Высшая квалификационная коллегия судей объяснила председателям региональных коллегий, что делать с поступившими на судей анонимками.
Когда неизвестный «доброжелатель» сообщает нечто серьезное, его информация не должна лететь в корзину. Возможно, у человека есть веские причины не подписываться. В любом случае тревожные факты надо тщательно проверять.
Высшая квалификационная коллегия судей утвердила официальные ответы на десять острых вопросов председателей региональных коллегий.
Одно из разъяснений касается анонимок — темы деликатной и непростой. В советские годы безымянные сигналы могли сломать — и часто ломали! — жизнь человека. Потом на долгое время анонимки вообще перестали рассматривать.
Сейчас победил такой подход: если в бумаге от неизвестно кого сообщается о признаках преступления, отмахиваться от сигнала нельзя.
Под сукно (а лучше в корзину) отправляются только анонимки с мелочевкой — информацией, кто с кем пьет, кто с кем спит, кто какие анекдоты рассказывает и прочее.
Поэтому и в квалификационных коллегиях не дают и не будут давать ход анонимным жалобам о том, что судья якобы как-то нехорошо себя ведет в быту. Или слишком шумно гуляет на курортах. Тот, кто хочет пожаловаться на это, должен сначала представиться.
Здесь ничего не изменилось.
Положение о порядке работы квалификационных коллегий судей на этот счет говорит жестко: «жалоба, не подписанная гражданином, без указания его фамилии, имени, отчества или данных о месте его жительства, работы или учебы, признается анонимной и рассмотрению не подлежит».
Но если в сообщении говорится не о пресловутой аморалке или каких-то процедурных нарушениях, а возможном преступлении, то здесь вступает в силу другой пункт. «Жалоба, содержащая сведения о признаках преступления, направляется в государственный орган в соответствии с его компетенцией с уведомлением заявителя о ее переадресации», говорится в положении.
Проблема в том, что такие жалобы тоже часто не подписываются. Возникает дилемма, как быть? Что если в письме сообщается нечто такое, что нельзя проигнорировать?
Высшая квалификационная коллегия судей пояснила, если сведения о признаках преступления содержит анонимная жалоба, то она тоже направляется в компетентные органы. При этом, понятно, заявителя уведомлять не будут, так как неизвестно, кого уведомлять.
Принципиальный момент: никакая анонимка не должна лишать судью высокого статуса и особой защиты. Независимость человека в мантии гарантируется еще и тем, что на него нельзя просто так возбудить уголовное дело, да и просто в оперативную разработку спецслужбы не вправе его брать. На все надо получать особое разрешение.
Сам факт анонимки еще не говорит о том, что телефон судьи надо ставить на прослушку, а за ним пора устанавливать слежку. Вполне возможно, что все ровно наоборот: раз кто-то пытается облить его грязью, значит судья честный и принципиальный человек. Кому-то это не по душе. Поэтому даже если правоохранители установят, что в тайном сигнале есть доля истины, они все равно не смогут действовать вне установленного порядка, не получая соответствующих разрешений.
Другое разъяснение касается проверки кандидатов в судьи. Вправе ли квалификационная коллегия судей самостоятельно запрашивать сведения о недвижимости кандидатов и их родных в Росреестре? Ответ: да, вправе, если сочтет это необходимым.
Еще один горячий вопрос: как выбирать наказание для судьи? Если квалификационная коллегия придет к мнению, что человек в мантии действительно совершил дисциплинарный проступок, то за кем последнее слово при назначении наказания? На чаше весов — судейская мантия. Ее могут снять. А могут просто ограничиться замечанием или предупреждением.
«Установление факта совершения дисциплинарного проступка определяется путем открытого голосования», напоминает Высшая квалификационная коллегия. Проще говоря: сначала члены коллегии поднимут руки за то, виноват или нет судья. Если большинство решит, что да, то придется голосовать второй раз: как его наказать.
При выборе дисциплинарного взыскания, налагаемого на судью, квалификационная коллегия судей не связана мнением, изложенным в представлении. Допустим, инициатор обращения считает, что судью надо уволить. Но квалификационная коллегия, признав судью нарушителем, вовсе не обязана выносить столь строгое наказание. Тут все остается на ее усмотрение.
Поскольку вопрос о досрочном прекращении полномочий судьи решается исключительно путем тайного голосования, квалификационная коллегия вначале проводит тайное голосование с использованием бюллетеней по этому вопросу. Затем, если решение об увольнении не принято, члены коллегии открыто голосуют, вынести судье предупреждение или замечание.
Владислав Куликов, Российская газета