Пятого декабря 2009-го в пермском клубе «Хромая лошадь» произошел крупнейший по количеству жертв пожар в России. Погибло 156 человек, 234 пострадало. Следствие пришло к выводу, что клуб сгорел из-за фейерверка: искры попали на потолок, декорированный ивовыми ветвями и холстом. Девять фигурантов дела давно освободились из колоний и вернулись к прежней жизни. К примеру, пиротехник Сергей Дербенев продолжает организовывать в Перми огненные шоу. А потерпевшие, которым по гражданским искам присудили миллионные компенсации, получают копейки. «В этом месяце — 25 рублей. А бывало, приходил перевод на 25 копеек», — говорит одна из пострадавших.
«На пожертвования ходил по кабакам»
Ирина Пекарская уже несколько лет находится под наблюдением в паллиативном отделении больницы в городе Березники. Она одна из самых тяжелых пострадавших в «Хромой лошади». Не может самостоятельно есть, не говорит. Только кричит, будто раненый зверь, когда слышит в телефонной трубке голоса сыновей.
В клуб Ирина пришла вместе с гражданским мужем Сергеем Колпаковым. Тому повезло — когда начался пожар, он как раз с другом вышел покурить. Ирина же надышалась угарным газом. Врачи не обнадеживали: из-за токсического поражения мозга девушка на всю жизнь осталась тяжелым инвалидом с сознанием трехмесячного ребенка.
Сергей возил ее по клиникам, выбивал материальную помощь. В многочисленных репортажах перед камерой поднимал Ирину, мыл ее сжатые судорогой руки. После интервью просил опубликовать счет для пожертвований. Деньги, как говорят близкие, текли рекой.
А через несколько лет журналисты нашли Ирину в одной из пермских больниц в ужасном состоянии: худую, как скелет, с пролежнями по всему телу. Из-за того что у нее не было даже шампуня, медсестры вынуждены были побрить ее наголо. Как выяснилось, Колпаков давно создал новую семью. А на обреченную Ирину махнул рукой. При этом как опекун и потерпевший не забывал забирать полагающиеся Пекарской компенсации, пенсию по инвалидности, спонсорские переводы, утверждают родные.
«Нам из компенсаций ни копейки не приходило: все забирал Колпаков, — плачет в телефонную трубку мама Ирины Галина. — На пожертвования ходил по кабакам, возил на отдых новую жену. Как-то отмечал в клубе ее день рождения — заказал стол на двадцать персон. А детям (у Ирины и Сергея двое сыновей. — Прим. ред.) ни копейки алиментов не платил. Только иногда после поездок привозил мальчишкам то футболочки, то рубашки».
По словам Галины Васильевны, будучи опекуном ее дочери, Сергей даже успел обналичить и спустить часть материнского капитала. «Хотел и квартиру продать, которую мы покупали для них с Ирой. Но мы вовремя вмешались и не позволили».
Сейчас за Ириной ухаживает старший брат Сергей — мать после двух инсультов не выходит из квартиры. Он же оформил опеку над двумя племянниками. Старшему — 12, младшему — десять. «На днях к нам приходили из собеса, спрашивали, что ребята хотят на Новый год. Младший сказал, что мечтает о синтезаторе. А еще чтобы мама выздоровела. Но мы понимаем: это невозможно», — тяжело вздыхает Галина Васильевна. Больше говорить она просто не в силах.
«На спину капал расплавленный пластик»
Анну Бунакову в «Хромую лошадь» пригласила подруга. В клуб девушка вбежала без пятнадцати час. Только открыла меню — начался пожар.
«Ведущий спокойным тоном объявил: «Кажется, мы горим». Сперва люди подумали, что это часть шоу-программы, поэтому вовремя не сориентировались. Но через несколько минут все рванули к выходу, выключился свет, возникла давка», — вспоминает Бунакова.
В толпе Анну кто-то толкнул, она упала на пол. «Парень, который бежал сзади, тоже свалился, придавил мне ноги. Подняться я не могла. На спину капал расплавленный пластик с потолка. Потом я все же нашла силы встать и дойти до выхода».
С ожогами тридцати процентов тела Бунакову доставили в больницу Перми, потом — в Санкт-Петербург. В госпитале она провела два месяца. «Сильнее всего пострадало плечо и спина. Капли расплавленного пластика воспламенили мою синтетическую кофту. Она тлела прямо на мне».
В палате, где находились только жертвы «Хромой лошади», Анна была самой «легкой». «Рядом лежала девушка, у которой было обожжено все лицо, не было волос. Ей потом специальным методом срезали и наращивали кожу с фолликулами, чтобы у нее хоть какие-то волосы на голове росли».
Сама Анна перенесла пересадку кожи на плече. «Лечили нас бесплатно, а вот последующие реабилитационные процедуры — все за свой счет. Мне, например, пришлось сделать шесть шлифовок лазером, чтобы сгладить рубцы от ожогов».
Пострадавшая признается: компенсация в миллион рублей, которую ей присудили по гражданскому иску, очень бы помогла. Но из всех осужденных полностью деньги выплатили только фактический владелец клуба Анатолий Зак и сотрудники Госпожнадзора. За последних расплачивалось ведомство.
«А от остальных фигурантов приходили и до сих пор приходят копейки. Я не утрирую. Так, вчера мне пришел перевод на 25 рублей. До этого перечислили десять копеек. Понимаю, что нас, потерпевших, много: почти четыреста человек. И ежемесячную часть зарплаты фигурантов делят на всех. Но лучше бы такие копейки вообще не присылали».
Анна говорит, что довольно быстро ситуация с выплатами компенсаций превратилась в фарс. «К примеру, как-то раз получили от судебных приставов письмо с предложением выкупить автомобиль исполнительного директора клуба Светланы Ефремовой — его изъяли в счет погашения долга. Проблема в том, что машина была не на ходу. Кому она нужна? В другой раз прислали целый список из ее личных вещей — тоже предлагали забрать в качестве компенсации. Хорошо помню, что в этом перечне был ноутбук и даже мангал с шампурами!»
«Продолжает устраивать огненные шоу»
Можно предположить, что виновники трагедии после освобождения и сами едва сводят концы с концами. Но нет. Так, судя по аккаунту в инстаграме арт-директора клуба Олега Феткулова (был приговорен к шести годам колонии общего режима), живет он вполне достойно.
«Лекарство от мозолей на руках и сердце», — написал он в одном из последних постов. В качестве иллюстрации — бутылка коньяка «Хайн Антик XO» и два бокала. Цена — 22,5 тысячи рублей.
На письма с просьбой об интервью Феткулов не ответил.
Не общается с журналистами и директор пиротехнической компании «Пироцвет» Сергей Дербенев, устроивший смертоносный фейерверк.
— Меня не интересует никакая информация о «Хромой лошади», — заявил он в ответ на предложение обозревателя РИА Новости поговорить о компенсациях пострадавшим.
— А нас интересует.
— Вот и пишите, что хотите…
Как рассказал нам один из сотрудников фирмы, которую раньше возглавлял Дербенев, после освобождения из колонии тот продолжил заниматься организацией огненных шоу. «Поначалу заказов почти не было: имя Сергея полоскали во всех СМИ. Но довольно быстро мы вернули позиции. Сергей даже не хотел менять название фирмы — не считал себя виновным. Он был уверен, что проблема — в проводке. Но в итоге «Пироцвет» ему пришлось закрыть. Сейчас он руководит одним из филиалов Московской пиротехнической компании».
Анастасия Гнединская, РИА Новости