Тюрьма долги не спишет



Тюремное ведомство намерено привязать карьеру гражданина начальника к долгам гражданина осужденного.
Если арестант будет честно и много трудиться, погашая свои исполнительные листы, начальнику поставят зачет. Если жертвы преступления будут сидеть без копейки, пока преступник сидит без работы, начальник будет ходить с неудом.
Для этого Федеральная служба исполнения наказаний предлагает внести некоторые дополнения в методику оценки деятельности территориальных органов ведомства. Проект соответствующего приказа опубликован на сайте службы.
Давно известно, что в наших законах, а также приказах, инструкциях и постановлениях записано немало хороших вещей. Если бы они все исполнялись до запятой, нам бы жилось прекрасно. Однако многие буквы закона так и остаются благими пожеланиями. Почему? Сразу не скажешь.
Наверное, одна из причин в том, что иногда карьера начальника не зависит от того, сколько хороших дел в реальности он сделал, его оценивают по каким-то другим показателям. Может, поэтому долгое время проблема арестантских выплат по исполнительным листам оставалась практически нерешаемой. Сколько бы ни говорили правозащитники, что до жертв преступлений не доходят положенные деньги, можно только разводить руками. Мол, откуда взять деньги осужденному за решеткой, если на воле у него ни гроша?
Теперь же гражданину начальнику придется озаботиться, чтобы арестанты-должники были как-то пристроены на рабочих местах. Иначе добра не видать: строгая комиссия при проверке поставит "неуд". Как сказано в проекте методических рекомендаций, оценка "не удовлетворительно" ставится, если исполнительные листы в казенном доме погашают менее 60 процентов осужденных трудоспособного возраста из числа имеющих долги.
Если капитан мечтает стать майором, а полковник – генералом, он должен держаться подальше от плохих отметок. Ведь система оценки подразделений и территориальных управлений тюремного ведомства – это своего рода карьерный лифт для честолюбивого офицера. Наверх должны подниматься только отличники, по крайней мере, так подразумевается в идеале. Поэтому гражданин начальник должен выучить и соблюдать предлагаемые показатели.
Также проект приказа предлагает установить верхнюю планку для числа арестантов, которые выходят на свободу, не умея ничего делать путного. Доля осужденных, освободившихся из мест лишения свободы без профессии (специальности) должна составлять не более 8,6 процента. Остальные должны быть столярами, плотниками, водителями, парикмахерами, инженерами, юристами или кем-то еще. Все профессии важны, все профессии нужны, кроме преступных.
Сегодня в некоторых казенных домах сидельцам доступно даже высшее образование. Например, недавно несколько осужденных из исправительной колонии N 3 в Рязанской области, успешно закончили вузы. Двое из выпускников даже получили рекомендации в аспирантуру. Цель образовательных программ – не только дать человеку профессию, но и в целом изменить его в лучшую сторону. Жизнь, конечно, это не идеальная картинка, но благотворную силу знаний не стоит недооценивать.
Интересно, что у осужденных в колониях тоже появились свои лифты – социальные. За хорошее поведение арестанту могут смягчить режим, и наоборот: злостному нарушителю создадут более суровые условия. Решать, кто двигается на лифте вверх, кто – вниз, должны специальные комиссии, состоящие не только из людей в погонах, но и представителей общественности. Участие гражданского общество призвано сделать систему более прозрачной и справедливой. Интересно, что в некоторых региональных управлениях даже сняли специальные фильмы про систему "социальных лифтов", чтобы показывать осужденным для ознакомления.
Владислав Куликов, "Российская газета " – Федеральный выпуск №5502 (126)