Крупным планом

Семейное насилие — «эпидемия XX века». Очень часто подобное определение звучит в отношении СПИДа, голода, нищеты. Наверное, нет такой сферы жизнедеятельности  человечества, в которой не было бы своей «эпидемии». В череде криминальных драм, семейное насилие иначе как «эпидемией» не назовешь. Проблема подобна ОРЗ — каждому человеку оно мешает, но никто не хочет его целенаправленно лечить. Однако, хотелось бы того или не хотелось, каждому из нас рано или поздно все же приходится отвечать на гамлетовский вопрос: «Лечить или не лечить?». А если лечить, то как? На эти и другие вопросы в своем расследовании попыталась ответить Анна Иванова.

Мой самый родной и близкий … тиран

С наступлением Года семьи в России стали внимательнее присматриваться к атмосфере в наших «ячейках общества». И атмосфера эта, надо сказать, порой шокирует даже самых опытных сотрудников правоохранительных органов. Жестокость и изощренность, с которой родители наказывают детей, мужья — жен, а старшие братья и сестры — младших, заставляет содрогнуться и сильную половину населения. Но еще больше пугает тот факт, что мы уже привыкли к проявлениям насилия в семье, с которыми сталкиваемся почти постоянно.

Придя вечером домой с работы, мы, спокойно попивая чай, смотрим по телевизору новости, пестрящие событиями вроде: «Отчим в течение нескольких лет насиловал падчерицу-школьницу» или «Двенадцатилетний сын убил пьяную мать кухонным ножом». При этом мы недовольно жалуемся домочадцам или соседям, что сегодня утром нас опять разбудили вопли ребенка, грохот мебели или крики женщины, доносящиеся из соседней квартиры. И при этом нам не приходит в голову, что этим людям нужно как-то помочь разобраться в ситуации, попытаться защитить их. И даже не столько потому, что мы такие черствые и бессердечны эгоисты — окружающая действительность делает нас такими.

В большей степени проблема в том, что, при сегодняшнем состоянии законодательной системы, человек, знающий о  насилии в соседней семье, жертвам этого насилия по закону фактически ничем не помочь может. Все потому, что статьи, по которым можно привлечь домашнего тирана к ответственности, в большинстве своем являются статьями частного обвинения. Это значит, что дело может быть возбуждено только по заявлению самого потерпевшего. Поэтому от жалоб соседей в местные правоохранительные органы толку мало. Если жертва запугана и из-за этого отрицает, что преступные действия ее родственника имеют место, этому родственнику, как говорится, все нипочем. Часто бывает, что женщине в принципе не приходит в голову жаловаться куда-то на побои мужа, для нее важнее, чтобы общественность не узнала о таких вот «разладах». Особенно в том случае, когда она сама выросла в подобных условиях. Если, например, девочка с раннего детства видит, как ее папа избивает маму, она растет с уверенностью, что семейное насилие — явление совершенно нормальное для любой семьи. Получается, она изначально готова к тому, что муж будет ее бить. И если она выходит замуж именно за такого человека, то просто считает, что должна терпеть все, только чтобы окружающие считали их семью благополучной, чтобы не поползли слухи. Ну а муж, тем временем, продолжает тиранить ее и, быть может, детей, сколько ему вздумается, и при этом остается совершенно безнаказанным. И ведь мы не знаем точно, сколько таких тиранов мелкого масштаба ходит среди нас ежедневно…

Цифрой делу не поможешь

О количестве тиранов и их жертв не знаем не только мы, простые граждане России. Точные цифры не могут назвать ни правоохранительные органы, ни госструктуры, ни правозащитные организации. Статистика очень приблизительна и данные ее, приведенные одними источниками, всегда существенно рознятся с данными других. Общественные организации, занимающиеся проблемой семейного насилия, сообщают, что каждый год более 36 тысяч женщин и около 2 миллионов детей в возрасте до 14 лет подвергаются регулярным избиениям со стороны родственников.  По данным Международной амнистии, более 14 тысяч женщин погибает от рук своих мужей и сожителей. Европейское регионального бюро ВОЗ сообщает, что таких жертв в России от 12 до 16 тысяч.

По данным МВД, две трети умышленных убийств и причинения тяжкого вреда здоровью обусловлены семейно-бытовыми мотивами.  А насилие в той или иной форме наблюдается в каждой четвертой семье.

МВД также сообщает, что более 50 тысяч детей и подростков в течение года убегают из дома, в прямом смысле спасая свою жизнь. По данным правозащитного движения «Сопротивление», ежегодно сексуальному насилию подвергаются около 7 тысяч детей.

Приведенные цифры, сколь шокирующими бы они ни были, все равно не отражают полной картины. Причина все та же — подавляющее большинство потерпевших от семейного насилия скрывают ужас, в котором им приходится жить, и даже не пытаются с ним бороться или хотя бы как-то защитить себя. Это происходит потому, что жертва всегда боится. Кто-то боится, что попробуй он сопротивляться, будет еще хуже, кто-то боится огласки, а кто-то винит в происходящем самого себя и боится быть обвиненным другими. Именно поэтому, самое главное, нужно научить людей не молчать, не подчиняться безропотно зверству, а уметь об этом зверстве заявить, понять, что это единственный способ вырваться из кошмара.

География насилия

Вспышки домашнего насилия происходят в самых разных уголках страны. Не так давно волна бытовых убийств прокатилась по Черниговской области. Из ста восьми убийств и нанесений тяжких телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего, совершенных за прошлый год, более сорока преступлений — это убийства в семьях. В Кировской области в 2007 году по факту причинения тяжкого вреда здоровью на бытовой почве оформлено 1130 протоколов. В средствах массовой информации регулярно появляются сообщения о том или ином инциденте домашнего насилия. Участники инцидентов поражают кровожадностью. В конце 2006 года жительница Липецкой области, устав от сексуальных домогательств мужа, выбила ему глаз и проломила черепную коробку молотком. Таким образом, по словам 46-летней женщины, она отомстила ему за родную дочь и племянницу, которых он хотел изнасиловать. В подмосковном Ногинске 74-летний пенсионер зарубил 19-летнюю внучку топором. По словам соседей, ни убитая, ни ее дед нигде не работали и часто ссорились. В конце 2004 года в Приморском крае 14-летняя девочка кухонным ножом зарезала отчима, который пытался ее изнасиловать. Годом позже в Омске таким же способом 13-летний мальчик убил отчима, избивавшего его мать.

20 февраля 2008 года в Правозащитное движение «Сопротивление» совместно с МВД России провело «круглый стол» «Год семьи в России. Нет семейному насилию. Нет насилию над детьми». В дискуссии приняли участие влиятельные представители госструктур и известные общественные деятели. Семейное насилие — еще недавно запретная тема, на этот раз обсуждалась открыто и без умалчивания  шокирующих фактов.

К сотрудникам правозащитного движения «Сопротивление» жертвы семейного насилия обращаются очень часто. В октябре прошлого года специалисты движения оказали помощь женщине, которую регулярно избивает сожитель ее дочери. Дочь имеет алкогольную зависимость и даже не пытается защищать мать, а только потворствует извергу. Другая женщина, обратившаяся весной прошлого года, подвергается избиениям со стороны бывшего мужа. Видимо, таким образом супруг пытается разрешить старые разногласия. А после попыток потерпевшей обратиться в милицию его ярость только усилилась — он несколько раз очень серьезно избил бывшую жену. Теперь женщина боится обращаться в правоохранительные органы. А двух пенсионеров из Московской области грозится убить их собственный сорокалетний сын. Безработный и страдающий алкоголизмом, взрослый мужчина живет с родителями и постоянно их избивает. Пожилые люди бояться оказывать сопротивление, а сын продолжает грозиться убить их и отобрать квартиру. Продолжать перечисление таких инцидентов можно бесконечно. Но не лучше ли подумать о том, как остановить эту кровавую лавину.

Есть ли панацея?

Именно об этом задумались в начале Года семьи чиновники, силовики и общественники. Министр внутренних дел Рашид Нургалиев, выступая на «круглом столе» «Год семьи в России. Нет семейному насилию. Нет насилию над детьми», предложил организовать специальные реабилитационные службы, где жертвам домашних тиранов будет оказываться психологическая поддержка и где они смогут найти временное пристанище в случае, если дальнейшее пребывание в семье представляет угрозу для жизни. Помимо этого, считает Нургалиев, нужно создать специализированный информационный центр, включающий «горячую» телефонную линию для приема сообщений о насилии в семье, а также Интернет-портал с подобной тематикой. По мнению министра, заниматься выявлением жертв домашнего насилия и их реабилитацией должны правозащитные организации, а также ветераны органов внутренних дел. Но те, в свою очередь, уверены, что таких мер явно недостаточно. Нужна специальная государственная программа, включающая в себя обязательную реформу правовой системы в этой сфере. Действительно, оптимально и результативно организовать борьбу с семейным насилием можно только при совокупности общественных гражданских и государственных инициатив.

Показателен в этом смысле опыт зарубежных стран. На западе насилие в семье, конечно, не искоренили, но смогли добиться существенных результатов. В Норвегии, например, женщины могут вместе с детьми укрыться от отца-деспота в одном из 50 кризисных центров страны. Там они бесплатно получат помощь адвоката, врача, социального работника. Более того, если женщине есть чего опасаться дома, местная полиция снабжает ее крошечным передатчиком с «тревожной» кнопкой. Приборчик крепится прямо на одежду, и в случае разгорающегося скандала жертва нажимает на кнопку, после чего в течение считанных минут наряд полиции оказывается у нее дома. Такие меры позволили сократить общее количество «трудных» семей по стране до 100 тысяч. В США в прошлом году из федерального бюджета на программу по предотвращению семейного насилия и помощи жертвам было выделено $382,5 млн.  Благодаря этому 53,2 тысячи жертв смогли получить помощь.

В Австралии борьбу с домашним насилием ведут весьма и весьма нестандартно. Для привлечения внимания людей к проблеме насилия над женщинами в семье рекламное агентство «BWM Sydney» выпустило буклет, обложку которого украшало изображение женской шеи. Когда человек берет буклет в руки, складывается впечатление, что он взял женщину за горло. Это, по мнению австралийских экспертов должно оказывать существенное психологическое воздействие на людей и тем самым привлечь широкое внимание к проблеме.

Кто такой адвокат, и какова его роль в защите потерпевших? Наше общество уже привыкло к тому, что основная черта «хорошего» адвоката — это умение быть «почтальоном» — носить конверты с «вознаграждением» от подозреваемого к следователю и к судье. В такой ситуации все принципы законности и состязательности в судебном процессе превращаются в фарс, считает юрист правозащитного движения «Сопротивление» Александр Кошкин. Ведь результат известен заранее!
 
Адвокат — кто это? Обратимся к Большому Энциклопедическому словарю: адвокат -(лат. advocatus — от advoco — приглашаю), лицо, профессия которого — оказание юридической помощи гражданам и организациям, в том числе, защита их интересов в суде. Одна из древнейших профессий.

Давайте вспомним знаменитые американские фильмы про адвокатов.  В большинстве этих фильмов адвокат предстает нам неким суперменом, он умен, красив, в совершенстве владеет ораторским искусством и т.д. Адвокат в фильмах не спит ночами, не ест, не пьет, всегда что-то пишет, все время думает, как бы спасти своего клиента (подсудимого). А как этот адвокат собирает доказательства невиновности своего клиента, разыскивает свидетелей! Любой сыщик позавидует такой находчивости и трудоспособности! Правда ведь, здорово!

Кто-то скажет: «Так это же кино, а в кино не так как в жизни». Да, можно согласиться, что в кино все всегда гладко и красиво, и  в большинстве случаев торжествует справедливость. Но разве  адвокат, взявшийся защищать человека, можно даже сказать, взяв судьбу человека в свои руки, не должен работать на максимуме своих возможностей? Конечно, должен!

Ни в коем случае не хочу очернить все адвокатское сообщество. Уверен, есть хорошие, порядочные адвокаты, отлично знающие свое дело, но, к сожалению, речь здесь пойдет не о них.

Наиболее остро стоит сегодня вопрос о так называемых «адвокатах, предоставляемых подозреваемому государством». Их принято называть «бесплатными адвокатами». Увы, но подавляющее число этих адвокатов, на самом деле, не хотят работать бесплатно. Естественно, и качество предоставляемых услуг этими адвокатами оставляет желать лучшего. Очень часто такой «защитник» подходит к своему клиенту с предложением: «Заплатишь — буду работать, не заплатишь — буду просто сидеть рядом согласно процессуальным требованиям». Нужна ли такая защита? Вопрос риторический.

В стремлении соблюсти закон мы забываем,  какую цену мы платим за эту законопослушность. А цена такова: тысячи людей с искалеченными судьбами, и только потому, что адвокат ненадлежащее исполнял свои обязанности.

Из практики обращений потерпевших в правозащитное движение «Сопротивление» известны случаи, когда адвокаты вступали в сговор со следователями и «сливали» своих клиентов в обмен на дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество. Возникают ситуации, когда адвокаты запугивают родственников подозреваемых!  Говорят: «светит вашему такой-то срок, что и говорить, вслух сказать страшно, нужны новые средства для задабривания злого следователя и судьи». В большинстве своем такие запугивания, мягко говоря, являются преувеличениями, чтобы вытянуть побольше денег из клиента.

У многих людей сформировалось мнение, что хороший адвокат — это хороший «почтальон». Почему «почтальон»? Потому, что носит конверты с «вознаграждением» от подозреваемого к следователю и к судье.  Бытует мнение, что, адвокат-«почтальон», на сегодняшний день, один из наиболее действенных способов выиграть дело в суде. В такой ситуации все принципы законности и состязательности в судебном процессе превращаются в фарс, ведь результат известен заранее.

Нередки случаи, когда адвокаты бросают своих клиентов, если видят, что дело не выиграть, либо в случае, когда  денежный источник клиента иссяк. Известен случай, когда при заключении договора, адвокат условился с клиентом, что договор на ведение дела на этапе предварительного следствия будет стоить клиенту 70000 рублей. Но если клиент захочет, чтобы этот же адвокат в последствии представлял интересы клиента в суде, то эти услуги  будут оценены 25000-30000 рублей, не более. После того как закончилось предварительное следствие, а с ним и срок действия договора на ведение дела на этапе предварительного следствия, встал вопрос о заключении нового договора. Клиент обратился к адвокату с предложением о заключении нового договора на ведение дела в суде. Однако, сумма, объявленная адвокатом, повергла клиента в шок. В место заявленных ранее 30000 рублей, адвокат запросил 120000 рублей. Нетрудно подсчитать, что  сумма была увеличена ровно в четыре раза.  Налицо банальный шантаж. Отказаться человеку от услуг такого адвоката очень трудно, ведь в суде работать лучше тому адвокату, который знаком с материалами уголовного дела и который работал с обвиняемым на стадии предварительного следствия.  Список подобных историй можно продолжать бесконечно….
           
Конечно, нельзя говорить о нечистоплотности в адвокатском сообществе без учета коррупционности всей судебно-правовой системы в России. Однако, не говорить о нелицеприятных фактах в среде защитников, значит просто закрывать глаза. Господа адвокаты, пожалуйста, не забывайте, что согласно статьи седьмой части первой, пункт первый Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» вы обязаны: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами.

В 2008 году российская милиция и общественные организации намерены существенно усилить работу по противодействию домашнему насилию. Об этом было заявлено в ходе  Круглого стола «Год семьи в России. Нет семейному насилию. Нет насилию над детьми», который по инициативе правозащитного движения «Сопротивление» прошел 20 февраля в стенах МВД РФ. Министр внутренних дел РФ Рашид Нургалиев внимательно выслушал инициативы общественных деятелей и сделал целый ряд предложений, реализация которых способна в корне изменить положение жертв.

Домашнее насилие — следствие равнодушия!

Как известно, домашнее насилие — проблема, которую не смогли решить правоохранительные структуры даже развитых стран. Правда, у зарубежных стражей порядка есть активные добровольные помощники — общественные организации. С их помощью западноевропейские государства смогли значительно снизить социальные последствия преступлений, совершаемых на бытовой почве и в отношении детей.

Российским милиционерам гораздо сложнее. Во-первых, еще не сформирован круг организаций, которые последовательно, а  главное, качественно помогали бы российской милиции справляться с профилактикой и противодействием преступлений бытового характера. Во-вторых, социологические исследования в России показывают, что основная часть потерпевших от таких преступлений, не обращается за помощью в соответствующие органы и общественные организации. Причины: нежелание выносить конфликт на суд общественности, надежда на самостоятельное разрешение конфликта, страх мести со стороны насильника, стыд перед окружающими, опасение лишится жилищной площади, а так же нежелание разрушить семью. В-третьих, реакция человека на преступления, происходящие, скажем, в семье соседей, где избивается женщина, ребенок — в лучшем случае — осуждение. Не по причине ли нашего преступного равнодушия в России продолжают убивать детей семейные и сексуальные насильники?

«По статистике, 90% педофилов, которые хватают и тащат куда-то детей, если их окликают, как правило, бросают ребенка и убегают», — открывая Круглый стол, отметила  лидер правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина. — «Почему же мы не обращаем внимания на то, что происходит рядом с нами? Ведь у каждого из нас вот этим простым шагом есть шанс спасти жизнь!»

Тон беседы, заданный Ольгой Костиной, поддержал министр внутренних дел Рашид Нургалиев. Он отметил, что МВД не снимает  с себя функций по профилактике и противодействию семейным преступлениям. Напротив, МВД намерено усилить свою роль в борьбе с домашним насилием, и рассчитывает на помощь гражданского общества. Проблемы многогранны и их необходимо решать вместе с педагогами, воспитателями, психологами, юристами, общественными деятелями. Многое уже сделано. «Значительную роль сыграло введение в школах должности инспекторов милиции», — отметил Рашид Нургалиев. — «Сегодня в 72 субъектах РФ работает уже 5 тысяч таких сотрудников. Мы планируем введение должности «семейный инспектор», который бы занимался профилактикой семейного насилия, пьянства, защищал детей от побоев и издевательств родителей. Такая специализация уже введена в Ставропольском крае и Сахалинской области».

У общественных организаций есть конкретные предложения

Зарубежные правозащитники проблемами домашнего насилия начали заниматься не так давно. Как было отмечено представителем Агентства по международному развитию (USAID Russia) г-жой Элизабет Дюбан, в США, например, только в 1994 году был принят закон о насилии в отношении женщин. Однако, этот закон позволяет эффективно защищать потерпевшего. В частности, в каждом штате существует практика применение «охранного ордера». Он запрещает насильнику жить в одной квартире с жертвой. В полиции есть отделы по работе над преступлениями, связанными с домашним насилием. Если на домашнего тирана поступает жалоба, он подвергается обязательному аресту. Никто, кроме суда, даже жертва, не имеет права прекратить дело в отношении насильника.

Огромный опыт защиты прав жертв преступности у германской общественной организации «Белое кольцо». По приглашению «Сопротивления» участие в работе Круглого стола приняли председатель Правления «Белого кольца» г-н Райнхард Бётхер и его заместитель г-жа Хельгард Ван Хюллен.  «Для нас большая честь участвовать в сегодняшней встрече», — заявил г-н Бётхер. — «У проблем, которые мы обсуждаем, нет национальных границ. Полицейские Германии очень часто говорят о том, что они не могут помочь жертвам преступности, потому что заняты задержанием преступников. Участие в деятельности нашей организации дает им возможность восполнить этот пробел, помощь жертвам насилия. Мы поставили перед собой и решаем три важных задачи. Первая — реальная помощь жертвам, включая оплату консультаций адвоката и психолога. Вторая — профилактика преступлений. Третья — лоббирование интересов жертв преступлений в тесном сотрудничестве с политическими организациями».

Кстати, «Белое кольцо» оказало неоценимую практическую помощь при подготовке программы Круглого стола. Г-н Бётхер презентовал выставку работ немецких фотографов «Жертвы», направленную на социальную поддержку жертв насилия. Выставка начинает свой путь по России с залов МВД. Вместе с работами зарубежных авторов впервые будут экспонироваться работы участников российского конкурса социального плаката, который в конце прошлого года организовало правозащитное движение «Сопротивление».   

Российские правозащитники и общественные деятели приняли активное участие в дискуссии. Лидер общественной организации «Комитет за гражданские права» Андрей Бабушкин внес на рассмотрение Рашида Нургалиева целый ряд предложений. В частности, расширить полномочия участковых, которые в 99% случаев, прибыв в семью, в которой регулярно подвергаются насилию женщины или дети, только разводят руками, поскольку закон не дает им возможности привлечь мелкого домашнего тирана к ответственности. «Необходимо предложить Верховному суду обобщить судебную практику по рассмотрению дел о насилии в сфере семейно-бытовых отношений», — особо отметил Андрей Бабушкин. — «Мы очень часто сталкиваемся с тем, что суды ошибочно квалифицируют дела по статье 117 — «истязание» по статье 115. Например, установлено 5 случаев, когда пьющий отчим избивает малолетнего ребенка. Милиция говорит, что присутствует 117 статья — «истязание», а суд говорит, что здесь нет истязания, это дело частного обвинения — обращайтесь к мировому судье. Там с этим злодеем судятся до конца дней».

«Пока не будет сети специализированных учреждений, которая будет заниматься семьей в каждом регионе, все равно будет не к кому обращаться», — уверен председатель Правления Общественной организации «Право ребенка» Борис Альтшулер. — «Наши предложения и поправки в законодательство внесены на рассмотрение в Минздравсоцразвития, но до сих пор ответа нет».

Председатель Правления Регионального общественного Центра Интернет-технологий (РОЦИТ) Марк Твердынин подтвердил намерение организации оказывать всяческое содействие в борьбе с агрессивным, вредным для детей контентом и распространением детской порнографии. У РОЦИТ накоплен большой опыт подобной работы. Кстати, начальник Бюро специальных технических мероприятий МВД РФ Борис Мирошников заверил участников Круглого стола, что у милиционеров «блестящие» взаимоотношения с российскими провайдерами: «Не было еще ни одного случая, когда мы обращались, а компании-провайдеры не реагировали бы на наши замечания».

Целый ряд предложения по профилактике домашнего насилия поступил от представителей Православной Церкви, членов Общественной палаты, ГосДумы, социологических центров.

«Мы открыты!»

Министр внутренних дел РФ Рашид Нургалиев с большим вниманием отнесся к общественным инициативам. Между тем, МВД подготовило столь масштабную программу действий в сфере борьбы с домашним насилием, что милиции скорее необходима поддержка, нежели предложения. В частности, Рашид Нургалиев считает целесообразным создание реабилитационных служб социально-психологической помощи семьям, в которых распространены конфликты и насилие, при которых могли бы функционировать приюты временного содержания для жертв насилия. Помимо психологической, такие службы должны оказывать и социальную помощь. «В комплексе — это один из серьезных шагов, который позволил бы нам более серьезно взглянуть на эту проблему», — заявил Рашид Нургалиев. — «На наш взгляд имеет перспективу и инициатива создания специализированного информационного центра, включающего «горячую» линию для приема сообщений о насилии над детьми, случаях пропажи детей, домашнего насилия. Должен существовать интернет-портал подобной специфики». Рашид Нургалиев еще раз подтвердил, что уверен в необходимости создания межведомственной рабочей группы, которая занялась бы анализом законодательства и исполнительных механизмов в области защиты детей.

«Сопротивление» готово предоставить МВД РФ и общественным организациям площадку для реализации данных проектов», — сделала конкретное предложение Ольга Костина. — «В частности, мы готовы участвовать в создании и организации деятельности информационного центра по сбору информации о насилии над детьми. Создание «cаll-центра» вопрос серьезный, но первые шаги к этому мы уже делаем и готовы к сотрудничеству со всеми заинтересованными силами».

«Хочу поблагодарить правозащитное движение «Сопротивление», которое консолидированно относится к решению многих важных социальных задач», — выразил признательность Рашид Нургалиев. —  «Хочу еще раз сказать — мы открыты. Многие еще  ассоциируют МВД с каким-то репрессивным органом. Это давно уже в прошлом. Наша политика открыта и нацелена, прежде всего, на защиту человека».

Российская оборонная спортивно-техническая организация РОСТО (ДОСААФ) намерена в ближайшие пять лет значительно повысить эффективность деятельности в подготовке специалистов для российской армии и роль организации в патриотическом воспитании молодежи. 19 февраля в рамках Круглого стола «Год в армии: для Родины и для себя», посвященному проблемам неуставных отношений в армии, планы РОСТО поддержали представители Минобороны РФ, Общественной палаты РФ, военной прокуратуры, общественных и молодежных движений.

Главный военный прокурор Сергей Фридинский заявил, что «прогнозирует в ближайшее время всплеск «дедовщины», вызванный переходом российской армии на годичный срок службы. В этом году в рядах вооруженных сил будут нести службу солдаты, призванные на два года, полтора и год. Армейские реформы, если не уделить им должного общественного контроля, могут поставить под угрозу не только призывную кампанию, но и здоровье молодых людей. РОСТО предлагает государству и обществу в кратчайшие сроки сформировать комплекс антикризисных мер.

19 февраля инициативы РОСТО стали предметом подробного обсуждения общественных деятелей и чиновников в рамках Круглого стола «Год в армии: для Родины и для себя». В дискуссии приняли участие Председатель ЦС РОСТО Юрий Камышанов, директор Института политических исследований Сергей Марков, лидер правозащитного движения, Член общественной палаты РФ Ольга Костина, заместитель начальника организационного Управления Главной военной прокуратуры Алексей Чиранов, игумен Савва Молчанов, федеральные комиссары Молодежного движения «Наши» Никита Боровиков и Максим Коробов, Председатель политсовета «Молодой гвардии «Единой России» Надежда Орлова.

К сожалению, в работе Круглого стола не смог принять участие руководитель Государственного комитета РФ по делам молодежи Василий Якеменко. Открывая Круглый стол, Юрий Камышанов заметил, что с Василием Якеменко достигнута договоренность о встрече, которая состоится на этой недели. Речь пойдет о реализации инициатив РОСТО в сфере патриотического воспитания молодежи и подготовке подрастающего поколения к службе в армии. «Мы очень рады, что в России возрождаются госорганы по работе с молодежью», — отметил Юрий Камышанов.

Свое выступление  Председатель ЦС РОСТО продолжил цифрами, которые, как известно, убедительнее любых слов. Сегодня членами РОСТО (ДОСААФ) являются более 3 миллионов человек, обучение проводится по 119 техническим специальностям в 349 школах, 459 спортивно-технических клубах и 417 курсах. 90% выпускников РОСТО идут служить в армию. «Мы не можем оставаться в стороне от тех процессов, которые происходят в вооруженных силах», — заявил Юрий Камышанов. — «Мы ответственны за судьбу наших воспитанников».

Как известно, в начале 2008 года РОСТО (ДОСААФ) представила обществу концепцию развития на 2008 — 2012 гг., которая предусматривает целый ряд программ, в частности, «Армия и допризывная подготовка», «Профессиональное образование», «Физическая культура и спорт» и т.д. Специалисты РОСТО планируют провести переоснащение учебно-материальной базы, создать центры по изучению школьного предмета «ОБЖ», возродить и модернизировать военно-патриотическую игру «Зарница», расширить перечень образовательных программ РОСТО, создать Единый центр по мониторингу, трудоустройству и защите прав молодых специалистов массовых рабочих профессий. Особое место в планах РОСТО занимает создание сетевого общественного движения «ДОСААФ — ЗАЩИТА», защищающего права призывников, военнослужащих срочной службы и «контрактников». «ДОСААФ — ЗАЩИТА» должен стать эффективным инструментом гражданского общества по профилактике неуставных отношений и повышения уровня доверия к армии в целом. Планируется создание единого бесплатного телефона доверия, Общественных приемных для призывников и родителей, публичные прямые контакты с Министерством обороны РФ.

«РОСТО заслуживает только поддержки», — оценивая инициативы общественной организации, отметил директор Института политических исследований Сергей Марков. — «Сегодня родители бояться отпускать детей в армию не потому, что «Чечня» или «война», а потому что там нет «государства». Мы должны восстановить «глас» государства в армии. РОСТО может стать той базой, на основе которой можно построить многолетнее воспитание подрастающего поколения. Причем, не только допризывников. РОСТО в состоянии, если оказать поддержку, развивать систему недорогих тренировочных залов. Здоровый образ жизни для молодежи должен стать нормой».

Сергей Марков убежден, что российские законодатели поспешили с отменой отсрочек и выразил уверенность в необходимости создания общественных советов по защите прав военнослужащих. «Это не должны быть советы родителей»,  — пояснил Сергей Марков. — «Это должны быть общественные неправительственные организации, которые бы имели влияние на армейское руководство. Каждый солдат должен иметь возможность пожаловаться в такой общественный совет».

Создание правозащитной организации, которая бы занималась реальной защитой интересов солдат-«срочников» лидер правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина считает крайне актуальной задачей. «То, что мы наблюдаем в армии, давайте будем называть вещи своими именами, это не «дедовщина» — это преступность», — пояснила свою позицию Ольга Костина. — «К сожалению, вокруг историй, связанных с происшествиями в армии, существует колоссальная спекуляция. К сожалению, у нас есть желающие использовать эти трагедии в качестве политического пиара, в зависимости от того, к какому политическому движению относится та или иная организация. На той недоговоренности и тишине, которыми покрыты слухи и возникают эти спекуляции. Армейская работа должна выстраиваться, в том числе и со стороны прокуратуры, правоохранительных органов. В противном случае о доверии будет говорить сложно».

Заместитель начальника организационного Управления Главной военной прокуратуры Алексей Чиранов подтвердил, что призывникам и военнослужащим крайне необходима правовая поддержка. В прошлом году военные прокуроры оказывали помощь более 2,5 тысячам военнослужащих. Возможно, правонарушений в армейской среде было бы значительно меньше, если бы в полную силу начала функционировать организация по защите интересов «солдат-срочников». «Вся наша работа в военной прокуратуре свидетельствует о том, что подготовка призывников должна начинаться со школьной скамьи», — заявил Алексей Чиранов. — «Призывник должен знать о своих правах и о том, что делать, если в отношении него совершаются неправедные действия».

Министерство обороны РФ видит в инициативах РОСТО серьезные перспективы. «Могу авторитетно заявить, что РОСТО ответственно относится к подготовке призывников», — отметил начальник Первого управления Главного Управления по воспитательной работе Минобороны РФ Юрий Дашкин. — «Если РОСТО будет готовить специалистов «контрактников», то это в значительной степени нам поможет. Мы поддерживает деятельность руководства РОСТО».

Для реализации непростых планов РОСТО готово активно сотрудничать с молодежными организациями. Уже несколько лет движение «Наши» реализует проект «НАША армия», направленный на популяризацию службы в вооруженных силах. Более 500 молодых людей добровольно, без принуждения и милицейских рейдов, решили, что отдать долг Родине — это обязанность каждого российского мужчины.

Комиссары «Наших» Никита Боровиков и Максим Коробов выразили готовность помогать РОСТО в реализации общественно значимых планов. Юрий Камышанов поблагодарил молодежных лидеров.

Потребность в дееспособной, здоровой армии с каждым годом в России будет только возрастать. Конечно, социологические опросы свидетельствую о том, что престиж армейской службы сегодня крайне низок. Хочется между тем заметить, что по данным тех же социологических опросов, россияне верят, что наша армия сама сильная в мире и способна защитить своих граждан. Это дает нам надежду, что еще не все потеряно. Действительно, в стране, которая готова возрождать уважение к профессии офицера, отстаивать права каждого солдата, нет и не может быть «потерянных поколений».

Еще вчера россиянам вдалбливали, что патриотизм — это прибежище негодяев. «Патриотизм — это, действительно, последнее прибежище негодяев, поскольку даже эгоистичный и аморальный человек может заслужить прощение общества, если, как последний шаг в искуплении своей вины, будет действовать исходя из идей патриотизма», — заявил в ходе Круглого стола Сергей Марков. Хочется верить, что патриотизм не только «прибежище негодяев», но и добропорядочных людей, среди которых, нет сомнения, очень много молодежи. Деятельность РОСТО доказывает, что российская молодежь сегодня заинтересована в сильном мощном российском государстве ничуть не меньше политиков. Молодежи нужно помочь проявить себя. Причем так, чтобы молодые люди потом не сожалели о своих душевных порывах. Именно этим и занимается сегодня РОСТО.

20 февраля 2008 года правозащитное движение «Сопротивление» и Министерство внутренних дел РФ проводят «Круглый стол» «Год семьи в России. «Нет» семейному насилию». В рамках «круглого стола» планируется обсудить алгоритм действенных мер, направленных на противодействие семейному насилию, юридической поддержке и психологической реабилитации его жертв, а так же пройдет презентация международной выставки фотографий и социального плаката «Жертва».

2008 год в России объявлен Годом семьи. В общественном сознании это событие связано, прежде всего, с пропагандой семейных ценностей, поддержкой молодых семей, здоровым образом жизни — тем, что напрямую ассоциируется с улучшением демографической ситуации в стране.

Однако для нашей страны, как и для подавляющего большинства других государств, семейное насилие стало серьезной и опасной проблемой. Именно семейное насилие является наиболее распространенным и наиболее латентным видом преступления.

Основной целью «Круглого стола» является привлечение внимания к данной проблеме со стороны государственных структур, общественных организаций и простых граждан. В рамках «круглого стола» планируется обсудить алгоритм действенных мер, направленных на противодействие семейному насилию, юридической поддержке и психологической реабилитации его жертв. Одним из важнейших вопросов дискуссии станет необходимость и возможность внесения изменений в действующее законодательство Российской Федерации в этой части.

В рамках мероприятия пройдет презентация выставки фотографий и социального плаката «Жертва», в которой приняли участие немецкие коллеги из правозащитной организации «Белое кольцо» и дизайнеры из России и стран СНГ. Эта выставка станет тем фоном, который наглядным образом подчеркнет общественную важность проблемы и необходимость скорейшего изменения сложившейся ситуации. На открытие выставки приедут руководители «Белого кольца» — одной из самых авторитетных европейских  общественных организаций, цель деятельности которой — помощь жертвам преступлений.

Участники «круглого стола»:  Р. Нургалиев — Министр внутренних дел РФ; О. Костина — руководитель Правозащитного движения «Сопротивление», член Общественной палаты РФ; Н. Овчинников — статс-секретарь — заместитель Министра внутренних дел РФ; С. Орлова — заместитель Председателя Совета Федерации; Ю. Калинин — директор Федеральной службы исполнения наказаний; А. Александров — заместитель председателя Комитета Федерального Собрания по обороне и безопасности; И. Резник — народный артист Российской Федерации, член Общественного совета при МВД России; А. Очирова — председатель Комиссии Общественной палаты по социальной и демографической политике; Р. Бётхер — руководитель правозащитной организации «Белое кольцо» («Weisser Ring», Германия), депутаты Государственной Думы, члены Совета Федерации, а также представители Еврокомиссии в РФ, офиса Верховного Комиссара ООН по правам человека, международных и российских организаций.

«Круглый стол» «Год семьи в  России. «Нет» семейному насилию» пройдет 20 февраля 2008 года  в 11:00 в Зале брифингов МВД России (Москва, ул. Житная, д. 16). Приглашаем принять участие в «круглом столе» представителей СМИ.

Аккредитация до 16:00 18.02.2008: Тел.: +7 (495) 241 37 33, 920 3117
E-mail: sekr@soprotivlenye.ru

20 февраля во Всемирный день социальной справедливости в Москве состоится открытие фотовыставки «Жертва» — совместного проекта общественной организации Германии «Белое кольцо» (Weisser Ring) и правозащитного движения «Сопротивление». Работы немецких и российских фотографов, дизайнеров, фотохудожников посвящены проблеме, которой  не уделяется должного внимания — проблеме домашнего насилия и насилия над детьми. Российской общественности выставку презентует руководство «Белого кольца»: председатель Правления г-н Райнхард Бётхер и его заместитель, профессор, г-жа Хельгард Ван Хюлен.

Постоянная фотовыставка «Жертва» (Opfer), посвященная проблеме домашнего насилия и насилия над детьми, в Германии действует с 2006 года. Правозащитная организация Германии «Белое кольцо» последовательно отстаивает права потерпевших и жертв насилия, организуя стационарную помощь потерпевшим, акции и тематические выставки, направленные на привлечение внимания к проблемам жертв преступности.

В России защитой прав потерпевших занимается правозащитное движение «Сопротивление». Одна из важнейших составляющих деятельности организации заключается в активном сотрудничестве с международными организациями. Так, в марте 2007 года «Сопротивлением» была организована и проведена первая Международная конференция «Солидарность. Действие. Право» по вопросам защиты жертв преступлений. В работе конференции приняли участие представители 10 стран-членов Европейского форума по делам потерпевших. Сотрудничество с зарубежными коллегами продолжалось на протяжении всего 2007 года.

Результатом тесного взаимодействия стал совместный проект — выставка фоторабот в поддержку жертв домашнего насилия — «Жертва». 30 ноября 2007 года правозащитное движение объявило российский конкурс социального плаката, который позволил бы понять, а как в нашей стране относятся к домашнему насилию и готовы ему противостоять. Победители конкурса будут объявлены через несколько дней. Одно можно сказать уже сейчас — конкурс получился интернациональным. 20 февраля рядом с работами немецких и российских авторов будут экспонироваться работы граждан Грузии, Казахстана, Белоруссии, Украины, которые откликнулись и так же прислали свои работы.  К счастью, у гражданской солидарности нет границ. А значит, всем нам будет гораздо легче решать проблемы домашнего насилия.

Свое участие в презентации выставки 20 февраля уже подтвердили председатель Правления «Белого кольца» г-н Райнхард Бётхер и его заместитель, профессор, г-жа Хельгард Ван Хюлен. Удачного открытия выставки и многочисленной публики пожелала Министр юстиции Германии Бригитта Циприес. В своем письме лидеру правозащитного движения «Сопротивление» Ольге Костиной г-жа Циприес отметила: «Я очень рада, что Вы, взяв на себя большую смелость, затрагиваете нелегкие темы домашнего насилия и сексуального насилия над детьми и женщинами, тем самым, помогая потерпевшим в трудной жизненной ситуации не потерять надежду и вернуться к нормальной жизни».

Актуальность и необходимость народных дружин как формы коллективного участия граждан в обеспечении правопорядка уже давно ни у кого не вызывает сомнения. Эту идею поддерживают практически все, кто имеет хоть какое-то отношение к органам охраны правопорядка, проблемам профилактики преступности.  И дело даже не в том, что наша милиция не справляется со своими обязанностями или делает это не вполне эффективно. Дело в том, что народная дружина стала рассматриваться на качественно ином уровне — как форма реализации общественного контроля над милицией, помимо оказания ей реальной помощи.

Обеспечение правопорядка в стране возможно в условиях конструктивного взаимодействия органов власти и самих граждан. Имеющийся опыт свидетельствует о том, что дружинники эффективно оказывали и оказывают помощь правоохранительным структурам, что способствует не только профилактике правонарушений, но и укреплению доверия к сотрудникам милиции со стороны граждан.

С середины 90-х годов принимались попытки решения на федеральном уровне проблемы участия граждан в охране общественного порядка. 11 лет назад, 3 декабря 1996 г. в Государственную Думу был внесен проект федерального закона № 96700168-2 «Об участии граждан Российской Федерации в обеспечении правопорядка». Затем аналогичные законопроекты вносились различными субъектами права законодательной инициативы еще дважды. Все они потерпели неудачу и были либо отклонены, либо сняты с дальнейшего рассмотрения. Федерального закона, позволившего бы урегулировать различные аспекты рассматриваемой сферы отношений, до сих пор нет.

К законопроектам возникло много нареканий как со стороны профильных комитетов Государственной Думы, Совета Федерации, так и со стороны Правительства Российской Федерации. Их нормы зачастую были не проработанными, носили декларативный характер или просто противоречили законодательству РФ. Кроме того, вставал вопрос с финансовым обеспечением деятельности дружин, предоставлением социальных гарантий.

Однако попытки вернуться к этому вопросу предпринимаются и по сей день.
Так, по информации первого заместителя министра внутренних дел Российской Федерации Александра Чекалина, образована рабочая группа с участием специалистов профильных министерств и ведомств, специалистов Государственной Думы. Результатом их деятельности явился проект федерального закона «Об участии граждан в обеспечении правопорядка». Законопроект должен был поступить в Государственную Думу до конца 2007 года.

По словам разработчиков, данный законопроект учел недоработки и огрехи своих предшественников и призван привлечь максимальное количество граждан к охране правопорядка, при этом, гарантируя им государственную защиту, социальные гарантии и финансирование, а участие граждан в обеспечении правопорядка будет основываться на принципах законности, уважения чести и достоинства граждан, добровольности и, что очень важно, недопустимости подмены полномочий органов государственной власти и органов местного самоуправления.

Несомненно, данный нормативный правовой акт, предполагая наделение дружинников определенным комплексом правомочий и мер воздействия, должен соответствующим образом детально прописать цели, задачи и виды народных дружин, их структуру, порядок формирования, образцы удостоверения, способы и форму взаимодействия с органами обеспечения правопорядка.

Одновременно с данным законопроектом, необходимо будет вносить изменения и в действующее законодательство, поскольку сам проект затрагивает целый комплекс общественных отношений. Это и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, в части, касающейся ответственности за неповиновение дружиннику, занятому в обеспечении общественного порядка на законных основаниях и Уголовный кодекс Российской Федерации, в части установления ответственности за оказание сопротивления, посягательство на его жизнь и здоровье.

Конечно, у многих могут возникнуть вопросы к деятельности дружинников, сомнения в их эффективности, а учитывая наши реалии, и в криминализации данного вида деятельности. Этого не стоит опасаться по разным причинам. Во-первых, у самих граждан появится возможность повлиять на ситуацию в своем дворе, на своей улице, в своем районе. Сам дружинник будет осознавать, что именно от его совместного с сотрудниками милиции участия в наведении порядка зависит как его спокойствие и безопасность, так и его близких. При этом немаловажно чтобы потенциальные дружинники жили в тех кварталах, которые они будут патрулировать. Во-вторых, народный дружинник — это своеобразная форма контроля за деятельностью милиции. Дружинник будет наблюдать не только за порядком на отведенном ему участке, но и за самим участковым.

Стоит также отметить, что идею воссоздания народных дружин поддержали и члены Совета Федерации, отмечая, что лишняя помощь российской милиции никак не помешает. Остается только надеяться, что новый состав Государственной Думы, учитывая стремление облегчить жизнь простым гражданам и сделать ее безопасней, сможет,  наконец, решить данный вопрос.

Федеральный законодатель обязан в силу своей юридической природы обеспечивать страну такими законодательными актами, которые будут направлены на укрепление российской государственности и построение развитого гражданского общества, с возможностью максимально эффективной реализации всех его институтов, в том числе и института народных дружин.

Российский сегмент глобальной сети Интернет сделал пусть и небольшой, но верный шаг к социальной ответственности. 29 января в пресс-центре «РИА Новости» состоялся круглый стол и пресс-конференция, посвященная проблеме безопасности детей в Интернете. Как выяснилось, у профессионального сообщества есть, как программные продукты, способные решить проблему, так и желание законодательных преобразований.

Российский сегмент глобальной сети Интернет (Рунет) переживает период активного роста. Если компьютеризация нашей страны происходила с середины 90-х порядка десятилетия, то интернет-технологии практически за пять лет полностью проникли во все сферы жизни общества, не оставив выбора даже тем, кто никогда не стремился к виртуальному общению. По словам председателя правления Регионального общественного Центра интернет-технологий (РОЦИТ) Марка Твердынина в 2007 году пользователями Рунета стали 27 млн. россиян, при этом каждый седьмой гражданин нашей страны ежедневно выходит в сеть Интернет.

Положительное влияние Интернета на уровень образовательной, экономической культуры пользователей вряд ли удастся кому-либо оспорить. Вместе с этим, обыватель как расценивал Рунет зоной, неподконтрольной закону, так и продолжает считать, что в глобальной сети можно делать все, что заблагорассудится. Если взрослый человек может распознать и предотвратить угрозы, которые несет в себе интернет-контент, то для ребенка Интернет, по мнению, директора по информационной безопасности компании Microsoft в России Владимира Мамыкина, — это, прежде всего, свой собственный мир. Этим миром взрослые не правят. «Очень многие дети не знают, что делать с этим миром», — считает Владимир Мамыкин. — «Около половины детей сталкиваются в сети с порнографическими материалами, сексуальными домогательствами. Детей используют для рассылки писем, за которые взрослых могут посадить. Террористические сайты, ресурсы, направленные на насилие, дети воспринимают, как послание взрослых, а значит, определяет ребенок для себя, — это правильно».

Круглый стол, посвященный проблеме безопасности детей в Рунете, не первая попытка привлечь внимание к целому комплексу скрытых от широких масс и малообсуждаемых тем. С каждым годом интернет-контент становится все более агрессивным. По оценкам специалистов, проблема безопасности детей в сети резко обострилась после подключения российских школ к Интернету в рамках нацпроекта «Образование».

«Системной работы по обучению педагогов технологическим, психологическим, этическим аспектам, связанным с помощью детям, которые значительное время проводят в сети Интернет, пока нет», — была вынуждена признать ученый секретарь Академии повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования Лариса Горбунова. На форуме крупнейшего портала для педагогов «Сеть творческих учителей» в дискуссию на тему безопасности детей в сети Интернет вступили только 6 человек, тогда, как обычно, в обсуждении той или иной темы участвует 30 — 40 человек. Лариса Горбунова отметила, что благодаря реализованной «Федеральной программе развития образования» и новой целевой программе, отношение к проблеме в целом со стороны педагогов, существенно изменилось. В настоящее время совместно с компанией Microsoft в 48 регионах России готовится к реализации базовый модуль по обучению педагогов «Здоровье детей в Интернете». 

«В развитых странах общественные организации не только привлекают внимание к проблеме, но и предпринимают конкретные шаги по защите детей», — заявил председатель правления РОЦИТ Марк Твердынин.- «Нам так же необходимо обеспечивать экспертизу контента, содействовать законодательной инициативе государства, создавать и внедрять соответствующие образовательные и развивающие программы».

Опытом противодействия агрессивному и вредоносному контенту, влияющему на детей, поделился постоянный представитель Министерства юстиции США в РФ Терри Кинни. Национальное законодательство Соединенных Штатов Америки, в частности, в области распространения детской порнографии самое суровое в мире. Интернет-провайдеры США обязаны сообщать обо всех случаях использования их ресурсов для размещения детской порнографии и содействовать задержанию преступника.

«Страны, в которых нет законодательства о борьбе с детской порнографией, создают «безопасные гавани» для детских порнографов», — заявил г-н Кинни. — «Мы будем рады использовать любую возможность совместной работы с вами для выработки общемирового общественного решения, которое позволит нам справиться с этой проблемой».

У российских общественных организаций так же есть предложения, которые позволят решить многие проблемы, связанные с безопасностью детей в сети. По словам лидера правозащитного движения «Сопротивление» Ольги Костиной, значительное количество поправок к законам по защите детей от педофилии уже несколько лет «висит» в Госдуме без движения. «Российская Дума занимается чем угодно — рыбой, водкой, сейчас эротическими журналами, но есть базовые вещи — защита детей от насилия, от детской порнографии», — была прямолинейна Ольга Костина. — «Такой мощный инструмент, как интернет-сообщество, в котором есть образовательные, информационные системы должен показать уникальный пример гражданской воли. Мы все время говорим о гражданском обществе, так давайте снизу покажем, как специалисты этого профиля могут предложить государству те механизмы, те инструменты, которые нужны нам для обеспечения безопасности нашей страны и наших детей. Почему мы не предлагаем то, что знаем лучше, то, что необходимо нам для работы? Необходимо продумать и сформировать пакет законодательных предложений, иначе мы просто дождемся того, что нам предложат «завинчивание крана». В этом году нам по силам подготовить пакет законодательных инициатив и начать работу по детской «горячей» линии, которая послужила бы, в том числе, защите прав ребенка в сети Интернет».

«Неделя безопасности в Рунете» продолжится  «горячей линией» с ведущими экспертами  которые с 30 января по 5 февраля будут отвечать на вопросы интернет-пользователей. Вопросы принимаются на сайте www.rocit.ru и в эфире радиостанции «Голос России». 31 января в 19.00 в прямой эфир программы «Сетевой дозор» радиостанции «Голос России» выйдут начальник отдела интернет-решений Лаборатории Касперского Андрей Ярных, продюсер RuTube Аскар Тугунбаев и генеральный директор российского авторского общества «Копирус» Василий Терлецкий.

Завершится «Неделя безопасного Рунета» 5 февраля Российской научно-практической Конференцией «Угрозы человеку и обществу из Интернета: положение в России».

23 января 2008 года начальник ВНИИ МВД России генерал-майор милиции С.И. Гирько принял участие в работе заседания Ученого совета Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, где выступил с научным докладом на тему: «Некоторые проблемы досудебного производства, осуществляемого органами милиции». В докладе подробно рассказывается о путях реформирования дознание и следствие. Приводим текст выступления.

Доклад начальника ВНИИ МВД России генерал-майора милиции С.И. Гирько

«Некоторые проблемы досудебного производства, осуществляемого органами милиции»

В докторской диссертации автора обоснована Концепция уголовно- процессуальных функций милиции в уголовном судопроизводстве России, которая классифицирует все функции, осуществляемые различными подразделениями милиции в зависимости от характера решаемых ими задач и степени влияния на конечные результаты производства по уголовному делу, на три группы. Это: 1) основные; 2) обеспечивающие нормальный ход уголовного судопроизводства и 3) вспомогательные[1].

Центральной функцией первой группы, безусловно, является производство милицией дознания.

Под дознанием нами понимается часть уголовно-процессуальной компетенции органов внутренних дел (милиции), которая существует наряду с реализуемыми ею функциями административно-юрисдикционного и оперативно-розыскного характера и заключается в предварительном исследовании обстоятельств выявленных преступлений, не требующих производства предварительного следствия.

С нашей точки зрения дознание включает в себя: производство органами милиции дознания в полном объеме по делам, по которым предварительное следствие необязательно (в порядке, определенном Главой 32 УПК РФ); производства неотложных следственных действий в порядке ст. 157 УПК РФ в десятидневный срок с целью закрепления следов преступления и создания предпосылок для дальнейшего полного расследования; производство отдельных следственных действий по поручениям следователя.

Остановимся на каждой из форм дознания более подробно.

Последние изменения в уголовно-процессуальное законодательство

Российской Федерации были внесены двумя федеральными законами. Одним из них (№ 87 — ФЗ от 5 июня 2007 года) существенно изменен процессуальный статус органов предварительного следствия. По сути, следственные подразделения получили значительную самостоятельность в решении ключевых вопросов направления предварительного следствия по уголовным делам, они получили право ведомственного надзора со стороны руководителей органов расследования по делам, находящимся в производстве, им предоставлено исключительное право продления процессуальных сроков. Иными словами к самим следственным органам, их руководителям перешло большинство процессуальных функций, осуществляемых еще совсем недавно прокурорскими работниками.

Полагаем, что исследование и истинная оценка внесенных изменений дело будущего и, уж во всяком случае, тема ни одной специальной научной разработки и публикации.

Мы же остановимся на тех изменениях, которые были внесены в регламентацию дознания федеральным законом ФЗ № 90 от 6 июня 2007 года, а также на причинах, лежащих в основе принятых решений и на прогнозах ситуации, возникшей в связи с принятыми решениями.

Как известно, принимая новый УПК Российской Федерации УПК Российской Федерации в 2001 году и вводя его в действие с 1 июля 2002 года, законодатель допустил большое количество неточностей и откровенных ошибок в регламентации процедурных вопросов. Многие не урегулированные своевременно правоотношения повлекли за собой трудности в практике применения конкретных норм, негативные оценки отдельных положений Кодекса со стороны правоприменителей и ученых и, как результат, большое количество (более 100) поправок.

Коллектив рабочей группы по разработке УПК РФ крайне некорректно обошелся с регламентаций досудебного производства и, прежде всего, дознания.

Приведем некоторые, наиболее очевидные из них.

Возложив на органы дознания расследование по делам о преступлениях несовершеннолетних, которые, кстати сказать, никогда не расследовались в форме дознания по причине большого количества обязательных экспертиз, в том числе и комплексных, установив по всем категориям дел 20 — ти суточный срок и не предусмотрев возможность пролонгации процессуального срока дознания, законодатель поставил правоприменителя в безвыходное положение. Дознаватели оказались вынуждены уголовные дела своей подследственности, срок расследования которых превысил 20 суток, только по формальным основаниям передавать в органы предварительного следствия. Сначала это происходило с досадой, а потом дознаватели перестали выполнять по таким делам следственную работу с надлежащим качеством.

Переложив на органы дознания расследование по делам о квалифицированных кражах (ч.2 ст. 158 УК РФ), раскрываемость которых составляет 32%, и, возложив на органы дознания расследование исключительно очевидных преступлений, законодатель спровоцировал еще одну серьезную проблему. Дознаватели, возбуждая уголовные дела о таких преступлениях и зная, что через 20 дней их в обязательном порядке прийдется передать в органы предварительного следствия, практически не организовывали по делам о кражах квалифицированной следственной работы на первоначальном этапе — по горячим следам и такие дела, как правило, не раскрывались. Учитывая, что они попадали в органы предварительного следствия уже заволокиченными и бесперспективными, квалифицированная работа по раскрытию таких преступлений не производилась, а граждане, пострадавшие от них, не получали надлежащей защиты своих нарушенных прав.

Только по этим двум причинам на законном основании из органов дознания в органы предварительного следствия передавалось ежегодно до 600 тыс. нерасследованных, заволокиченных, бесперспективных в плане раскрытия, уголовных дел.

Обратимся еще к одной проблеме. Статистическая информация, характеризующая состояние преступности в Российской Федерации в последние несколько лет, свидетельствует о ежегодном и значительном приросте преступлений, по которым предварительное следствие не обязательно. Так, в 2003 году этот прирост составил 65,9% (общее количество преступлений данной категории возросло до 1 млн. 522,4 преступлений), в 2004 году, соответственно, + 13,5 % (абсолютное количество — 1 млн. 728,2 преступлений), в 2005 еще + 26,0 % (в абсолютном выражении — 2,18 млн. преступлений), а в 2006 году число таких преступлений выросло еще на 11,7 % и их общее количество достигло 2, 43 млн.

За этот же период доля преступлений небольшой и средней тяжести в общей структуре преступности Российской Федерации увеличилась с 55,2 до 63,1 % и едва не достигает 2/3 валового показателя.

Не вдаваясь в подробный анализ причин такого роста, заметим, что трудно заподозрить сотрудников милиции в том, что они занимаются приписками. Очевидно, что таковы уровень и состояние криминализации российского общества.

За те же четыре года прирост уголовных дел, находящихся в производстве дознавателей возрос и достиг 1,3 млн. дел.

Заметим, что еще одной серьезной недоработкой создателей УПК РФ явилось то, что процессуальная форма, закрепленная в Кодексе под названием «дознание» в Главе 32, представляла собой некий эрзац от такой же модели предварительного следствия.

Действительно, если сравнивать режим начала расследования, процесс и процедурные вопросы доказывания, систему доказательств, характеристику самих средств доказывания, то мы обнаружим их абсолютное сходство. Определенное отличие содержит порядок привлечения в качестве обвиняемого и процедура окончания производства. Изначально принципиальным различием являлись сроки производства и субъект процессуальной деятельности.

Так, субъектами организации расследования УПК определил, соответственно, следователя и дознавателя, а относительно процессуальных сроков расследования, законодатель установил для предварительного следствия — 2 месяца с последующей пролонгацией, для дознания — 20 суток с продлением по решению прокурора еще на 10.

Внешне дознание по отношению к предварительному следствию выглядело ускоренной и упрощенной формой досудебного производства.

Законодатель не потрудился над формулированием модели унифицированного (ускоренного и упрощенного) досудебного производства по делам очевидным и небольшой общественной опасности, которая позволяла бы органам дознания и, прежде всего, милиции эффективно справляться с возрастающим валом незначительных преступлений.

Кстати, существовавшая в УПК РСФСР, протокольная форма досудебного производства материалов в значительной мере отвечала вышеуказанным требованиям. Аналогичные модели «полицейского расследования» существовали в российском законодательстве в дореволюционный период, существуют в законодательстве большинства развитых государств англо-саксонской и континентальной систем права.

Почему же ученые и соответствующие подразделения МВД России, обсуждая проблемы практики применения УПК России в рамках научно-практических конференций и оперативных совещаний, добивались корректировки существующей процессуальной формы дознания.

Во-первых, необходимо было выровнять процессуальную нагрузку на следствие и дознание, сделать ее соразмерной, устранить сложившуюся практику немотивированной миграции уголовных дел между следователями и дознавателями.

Во-вторых, добиться того, чтобы все дела, отнесенные к подследственности дознания, независимо от того с лицами они или нет, от начала до конца расследовали дознаватели, а уголовные производства, отнесенные к компетенции органов предварительного следствия, после 10-суточного дознания по ним, расследовали до момента принятия решения по существу следователи.

Третье, определить такой процессуальный режим, чтобы дела о преступлениях несовершеннолетних могли расследоваться дознанием в полном объеме, с учетом всего комплекса обязательных по этой категории дел судебных экспертиз.

Четвертое, устранить допущенное ранее «лукавство», когда расследование уголовных дел о квалифицированных кражах (ч.2ст158 УК) было переложено на подразделения дознания. В чем «лукавство»? В том, что отнеся эту категорию преступлений (раскрываемость которых не превышает 35 %, но которые впрямую затрагивают имущественные интересы большинства обычных граждан России) к категории преступлений средней тяжести (снизив несколько ранее их максимальную санкцию до 4 лет лишения свободы), законодатель обрек такие преступления на не раскрытие, поскольку подразделения уголовного розыска перестали проводить по ним розыскную работу, а в милиции общественной безопасности подразделения аналогичного профиля отсутствовали. Возложив расследование этой категории на дознавателей, законодатель создал ситуацию, когда первоначально решение по делу принималось дознавателями. Они возбуждали уголовное дело и должны были проводить по ним комплекс неотложных следственных действий, одновременно принимая меры по уст&#107

11 января президент встретился с членами Совета по содействию развитию институтов гражданского общества. Одной из главных тем, которые поднимались, стал общественный контроль за деятельностью правоохранительных органов и пенитенциарной системы. И, кроме того, президент заступился за суд присяжных. Он заявил, что в случаях, когда выносятся оправдательные приговоры, как это было в деле Пола Хлебникова, надо обращать внимание на недостаточную работу следствия и слабую доказательную базу. А суд присяжных надо развивать и укреплять, а также продумать механизм защиты присяжных заседателей. Об этом хотелось бы поговорить подробнее. В нашей студии председатель правления общественного правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина.
 
— Ольга Николаевна, сейчас много в России судов присяжных? Как они приживаются?
 
КОСТИНА: Они по-разному приживаются. Мне не кажется, что доля так велика, хотя просто в силу того, что это новый институт, о нем часто пишут, его часто обсуждают, поэтому есть такое впечатление, что он занимает значительное место. Хотя я знаю, что правозащитные организации России считают, что как раз присяжные рассматривают недостаточное количество дел, и им бы хотелось расширить этот круг.
 
— Президент не случайно поднял эту тему? Потому что звучат в последнее время мнения, что этот суд надо все-таки отменять, он не для наших условий.
 
КОСТИНА: Это такая не очень хорошая традиция нашей страны. Мы очень быстро принимаем решение о нововведении и потом очень быстро заявляем, что оно не получилось. На самом деле здесь есть доля какой-то политической игры вокруг этой темы, и, на наш взгляд, она для страны невыгодна. Потому что, если мы отменим этот институт, ничего, кроме проблем на международной арене, да и, кстати, внутри общества российского, мы не получим. Другое дело, что надо было, когда мы переносили этот институт к себе, как пример демократического гражданского механизма, подумать о том, чтобы подготовить к нему общество. Потому что, согласитесь, в нашей стране правовым образованием граждан никто не занимается. Поэтому предполагать, что мы почти на пустыню правовую переложим такой непростой институт и ответственный институт и получим европейский уровень результата, конечно, было наивно.
 
— Вероятно, понадеялись на традиции, потому что до революции суд присяжных в России существовал.
 
КОСТИНА: Да, но зато после революции у нас существовало такое правовое поле… И оно, кстати, породило многолетние изменения и в сознании граждан, и в сознании правовой системы. Здесь удивляться-то нечему.
 
— Вашим движением «Сопротивление» на начало 2007 года запланирован запуск широкомасштабного проекта «Школа присяжных». Что этот проект предполагает?
 
КОСТИНА: Дело в том, что мы работали весь прошлый год, первый год нашего существования, и с представителями Государственной Думы, в том числе с теми, кто работает по законам, связанным с этой тематикой. И они очень тоже обеспокоены последними комментариями вокруг этого документа. Они знают, что, собственно, и многие правоохранительные системы недовольны этим судом. И мы наблюдали, наблюдали всю эту историю и пришли к такому компромиссному решению. Как известно, есть два пути. Можно встать жестко на защиту этого института и говорить, что это демократия, неважно, как он работает, но нам это надо. Мы же вообще много чего делаем для европейских структур, а не для себя. Можно встать на другую точку зрения и сказать, что присяжные у нас люди некомпетентные, это суд домохозяек, его надо уничтожить.
 
Есть третий путь, и им надо было по-хорошему пойти до введения этого суда. Мы хотим предложить серию лекций, очень адаптированных, очень простых, читать будут специалисты — психологи, юристы и адвокаты для желающих, тех, кто уже отобран в присяжные, и тех, кто интересуется просто этой тематикой. То есть это такая понятная, доступная разъяснительная работа, что такое присяжный, как это важно, что это ответственность, как принимаются решения, как они согласуются с законами и так далее. Потому что если мы не будем образовывать граждан, еще пара-тройка скандальных решений и…
 
— Идея будет дискредитирована полностью. А эти лекции будут рассчитаны на взрослое население или на подрастающее поколение тоже?
 
КОСТИНА: По опыту, который мы имели в прошлом году, у молодежи, у студентов очень большая заинтересованность в этой тематике, особенно у студентов юридических вузов. То есть им, собственно говоря, завтра выходить в эту жизнь, выходить на эту работу. И я думаю, что здесь будет разная аудитория: и те, кто уже в возрасте и с другой профессией, и молодежь. У нас есть серия лекций в школах, но это другое немножко, это просто правовое поле мы даем такое адаптированное.
 
— А кто сегодня может стать присяжным?
 
КОСТИНА: У нас, как известно, это произвольный отбор. Любой человек может стать присяжным.
 
— Достигший совершеннолетия.
 
КОСТИНА: Да. Дальше он для себя принимает решение, согласуясь с собственной совестью, готов, не готов. Но, естественно, есть ряд исключений, которые разъясняют в судах: если вы были судимы, если у вас есть родственники осужденные. То есть ряд обременений, при которых запрещено быть присяжным.
 
— А если человек, например, работает в правоохранительных органах, в пенитенциарной системе, если он с юридическим образованием, это может оказать какое-то влияние?
 
КОСТИНА: Я могу сказать, что в Европе, например, каждая страна, в отличие от нашей, когда к себе этот институт прикладывала, старалась все-таки адаптировать его к своим реалиям. Я знаю, что в некоторых странах Европы часть присяжных обязательно должна быть с юридическим образованием, для того чтобы они просто в совещательной комнате во время работы могли как бы немного сбить эмоции у своих коллег и объяснить им, что согласно закону нужно так или так поступать. Вот, кстати, один пример вообще экзотический. Наверное, вы слышали, в Великобритании готовятся к судебному расследованию гибели принцессы Дианы. Так вот там вообще есть такая норма, что все, что связано с членами королевской семьи, могут рассматривать только присяжные из состава работающих при королевской семье. Это, оказывается, закон XIX века. И вот сейчас они решают, насколько это оправданно или неоправданно. То есть страны, которые, грубо говоря, чуть больше себя уважают, они все-таки стараются опираться на свою историю и на то, как им удобно, и на то, как правильно. Мы ввели этот закон быстро, с наскока. Но надо его выравнивать, ничего страшного.
 
— По вашим данным, насколько охотно люди сегодня идут в присяжные заседатели?
 
КОСТИНА: У меня такой статистики нет. На уровне просто разговоров со своими знакомыми — по-разному.
 
— Некоторые мои знакомые получали соответствующее уведомление и немедленно приходили в ужас. Говорили, как же мне теперь быть? Потому что человеку же надо оставить работу, привычный образ жизни на время процесса, который может продолжаться месяцами.
 
КОСТИНА: Во-первых, нужно оставлять работу. Во-вторых…
 
— …углубиться в изучение проблем, которые ему могут быть, мягко скажем, неприятны и чужды.
 
КОСТИНА: И которые могут ему стоить впоследствии.
 
— Да. Потом у него могут быть неприятности, если он будет выносить решение, допустим, в соответствии с тем, что диктует ему его совесть, а не страх.
 
КОСТИНА: Вы знаете, у нас формально есть закон и о защите судей и присяжных заседателей. И есть закон о защите свидетелей. Вот последним мы как раз сейчас занимаемся очень плотно и надеемся на то, что мы сможем провести его аудит и его соответствующее исправление. Но у нас зачастую на бумаге есть, а при применении на практике мы сталкиваемся с проблемами.
 
— А может человек отказаться быть присяжным заседателем? Имеет такое право?
 
КОСТИНА: В принципе может. Но большинство, кстати, из тех, с кем я разговаривала, не столько боится за свою безопасность и жизнь, сколько жалко времени, не хочется сидеть, не хочется это все выслушивать. Бывают же случаи, когда коллегии распускаются из-за того, что просто определенное количество людей перестает ходить. То есть им, грубо говоря, надоедает и они говорят: нет, вы знаете, меня это не устраивает, у меня работа.
 
— Но зарплату же должны по закону компенсировать.
 
КОСТИНА: По закону должны.
 
— Даже при высокооплачиваемой работе?
 
КОСТИНА: Вы много знаете руководителей, которые будут терпеть, если вас полгода нет на работе? Место ваше есть, зарплату вам платят, а вы не ходите на работу. И с этим мы тоже сталкиваемся, когда руководитель говорит: ты, конечно, можешь выполнять свой долг гражданский, но учти… Поэтому такие, к сожалению, тоже вещи случаются.
 
— Да, видимо, не существует соответствующей практики у нас пока. Пришло сообщение на пейджер: «В условиях коррумпированности правоохранительных органов суд присяжных необходим». Можете прокомментировать?
 
КОСТИНА: Я могу это прокомментировать. С одной стороны, я согласна, что в условиях коррумпированности правоохранительных органов нам необходимы гражданские механизмы отслеживания этого правового поля. Но с другой стороны, я вам хочу сказать, что никакой системы внятной защиты от давления на присяжных мы тоже не имеем. А где гарантия, что на присяжных не оказывается воздействие коррупционного характера? Это же обыкновенные граждане.
 
— Да, мне кажется, что в данном случае судьи, прокуроры — люди более подготовленные, чем рядовые граждане, которых выдернули просто из мирной гражданской жизни и посадили перед преступниками.
 
КОСТИНА: Знаете, я говорила с Борисом Альтшулером, который занимается этой темой. Вот он тоже сначала сказал: давайте посадим в каждом суде гражданского наблюдателя, чтобы он наблюдал за, допустим, ходом процесса и смотрел, есть ли там признаки коррупции. Идея интересная, да, ее надо изучать. Но я ему задала встречный вопрос: а где гарантия, что этот человек не будет коррумпирован? Нам надо, мне кажется, выстраивать общественную и государственную систему взаимного наблюдения друг за другом. Это должна быть многоступенчатая система.
 
— Что значит взаимного наблюдения?
 
КОСТИНА: Мне кажется, что это тоже иллюзии, что все, что официально работает в государстве, это все подвержено коррупции, а все, что со стороны гражданского общества наблюдает, оно все с нимбом на голове и никогда не берет взяток. Нельзя так говорить. Мы не можем быть в этом уверены на 200 процентов. Поэтому, чем больше мы создадим ступеней защиты от давления во время судебного следствия, защиты и сторон, и наблюдателей, и присяжных, и адвокатов, тем больших успехов мы добьемся. Но это многолетний процесс.

http://www.radiomayak.ru/tvp.html?id=42885