о присоединении к Конвенции. Представители этих стран также приняли участие в работе конференции.

Совет Европы стремится к тому, чтобы к Конвенции и ее Дополнительному протоколу об инкриминировании расистских актов и совершенного ксенофоба при помощи информационных систем присоединилось как можно больше стран.

http://www.coe.int/DefaultRU.asp

Советник президента РФ Вениамин Яковлев поделился с корреспондентом «РГ» планами Ассоциации юристов России и предлагает, в частности, ввести специальные экзамены для чиновников. (Фото: Лилия Злаказова, «РГ»).
 
Российская газета: Вениамин Федорович, вроде еще вчера все сетовали на дефицит юристов в стране, а уже сегодня ведутся разговоры о том, чтобы сократить количество вузов, готовящих специалистов в этой области. Где логика?

Вениамин Яковлев: Со времени перестройки престиж профессии юриста взмыл на небывалую высоту. Причем это произошло на фоне ситуации, когда многие вузы попали в сложное финансовое положение и вынуждены были использовать юридическое образование для того, чтобы выжить. Некоторые из них выдавали дипломы, не подкрепленные реальными знаниями. И люди с этими бумажками шли работать. В результате произошла девальвация юридического образования и профессии.

Очевидно, что эту ситуацию надо выправлять. Ассоциация юристов России подписала соглашение с минобрнауки о проведении совместной аттестации вузов, которые занимаются подготовкой юристов. Для этого создана специальная комиссия во главе с академиком Олегом Емельяновичем Кутафиным. Она и будет выносить свой вердикт, какие вузы могут работать далее, а где подготовку юристов лучше свернуть.

РГ: Но ведь ваша ассоциация — это общественная организация, как она может решать судьбу высших учебных заведений?

Яковлев: Безусловно, мы не собираемся никому и ничего запрещать. Это вне нашей компетенции. Ассоциация лишь выполнит роль независимого арбитра или общественного мнения. А уж прислушиваться к этому мнению или нет, министерство будет решать само.

Кроме того, мы хотим изучить учебные планы вузов, школ и усилить в образовании правовую составляющую.

РГ: В последние несколько лет много говорили о том, что мы строим правовое общество. Но, положа руку на сердце, давайте признаем: серьезных подвижек пока не видно.

Яковлев: Мы 70 лет жили в обществе, жизнь которого была основана на абсолютном преобладании государственной собственности. А если собственник был только один, то зачем ему законы? Сегодня мы живем в другой стране, где действуют другие социальные системы. Общество должно быть упорядоченно и защищено государством. У государства же есть только один эффективный рычаг воздействия через законы, право на их исполнение и реализацию. Оно им пользуется. Тем не менее пока рано говорить, что Россия превратилась в правовое государство. Мы лишь создали предпосылки для этого.

РГ: Но как заставить людей исполнять законы? Как, например, объяснить чиновникам, что взятки брать нельзя? Может, нам пойти по пути тех стран, где коррупционеров чуть ли не публично казнят на площадях?

Яковлев: Общество должно идти вперед, а публичные казни — это движение назад.

Надо внимательнее всмотреться в историю нашей правовой и судебной системы. В России XIX века она была одной из лучших в Европе. У нас хороший исторический опыт, я уж не говорю о той работе, которая была проделана в последнее время. Чего же нам не хватает?

Прежде всего нужно совершенствовать законодательство. Мы это делали по отдельным направлениям. Теперь необходимо совершенствовать совокупное применение различных отраслей права. Об этом, в частности, говорил на съезде Ассоциации юристов России Д.А. Медведев. Он акцентировал внимание на необходимости взаимосвязанного применения различных отраслей права, в частности, применительно к сфере интеллектуальной собственности.

РГ: Мы подошли с вами к самому сложному вопросу: как заставить людей исполнять закон?

Яковлев: Не надо заставлять. Надо просто выстроить систему исполнения законов так, чтобы люди понимали, что закон выражает их интересы. Кроме того, необходимо добиться того, что выгодно быть жить по закону, а не нарушать его.

Но и государство должно стать образцом законопослушания для граждан, и прежде всего госслужащие. Я не понимаю, как у нас совершенно неподготовленный человек может занимать государственный пост. Он представления не имеет о том законодательстве, с которым ему придется столкнуться.

Почему плохо исполняются законы о земельных правах граждан? Потому что механизм защиты этих прав не выстроен, а госслужащие не умеют это делать. Прежде чем занять какую-либо должность, кандидат в чиновники должен сначала сдать экзамен.

РГ: Боюсь, чтобы вырастить таких чиновников, нам нужен Моисей, который будет водить народ 40 лет по пустыне, пока не вымрет поколение, которое привыкло работать на себя, а не на государство.

Яковлев: Наблюдая за теми преобразованиями, которые происходят в нашей стране, я верю, что такая задача нам по плечу.

РГ: Ассоциация юристов России в этом как-то собирается участвовать?

Яковлев: Безусловно. Сейчас у нас в 58 субъектах созданы свои отделения, филиалы или представительства. В ближайшее время, надеюсь, они будут во всех регионах. Мы скоординируем их действия, чтоб превратить нашу организацию в важнейший институт гражданского общества. И первая в ряду задач — это правовое просвещение граждан.

Другой приоритет — правовая помощь населению. У нас далеко не каждый в состоянии нанять юриста или адвоката. Мы начали с открытия пунктов юридической помощи, привлекая для этого в том числе и студентов старших курсов юридических вузов.

РГ: Много таких пунктов по стране?

Яковлев: Более 70. Их услугами за 2007 год воспользовались уже более 100 тысяч граждан. Обычно они создаются при юридических вузах. Мы берем их под свое попечительство.

Кроме того, участвуем в экспертизе проектов законов. Сейчас многие проекты готовятся с участием лоббистов и не всегда выражают интересы обычных людей. Мы же оцениваем законы с точки зрения рядовых граждан. Причем делается эта работа абсолютно бесплатно, на общественных началах.

Андрей Шаров, «Российская газета» — Федеральный выпуск №4603 от 4 марта 2008 г.

http://www.rg.ru/2008/03/04/yakovlev.html

На границе двух российских регионов обнаружилась зона, свободная от правосудия. На нее натолкнулись трое рабочих из башкирского городка Октябрьский. Они попытались судиться с работодателями из Татарстана, но суды двух субъектов Федерации банально отфутболили иски. (фото — www.regtime.ru).

— Наш небольшой городок расположен на границе Башкирии и Татарстана, — рассказала корреспонденту «РГ» представитель истцов Елена Крыжановская. — Трое жителей не нашли дома работу по специальности и устроились в строительную компанию в городе Бугульма. До него автобусом от нас полчаса.

Но долго ездить на заработки в соседнюю республику не пришлось. Вскоре троицу уволили под каким-то предлогом. Обиженные бросились искать правду в суде. Как оказалось — пришли не по адресу.

По закону иски к работодателям принимаются по месту нахождения ответчика. Жители Башкирии логично рассудили, что раз работали в Бугульме, то и жаловаться надо в местный горсуд. Однако тамошние люди в мантиях выяснили, что фирма, обидевшая рабочих, зарегистрирована в Оренбургской области. Иск вернули.

Людям посоветовали пойти в Абдулинский городской суд Оренбургской области. Это очень далеко от родного городка, но ведь за справедливостью пойдешь и еще дальше.

— Заявители в Абдулино никогда в жизни не были и там не работали, — рассказывает Елена Крыжановская. — Но они сделали так, как им сказали. И опять вышла промашка.

По адресу, где зарегистрирована по документам компания, о ней и не слышали. Там живет совершенно посторонний человек. Оренбургские судьи дозвонились до помощника генерального директора общества с ограниченной ответственностью, на которое жаловались, и выяснили, что да, такая фирма существует. Руководство, материальная база, все учредительные документы находятся в Бугульме. Офис расположен где-то в промзоне, постоянного адреса нет, и фирма арендует ящик в одном из почтовых отделений Бугульмы. Хотите — пишите. По мнению оренбургских судей, это в корне меняет дело.

Раз обидчики-ответчики реально находятся в Бугульме, то и вы, дорогие истцы, идите туда, откуда пришли. Примерно так можно перевести определение Абдулинского районного суда с юридического языка на обычный. В результате стандартный трудовой спор превратился в сложнейшую юридическую коллизию, которую никто не может разрешить: куда жаловаться? Уже больше года гражданам никто не дает ответа на этот вопрос.

В последнее время много говорится о доступности и открытости правосудия. Не только говорится, но и делается, в частности, руководством Верховного суда. Поэтому дело трех рабочих из Башкирии приобретает особый смысл. Обратившись в суд за справедливостью, они, как оказалось, пришли не по адресу. Так в чем же причина, в неточности законов? Тогда надо исправлять. А если она в нежелании судей ввязываться в сложное и малоинтересное дело по защите трех рядовых граждан от богатых и, судя по всему, влиятельных предпринимателей?

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №4603 от 4 марта 2008 г.

http://www.rg.ru/2008/03/04/spravedlivost.html

За последнее время милицейская статистика изрядно пополнилась происшествиями, в которых травматическое оружие, предназначенное для защиты, фигурировало как орудие нападения, орудие банальной «разборки». В ряде случаев применение нелетального оружия имело весьма трагичные последствия. Мотивы таких поступков порой не поддаются никакому объяснению. У экспертов нет единого мнения о целесообразности этого средства самообороны, но корни проблемы они видят не в оружии, а в психологии его владельцев. (Фото Григория Тамбулова (НГ-фото).

В октябре 2006 года Владивосток потрясло хладнокровное убийство 50-летнего Сергея Смолякова. Он позволил себе резкое замечание в адрес уроженца Азербайджана Немата Гамидова, который «подрезал» автомобиль Смолякова, пытаясь объехать автомобильную пробку по встречной полосе. Посчитав себя оскорбленным, Гамидов достал травматический пистолет «Оса» и выстрелил в висок «обидчику». В результате такого ранения Смоляков скончался на месте. Но на этом потрясения не закончились. Суд приговорил Гамидова к семи годам колонии строгого режима, однако приговор был обжалован защитой и судья Виталий Павлов смягчил наказание до трех лет условного наказания. Судья усмотрел у Гамидова состояние аффекта. Позже, в декабре 2007 года, этот приговор снова был обжалован, но теперь уже прокуратурой.

Резиновые пули не щадят не только малоизвестных жителей российских провинций, но и знаменитостей. Теннисист Андрей Чесноков заступился за девушек, которых оскорбили молодые люди. Заступился словесно, но в ответ в ход пошло травматическое оружие. Пули застряли у спортсмена в мышцах живота, и врачи доставали их в реанимации. Случилось это, правда, не в России, а в Днепропетровске, куда его пригласили в ноябре 2005 года провести мастер-классы для молодых украинских теннисистов. Но сути дела это не меняет.

За последние годы нашим соотечественникам, по крайней мере большинству, успели внушить, что травматическое оружие бьет только воров и насильников, а честных граждан лишь защищает. Да и само название — травматическое или нелетальное — звучит успокаивающе. Дескать, резиновая пуля — это вам не «девять граммов в сердце», а мелочи жизни — гематома, ушиб мягких тканей. Оказывается, не совсем так. Оказывается, человека с «нелетальным ружьем» нужно бояться, так как государственная лицензия на ношение этого «ружья» — еще не гарантия безопасности для окружающих. А тем, кого именуют законопослушными гражданами, хочется гарантий. Особенно тем, кто предпочитает обходиться вообще без оружия. Ведь в теории все так ладно: закон оборот оружия регулирует, государство контролирует… А в жизни все иначе. Само собой просыпается желание искать виновных.

Лицензия без формальностей

При слове контроль работники милиции «на местах» улыбаются. «Конечно, контролируем, без медицинских справок, без специального рапорта участкового никто вам травматический пистолет не продаст, да и на учет не поставят, — отделывается дежурной фразой сотрудник одного из столичных отделов по организации лицензионно-разрешительной работы. — А в чем, собственно, дело?» Рассказываем ему владивостокский случай. «Вы предлагаете к каждому владельцу травматического пистолета по сержанту милиции приставить? — угадывает, куда клонится разговор, наш собеседник. — А вы знаете сколько сегодня на руках такого оружия?» Честно признаемся, что не знаем. «Я тоже не знаю, вы у начальства нашего поинтересуйтесь», — давая понять, что разговор окончен, офицер углубляется в изучение бумаг.

Начальство в лице заместителя начальника управления лицензионно-разрешительной работы ДООП МВД России Валерия Кушнирыка тоже оказалось не готовым выложить конкретные данные. «У нас такой специальной статистики нет, — сказал он корреспонденту «НГ». — Дело в том, что это может быть и ствольное травматическое, и газовое с возможностью стрельбы патроном травматического действия, короче, очень много разновидностей, а отдельно вычлененных данных нет». «Ну хотя бы очень приблизительную цифру назвать можете?» — не отставал автор этих строк. «Это десятки тысяч», — сказал он. Но от дальнейшего обсуждения темы отказался.

Если вы не моложе 18 лет, ранее не судимы, не отбываете наказание за совершенное преступление, имеете постоянное место жительства, стать обладателем той же «Осы» очень просто. В пакет документов, которые требуется собрать для покупки и регистрации этого вида оружия, входят: ксерокопия паспорта, медицинская справка 046-1, квитанция об оплате единовременных сборов, две фотографии 3х4 и рапорт участкового инспектора, которым он удостоверяет, что покупатель оружия создал соответствующие условия для его хранения (установил по месту проживания сейф или металлический ящик). «При получении медсправки обычно не возникает никаких проблем, если человек не стоял на учете в нарко- или психдиспансерах», — пояснили нам в милиции. Но, как признают работники правоохранительных органов, любую справку сегодня можно купить, что называется, с доставкой на дом, были бы деньги. К слову, и лицензию можно получить без хождения по инстанциям. В интернете вы без труда найдете посредника, который в течение 15-20 рабочих дней получит любую лицензию. Желающему приобрести оружие это обойдется в 10-15 тыс. рублей. Видимо, и в лицензионно-разрешительной системе есть люди, готовые закрыть глаза на некоторые формальности. Что касается цен на травматическое оружие, то они вполне «подъемные» для большинства граждан и колеблются от 4,5-6 тыс. руб. (МР-461 «Стражник», ПБ-4-1 «Оса») до 11 тыс. руб. (Иж-78-9Т). Люди, занимающиеся лицензионно-разрешительной работой, откровенно говорят: все эти ограничительные меры носят формальный характер и лишь способствуют раскрытию преступлений, но предотвратить их не могут.

Удар тяжеловеса

Так, может, виноваты конструкторы травматического оружия, которые заложили в него излишнюю убойную силу? Разговор с создателем самого мощного травматического пистолета «Оса» — лауреатом Государственной премии СССР, сотрудником НИИ прикладной химии Геннадием Бидеевым мы тоже начали со случая во Владивостоке. «Это жуть, конечно, приставить к виску пистолет и выстрелить, — сокрушался ученый. — Но и в инструкции на «Осу», и во всех медицинских документах говорится, что стрельба в голову и шею не допускается. И вообще нельзя стрелять в человека с расстояния ближе одного метра». По его словам, каждый владелец должен знать эти требования, что называется, на зубок и нести ответственность за их нарушение. «Если вы возьмете любой пистолет, например газовый, который даже пулей не снаряжен, и выстрелите, приставив ствол к виску человека, вы его убьете, — пояснил конструктор. — Потому что роль снаряда выполнит газовая струя. Из пневматического тоже можно убить. Это не оружия вина, а человека». Что касается «Осы», то, по словам Геннадия Бидеева, за десять лет ее производства выпущены несколько сот тысяч (а не десятков, как сказал представитель МВД) разных ее модификаций и десятки миллионов патронов к ней. «По моим данным, за все эти годы зарегистрированы десятки тысяч случаев применения «Осы», — подчеркнул конструктор. — И ни разу это оружие не превысило степени травмирования, оговоренной в нормах Минздрава, при строгом следовании требованиям инструкции».

Геннадий Бидеев считает, что снижать энергию травматической пули «Осы» нельзя, так как оружие не будет соответствовать своему назначению. «Для того чтобы остановить нападающего травматической пулей, она должна иметь энергию около восьмидесяти джоулей, — подчеркнул ученый. — Это равноценно силе удара, который наносит боксер-тяжеловес». По его словам, модернизация пистолета идет не в сторону снижения ударной силы, а наоборот. «Наш пистолет принимают на вооружение МВД, Роснаркоконтроль, — не без гордости отметил конструктор. — Если для самообороны дистанция составляет от одного до десяти метров, то сотрудникам правоохранительных органов требуется травматическое оружие более дальнего действия. У нас уже есть модификации, которые рассчитаны на поражение до тридцати метров».

Впрочем, детище Геннадия Бидеева, фигурирующее в криминальных сводках, не вызывает тревоги у правоохранительных органов. «С «Осой» особых проблем нет», — сказал корреспонденту «НГ» начальник управления баллистических экспертиз и исследований Экспертно-криминалистического центра МВД России Николай Мартынников. Главная причина — «Осу», так как она бесствольная, нельзя переделать в боевое огнестрельное оружие. Чего не скажешь о газовых пистолетах многих модификаций, которые после переделки уходят в нелегальный оборот и часто оказываются в руках киллеров. К примеру, именно из такого переделанного оружия был убит депутат Госдумы Сергей Юшенков.

Не уверен — не заряжай

У разных представителей правоохранительных органов отношение к распространению травматического оружия разное. Одни безоговорочно приветствуют, считая, что это, во-первых, серьезный сдерживающий фактор для преступников всех мастей, а во-вторых, коль милиция не может всех защитить, надо дать возможность защищаться самим гражданам. Другие, напротив, утверждают, что наши граждане в большинстве своем не готовы к применению травматического оружия, вследствие чего могут попадать в ситуации, когда лучше бы они оказались безоружными. В качестве иллюстрации этого тезиса предлагается следующая ситуация. На владельца «Макарыча» (травматический пистолет, изготовленный на базе пистолета Макарова) нападают вооруженные боевым оружием грабители. Видя, что тот достал пистолет, преступники, не раздумывая, стреляют на поражение. Что лучше в этой ситуации — быть ограбленным или убитым? Противники массового распространения травматического оружия приводят и другие примеры, в том числе и случай во Владивостоке. Они уверены, что пришла пора убеждать народ в том, что «всеобщее вооружение» ничего хорошего не принесет, а самое разумное — идти назад, к «всеобщему разоружению».

«Ситуации, конечно, могут быть самые разные, но есть закон, который дает право нашим гражданам иметь травматическое оружие, — это мнение бывшего заместителя командира легендарного антитеррористического спецподразделения «Альфа», а ныне депутата Мосгордумы Сергея Гончарова. — И пусть граждане сами решают, воспользоваться этим правом или нет». Наш собеседник признался, что никогда не носил травматическое оружие, так как имеет боевое наградное, которое, впрочем, тоже не носит.

Из многочисленных бесед с людьми более чем компетентными приходится делать весьма невеселый вывод: из травматического оружия убивали, убивают и, видимо, будут убивать. «В законодательном плане эта сфера отрегулирована настолько, насколько это возможно, — считает заслуженный юрист России Николай Мартынников. — Можно чего-то добиться за счет ужесточения контроля, но избавиться от этого явления нельзя. По аналогии — где есть автомобили, там есть аварии. Где есть оружие, там стреляют».

Доктор медицинских наук, профессор психиатрии Михаил Виноградов тоже считает, что это явление не из области права или баллистики. «Эта проблема уходит корнями в область психиатрии, — заявил Михаил Вино&#107

Федеральное бюро расследований (ФБР) США арестовало членов международной банды распространителей детской порнографии. 12 арестованных общались между собой при помощи сложной системы шифров.

Операция по ликвидации банды имеет беспрецедентный характер, поскольку организованность группировки и масштабы ее деятельности поражают даже сотрудников спецслужб, передает телеканал ABC News. В следствии полагают, что члены этого преступного сообщества, использующие для общения сложную систему шифров и паролей, разместили в интернете 400 тысяч роликов и фотографий со сценами сексуального насилия над детьми.

Самым маленьким жертвам извращенцев было по 5 лет. При этом по крайней мере в одном случае ребенок находился в состоянии сильного наркотического опьянения в момент изнасилования.

По данным ФБР, один из обвиняемых не без гордости говорил о своей принадлежности к, может быть, самой обширной банде торговцев детской порнографией. «Я благодарен Вам и всем остальным, кто создал эту огромную группу, — писал один из членов сообщества, некто Джеймс Фриман под ником Mystikal (Таинственный).- Я имею честь быть частью этого целого».

34-страничное обвинительное заключение, отпечатанное в городе Пенсакола (штат Флорида), содержит записи бесед подозреваемых, обвиняемых в распространении порнографии.

Между тем для задержанных распространение порнографии было лишь бизнесом, полагает заместитель директора ФБР Стивен Тидвелл. В таком случае спецслужбам еще только предстоит найти тех, кто изготавливал продукцию со сценами сексуального насилия над детьми.

Пока спецслужбам удалось идентифицировать и спасти лишь 20 детей, которые оказались участниками порнографических сцен. По мнению руководства ФБР, дальнейшая работа по определению личностей изнасилованных детей и их вызволению затянется на многие годы.

Поскольку арестованные использовали для общения систему шифров, помимо распространения порнографии им также инкриминируется воспрепятствование правосудию. Теперь каждому из них грозит 20-летний срок тюремного заключения.

Спецслужбы США стали расследовать деятельность банды торговцев порнографией с августа 2006 года. Следствие было начато с подачи австралийских правоохранительных органов, которые уже в январе того же года засекли преступную деятельность этой подпольной организации.
 
http://www.newsru.com/crime/05mar2008/childporno_gang.html