Правозащитники требуют себе беспрепятственный допуск в места заключения



alttext



Совет по правам человека (СПЧ) обратился к Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН) с просьбой беспрепятственно допускать в ее учреждения всех членов общественных наблюдательных комиссий (ОНК). Это позволит хотя бы частично снять разногласия и конфликты внутри ОНК, которые возникают между их председателями и рядовыми членами. Кроме того, по информации «НГ», правозащитники намерены потребовать от ФСИН безусловного выполнения нормативов по предельной заполняемости камер.

Такие нормативы, как известно, закреплены в ряде международных конвенций, к которым присоединилась и Россия, а главное, в решениях Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), принятых в отношении нашей страны. «Переполненность камер, создающая неприемлемые условия содержания, – является формой жестокого обращения. Законодательный запрет содержания подследственных и осужденных в переполненных камерах подкреплен специальным (пилотным) заключением ЕСПЧ – от 10.01.12», – объяснили в СПЧ.

Как уже писала «НГ» (см. номер от 10.12.14), правозащитники неоднократно поднимали проблему нехватки жизненного пространства для заключенных. В соответствии с законом норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее 2 кв. м. В тюрьмах же это 2,5 кв. м, в женских колониях норма еще выше – не менее 3 кв. м, а в воспитательных колониях – 3,5.

Однако беда в том, что само понятие «жилая площадь» нигде не определено, объяснил «НГ» председатель постоянной комиссии СПЧ по содействию ОНК и реформе пенитенциарной системы Андрей Бабушкин: «На практике есть случаи не только содержания в неприемлемых условиях, но и сокрытия фактов отсутствия покамерного учета площади. А также произвольной интерпретации администрацией норм содержания». Оказывается, нередко для улучшения показателей жилой площадью считаются не только умывальники и туалеты, но даже коридоры и служебные кабинеты тюремщиков.

Поэтому при расчетах жилых помещений правозащитники требуют исключать «площади, занятые санитарными узлами; площади душевых кабин, помывочных комнат, а также занятые умывальниками, включая пространство, на котором находится человек, пользующийся умывальником; комнаты и места для приема пищи, сушилки, помещения бытового назначения коридоры и т.д». А главное, что они настаивают на увеличении норматива, который необходимо довести до руководства каждого исправительного учреждения: 4 кв. м на каждого заключенного и по 1 кв. м – при кратковременном содержании при этапировании и обысковых мероприятиях в течение не более шести часов.

Кроме того, правозащитники, по данным «НГ», сейчас активно разрабатывают предложения по реформированию системы ОНК. Дело в том, что осенью 2017 года в подавляющем количестве регионов истекут полномочия членов комиссий третьего созыва. По закону один и тот же человек не может быть назначен туда более трех раз подряд. Это означает, что система ОНК в перспективе потеряет примерно половину своих нынешних активистов. По словам основателя социальной сети Gulagu.net Владимира Осечкина, «это говорит о наличии серьезной угрозы срыва формирования наблюдательных комиссий в ряде регионов».

«В каждом регионе есть возможность включить в ОНК 40 человек, и уже сейчас имеются вакансии для более 3 тыс. правозащитников. Однако реально выбрано не более половины квоты, а есть даже такие регионы, где ОНК нет вообще», – пояснил Осечкин. Он заявил «НГ» о намерении в ближайшее время подготовить план по популяризации ОНК и самой идеи общественного контроля за местами заключения, чтобы «добиться вовлечения в ОНК более 2 тыс. новых неравнодушных граждан». По его словам, есть даже планы по созданию телеканала ОНК-ТВ. Нужна и система защиты членов ОНК, уверен Осечкин, ведь многие люди просто боятся идти в них, не желая подвергаться возможному давлению со стороны и криминальных авторитетов, и коррумпированных сотрудников ФСИН.

Перспективы ОНК четвертого созыва, как уже писала «НГ», осложняются еще и тем, что Общественная палата РФ (ОП) тоже объявила о необходимости корректировки соответствующего закона. Отдельные ее планы уже стали известны – например, ОП, утверждающая кадровый состав ОНК, предлагает не допускать в них людей когда-либо судимых – без разбора, за что конкретно их судили и сколько лет назад такие судимости были погашены. Правозащитники возмущены попыткой сделать для них некий аналог антикриминального фильтра, который, напомним, уже действует в России для всех выборных должностных лиц. Поэтому, в свою очередь, они настаивают на поправке об обязанности ОП по каждому случаю отказа гражданину записаться в члены ОНК выносить мотивированное публичное решение. То есть, по словам Осечкина, необходимо обязать ОП рассматривать такие вопросы в открытом режиме «с онлайн-трансляцией и в присутствии правозащитников и журналистов, чтобы была возможность задать кандидату в ОНК вопрос и получить от него ответ».

Однако наиболее важной задачей, которую в отношении ОНК надо решить немедленно, является обеспечение беспрепятственного допуска наблюдателей в учреждения уголовно-исправительной системы вне зависимости от процедур, установленных регламентом той или иной местной ОНК. Как стало известно «НГ», вместе с СПЧ и аппаратом уполномоченного по правам человека в РФ правозащитное сообщество на днях подготовило письмо к руководству ФСИН. В нем говорится об участившихся случаях запрета членам ОНК на посещение колоний и изоляторов – причем по решению председателей этих же комиссий.

«Многие правозащитники в свое время ошибочно проголосовали за внутренние регламенты, передающие все полномочия по организации их работы председателям ОНК. А в большинстве своем эту должность сейчас занимают бывшие силовики, которые разными путями препятствуют правозащитной деятельности», – рассказал «НГ» Осечкин. И бывает, что когда правозащитники приезжают в какую-то зону с проверкой, то они сталкиваются с жестким отношением ее администрации, которая не пускает их потому, что их же председатель это делать не велел. «В своем письме мы призываем ФСИН руководствоваться законодательством, а не ориентироваться на внутренний регламент ОНК», – отметил он.

Екатерина Трифонова, “Независимая газета”