Уйти и не вернуться

Четвертый день в Краснодарском крае ведутся поиски шестилетнего мальчика, который потерялся в День Победы. Его родители решили отметить этот праздник на рыбалке с друзьями и взяли малыша с собой. Находясь в веселой компании, они не сразу заметили исчезновение сына. Сейчас ребенка ищут более 240 спасателей, но пока безуспешно. До сих пор нет никаких сведений и о троих школьниках из поселка Ягодный Хабаровского края, которые пропали без вести еще 29 апреля. В этом случае дети пропали опять же вблизи от воды. Эксперты отмечают: все новые и новые исчезновения малолетних стали веским аргументом в пользу ужесточения ответственности родителей, оставляющих своих детей без присмотра. (фото — www.visualrian.ru)

Шестилетний малыш исчез 9 Мая во время рыбалки на Ейской косе. Оперативный дежурный ГУ МЧС по Краснодарскому краю рассказал «НИ», что ребенок удил рыбу в заливе и на какое-то время остался без присмотра родителей, которые проводили время в теплой компании друзей. Когда они вернулись за своим мальчиком, то обнаружили, что его нет на месте. Спасатели почти сразу начали искать малыша. «На сегодняшний день в поисковой операции задействовано уже 240 человек, в том числе восемь водолазов, — отметил один из сотрудников МЧС. — Наши работники прочесывают все окрестности Ейской косы — от порта в сторону Черного моря. Уже обследован причал и дно Ейского лимана».

Почти две недели спасатели не могут выйти на след троих школьников из поселка Ягодный Комсомольского района Хабаровского края. 13-летний Саша Карепанов, девятилетний Матвей Дьяченко и восьмилетний Егор Татаринцев ушли из дома еще 29 апреля, но до сих пор о них ничего не известно. Первые вечер и ночь родители пытались искать своих чад сами и только на следующий день обратились в администрацию поселка и МЧС. Поиски детей, в которых было задействовано более ста человек — сотрудников милиции, спасателей, водолазов и добровольцев — велись все майские праздники. «Спасатели дважды обыскали поселки Ягодный, Шелехово, Черный Мыс и Новая Ильиновка, — сообщил «НИ» оперативный дежурный ГУ МЧС по Хабаровскому краю. — Силами спасателей-водолазов осмотрена береговая зона реки Амур и пожарный водоем». В начале мая появились сведения, что ребят якобы видели в поселке Циммермановка, что в ста километрах от Ягодного, и еще в нескольких отдаленных местах. «Работа в этих районах ни к чему не привела, — посетовала «НИ» заместитель начальника пресс-службы Дальневосточного регионального центра МЧС России Ольга Алькина. — На прошлой неделе мы собирались привлечь к поискам ребят вертолет, но не смогли сделать этого из-за низкой облачности. Так что до сих пор ведется только наземный поиск».

Следственный комитет при прокуратуре Комсомольского района Хабаровского края возбудил уголовное дело по части 2 статьи 105 УК РФ «убийство двух и более лиц». В милицию до сих пор стекаются противоречивые рассказы разных людей, утверждающих, будто бы видели мальчиков в разных местах. Пока одной из главных считается версия о том, что ребята все-таки утонули.

Ежегодно в нашей стране без вести пропадают 10-12 тыс. детей и подростков. Представители правоохранительных органов и чиновники винят в большинстве таких происшествий родителей, не досмотревших за малышами. Депутаты Госдумы грозятся в скором времени подготовить законопроект, по которому мамы и папы будут нести юридическую ответственность за местонахождение детей, когда те не в школе и не в детсаду. «В США законом запрещено оставлять без присмотра ребенка младше 12 лет, — поделилась с «НИ» глава Ассоциации семейных психологов Анна Варга. — Если соседи, заметив, что малыш сидит дома один, заявят в милицию, будет решаться вопрос о лишении их родительских прав». Психологи утверждают, что чрезмерно опекать ребенка, а тем более запугивать его, вовсе не обязательно. Лучше приучать своих чад к самостоятельности, не забывая, впрочем, и следить за ним. «С тех пор, как ребенок начал ходить, нужно разъяснять ему элементарные правила безопасности, внушать, что о любых своих намерениях он непременно должен сообщить родителям, — продолжает Анна Варга. — Другое дело, что и взрослые должны давать малышу какие-то указания относительно того, что ему делать, а не просто забывать о нем, развлекаясь с друзьями». 

МАРГАРИТА ВЕРХОВСКАЯ, «Новые Известия»

Поиски 10-летней девочки, пропавшей в Алтайском крае, пока не дают результатов

Подозреваемым в похищении Людмилы Палкиной, пропавшей 6 мая в Залесовском районе Алтайского края, оказался ранее судимый сожитель ее матери

«В похищении подозревается бывший сожитель матери ребенка», — сообщает «Интерфакс» со ссылкой на следственное управление СКП РФ по Алтайскому краю в четверг.

«Подозреваемый ранее был уже судим за аналогичное преступление. В 1998 году он совершил похищение своей племянницы, инсценировал нападение неизвестных лиц на своего племянника. Мотив преступления по данному уголовному делу установлен не был, о причинах, побудивших его похитить девочку, он не пояснял. Тогда девочка была обнаружена и возвращена домой», — сказано в сообщении.

Сообщение об исчезновении Палкиной поступило в Заринский межрайонный следственный отдел СУ СКП РФ по Алтайскому краю 6 мая. «По этому сообщению незамедлительно была проведена доследственная проверка следователем Заринского межрайонного следственного отдела, с участием экспертов-криминалистов неотложно осмотрено место проживания девочки.

По имеющейся у милиции информации, девочку мог увезти на велосипеде Александр Костырев, 1961 года рождения. Милиция распространила ориентировку на предполагаемого похитителя девочки. На вид ему 40-45 лет, худощавый. Был одет в коричневую куртку, синее трико, черные резиновые сапоги. Предполагаемый похититель не имеет определенного места жительства, может находиться в лесных массивах, в садоводческих домиках. Его велосипед оборудован приспособлением на раме для перевозки детей.

Прокуратура Залесовского района Алтайского края возбудила уголовное дело по факту исчезновения Люды Палкиной. Уголовное дело возбуждено по пункту «д» части 2 статьи 126 УК РФ (похищение заведомо несовершеннолетнего)». Статья предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от шести до 15 лет, сообщает «Алтапресс».

Напомним, что девочка пропала по дороге в школу, куда она шла из дома родственников. Она была одета в розовую шапку, синюю куртку и красные ботинки. С собой у нее был ранец с учебниками.

Пока в ГУВД края не обладают дополнительной информацией по факту. пропажи девочки. В ее поисках принимают участие более 500 алтайских милиционеров.

NEWSru.com

Опасная «нирвана»

Прокуратура Свердловского района Перми проверила законность деятельности общественной организации, расположенной в Свердловском районе города и специализирующейся на занятиях йогой. «В ходе проверки установлено, ходящие в организацию люди под влиянием психического воздействия «учителей» полностью изменили свое отношение к окружающему миру, общечеловеческим ценностям», — сообщает «Интерфакс» со ссылкой на заявление пресс-службы прокуратуры Пермского края.

«Люди, оказавшиеся в данной организации, вскоре отказались от выполнения своих гражданских обязанностей по содержанию семьи, заботе о родителях, стали тратить крупные суммы денег для участия в тренингах и семинарах по йоге», — отмечается в сообщении.

Установлено, что после посещения групповых занятий двое студентов в Перми бросили учебу в вузе, полностью разорвали отношения с родителями, переехали в лагерь йоги в городе Красноярске «для духовного просветления». «В настоящий момент их местонахождение не установлено», — говорится в пресс-релизе.

Материалы проверки направлены в следственный отдел по Свердловскому району города Перми СУ СК при прокуратуре РФ по Пермскому краю для решения вопроса об уголовном преследовании в отношении руководителя общественной организации по ст. 239 ч.1 УК РФ (создание религиозного или общественного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами либо с побуждением граждан к отказу от исполнения гражданских обязанностей, а равно руководство таким объединением).

NEWSru.com

Физкультура из-под палки

На Урале учителя физкультуры отдали под суд за жестокое обращение с детьми

Как сообщили «Новому Региону» в пресс-службе свердловской областной прокуратуры, 37-летний Андрей П. был принят в среднюю общеобразовательную школу Орджоникидзевского района на должность учителя физкультуры начальных классов в 2005 году. До этого опыта педагогической деятельности и педагогического образования он не имел, так как в свое время окончил сельскохозяйственную академию. Еще раньше, в начале 1990-х годов мужчина проходил срочную службу в одном из подразделений ОМОН, принимал участие в ликвидации локальных конфликтов, где получил два боевых ранения. Эти ранения и стали причиной того, что Андрей П. был признан инвалидом 2 группы и, по рекомендации врачей, вынужден был оставить сельскохозяйственное поприще (он работал даже председателем колхоза в Ирбитском районе) и искать работу в другой сфере. Тогда он и пришел трудиться педагогом в школу.

Между тем, не имея опыта работы с детьми, Андрей П. не смог установить с учениками начальной школы необходимый контакт, и в систему его воспитания вошло постоянное применение психического и физического насилия к учащимся. Проведенным дознанием установлены несколько фактов, имевших место в ноябре-декабре 2006 года, когда Андрей П. побил двух 9-летних учеников гимнастической палкой.

В ходе расследования уголовного дела, возбужденного в отношении Андрея П. по статье 156 УК РФ («Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетних»), он был отстранен от занимаемой должности.

Приговором судьи Орджоникидзевского района Екатеринбурга Андрею П., с учетом ряда смягчающих обстоятельств, назначено наказание в виде лишения права заниматься педагогической деятельностью на срок 3 года.

«Новый Регион — Екатеринбург»

 

В Забайкалье продолжают пропадать дети

В Забайкальском крае вот уже больше месяца не могут найти двух пропавших мальчиков. Тем временем пропадают новые.

Правоохранительные органы Забайкальского края продолжают поиски детей, пропавших без вести 16 марта в поселке Карымское. «Следствие отрабатывает все предыдущие версии», — сообщили агентству «Интерфакс» в пресс-службе следственного управления при краевой прокуратуре.

В поисках детей принимают участие все силы милиции во всех районах Забайкальского края. В поселке Карымское осмотрен каждый жилой дом, гаражи, дачи, стройка, карьер, прилегающая территория.

Двое ребят — 9-летний Кирилл Рахмахнин и 7-летний Давид Сульдин — пропали 16 марта. В качестве основных версий следствием рассматривались уход детей из дома, похищение детей, несчастный случай.

По одной из версий, дети могли уехать на электричке и выйти на одной из станций. Нашлись свидетели, которые утверждают, что 16 марта видели двух детей в пригородном электропоезде.

Губернатор Забайкальского края Равиль Гениатулин установил вознаграждение в размере 500 тысяч рублей за достоверную информацию о местонахождении детей, обстоятельствах происшедшего и о лицах, которые могут иметь к этому делу отношение.

Кроме того, по сообщению забайкальского информационного агентства «Экстра-Медиа» в крае ищут еще троих детей, пропавших 29 апреля в поселке Ягодное.

Трое мальчиков, жителей поселка, восьми, девяти и 13-и лет ушли во вторник из дома и не вернулись. Родители самостоятельно искали детей, потом обратились в милицию и МЧС. В среду и четверг поиски детей результатов не принесли, водолазы обследовали берег Амура и окрестные водоемы, к поискам привлекалась служебная собака.

По последним данным, детей видели накануне в соседнем поселке Цимермановка, работники кафе опознали детей по фотографиям, они сообщили, что мальчики у них обедали, рассказал представитель МЧС.

По его словам, один из жителей Цимермановки, сообщил также, что видел похожих детей, идущих по дороге в сторону поселка Де Кастри. Представитель МЧС отметил, что сейчас в этом направлении на трассе выставлены патрули ГИБДД и милиции. Проверяются все машины.

NEWSru.com

Шпионы поневоле

ФСБ подготовила изменения в Уголовный кодекс, разграничивающие умышленный шпионаж и разглашение гостайны без признаков шпионажа (Фото — NEWSru.com)

О готовящихся поправках сообщил общественный совет при ФСБ. Они направлены «не только на усиление защиты государственной тайны от преступных посягательств, но и на уточнение ряда статей кодекса с целью исключить даже малейшую возможность необоснованного привлечения гражданина к уголовной ответственности за шпионаж», приводятся в пресс-релизе слова председателя совета Василия Титова.

Поправки в УК и УПК, которые одобрил совет, будут внесены в Госдуму в виде законопроекта, а общественники намерены выступить в качестве экспертов при его обсуждении. Дорабатывать его до 10 мая будет специально созданная экспертная группа, рассказывает председатель одной из комиссий совета, адвокат Павел Астахов.

«Поправки направлены на то, чтобы отделить случаи умышленного совершения действий в форме шпионажа», — поясняет Астахов. Их надо разграничить с «разглашением гостайны без признаков шпионажа или измены родине», поскольку такого рода дел было рассмотрено за последние годы немало. 11 апреля обвинение в разглашении гостайны было заочно предъявлено адвокату Борису Кузнецову, а 25 апреля Мосгорсуд приговорил академика Игоря Решетина к 11 с половиной годам.

Сам Астахов предложил дополнить статью, карающую за шпионаж: считать нарушителями не только тех, кому такие сведения стали известны «по службе или работе», но и тех, кто получил доступ к ним «по учебе».

Председатель комитета по обороне и безопасности Совета Федерации Виктор Озеров не знаком с предлагаемыми советом при ФСБ поправками, однако не исключает потребности в модернизации законодательства о гостайне, поскольку «изменяются формы и средства шпионажа, механизмы защиты информации».

Необходимость радикального изменения законодательства о гостайне назрела давно, согласен правозащитник Лев Пономарев. Но он сомневается, что общественный совет при ФСБ внесет все необходимые поправки: есть опасность, что уточнение поводов для обвинения в шпионаже будет сопровождаться ужесточением закона.

Иван Преображенский, Ведомости

Колбаса вместо свидания

Беременные заключенные смогут получать неограниченное количество посылок

Правительство 3 мая внесло в Госдуму поправки в статью 100 Уголовно-исполнительного кодекса. В документе, одобренным кабинетом министров на заседании 25 апреля, предлагается снять ограничения на количество посылок и бандеролей, получаемых беременными, кормящими и имеющими детей младше трех лет осужденными женщинами. Сегодня эта категория заключенных вправе получать продуктовые передачи в соответствии с медицинским заключением администрации самой колонии и внутренним распорядком учреждения. Как правило, женщины имеют квоту на 12 посылок и бандеролей в год.

«Эти ограничения возникли в связи с необходимостью дотошной проверки передач. Так, сотрудники колонии должны разрезать каждый присланный кусок колбасы или сыра, открыть каждый пакет с крупой или перебрать все печенье. В некоторых колониях заключенные, увидев, что все присланные продукты перемешали и порезали, устраивали даже бунты, — сообщил корреспонденту «Газеты» директор Центра содействия реформе уголовного правосудия Валерий Абрамкин. — В то время как во многих европейских странах посылки просто просвечивают специальными рентгеновскими установками».

Но в России, полагает Абрамкин, принятие закона скорее повлечет увеличение штата сотрудников, нежели приобретение технических новинок. В то же время он считает, что заключенным матерям поправки большой радости не принесут. Для них гораздо важнее постоянный контакт с ребенком, нежели лишний кусок колбасы. «Сегодня во многих колониях по достижении ребенком трехмесячного возраста мать и дитя отделяют друг от друга, разрешая лишь двух-трехчасовые свидания в день. Не могут видеть друг друга они и во время двухнедельного карантина сразу после прибытия в колонию. Я не говорю уж об отправлении ребенка в детский дом после достижения трехлетнего возраста. Все это — гораздо большая трагедия для заключенной матери, нежели ограничение на количество бандеролей», — отмечает Абрамкин. Он считает, что следующим шагом на пути облегчения условий содержания данной категории осужденных должно стать разрешение родственникам навещать малолетнего ребенка заключенной женщины в любое время.

ОЛЬГА ПАВЛИКОВА, Газета

«Черное досье» на маньяков и педофилов

Тюремное ведомство не будет поддерживать ходатайства об условно-досрочном освобождении педофилов, как бы хорошо они себя не вели за решеткой. А психологические службы в колониях исследуют подобных арестантов на детекторах лжи и с помощью специальных тестов составит подробное досье на каждого маньяка, который надругался над ребенком. Подобное распоряжение направил в регионы директор Федеральной службы исполнения наказаний Юрий Калинин. Подробности он сообщил в эксклюзивном интервью «Российской газете».

Российская газета: Первый вопрос вам, как говорится, ребром: почему педофилов часто освобождают досрочно?

Юрий Калинин: Потому что, как правило, в колониях они ведут себя дисциплинированно. У нас нет никаких сложностей с ними. Педофилы не входят в группировки отрицательной направленности, не вступают, как правило, в конфликты с администрацией, выполняют все требования. Поэтому, когда подходит установленный законом срок, формально у них появляются все основания претендовать на условно-досрочное освобождение.

РГ: Слово — «формально» здесь очень точно отражает суть. На воле эти люди, как правило, опасны: тюрьма нисколько их не исправила…

Калинин: С этим не спорю. Есть мнение ведущих психиатров, что педофилы — это люди с неизлечимой патологией. Почему в колонии они ведут себя тихо? Потому что перед ними нет объектов для притязаний. А на воле у них вновь просыпаются старые инстинкты.

РГ: Какой же выход?

Калинин: Я дал указание на места: никогда не поддерживать эту категорию осужденных при рассмотрении вопросов об условно-досрочном освобождении. Как я уже говорил, сам факт, что он примерно вел себя за решеткой, не дает гарантии, что на свободе педофил останется безопасным. Это серьезная патология.

РГ: Не получится ли парадокс: одной рукой администрация колонии направляет документы на условно-досрочное освобождение (без этого суд не приступит к делу), а другой — пишет «отказ»?

Калинин: Мы не будем инициаторами ходатайств об условно-досрочном освобождении осужденных — педофилов и насильников. Однако у любого гражданина, отбывающего наказание в местах лишения свободы, есть право самостоятельно обратиться в суд с подобной просьбой. Кроме того, обращаются и родственники, и адвокаты. Администрации наших учреждений обязаны предоставить материалы по требованию судебной власти. Мы иногда поддерживаем ходатайства осужденных, иногда нет. Но наше мнение не является решающим. Последнее слово остается за судом. В прошлом году суды приняли несколько тысяч решений об условно-досрочном освобождении, с которыми мы были не согласны. Однако раз суд решил — надо выполнять.

РГ: С другой стороны, можно предвидеть возражения правозащитников: а если дело против человека было сфабриковано? Если он никакой не педофил, а на него просто повесили клеймо? Справедливо ли брать всех под одну гребенку?

Калинин: Наши психологи будут изучать эту категорию граждан, создавать портрет личности. Никто ведь не говорит прямо, что он педофил.

РГ: Как же это выявить?

Калинин: Специалисты нашей службы будут проводить с каждым осужденным этой категории целостное исследование личности, в том числе с использованием детектора лжи. У нас есть для этого все возможности. Также будут изучать осужденных с помощью специальных тестов и других технологий, чтобы составить всестороннее представление о личности осужденного. Материалы мы будем направлять и в суд, и в правоохранительные органы.

РГ: То есть составите нечто вроде досье на педофилов?

Калинин: Это будут психологические портреты осужденных. Мы должны дать объективные материалы. Думаю, они помогут и правоохранительным органам, и судам.

РГ: Возможно ли взять под контроль всех освободившихся педофилов?

Калинин: Это вопрос и к законодателям, и к обществу. Надо ли ужесточить наказание за подобные преступления? Я не исключаю этого. Но вечно сидеть осужденный не будет. Поэтому должен быть особый контроль после его освобождения. Возможно, стоит обсудить вопрос о создании специальных центров, где педофилы могли бы находиться под наблюдением. Речь идет о безопасности детей, и поэтому нужен пристальный надзор за человеком, вызывающим опасения. Но надо законодательно проработать вопросы: кто будет финансировать строительство подобных центров, кто — содержать. На какой срок направлять туда освободившихся педофилов, как именно будет осуществляться контроль. Все это требует, кстати, не только законодательного решения, но и научных разработок. А проблема педофилов не только наша, она общемировая.

РГ: Другой острый вопрос: условно-досрочное освобождение преступников. Свежий пример, как сообщила прокуратура, на Урале осужденный за убийства бандит, входивший в крупную преступную группу, отбывал срок на частной квартире, ходил по ресторанам и ездил на иномарке. Разве это наказание?

Калинин: Прокуратура провела проверку по этому случаю и отказала в возбуждении уголовного дела. Осужденный возвращен в колонию общего режима.

РГ: Зачем же потребовалось его выпускать?

Калинин: Никто его не выпускал, он находился в колонии-поселении. До этого гражданин провел четыре года в следственном изоляторе и четыре — в колонии общего режима. Затем его перевели на другой режим: в колонию-поселение.

РГ: Почему?

Калинин: Человек имеет право на смягчение режима после определенного отбытого срока наказания, при условии правопослушного поведения. В данном случае претензий со стороны администрации к нему не было. С согласия прокуратуры ему разрешили жить вместе с женой рядом с колонией-поселением. Закон это позволяет. В свое время, когда вводилась такая норма, ее приветствовали практически все, как очередной шаг к гуманизации системы исполнения наказаний.

Так вот, гражданин работал в частной фирме. Хозяйка направила его в Нижний Тагил для решения деловых вопросов. Поселенцам разрешено работать в пределах административного района. Выезд за пределы района может разрешить начальник подразделения. За поселенцем нет постоянного надзора. Он должен отмечаться утром и вечером в администрации. Сейчас мы вводим для контроля за ними электронные системы мониторинга, так называемые электронные браслеты.

А в данном случае гражданин не взял разрешения у начальника, думая, что раз едет по работе, претензий к нему не будет. А в кафе зашел пообедать. За нарушение установленного порядка отбывания наказания осужденный переведен в колонию общего режима.

РГ: Вот подобные примеры часто и вызывают возмущение, зачем же давать поблажки убийцам?

Калинин: У нас восемьдесят процентов осужденных сидит за тяжкие преступления. Если человек нарушает установленный порядок в колонии, противодействует администрации, его никто и никогда не переведет на более мягкий режим. И администрация не будет ходатайствовать о его досрочном освобождении. Однако, если человек намерен порвать с прошлым и стать законопослушным гражданином, нельзя лишать его надежды.

РГ: Неужели бывают такие?

Калинин: Бывают. А вы не верите?

РГ: С трудом, если честно.

Калинин: Посмотрите, сколько было банд в середине девяностых, и сколько людей прошло через нашу систему. Далеко не все из них вернулись в криминал. Причины тому самые разные. Дело не в «благотворном влиянии тюрьмы». Она сама по себе не исправляет и не перевоспитывает. Просто изменилась жизнь, страна стала другой. К тому же повзрослели и эти люди. Многие из них обзавелись семьями, и уже не хотят возвращаться в тюрьмы. Я не строю иллюзий, всегда будут люди, живущие по принципу «мой дом — тюрьма». Но тем, кто хочет вырваться из этого круга, мы должны дать шанс.

РГ: Шанс — да. Но разве обязательно для этого освобождать убийц досрочно?

Калинин: У нас в обществе оценки порой различны. Когда человек совершил преступление, его ненавидят, требуют к нему жесточайших мер. После осуждения начинают говорить: законно или не законно, не сфабриковали ли дело? Когда он попадает к нам, критикуют уже нас, якобы притесняем, а его жалеют. При этом нередко правозащитники и родственники осужденных обвиняют нас, что мало освобождаем досрочно. Но, с другой стороны, как только кто-то выйдет на свободу, вновь появляется шум: почему отпустили бандита раньше срока. Человек интересен, пока он находится в сфере внимания правоохранительных органов, после он становится забытым.

РГ: А нужен ли вообще институт условно-досрочного освобождения?

Калинин: Нужен. Эта мера полностью себя оправдала. Человек в любой ситуации должен иметь перспективу в жизни и надежду. Представьте, дали ему срок, и он знает, что сидеть придется, как говорится, от и до, и никаких просветов. Как он будет себя вести?

Поэтому ужесточать существующий порядок нельзя. Практика показывает, что среди условно-досрочно освобожденных рецидивов гораздо меньше.

РГ: Скажите, число арестантов в России растет или сокращается?

Калинин: В колониях за первый квартал этого года число осужденных выросло на 8700 человек. Но в следственных изоляторах число заключенных за март снизилось на 1500 человек.

РГ: Почему такая разница: тут растет, а там сокращается?

Калинин: В колониях численность растет, потому что мы вовремя вывозим осужденных из следственных изоляторов. Другая тенденция — меньше освобождают арестантов условно-досрочно, подобные обращения рассматриваются сейчас судами более строго.

В колонии стало поступать больше осужденных на длительные сроки по тяжким статьям. Они будут «накапливаться», и численность заключенных в колониях будет увеличиваться. Число таких осужденных зависит от общего уровня преступности в стране, и нельзя требовать более мягких или альтернативных наказаний за тяжкие преступления.

РГ: Неужели суды перестали бросать в тюрьму, условно говоря, за мешок картошки?

Калинин: Более 40 тысяч человек в местах лишения свободы отбывают наказание сроком до двух лет. Они были осуждены за малозначительные преступления. Полагаю, к таким категориям преступников надо шире применять альтернативные виды наказания.

Сейчас в сизо находится пять тысяч лиц, привлекаемых к ответственности по статьям с санкцией до 2 лет. То есть этих людей обвиняют в малозначительных преступлениях. Был ли смысл арестовывать их до суда?

РГ: Нарушения допускают не только осужденные, но, будем говорить честно, и ваши подчиненные. Как с ними бороться?

Калинин: Моя позиция жесткая: факты не скрывать, если человек совершил преступление, должен отвечать. Есть нарушения финансового характера, в частности, возбуждено уголовное дело в отношении начальника Архангельского управления ФСИН. Сейчас вот возбуждено дело по бывшему начальнику Смоленского управления. Для нас нет различия между должностью и заслугами, повторюсь, если человек допустил серьезное нарушение, отвечай перед законом. А вообще мы оберегаем свой личный состав, заботимся о нем и потому благодарны, что сегодня президент России, правительство уделяют огромное внимание социальным вопросам наших сотрудников, повышению заработной платы. Нельзя забывать о том, что есть и бесплатная медицина, и бесплатный проезд в отпуск, и беспл&#10

«Цепочку безумия надо прерывать!»

Власти и жители Пензенской области устали от сектантов — именно так можно охарактеризовать общий настрой вокруг ситуации с затворниками, которые еще остается под землей в землянке близ села Никольское в Пензенской области, сообщает Интерфакс. (Фото — Итар-Тасс).

Сегодня вице-губернатор Олег Мельниченко заявил, что «никто из сидящих внизу не называл точной даты выхода на поверхность. Пусть сидят хоть до морковкиного заговенья. Тем более что все меры безопасности предприняты». Таким образом, по сути, ставится точка в бесконечном ажиотаже вокруг заявлений сектантов, которые то разражались обещаниями покинуть свое подземное убежище на Пасху, то принимали обет молчания, а потом и вовсе начали менять свои планы.

Мельниченко крайне негативно отнесся и к бесконечным заявлениям одного из лидеров сектантов — Недогона, котоый уже успел покинуть пещеру и сейчас находится на поверхности земли — он с прежним комфортом обустроился в собственном доме и стал «радовать» прессу и всех интересующихся данной проблемой всевозможными сообщениями, в том числе и о том, что две сектантки скончались во время затвора. Мельниченко высказался более чем категорично: «Недогон может говорить все что угодно, власти не могут ограничить его общение с прессой. Но нельзя забывать, что этот человек находится в пограничном психическом состоянии. Комментировать заявления Недогона — примерно то же самое что комментировать заявление любого деревенского сумасшедшего».

Мельниченко еще раз подчеркнул, что власти — как и ранее — предпринимают все меры для того, чтобы обеспечить безопасность тем людям, которые еще остаются под землей. Напомним, что подземный затвор радостям солнечного света предпочли 11 человек из 35, все остальные при первых признаках обрушения землянки в связи с весенним потеплением, вернулись в дома в селе Никольское. Правда. На поверхности им были не так уж и рады. Простые жители села Никольское, не одержимые эсхатологическими идеями, относятся к сектантам с недоверием и явной неприязнью. По словам Мельниченко, «уже звучали угрозы поджечь дома, где живут сейчас те, кто вышел из землянки». Ранее подобные комментарии относительно настроя местных жителей уже озвучил член Общественной палаты, атаман Пензенского областного казачьего землячества Виктор Долгов. Он заявил: «Большинство жителей области отрицательно относятся к шумихе вокруг событий в селе Никольское … Он отметил также негативное отношение жителей этого села к событиям. «Рано или поздно это отношение может достичь «точки кипения» и их (сектантов) выгонят из села». В селе был даже был проведен сход жителей, на котором собирались подписи за то, чтобы сектанты покинули населенный пункт.

Отметим, что в свое время Петр Кузнецов, лидер сектантов, который, правда, в ноябре минувшего года не ушел вместе с ними в подземный затвор, в ноябре минувшего года, в интервью «КП» он объяснил причину ухода своих сторонников от мира всеобщим непониманием. Кузнецов был полон пессимизма и отметил тогда, что «человечество погрязло во зле и распутстве, оно не желает нас слушать», а также добавил, что жители села сами «загнали» богопослушных людей в подземное убежище: «Мы пытались вразумлять окружающих, но здешние пьяные мужики не раз били наших мужчин, материли женщин, ломали наши постройки. Потому Господь указал нам единственную дорогу — под землю. К тому же мы сожгли свои паспорта, поскольку в них обозначено «число дьявола» 666. За это нас как беспаспортных всех обложили штрафами по 300 рублей».

Напомним, что всего от мира в ноябре минувшего года удалились 35 человек, в том числе несколько жительниц Белоруссии. В землянке, в которой обосновались последователи Петра Кузнецова, ими были созданы необходимые запасы продуктов, минимальные удобства, построены воздухоотводы. После того, как о подземном затворе стало известно властям, они сразу взяли на себя охрану убежища, привозили сектантам продукты, воду, чистили воздухоотводы. Так продолжалось до конца марта, когда своды землянки стали рушиться и сектанты стали группами выбираться на поверхность. Самыми упорными оказались те самые 11 человек, которые пока еще находятся под землей.

/Интерфакс

Право на защиту собственности

Существует мнение, что наша жизнь состоит из цепочки действий, так или иначе связанных с нашей собственностью, и каждый человек должен урегулировать отношения с тем, что имеет. А сделать это урегулирование правильно нам может помочь нотариус. О том, что такое институт нотариата, в каких случаях следует к  нему обращаться и как лучше всего защитить свою собственность, … Read more