ФПП

Открывая круглый стол, Секретарь ОП Александр Бречалов отметил, что тема уроков понимания инвалидности является актуальной и очень важной для общества, и чтобы помочь кому-то не нужно ждать специальной даты или праздника, а нужно делать это регулярно.

Член Комиссии ОП по поддержке семьи, детей и материнства Диана Гурцкая в своем выступлении подчеркнула, что, к сожалению, жестокосердие наглядно можно увидеть в учебных учреждениях страны и, зачастую, родители школьников категорически не хотят совместного обучения с детьми-инвалидами.

При этом, уточняет она, никто из взрослых не может внятно ответить на вопрос, почему они не хотят, чтобы дети учились все вместе. Однако существует и успешный опыт реализации культурных, спортивных, образовательных проектов, направленных на создание общества равных возможностей.

«Тема касается всех нас. Мы не первый раз обсуждаем проблему формирования дружелюбной среды в отношении физически и ментально ограниченных людей. Хочу отметить, что сейчас есть позитивные перемены, но, конечно же, процесс идет очень медленно. Огромную позитивную роль в понимании проблемы сыграла сочинская паралимпиада, и успех нашей сборной», — сказала она.

Диана Гурцкая также поделилась с присутствующими информацией о том, что до конца октября будет подготовлена концепция «уроков доброты», и предложила коллегам из регионов обязательно провести его в своих школах. Она проинформировала, что по итогам уроков будут собраны и обработаны предложения, которые к Международному дню борьбы за права инвалидов 5 мая 2015 года будут обобщены в специальном учебно-методическом комплексе.

Руководитель секции «Проблемы детей и взрослых с ОВЗ и инвалидностью» Совета по вопросам попечительства в социальной сфере при Правительстве РФ Елена Клочко поддержала коллег из ОП и сообщила, что после того, как в школах проходят «уроки доброты», дети понимают, что есть люди, у которых ограничены возможности, но при этом все они равны, что совершенно любой человек может достичь всего, что захочет.

По мнению Елены Клочко, благодаря этим урокам, российское общество сможет стать более толерантным по отношению друг к другу.

Председатель Комиссии ОП по поддержке семьи, детей и материнства Ольга Костина в свою очередь заострила внимание гостей круглого стола на том, что нормальному отношению к людям, толерантности и многому другому детей в большей степени учат родители, что взрослый пример всегда авторитетен и заразителен для маленьких граждан.

Член Комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре Галина Николаева заверила коллег, что все поступившие в Совет Федерации предложения будут рассмотрены и поддержаны сенаторами. «Дело очень доброе, мы открыты и готовы поддержать любые предложения общественных организаций», — сказала она.

Член Комиссии ОП по развитию науки и образования Роман Дощинский, включившийся в дискуссию, заявил о важности подготовки педагогического состава учебных учреждений к «уроку доброты», составлению перечня правильных литературных и иных источников и методических рекомендаций. По его мнению, преподаватели с большим удовольствием воспримут, а потом и реализуют на практике идею проведения таких социально-значимых уроков.

Перед началом круглого стола в Общественной палате открылась экспозиция картин, написанных детьми-аутистами, учащимися школы Святого Георгия. В холле первого этажа выставлены около 20 картин.

Напомним, что общественники уже не первый раз встречаются с детьми из Школы Святого Георгия. 1 сентября в гости к ребятам приезжал член Общественной палаты РФ Султан Хамзаев.

Пресс-служба Общественной палаты РФ

Создание системы защиты и обеспечения прав и интересов детей и дружественного к ребенку правосудия является одним из важнейших направлений Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы. Первоочередными задачами в этой области названы, в частности:

•разработка программы восстановительного правосудия в отношении детей, совершивших общественно опасные деяния и не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность;
•развитие сети служб медиации в целях реализации такого правосудия;
•организация служб школьной медиации в образовательных учреждениях.

Для решения указанных задач была утверждена Концепция развития до 2017 года сети служб медиации в целях реализации восстановительного правосудия в отношении детей, в том числе совершивших общественно опасные деяния, но не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность в РФ (далее – Концепция). Этот документ и перспективы организации восстановительного правосудия для несовершеннолетних преступников стали предметом обсуждения состоявшегося 18 сентября текущего года в Общественной палате РФ круглого стола.

Председатель Комиссии ОП РФ по поддержке семьи, детей и материнства Ольга Костина обозначила двойственный характер проблемы детской преступности. С одной стороны, безнаказанность является прямым путем к рецидиву: ребенок, поняв, что никакая ответственность за содеянное ему не грозит, может повторно совершить преступление. Так и происходит на практике, причем уровень рецидива детской преступности растет, а возраст правонарушителей снижается. Именно поэтому в последнее время все чаще звучат предложения о снижении возраста, с которого наступает уголовная ответственность, до 12 лет. С другой стороны, когда вместо оказания психологической или иной помощи ребенку его отправляют в тюрьму, можно ожидать, что после выхода на свободу ему будет очень сложно стать полноценным членом социума. Вероятность повторного совершения преступления этим ребенком очень высока.

Антон Цветков, председатель Комиссии ОП РФ по общественной безопасности и взаимодействию с ОНК:

«Есть еще другая проблема. Сегодня наши колонии являются своего рода курсами повышения квалификации для преступников. Сегодня мы поймали человека за то, что он украл печенье или еще что-то, а завтра он, пообщавшись со взрослыми преступниками, с ножом будет стоять около подъезда. У нас уровень детской преступности почему растет? Потому что полиции на улицах практически не осталось, уровень патрулирования сведен фактически к нулю, принцип неотвратимости наказания по преступлениям небольшой тяжести практически отсутствует и не работает. И вот от безнаказанности и отсутствия системы есть эти проблемы».

По словам Ольги Костиной, возглавляемая ею комиссия внимательного проанализировала порядок организации правосудия в отношении несовершеннолетних в ряде зарубежных стран, где возраст, с которого дети привлекаются к ответственности, ниже, чем в России. Так, в Великобритании уголовная ответственность наступает с 13 лет, в Швейцарии – с 10, в некоторых штатах США – с 8. Однако во всех этих странах предусмотрен специальный порядок судопроизводства в отношении несовершеннолетних, который носит ресоциализационный, а не карательный характер. В частности, в них применяется такая форма условного осуждения, как пробация – вместо лишения свободы осужденный на определенный срок направляется под наблюдение чиновника службы пробации, который контролирует его поведение (требования к поведению осужденного также устанавливаются).

В России пока нет системы пробации ни для детей, ни для взрослых, поэтому говорить о снижении возраста, с которого наступает уголовная ответственность, пока нецелесообразно. Для начала нужно добиться того, чтобы правосудие в отношении детей стало восстановительным, подчеркнула Костина. Концепцию, по ее словам, можно взять за основу этой работы. Однако документ нужно сначала доработать, поскольку экспертное сообщество уже сформулировало целый ряд претензий к нему.

_____________________________________________________________

НАША СПРАВКА

Согласно Концепции под восстановительным правосудием понимается новый подход к отправлению правосудия, направленный, прежде всего, не на наказание виновного путем изоляции его от общества, а на восстановление материального, эмоционально-психологического (морального) и иного ущерба, нанесенного жертве и обществу, на осознание и заглаживание вины, восстановление отношений, содействие реабилитации и ресоциализации правонарушителя.

_____________________________________________________________

Одним из спорных моментов Концепции эксперты считают назначение основным ее реализатором Минобрнауки России. В соответствии с документом головная организация сети служб медиации – Федеральный центр медиации и развития восстановительного правосудия (далее – Центр) – является структурным подразделением подведомственного министерству ФГБУ «Федеральный институт медиации». Как министерство связано со сферой правосудия, экспертам непонятно.

Второй вопрос касается профессиональной подготовки кадров. В Концепции говорится: для того чтобы работать в сфере восстановительного правосудия, сотрудникам сети служб медиации необходимо будет пройти специальное обучение. При этом тренерско-преподавательского состава для такого обучения пока почти нет, поэтому готовить нужно не только работников, но и медиаторов-тренеров и методистов-тренеров – около 1800 человек. Логично предположить, что такое обучение потребует как временных, так и финансовых затрат.

Судья Ростовского областного суда Елена Воронова отметила, что довольно большое количество уголовных дел с участием несовершеннолетних могло бы вовсе не доходить до суда. Так, в 2012-2013 годах около 30% таких дел было прекращено в связи с примирением сторон, причем либо в стадии предварительного слушания, либо уже на первом заседании суда. Поскольку 3/4 потерпевших по таким делам – тоже дети, непонятно, как должна происходить процедура примирения. Как только родители пострадавших детей поймут, что можно решить проблему мирным путем, количество передаваемых в суды дел сократится, считает судья. Этому будет способствовать, в том числе, создание школьных служб примирения. При этом важно, чтобы в таких случаях предпринимались все меры по возмещению вреда потерпевшему. В связи с этим Воронова считает необходимым издание ведомственных приказов Генерального прокурора РФ и МВД России с рекомендациями по расследованию таких дел с учетом Концепции.

Последнее предложение вызвало негативную реакцию представителей организаций, работающих в сфере восстановительного правосудия и медиации. Они считают, что такая регламентация невозможна, поскольку для каждого региона страны должна подбираться своя схема восстановительного правосудия: в зависимости от национальных, социально-экономических и культурных особенностей. Кроме того, они выступают против унификации организаций, работающих в этой сфере, за счет создания новой структуры, подчиненной Центру. Специалисты отмечают, что во многих регионах уже действуют территориальные службы примирения, причем в качестве подразделений разных организаций: системы образования, социальной защиты, комитетов по делам молодежи. Реализация Концепции, по их мнению, разрушит эту систему.

Рустем Максудов, президент центра «Судебно-правовая реформа»:

«У меня просьба: не допустить создания ведомственных актов, о которых говорила Елена Леонидовна [Попова. – Ред.] и которые завершат этот разгром и не допустят работы наших команд, профессионально организованных, организованных сетевым образом, но не для того, чтобы в каждом ауле и кишлаке была служба примирения, а для того чтобы люди, сами выбравшие этот метод, грамотно и профессионально работающие на протяжении десятилетий, помогали семьям и детям, но не в силу приказов и указов и стотысячных денег, затраченных на обучение, а силу ценностей, в силу внутренней устремленности. <…> Концепция зачеркивает опыт всей работы, которую в течение 20 лет проводим не только мы, но и вообще вся система профилактики. Что ее нет, что ли? Нет людей, нет социально-психологических центров, нет того задела, который формировался опытом пилотных проектов по ювенальной юстиции?».

Член Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Григорий Куранов согласился с тем, что не стоит отказываться от уже существующей сети организаций в этой сфере – это поможет сэкономить средства, которые предполагается потратить на создание новой структуры, обучение кадров и зарплаты медиаторам. Однако, раз Концепция уже принята, нужно подумать о том, как интегрировать новую структуру в уже существующую, отметил депутат.

Еще одно проблемное положение Концепции, по мнению общественников, – требование о сертификации служб медиации – юридических лиц. Они подчеркивают, что такое требование не совсем логично, ведь деятельность педагогов и психологов не сертифицируется, а деятельность медиаторов почему-то нужно будет сертифицировать. Кроме того, они считают, что готовить медиаторов должны не те люди, которые сами прошли только теоретический курс переподготовки, а те, кто непосредственно работает в сфере восстановительного правосудия и медиации и имеет практический опыт.

Кроме того, в ходе круглого стола прозвучало предложение о создании при Совете судей РФ рабочей группы по проблемам судопроизводства в отношении несовершеннолетних, которая должна стать связующим звеном между судами и организациями, работающими с детьми. Специалистов-практиков необходимо включить и в состав рабочей группы по реализации Концепции при Минюсте РФ, подчеркнула Ольга Костина и сообщила, что это предложение и другие, звучавшие во время заседания, будут проанализированы и направлены вице-премьеру РФ Ольге Голодец.

ГАРАНТ.РУ

Госдума во вторник приняла в первом чтении поправки в Уголовный кодекс РФ, исключающие наложение такой меры наказания как арест на подростков в возрасте от 16 до 18 лет, сообщается в материалах ГД.

В соответствии п. «д» ч. 1 ст. 88 УК РФ арест исключен из перечня наказаний, применяемых к несовершеннолетним, которыми, согласно с ч. 1 ст. 87 УК РФ, признаются лица в возрасте от 14 до 18 лет. При этом действующей редакцией ч. 2 ст. 54 УК РФ предусмотрено, что арест не назначается лишь тем, кто не достиг к моменту вынесения судом приговора 16-го возраста.

Кроме того, отмечается в пояснительной записке к законопроекту, ч. 1 ст. 88 УК РФ не корреспондируют положения ч. 1, ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УИК РФ, регламентирующие порядок и условия исполнения наказания в виде ареста для несовершеннолетних, а также положения ч. 1 ст. 72 УИК РФ в отношении установления особенностей материально-бытового обеспечения и медицинского обслуживания осужденных к аресту несовершеннолетних.

Законопроектом предлагается слово «шестнадцатилетнего» в ч. 2 ст. 54 УК РФ заменить словом «восемнадцатилетнего». Таким образом, несоответствие положений действующего законодательства в части определения особенностей уголовной ответственности и наказания для несовершеннолетних будет устранено, поясняют авторы документа.

С текстом законопроекта № 354954-6 «О внесении изменений в статью 54 Уголовного кодекса Российской Федерации и статьи 69 и 72 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (в части определения особенностей уголовной ответственности несовершеннолетних)» можно ознакомиться здесь.

Право.Ру

Сенаторы предлагают закрепить в Уголовно-процессуальном кодексе право задержанного на телефонный звонок. Как только человека доставили к следователю или дознавателю, тот в течение двух часов должен дать задержанному возможность поговорить по телефону с близкими. У человека должно быть не меньше пяти минут, чтобы обсудить с дорогими людьми ближайшие планы.

Вчера проект соответствующих поправок вместе с другими инициативами обсуждался на «круглом столе» в Совете Федерации по вопросам совершенствования уголовно-процессуального законодательства. Организовали встречу на высоком уровне Комитет Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству, а также Федеральная палата адвокатов России.

«Если задержат вечером, то ваша семья может узнать об этом факте только утром, предварительно обежав все окрестные отделения полиции, морги и больницы, — рассказывает зампред комитета Совета Федерации Константин Добрынин. — И хорошо, если у ваших родных здоровое сердце — в жизни бывает по-разному. Мы с коллегами Клишасом и Тюльпановым предлагаем предоставить возможность самому подозреваемому уведомить своих родственников и защитника о задержании посредством телефонной связи. Если же такая связь отсутствует (у нас всякое бывает), тогда иного вида связи продолжительностью не менее пяти минут. При этом дознаватель, следователь такую возможность обязан предоставить не позднее двух часов с момента фактического доставления к нему подозреваемого».

Но поскольку процессуальное состязание должно быть честным и тайну следствия никто не отменял и отменять не будет, то, по его словам, сам процесс уведомления родственников и защитника о задержании подозреваемого должен безусловно согласоваться с этой самой тайной следствия. «Поэтому мы уточнили, что в процессе уведомления адресата о своем задержании подозреваемый не вправе излагать обстоятельства дела и доказательства, имеющиеся у органов следствия и которые в дальнейшем могут быть добыты, — говорит Константин Добрынин. — Так тоже честно и справедливо».

Это только одно из предложений, которое вчера обсуждалось. Один из дискуссионных вопросов: права прокурора в ходе следствия. Начальник правового управления Генпрокуратуры Владимир Макаров заявил вчера, что прокуроров необходимо наделить правом возбуждать уголовные дела, а также прекращать уголовные дела, поступившие к ним от следствия с обвинительным заключением. Сегодня, если прокурор не согласен с делом, он возвращает его следователю. Но, если по мнению прокурора, веских доказательств в деле нет, а оно явно надумано, почему бы сразу не поставить в нем точку?

«Прокурор — хозяин уголовного преследования, следствие называется предварительным, оно предваряет судебное разбирательство, и все делается для прокурора, который будет поддерживать обвинение в суде, — сказал вчера вице-президент Федеральной палаты адвокатов Генри Резник. — Это он решает, поддерживать уголовное обвинение». Поэтому он поддержал предложение представителя Генпрокуратуры.

Правда, звучали вчера и другие мнения. Еще одна новость: как сказал Константин Добрынин, разработан проект закона о реформе института условно-досрочного освобождения. До конца года планируется согласовать проект и внести в Госдуму.

Владислав Куликов, Российская газета

В Госдуму внесен законопроект о допуске некоторых категорий граждан, подвергавшихся уголовному преследованию, к службе в полиции. Документ внесло Правительство РФ во исполнение Постановления Конституционного Суда РФ от 21 марта 2014 г. № 7-П.

КС РФ удовлетворил жалобу бывших полицейских Ахмеда Асельдерова, Курбана Рабаданова, Гасана Сулейманова и Евгения Тарышкина, которые были уволены в 2012 году в связи с вступлением в силу Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон № 3-ФЗ), запрещающего принимать на службу граждан, чье уголовное дело было закрыто по нереабилитирующим основаниям (амнистия, примирение сторон, деятельное раскаяние). Дела перечисленных полицейских были закрыты в связи с примирением сторон. В 2010-2011 годах статьи УК РФ, по которым они обвинялись (клевета, оскорбление и некоторые другие) были упразднены.

Суд согласился, что истцы были поставлены в неравное положение по сравнению с коллегами. Если сейчас полицейский совершит такой же проступок, как они, на него не будут возбуждать дело и он останется на службе. Кроме того, если бы истцы знали, что в будущем закрытие дела по нереабилитирующим основаниям не позволит им продолжать службу, они могли бы отказаться от примирения и попытаться добиться оправдательного приговора.

Законопроект, внесенный Правительством РФ, полностью упраздняет ст. 29 Закона № 3-ФЗ, в которой говорилось об ограничениях и запретах, связанных со службой в полиции, и ст. 35 Закона № 3-ФЗ, в которой прописывался порядок поступления на службу. При этом в новой редакции будет изложена ст. 14 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», посвященная ограничениям и запретам. В эту статью и будет внесена оговорка насчет возможности продолжения службы в том случае, если статьи УК РФ, по которым возбуждалось дело, были упразднены. Также исключена возможность расторжения контракта с полицейскими, чье уголовное дело относилось к категории частного обвинения и было закрыто за примирением сторон.

ГАРАНТ.РУ

Минюст и ФСИН отказались от идеи преобразования исправительно-трудовых колоний в учреждения тюремного типа по европейскому образцу, а это был один из основных пунктов концепции реформирования всей тюремной системы.

Об этом сообщили «Известиям» сразу несколько информированных источников в обоих ведомствах. В бюджете государства не нашлось 1,8 трлн рублей на переделку почти 500 колоний в тюрьмы и для строительства нескольких десятков новых. А без серьезных денежных влияний реформирование пенитенциарной системы невозможно — к такому выводу пришли эксперты. 

Как выяснили «Известия», решение о фактической приостановке всей тюремной реформы было принято после заседания межведомственной  рабочей группы при Минюсте РФ, которая занималась пересмотром и корректировкой основных положений Концепции развития уголовно-исполнительной системы (УИС) до 2020 года. 

— В середине сентября рабочая группа приняла окончательный вариант новой редакции Концепции развития УИС, который направлен на утверждение в правительство, — рассказывает «Известиям» источник во ФСИН. — В документ было внесено больше десятка различных поправок,  а также полностью исключено положение № 2 «Реформирование системы учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, и совершенствование их организационно-структурного построения».

Именно это положение лежало в основе всей тюремной реформы, о начале которой в 2009 году заявил тогдашний президент России Дмитрий Медведев. Как пояснял тогда глава Минюста Александр Коновалов, к 2020 году в России должна была быть ликвидирована вся система исправительно-трудовых учреждений. Колонии с бараками должны были заменить комфортабельные тюрьмы с разными видами режима содержания, а также открыты колонии-поселения для осужденных, совершивших не тяжкие преступления. Всего предполагалось  построить 721 учреждение нового типа: 58 тюрем особого режима, 180 — усиленного, 210 — общего режима для мужчин и 55 — для женщин.

При этом концепция вводила понятие раздельного содержания рецидивистов и лиц, впервые совершивших преступления, а также ликвидировала колонии для несовершеннолетних. Предполагалось, что малолетние преступники будут жить в специализированных воспитательных центрах.

— Вместо колоний будут построены тюрьмы, осужденные начнут сидеть в камерах, по шесть человек в каждой. Двери в камерах весь день будут открыты. Осужденные смогут свободно ходить друг к другу. Камеры станут запираться только на ночь. Это позволит нам избежать беспорядков, ведь именно ночью в колониях происходят всевозможные расправы, — так рисовал будущую жизнь за решеткой на пресс-конференциях в 2011 году начальник управления социальной, психологической и воспитательной работы с осужденными ФСИН РФ генерал-майор Валерий Трофимов. — Исчезнет система отрядов, а вместе с отрядами уйдет в прошлое и вся иерархия тюремного мира — исчезнут «положенцы» и «воры в законе». 

В реальности всё получилось с точностью до наоборот. Воплощение концепции в жизнь началось с  массовых нарушений прав осужденных — в частности, 153 тыс. человек были переведены в другие исправительные учреждения, в том числе и в другие субъекты РФ, что прямо противоречит закону и разрывает социальные и семейные связи, которые планировалось укреплять. Вместо задекларированного раздельного проживания впервые осужденных и рецидивистов получилось, что лица с погашенными или снятыми судимостями, но с богатым тюремным опытом оказались в одних отрядах вместе с «первоходами».

Со строительством тюрем нового типа у Минюста и ФСИН тоже не задалось. К 2013 году удалось перепрофилировать только 13 учреждений.

Член рабочей группы Минюста РФ, официальный представитель РФ в комитете Совета Европы по предупреждению пыток Наталья Хуторская считает, что перепрофилированы учреждения были только на бумаге.

— На самом деле сама идея создания учреждений тюремного типа была изначально провальной, — говорит Хуторская. — Разработчики концепции ссылались на мировой и европейский опыт, но при этом сами его даже не изучили. Наоборот, советский опыт содержания осужденных в отрядах с их относительной свободой в Европе считался одним из самых передовых.

По словам Хуторской, она не понимает, для чего Минюст так упорно и долго проталкивал идею преобразования исправительно-трудовых колоний в учреждения тюремного типа.

Другой член рабочей группы Минюста РФ, правозащитник Валентин Гефтер говорит, что среди специалистов до сих пор нет единого отношения к тому, нужно ли вообще, чтобы в России осужденные сидели именно в тюрьмах, что, собственно, и было задумано и прописано изначально в концепции тюремной реформы и от чего теперь отказались.

— Сама по себе идея о приведении нашей пенитенциарной системы к международным стандартам очень здравая, и всё равно мы должны двигаться в этом направлении, — считает Гефтер. — В некоторых регионах — например, в Красноярском крае — своими силами пытаются облагородить тюремный быт. Собственно, по этому пути и предлагает пойти Минюст — постепенно перестроить колонии, которые есть, увеличив количество помещений. Чтобы уйти наконец от отрядов на 100 человек, сделав их от 10 до 40, соответствующие поправки в УИК (Уголовно-исполнительный кодекс) и внутренний распорядок уже подготовлены. На такую перестройку нужно в разы меньше денег — их можно найти в бюджете. Но сотрудники ФСИН сами должны проникнуться духом реформы плюс нужен серьезный контроль со стороны гражданского общества.

Первым о провале реформы ФСИН вслух в конце 2012 года заявил первый замдиректора ведомства Эдуард Петрухин. Случилось это в Челябинске на выездном заседании рабочей группы Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека, посвященном расследованию бунта в копейской колонии № 6.

Руководство тюремного ведомства сразу же открестилось от его резких заявлений, назвав их «частным мнением». В отношении Петрухина начали служебную проверку, генерала заставили писать объяснительную. По итогам проверки Петрухину вменили «грубое нарушение служебной дисциплины». Комиссия предложила привлечь его к дисциплинарной ответственности и поставить вопрос о соответствии занимаемой должности и «возможности дальнейшего прохождения службы в УИС».

Елизавета Маетная, Герман Петелин, Известия

Новый законопроект предлагает поднять до 6 тысяч рублей ставку, ниже которой кража не будет считаться кражей. И тот, кто украдет меньше, не попадет под действие Уголовного кодекса.

С такой инициативой выступил один из депутатов Госдумы. Таким способом он предлагает бороться с проблемой пресловутых «трех колосков», когда люди попадают на скамью подсудимых за сущую мелочь. Бывали случаи, что людей осуждали за кражу гуся или ржавого никому не нужного вентилятора. Становились уголовниками также за коробку дорогого мармелада или печенья. А некая 24-летняя девушка как-то похитила колготки и шампунь на 1 тысячу 87 рублей 87 копеек, и была за это осуждена. Такой вот случай из судебной практики.

Будь подешевле тот шампунь или мармелад, не сидеть бы людям. Ведь сегодня, если украденное стоит меньше тысячи рублей, человека наказывают как за мелкое хищение. А это — административное наказание и никакой судимости. Максимум можно загреметь на 15 суток. Или отделаться штрафом до пятикратной стоимости товара. Но многие эксперты давно говорят о том, что планка «воровского минимума» мала и надо бы ее повысить.

Например, полтора года назад в интервью «Российской газете» председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев уже предлагал увеличить размер мелкого хищения с 1 до 3 тысяч рублей. Конечно, за мелкие кражи, как правило, в тюрьму не отправляют, особенно, если человек попался в первый раз. Но полученное пятно может испортить всю биографию. «К сожалению, немало случаев, когда сам факт судимости за преступление, не представляющее большой общественной опасности, влечет значительно более тяжелые последствия для человека, чем уголовное наказание, назначенное судом», сказал Вячеслав Лебедев.

В свою очередь, эксперт Федеральной палаты адвокатов России, кандидат юридических наук Артем Иванчин обратил внимание корреспондента «РГ», что размер ущерба не менялся с 2008 года, когда и была установлена планка в тысячу рублей. Между тем инфляция с тех пор внесла свои коррективы в понятие о краже. Де-факто границы кражи понизились, поэтому вероятность попасть под суд за «три колоска» для граждан возрастает. «В рассматриваемом законопроекте есть, на мой взгляд, рациональное зерно, — говорит адвокат Артем Иванчин. — Если еще в 2008 году законодателем порог уголовно наказуемых хищений был определен в размере 1 тысячи рублей, то сегодня с учетом той же инфляции он по определению не может оставаться равнозначным. Это, кстати, касается не только стоимостного показателя хищений, но и всех иных преступлений. Их нужно пересматривать либо возвращаться к использованию в УК некой универсальной величины (аналога МРОТ)». Но, по его словам, возникает другой вопрос: почему именно в 6 раз, почему так резко повышать планку? «Достаточно сказать, что сотни тысяч престарелых в России живут на пенсию в размере около 6 тысяч рублей», говорит эксперт. Получается, карманник, вытащивший стариковскую пенсию, будет рисковать лишь 15 сутками? Вряд ли это правильно. Поэтому, скорее всего, экспертам еще предстоит поспорить по поводу того, какая планка для кражи будет оптимальной.

Владислав Куликов, Российская газета