Потерявшихся людей, обнаруженных живыми, обязаны проверить полицейские



alttext



Полиция не прекратит розыск человека, считавшегося пропавшим без вести и вдруг обнаруженного живым, пока не удостоверит его личность.

Руководитель специального отдела знаменитого МУРа Дмитрий Пичугин, который специализируется на розыске таких “потеряшек”, рассказал, что оперативник или участковый обязан лично побеседовать с вернувшимся “из ниоткуда” человеком. Полицейским категорически запрещено принимать на веру телефонные или электронные сообщения – мол, не ищите меня, я уже дома. Пока сотрудник не убедится, что перед ним именно та личность, которую они ищут, розыск будет продолжаться.

Для такой категоричности есть все основания. Бывает, что под видом нашедшегося человека легализуется скрывающийся от правосудия или бежавший из тюрьмы преступник. Или же таким способом пытаются скрыть похищение и даже убийство – прекращайте розыск, пропажа нашлась. А на самом деле человека уже нет в живых.

Но чаще всего полицейским, ведущим розыск пропавших без вести, приходится вникать в семейные драмы и предотвращать возможные трагедии.

Так, например, месяц назад искали ушедшую из дома 15-летнюю девушку. Причем ушла она 30 декабря, а мама подала в розыск 11 января. Девушка вскоре сама объявилась в соцсетях – она весело проводила время на квартирах друзей и в нецензурных выражениях требовала от полиции оставить ее в покое.

Ее просьбе, однако, не вняли и доставили к матери. Наверное, она будет пропадать и дальше. Но станет ли теперь мать заявлять об этом в полицию?

А недавно с просьбой о выдаче российского паспорта обратилась женщина, которую ищут …с 1996 года. Ей было 14 лет, когда она в электричке познакомилась с симпатичным парнем и, не предупредив родных, уехала с ним в Киргизию. И там, в горах, прожила все эти годы, создав семью, родив детей. А теперь вот захотела стать гражданкой России. Вопрос с паспортом решается, а вот искать ее наконец перестали.

Самая больная тема – розыск пропавших детей и подростков. В прошлом году из пропавших в Москве 1368 ребят погибшими найдены четверо: двое покончили жизнь самоубийством и с двумя произошли несчастные случаи – подростки были “зацеперами”, катались на крышах поездов.
6 тысяч пропавших людей нашли за год в Москве

Несовершеннолетние ударяются в бега обычно по разным причинам. Например, из детских домов бегут, как правило, те, кому не хочется проводить каникулы в спортивных и оздоровительных лагерях – аналогах пионерских. Есть профессиональные “бегунки” – 95 процентов всех пропавших, за которыми в определенные сезоны года воспитатели устанавливают особое наблюдение. В благополучных семьях побеги детей происходят обычно осенью, в сентябре. Ребятня не желает идти в школу, кто-то боится принести домой первую “двойку”.

Но есть и более драматические истории. Оперативники неоднократно сталкивались с ситуациями, когда с заявлением о пропаже ребенка обращается родитель, находящийся в разводе. Позже выясняется, что малыша забрал другой супруг, и в итоге все выливается в судебную тяжбу. Поэтому Дмитрий Пичугин считает, что для сыщика главное – правильная работа с родственниками пропавшего ребенка. Надо убедить родителей сказать правду, тогда сокращается время и сужается круг поиска пропавшего человека. Были случаи, когда полицейские вынимали юношей и девушек буквально из петли: у кого-то несчастная любовь, что кажется страшной трагедией в 15 лет, а кто-то устал от родительской тирании. И полицейским приходится работать не только сыщиками, но и психологами и даже психотерапевтами. Тут главное – успеть остановить роковой шаг. Однажды полицейские  не успели – это случилось год назад. Пропал юноша из весьма обеспеченной семьи, причем отличник. Отец до конца скрывал всю правду о своих напряженных отношениях с сыном, жаловался начальнику столичной милиции на “плохо работающих оперов и обращался к экстрасенсам. Парня нашли спустя несколько дней на чердаке его же дома, отравившимся какими-то химикалиями. А ведь если бы отец был более откровенным с полицейскими, юношу могли бы спасти.

Что важно, никакие отговорки сотрудника полиции – мол, давайте подождем три дня, авось человек сам найдется – не должны звучать. Гражданин, услышавший такую фразу, вправе тут же позвонить по “02”, “102” или “112” и сообщить об этом – будет сразу же назначена серьезная проверка. Чем быстрее начнут искать человека, тем больше шансов его найти и спасти.

Кстати, помните нашумевшую историю убийства своей жены – с расчленением – известным ресторатором Кабановым? Ведь он подал заявление о якобы ее пропаже именно через трое суток – мол, таковы общеизвестные правила.

На самом деле именно такое следование правилам и вызвало подозрение оперативников. Выяснилось, что Кабанов специально выжидал время, пока будут стерты записи видеокамер у подъезда, где зафиксировано, как он выносит тяжелые свертки и грузит их в багажник своей машины.

Михаил Фалалеев, Российская газета