Согласно поправкам исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно судом в пятидневный срок со дня поступления такого ходатайства
В комментарии «АГ» одна из депутатов, внесших законопроект в Думу, подчеркнула, что взыскатели должны иметь понятный срок получения исполнительного листа. Ее помощник обратил внимание, что в судах общей юрисдикции ожидание исполнительного листа порой затягивается на недели и даже месяцы, поэтому предлагаемый законопроект закрывает очевидный пробел. Адвокат, участвовавший в разработке законопроекта, отметил, что концепция законопроекта базируется на активной роли взыскателя как наиболее заинтересованной стороны. Эксперты «АГ» в целом поддержали данную инициативу.
16 марта депутаты Владислав Даванков и Сардана Авксентьева внесли в Думу законопроект № 1176134-8 об установлении сроков выдачи исполнительного листа взыскателю (либо его направления на исполнение по ходатайству взыскателя) после обращения взыскателя в суд, если судебный акт вступил в законную силу.
Действующие положения ч. 3 ст. 319 АПК РФ, ч. 1 ст. 428 ГПК РФ и ч. 3 ст. 353 КАС РФ определяют момент, ранее которого исполнительный лист не может быть выдан, но не устанавливают общий срок, в течение которого суд обязан выдать исполнительный лист после обращения взыскателя либо направить его на исполнение. В связи с этим в названных нормах предлагается закрепить, что в этом случае исполнительный лист выдается по заявлению взыскателя и по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно судом в пятидневный срок со дня поступления заявления или ходатайства, а в случае поступления заявления или ходатайства в период нахождения дела в суде вышестоящей инстанции срок выдачи исполнительного листа исчисляется со дня поступления дела в суд первой инстанции.
Как отмечается в пояснительной записке, поправки носят комплексный характер и направлены в том числе на обеспечение единообразия подходов к определению сроков выдачи исполнительного листа в арбитражном, гражданском и административном судопроизводстве. Установление согласованного регулирования в смежных процессуальных отраслях позволит исключить необоснованные различия в порядке реализации права на исполнение судебного акта.
Авторы проекта указывают, что КС РФ неоднократно подчеркивал: исполнение судебного решения является неотъемлемым элементом судебной защиты и, следовательно, государство обязано выстраивать такое правовое регулирование, которое обеспечивает не только вынесение судебного акта, но и его реальное и своевременное исполнение. «Исполнительный лист является процессуальным документом, который соединяет судебное решение со стадией его реального исполнения. Именно с момента его получения либо направления судом на исполнение взыскатель получает возможность перейти от формального признания права к его практической реализации», – отмечено в пояснительной записке.
По мнению инициаторов поправок, на практике неопределенность того, в какой срок суд обязан выдать исполнительный лист после обращения взыскателя либо направить его на исполнение, становится причиной длительного ожидания, дополнительных обращений в суд, жалоб и затягивания перехода к исполнению судебного акта. Наиболее чувствительно данная проблема проявляется в судах общей юрисдикции, где граждане и организации нередко не имеют понятного временного ориентира для получения исполнительного листа.
При этом подчеркивается, что законопроект не изменяет момент допустимости выдачи исполнительного листа, а лишь устанавливает понятный срок совершения этого процессуального действия после обращения взыскателя. «Установление сроков выдачи исполнительного листа согласуется с общей структурой процессуального законодательства. АПК, ГПК и КАС РФ содержат многочисленные сроки для совершения существенных процессуальных действий суда: принятия искового заявления, его возвращения, направления копий судебных определений, принятия обеспечительных мер, рассмотрения замечаний на протокол и иных процессуальных вопросов. На этом фоне отсутствие общего срока выдачи исполнительного листа выглядит исключением, которое не имеет достаточного обоснования и порождает правовую неопределенность», – указали авторы инициативы.
Вопрос о сроках выдачи исполнительного листа уже поднимался на федеральном уровне. Ранее в Думу вносились законопроекты № 312423-6 и № 367829-6. Однако, как отметили разработчики нового законопроекта, они содержали уязвимые решения. Во-первых, они предлагали встраивать срок в общие положения о выдаче исполнительного листа без достаточной увязки с тем обстоятельством, что получение исполнительного листа обусловлено волеизъявлением взыскателя. Во-вторых, в ряде случаев использовалась конструкция, которая выглядела слишком общей либо устанавливала чрезмерно длительный срок. В-третьих, не учитывали, что ходатайство или заявление о выдаче исполнительного листа может быть подано в период, когда материалы дела находятся в суде вышестоящей инстанции.
Кроме того, в пояснительной записке указано, что дополнительным аргументом в пользу законопроекта является современный уровень цифровизации судебной системы. Действующее законодательство уже допускает направление исполнительного листа для исполнения в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью.
В комментарии «АГ» одна из инициаторов законопроекта, депутат Сардана Авксентьева отметила, что отечественная судебная система в целом уже располагает серьезной технологической базой, поэтому вполне своевременно ставить вопрос не только о доступности правосудия, но и о скорости совершения отдельных процессуальных действий, по которым законом не установлен срок. По ее мнению, взыскатели должны иметь понятный срок получения исполнительного листа. «Уверена, что в условиях нового курса, заданного председателем Верховного Суда Игорем Красновым и направленного на повышение эффективности судебной системы, единообразие подходов и более современную организацию отправления правосудия, такая инициатива может и должна быть реализована», – подчеркнула депутат.
Помощник Сарданы Авксентьевой, юрист Тимур Якупов обратил внимание, что с практической точки зрения затронутая проблема абсолютно реальна: в процессуальных кодексах по многим действиям суда установлены конкретные сроки, и это позволяет аппарату суда выстраивать работу так, чтобы минимизировать случаи их нарушения, однако общий процессуальный срок выдачи исполнительного листа после обращения взыскателя в кодексах не установлен, что и создает правовую неопределенность. «На практике особенно заметна разница между арбитражными судами и судами общей юрисдикции: если в арбитраже этот процесс обычно организован более предсказуемо, то в судах общей юрисдикции ожидание исполнительного листа порой затягивается на недели и даже месяцы. Поэтому предлагаемый законопроект, по сути, закрывает очевидный пробел и решает проблему, с актуальностью которой согласится любой практикующий юрист», – прокомментировал он.
Член АП Санкт-Петербурга Филипп Лтифа, участвовавший в разработке законопроекта, отметил, что поправки направлены на качественное устранение правовой неопределенности в отношении сроков выдачи исполнительных документов. При этом концепция проекта базируется на активной роли взыскателя как наиболее заинтересованной стороны. Адвокат подчеркнул, что с экономико-правовой точки зрения новелла превращает судебное решение в реальный финансовый инструмент, в актив, который становится доступным в конкретный срок с момента подачи ходатайства. Установление предельного срока переводит стадию получения исполнительного документа из разряда неопределенного ожидания в разряд прогнозируемого события, позволяет взыскателю планировать свои денежные потоки и исполнение обязательств перед третьими лицами, пояснил он.
«Законодательная фиксация краткого срока выдачи исполнительного документа выполняет превентивную функцию: минимизация срока закрывает для недобросовестного должника “окно возможностей” для злоупотреблений вроде сокрытия активов. Предлагаемая норма не только конкретизирует принцип обязательности судебных актов, но и обеспечивает баланс интересов сторон: для взыскателя – через предсказуемость срока реализации прав при его активных действиях, для должника – через мотивацию к добросовестному поведению, что в конечном итоге повышает эффективность правосудия», – считает Филипп Лтифа.
Комментируя законопроект , председатель правления РО МОО «Ассоциация ветеранов Службы судебных приставов» Алексей Шарон отметил, что тот, безусловно, движется в правильном направлении: конкретный срок выдачи исполнительного листа по заявлению взыскателя необходим. Однако, по его мнению, оговорка об исчислении срока с момента возвращения дела из вышестоящей инстанции создает неопределенность. «На практике это готовое объяснение для канцелярии: дело еще не вернулось, а потому – ждите. При этом в пояснительной записке отмечается высокий уровень цифровизации судебной системы как аргумент в пользу законопроекта. Тогда возникает вопрос: зачем ждать физического возвращения дела, если ГАС “Правосудие” и сервис Картотека арбитражных дел (kad.arbitr.ru) и позволяют суду в режиме реального времени видеть, на какой стадии находится производство? Исполнительные листы уже сейчас выдаются в электронном виде и подписываются УКЭП судьи – все необходимые данные есть в базе. Технически это вопрос нескольких кликов, а не ожидания бумажного дела из другого суда. Оговорка была бы оправданна в эпоху бумажного делопроизводства», – поделился мнением эксперт.
Адвокат АБ «Халимон и партнеры» Константин Смолокуров поддерживает разработку данного законопроекта. Он отметил, что отсутствие процессуальных сроков выдачи исполнительного документа действительно является существенным и значимым пробелом процессуального законодательства. По его мнению, авторы поправок совершенно верно указывают на принцип гарантий судебной защиты и принцип доступности правосудия. «На практике вопрос выдачи исполнительных документов зависит от конкретного суда. В одних случаях исполнительный документ получается быстро и оперативно, в других можно ждать и год, при этом обращения на имя председателя суда какого-либо ощутимого импульса не вызывают. Таким образом, апеллирование в таких случаях к конкретному процессуальному сроку, конечно, окажет положительный эффект для участников судопроизводства», – считает адвокат.
В то же время, по мнению Константина Смолокурова, предлагаемый пятидневный срок для львиной доли судов общей юрисдикции Москвы и Московской области является фактически нереальным в силу загруженности судов. «Действительно, в данном случае речь идет о техническом действии, но таких технических действий на условно среднестатистического работника гражданской канцелярии суда чрезмерно много. Кроме того, в данном случае есть еще и экспедиция суда, помощники судей, которые также загружены работой. В этой связи, по моему личному мнению, 10-дневный срок был бы более реалистичен и адекватен нашей действительности по состоянию на сегодняшний день», – полагает адвокат.
Анжела Арстанова. Адвокатская газета.