ФПП

Общественная палата РФ сегодня открыла горячую линию по борьбе с наркотиками. Об этом сообщает пресс-служба ведомства.

Теперь информацию о местах продажи наркотиков и способах распространения запрещенных веществ можно сообщить на единый номер телефона 8-800-700-8-800. Также с помощью горячей линии планируется выявить наиболее проблемные регионы и причины, препятствующие пресечению незаконного оборота наркотиков.

Кроме того, по словам инициатора проекта – члена ОП РФ Султана Хамзаева, помимо сбора данных, операторы горячей линии займутся консультированием граждан, страдающих наркотической зависимостью. В частности, желающим избавиться от наркозависимости подскажут, в каких медицинских учреждениях можно пройти лечение и реабилитацию.

«Мы гарантируем анонимность и защиту персональных данных», – подчеркнул эксперт.

Для повышения качества и оперативности работы с обращениями к работе горячей линии планируется привлечь специалистов из профильных министерств и ведомств (Минздрава России, МВД России, ФСКН России, Генпрокуратуры).

Телефон горячей линии будет доступен для абонентов по будням с 9.00 до 18.00 (в пятницу – с 9.00 до 17.00).

Поступающие на горячую линию жалобы и обращения будут обобщены и проанализированы. На их основе планируется разработать дополнительные меры по борьбе с наркотиками.

ГАРАНТ.РУ

Автомобилисты-алиментщики, если отказываются платить детям по счетам, могут лишиться водительских прав. С такой инициативой выступили российские судебные приставы, сообщает агентство РИА Новости со ссылкой на директора Федеральной службы судебных приставов Артура Парфенчикова.

К тому же реализация такой инициативы приставов поможет снизить число злостных неплательщиков долгов детям на 100–130 тысяч человек.

«В правовом государстве мы вправе рассчитывать на то, что судебные решения, в том числе по делам о взыскании алиментов, будут исполняться, иначе такие решения ничего не стоят, — сказала в интервью сайту доверенныелица.рф член Общественной палаты РФ, доверенное лицо президента России Ольга Костина. — Служба судебных приставов вынуждена прибегать к различным методам — от морально-воспитательных до карательных, чтобы убедить некоторых, видимо, не вполне готовых к отцовству граждан содержать своего ребенка. Приставы вынуждены искать для этого всё новые меры и новые санкции, прибегать к разным экспериментам. Давайте вспомним широко обсуждавшуюся инициативу запрета для должников выезда за границу. Можно по-разному к ней относиться, но эта мера оказалась действенной. Что касается возможности пользоваться автомобилем, то здесь предлагались разные варианты — от конфискации автомобиля до лишения водительских прав. Я готова согласиться, что конфискация автомобиля слишком радикальная мера, речь идет о собственности и отторгать ее, возможно, не совсем законно. Что же касается ограничения на возможность использования автомобиля, мне не кажется, что это противоречит правам человека. В любом случае мы должны в первую очередь подумать о правах ребенка, который остался без средств к существованию, а не о правах нарушителя закона, не исполняющего судебного решения. Наверное, такая мера, как лишение водительских прав, нуждается в дополнительном обсуждении, сверке с законодательными актами России. Что касается того, будет ли эта мера действенной, — об этом трудно судить, пока мы ее не опробуем на практике. И сделать это в качестве эксперимента было бы актуальным», — считает Костина.

«Думаю, что предложенная мера является еще достаточно мягкой, — сказала в интервью сайту доверенныелица.рф заведующая сектором Института социологии РАН, доверенное лицо президента России Ольга Крыштановская. — Нужно вводить дополнительные ограничения в гражданских правах. У нас в России не платят алименты более миллиона человек — мужчины (да и многие женщины) просто потеряли совесть! Мало того что родители бросают своих детей, так они еще и отказываются исполнять свой гражданский долг. Наше сообщество «Женщины за традиционные ценности» уже давно поднимало эту тему. Мы считаем, что это настоящее преступление перед обществом. Безусловно, неплательщиков алиментов нужно карать. У брошенных детей нет ничего, кроме того, что дает им государство. Права детей должны защищаться, и как раз ювенальная юстиция здесь может помочь».

Доверенные лица

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по образованию Владимир Бурматов обратился в Генпрокуратуру с просьбой разобраться в ситуации, когда родителей заставляют платить за пребывание детей в учебных заведениях во второй половине дня.

Ольга Костина, член ОПРФ:

«Это никак не согласуется с декларируемой заботой о семье, подъемом рождаемости. Конечно, это вызвало сильное возмущение, но в то же время Министерство образования реагировало на это довольно быстро и уверяло, что подобные рода явления невозможны и незаконны. Но надо сказать, что некоторые коллеги в Комиссии Общественной палаты говорили, что, к сожалению, законные основания для взимания денег за услуги продленного дня в законе «Об образовании» есть.

С точки зрения политической и смысловой ставить в финансовую зависимость возможность оставить ребенка в группе продленного дня – это полная девальвация всех заявлений о поддержке семьи.

Еще на первом заседании Комиссии у нас была идея открыть горячую линию по этому вопросу, но мы решили отложить, чтобы понаблюдать за дискуссией. Наверное, нам придется прибегнуть к этой инициативе – включение горячей линии для преподавателей, родителей, для школы, чтобы было понимание масштаба проблемы. Нам нужно услышать родителей, педагогическое сообщество. Я думаю, что в ближайшее время мы созвонимся с коллегами и примем соответствующее решение».

Общественная палата РФ

Правительство одобрило идею четко прописать в Уголовном кодексе, что человека можно освободить от наказания за несерьезное преступление, если он сам пришел, раскаялся, возместил весь ущерб и, как мог, помог следствию. Убийц и маньяков никто не отпустит, как бы они ни плакали. При меньших грехах у человека есть шанс обойтись, как говорится, малой кровью.

С инициативой внести ясность в дело свободы выступил Анатолий Лысков, который, будучи сенатором, внес в Госдуму законопроект, вносящий в Уголовный кодекс маленькую, но важную поправку. В чем-то ее даже можно назвать редакторской, или уточняющей. Но без нее, как говорят некоторые правоведы, на практике иногда получается сбой.

Дело в том, что в Уголовном кодексе уже есть специальная статья, позволяющая отпускать на все четыре стороны человека, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести. Но для этого есть три условия: явка с повинной, возмещение причиненного ущерба и помощь в раскрытии преступления. Причем все должно сойтись сразу. Если чего-то одного не будет, например, не явится сам, а поймают, или явится, но не загладит, значит, придется ответить по-настоящему.

Казалось бы, все ясно. Однако на практике подчас стали возникать проблемы по третьему пункту. Оказалось, в законе не указано конкретно, какие именно преступления должен помочь раскрыть раскаявшийся грешник: свои или чьи-то еще проделки? Пусть, на взгляд обывателя, проблема выросла из ничего. Однако правоведы — люди дотошные, им нужна четкость. А здесь, как говорится в пояснительной записке, возникает правовая неопределенность.

Допустим, влез местный хулиган в соседский сарай, украл старенький мотоцикл, покатался, раскаялся и вернул. Написал явку с повинной, а ему предлагают рассказать еще о каком-то преступлении, мол, тогда можно и дела не заводить. Не расскажет, получит судимость за свою глупость. Чтобы такого не возникало даже теоретически, сенатор предлагает прописать в законе, что при наличии всех остальных условий для прощения достаточно рассказать только о своем преступлении. Покаялся, и свободен.

«Это позволит повысить эффективность судебной практики при разрешении вопросов об освобождении от уголовной ответственности лиц, совершивших перечисленные в статье 75 Уголовного кодекса преступления, в связи с деятельным раскаянием», — говорится в пояснительной записке.

В принципе, пленум Верховного суда России еще в прошлом году в своем постановлении растолковал, как понимать данную статью. Именно так, как и предлагает сейчас законопроект. По мнению автора инициативы, разъяснения Верховного суда — это хорошо, но будет лучше прописать подобные детали в законе.

В правительстве страны поддержали законопроект с учетом высказанных замечаний. Например, правительственные эксперты предлагают подумать над такой формулировкой указанного пункта: «лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию и расследованию данного преступления, возместило ущерб или иным образом загладило вред, причиненный этим преступлением, и вследствие деятельного раскаяния перестало быть общественно опасным».

Кстати, по данным Судебного департамента при Верховном суде России, в прошлом году были освобождены от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием более 13 тысяч человек. За год до этого отпустили около 12 тысяч раскаявшихся.

Владислав Куликов, Российская газета

Вчера подробности внедрения высоких технологий обсуждали в Казани на координационно-методическом совещании нотариальных палат Приволжского федерального округа. Напомним, с 1 июля вступил в силу закон, который ввел новое нотариальное действие: удостоверение равнозначности документа на бумажном носители электронному. Можно сделать и наоборот, принести нотариусу официальный файл, он придаст документу бумажный вид. Кому-то привычней иметь дело с классической бумагой. Хотя к цифре, безусловно, надо привыкать, от нее, судя по всему, уже никуда не деться.

«Нотариусы должны подавать на регистрацию документы в электронном виде и помогать гражданам это делать через электронно-цифровую подпись, — сказал РГ президент Федеральной нотариальной палаты России Константин Корсик. — И вообще я считаю, что будущее только за электронным нотариатом и теми сервисами, которые будут в дальнейшем появляться в связи с развитием информационных технологий, как это получилось с тем же реестром уведомлений о залогах движимого имущества. Когда наш деловой оборот и даже обычные, повседневные житейские дела уходят в сферу цифровых технологий, нотариат должен там быть, чтобы соответствовать запросам общества».

Например, в электронный вид могут переводиться какие-то доверенности или кадастровые документы. Практика сейчас нарабатывается, но люди в основном пока присматриваются к новым возможностям. Например, в Нижегородской области с 1 июля по 10 сентября было совершено два таких нотариальных дейтвия. А, скажем, в Республике Удмуртия нотариусам уже 6 раз приравнивали бумагу к цифре.

Вчера возник интересный вопрос: если человек пришлет нотариусу официальное электронное письмо, подписанное соответствующим образом, скажем, об отказе от наследства, принимать ли такой документ. В теории такое письмо ничем не хуже бумажного листа, если цифровая подпись настоящая. Однако, как говорили выступающие, тогда нотариусам нужны и официальные электронные ящики, на которые можно было бы направлять подобные документы. Так что, по словам экспертов, на практике сейчас принимать подобные письма невозможно, но такой вопрос надо прорабатывать.

Еще один вопрос, который вчера обсуждали: нотариальные действия, совершаемые главами местного самоуправления, скажем, председателями сельсоветов. Закон разрешает им сделать какие-то важные действия, когда нотариуса нет поблизости. В дальних районах это особенно актуально. Однако в состоянии ли хороший агроном или механизатор, ставший главой сельсовета, выдать грамотную доверенность или оформить наследство? И как проверить, какие документы выписывают на селе? Часто в сельских администрациях нет даже компьютеров, чтобы информировать нотариусов о выданных доверенностях. Между тем, в информационной системе нотариата помимо прочего создан электронный реестр доверенностей, и любую доверенность с печатью нотариуса можно проверить на подлинность.

Владислав Куликов, Российская газета

В Госдуме заявляют, что руководители образовательных учреждений требуют с родителей школьников за внеурочные занятия до 17 тыс. рублей в месяц.

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по образованию Владимир Бурматов обратился в Генпрокуратуру с просьбой разобраться в ситуации, когда родителей заставляют платить за пребывание детей в учебных заведениях во второй половине дня. По словам депутата, школы устанавливают плату за услуги по присмотру за детьми незаконно, поэтому он на примере столичного ГБОУ «Школа с углубленным изучением английского языка № 1354» просит генпрокурора заняться решением актуального вопроса.

По словам парламентария, школы, в которых существует практика, подобной той, что действует в школе № 1354, пытаются нажиться за счет родителей своих учеников.

— Это не только незаконное взимание денежных средств, но еще и вымогательство. Они (руководство школы. — «Известия») услуги по присмотру за детьми фактически представляют как дополнительные платные услуги. То есть таким образом стоимость продленки маскируется. Но это не отменяет незаконности действий, а усугубляет их, потому что в этой школе еще и передвинули время окончания занятий. То есть если родители полностью отказываются от продленки и соглашаются просто водить ребенка на кружки — кстати, тоже платные, — то им говорят, что они всё равно должны прийти в школу и на 40 минут увести ребенка домой, так как услуги продленки не оплачены. Для этого они специально сдвинули время окончания занятий и выгоняют детей из школы, — рассказал депутат. 

Как сообщили родители учащихся этого образовательного учреждения, на родительском собрании 5 сентября директор школы Анна Постникова объяснила им, что, согласно обновленному закону «Об образовании», школа не обязана оказывать услуги по группе продленного дня, а также что в законе выделена услуга по уходу и присмотру за детьми и что школа может ввести плату за нее. 

— Судя по тому, что мне рассказали обратившиеся в приемную родители, совершенно очевидны незаконные действия, так как брать деньги за продленку школы не имеют права ни в каком виде. По закону учредитель (в столице — департамент образования Москвы) должен издать соответствующий нормативный акт. А те деньги, которые сейчас родители сдают в школы, — это поборы, которые являются незаконными, — пояснил Бурматов.

По его словам, скандал, разгорающийся вокруг столичной школы — не единичный случай.

— Я могу сказать, что явление носит массовый характер. Сейчас порядка 25 родительских организаций обратились ко мне с аналогичными вопросами — все московские. По итогам сентября в нескольких школах выданы в том или ином виде документы, по которым должна произойти оплата. Все эти факты мы будем вынуждены передавать в прокуратуру, — отметил народный избранник. — Моя позиция в том, что мы здесь должна защитить права наших граждан, которые не должны подвергаться подобным поборам.

Связаться с руководителем департамента образования правительства Москвы «Известиям» не удалось. 

Своего коллегу поддержала зампред комитета Госдумы по образованию Ирина Мануйлова.

— У меня на руках есть документы нескольких московских школ, в которых родителям выдали положение о платных услугах и квитанции: такая форма продленки является незаконной, и это повод для обращения в прокуратуру, — рассказала она, отметив, что само понятие «продленка» весьма расплывчато и это должны исправить учредители образовательных учреждений, издав акты об организации групп продленного дня. 

Согласно мониторингу, проведенному рабочей группой «Единой России», в Москве ценовые максимумы за оплату пребывания детей в школах во второй половине дня зафиксированы на уровне 12–17 тыс. рублей. В регионах стоимость доходит до 8 тыс. рублей. Около 30 регионов отказались от взимания платы по итогам консультации с рабочей группой.

О сложившейся ситуации в школе № 1354 рассказал представитель инициативной группы родителей, выступающих за бесплатную группу продленного дня, Рустам Батинов. По его словам, родители были загнаны в условия, при которых не платить школе невозможно.

— С 1 сентября нам сказали, что продленок, как раньше, не будет, но есть возможность оказания платных услуг (договора на их заключение, розданные родителям, имеются в распоряжении «Известий»), которые будут оказываться во время продленки (до 18.00). По трем зданиям школы были разные расценки. В одном продленка стоила 7,2 тыс. рублей плюс 180 рублей за час подготовки домашних заданий. В школе № 2003 есть два варианта: продленка — 7,2 тыс. рублей с дополнительным обучением (программа «Рост, развитие, социализация») и 4,2 тыс. рублей — за уход и содержание, то есть одни дети будут ходить в группу просто сидеть до 6 вечера, а с другими педагог будет работать. Ну и питание отдельно, — рассказал представитель инициативной группы.

По его словам, родители одного из учащихся обратились в Управление образования по ЮЗАО, где получили ответ: с 1 сентября в этом учебном заведении открыты пять бюджетных групп. Для разъяснения ситуации «Известия» обратились к директору школу.

По мнению Анны Постниковой, представители инициативной группы родителей либо лгут, либо чего-то недопоняли.

— Продленка у нас исключительно бесплатная, — пояснила директор. — Еще и вакантные места есть. Продленка — это бесплатная услуга по уходу и присмотру, ориентированная в первую очередь на детей из многодетных и необеспеченных семей, которую, кстати, школа оказывает из своих собственных средств.

Согласно ФЗ «Об образовании», только учредитель образовательного учреждения имеет право устанавливать плату за осуществление присмотра за детьми в группах продленного дня. Вместе с тем, по информации Министерства образования и науки, ни одного подобного документа пока что не было.

Игорь Казаков, Известия

Парламентарии предлагают внедрить в российское законодательство концепцию «Мой дом — моя крепость», согласно которой защита гражданами с оружием дома, семьи и самих себя не должна подлежать наказанию. Напомним, петиция «Мой дом — моя крепость» набрала более 100 тысяч голосов на сайте Российской общественной инициативы — минимум, необходимый для рассмотрения инициативы на федеральном уровне.

Отметим, члены Комиссии ОП по проблемам безопасности граждан и взаимодействию с системой судебно-правоохранительных органов IVсостава были в числе экспертов, разрабатывавших эту концепцию. В случае принятия данного закона — это будет первый случай, когда инициатива, обсуждавшаяся на сайте РОИ, реализуется на законодательном уровне.

«Мы обязательно проведем общественное обсуждение данного законопроекта и подготовим экспертное заключение Общественной палаты РФ. Права граждан на самооборону, на защиту себя и своих близких в собственном доме должны быть расширены, но тут главное не переборщить. Необходимо четко определить пределы самообороны, чтобы не получилось так, что граждане начнут пользоваться оружием направо и налево», — подчеркнул первый заместитель Секретаря Общественной палаты РФ Владислав Гриб.

В свою очередь, один из авторов петиции «Мой дом — моя крепость», член ОП Дмитрий Галочкин заявил, что в законопроекте должно быть четкое определение жилища и того комплекса объектов, где человек может применять оружие как средство самообороны. «В квартире, которая в собственности, в арендованной квартире, в гостиничном номере, в пансионате или еще где-то — нужно определить», — сказал член ОП.

И второй фактор, который, по мнению Галочкина, обязательно должен быть учтен в законе — невиновность гражданина, если он использовал средства для самообороны в случае незаконного проникновения в его жилище группы лиц с использованием силы (насилия).

«Если на жилище человека нападет группа лиц, применяя насилие, а он будет использовать любые средства для своей защиты и своих родных, на него автоматически должна распространяться презумпция невиновности. Сегодня он вынужден что-то доказывать, а по логике наоборот, если есть подозрения, должна доказываться вина. Человек не должен доказывать свою невиновность, если на его жилище совершен налет», — отметил он.

«Социологические опросы показывают, что более 60% граждан поддерживают право на защиту своего дома», — добавил Галочкин.

Пресс-служба Общественной палаты РФ

Разумеется, подростковая агрессия — это понятие, в первую очередь обусловленное природой. Вместе с тем, одно дело, когда она социально осуждается или наказывается, другое дело, когда негативный поступок превращается в популярный видеоролик.

Внимание это может быть не самое положительное, но главное, что оно есть, ведь основное желание любого подростка — самоутвердиться. После таких «клипов» он получает некое признание, популярность и в голове формируется модель, будто именно плохие поступки приводят к самоутверждению и славе. Однако неприятно даже не это, а то, что плохое поведение, равно как и эмоции, к сожалению, очень заразительно. Получается, те, кто в других обстоятельствах повел бы себя иначе, копирует поведение тех, кто и без Интернета может кого-нибудь избить. В итоге количество ребят, зараженных агрессией, чуть ли не удваивается.

Другая проблема, стоящая, как ни странно, особняком — социальные сети и селфи, о которых пишет «РГ». Социальные сети приводят (причем не только молодежь) к развитию так называемого демонстративного расстройства личности. Человек словно вечно ходит с зеркалом, не просто снимая подробности своей жизни, ему обязательно требуется реакция общественности на это, «лайки». В результате, он уже сам себя определить не может без оценки других. Кроме того, создается странная конкуренция — кто выложит фотографии покруче. Кто-то проявляет креатив, кто-то берет количеством, а кто-то фотографируется с человеческими органами. Это совершенно не значит, что человек сумасшедший, но очевидно, что за внимание окружающих, пусть даже виртуальное, ведется какая-то нездоровая борьба. Особенно опасен в этом плане Instagram, поскольку там мало словесного, одни картинки и эмоции. Теперь уже можно утверждать, что если человек выкладывает больше трех селфи в день — это не совсем нормально.

До появления Интернета основной задачей старшего поколения была передача информации младшему — знания, традиции или нормы поведения. Да, не все уроки принимались ребенком, существовал извечный конфликт отцов и детей, но большая часть жизненного опыта все-таки перенималась от родителей, а потом уже от внешней среды, между прочим, тоже ествественной. В наши дни три клика мышкой позволяют ребенку, без обращения к взрослым, узнать все, что ему хочется, от чего родительский авторитет, к огромному ужасу, падает. Я уже не говорю о том, что информация в сети часто искажена. Тенденции, надо сказать, неутешительные, поскольку тяжело им противостоять. Я лично за серьезные ограничения в Интернете и строгую кару для тех, кто разрешает выкладывать жестокие ролики на свои сайты. Но невозможно остановить прогресс. Во-первых, сегодня все связано с Сетью, начиная со школьного обучения и заканчивая развлечениями. Во-вторых, нельзя совсем лишить ребенка Интернета, поскольку он будет терять статус в группе своих же сверстников, и его начнут считать изгоем, не таким, как все. В-третьих, особенно это касается крупных городов, родители столько работают, что физически не могут уделять много времени ребенку. Нужен баланс, очень сложный, но необходимый: если Интернет — то только развивающий, под контролем родителей, больше спорта, прогулок и максимум живого общения. Тогда и только тогда наши дети не будут видеть смысл своего существования в виртуальном пространстве и заискивании перед чужим мнением.

Анетта Орлова психолог, кандидат социологических наук, Российская газета