О главном

Почему в России необходим единый центр для координации судебно-экспертной деятельности, нужно ли подросткам — жертвам насильников знать об их освобождении из тюрем и что может стать причиной детской лжи о сексуальных домогательствах со стороны взрослых в эксклюзивном интервью корреспонденту РИА Новости Марии Глебовой в дни празднования годовщины с момента выделения Следственного комитета РФ в отдельное ведомство рассказал старший следователь-криминалист Главного управления криминалистики СКР Эдуард Якубовский.

— Эдуард Николаевич, некоторые эксперты утверждают, что психологи, которых привлекают органы внутренних дел при рассмотрении заявлений о сексуальных домогательствах в отношении детей, не имеют законного права давать письменное заключение о состоянии ребенка. Это действительно так? Насколько это вписывается в рамки действующего законодательства?

— Действительно, для проведения психологического освидетельствования несовершеннолетнего следователь может привлекать эксперта, то есть лицо, обладающее необходимыми знаниями. Такая норма прописана в Уголовно-процессуальном кодексе (УПК) — есть специальная статья «освидетельствование». Оно может проводиться до возбуждения уголовного дела, а следователь при необходимости имеет право вынести соответствующее постановление и привлечь психолога для участия в психологическом освидетельствовании. Никаких запретов на этот счет закон не содержит. Подчеркну, что  проведение психологических экспертиз в отличие от судебно-психиатрических, не требует наличия лицензии у специалиста, который их проводит.

Другое дело, что в психиатрии есть координирующий методический центр — институт имени Сербского, а вот в психологии такого нет. Я думаю, что должен быть государственный орган, который бы занимался регулированием вопросов, связанных с судебно-экспертной деятельностью. Критерии должны быть едиными для государственных и частных экспертов.

Следственный комитет России уже вышел с предложением о создании единого центра, который бы отвечал за координацию судебно-экспертной деятельности РФ, частью которой являются психологические исследования и экспертизы.

— Для чего необходим такой центр?

 — В следственной практике нередки случаи, когда одни судебно-экспертные учреждения отказываются от решения экспертной задачи со ссылкой на отсутствие методики, а другие — наоборот, с легкостью берутся за их решение. Более серьезные последствия проявляются при использовании противоположных методических подходов экспертами различных ведомственных государственных судебно-экспертных учреждений к решению одной и той же экспертной задачи.

Вызывает большую обеспокоенность готовность негосударственных экспертов за деньги  выполнить практически любую экспертизу, в то время как каких-либо четких критериев для определения их способностей провести по поручению следователей и судей научно-обоснованное исследование качественно и на должном уровне нет.

— А как Вы относитесь к законопроекту, согласно которому несовершеннолетние, ставшие жертвами насильников, смогут узнавать об их освобождении из тюрем или временном выезде за пределы исправительного учреждения?

 — Думаю, что право на такую информацию у них должно быть. Среди совершивших преступления сексуального характера очень высокий процент рецидива — до 98%. Здесь еще и играет роль, при каких обстоятельствах было совершено преступление. Может быть, оно было сопряжено с угрозой, а может совершивший преступление захочет мстить потерпевшему.

 — А где преступники чаще всего знакомятся со своими малолетними жертвами?

 — Часто потерпевший и подозреваемый знакомы — либо они являются родственниками или соседями, либо один из них ученик, а другой — педагог. В Интернете преступники знакомятся со своими жертвами редко. Но есть случаи, когда взрослые регистрируются на сайтах знакомств для подростков, начинают переписываться с ними, и не всегда у нас есть основания для проведения проверки по данному факту. А чем закончится и к чему может привести эта переписка —  неизвестно. В Европе такие действия называются «грумингом» и за них предусмотрена ответственность. Если бы в РФ была предусмотрена уголовная ответственность за подобные действия, наверное, такие люди исчезли бы с сайтов знакомств для подростков.

 — Вам чаще приходится работать по заявлениям о совершении преступления сексуальной направленности против несовершеннолетнего или по собственным разработкам?

 — В основном мы работаем по заявлениям, которые поступают либо в органы полиции, либо в органы следствия. Случаи, когда нет заявления, а дело возбуждается по материалам оперативно-розыскной деятельности, крайне редки. Органы дознания не вправе проводить оперативно-розыскные мероприятия, если нет соответствующей информации, а табличку «я извращенец» никто на себя вешать не будет.

 — Бывают ли случаи, когда при расследовании уголовных дел выясняется, что ребенок, рассказавший о домогательствах со стороны взрослого, сказал неправду?  Что подталкивает детей к этому?

 — Бывает, что двое взрослых конфликтовали между собой, развелись, а потом один из них настраивает ребенка против другого. Например, мать против отца. Для этого и проводятся психологические исследования в порядке освидетельствования, чтобы можно было определить, не фантазирует ли ребенок и не действует ли по чьему либо наущению.

Определить это можно различными способами. Например, ребенок может говорить заученными словами или использовать в разговоре не характерные для его лексики слова, сбиваться с привычного ритма речи. Имеются и другие методы распознавания неправды в словах ребенка. Такие вещи выявляются специалистами достаточно быстро.

 — Как можно «разговорить» детей, которые отказываются сообщать, что с ними совершали преступные действия? Какие применяются методики?

 — Бывают случаи, когда ребенок не рассказывает о действиях сексуального характера. Мы сталкиваемся с этим. В нашем штате есть психологи, которые работают с несовершеннолетними,  и те раскрываются, начинают рассказывать. Бывают случаи, когда наши специалисты применяют метод гипнорепродукции и активации памяти. Ребенок дает информацию о преступнике, о том, что было совершено. Это очень эффективный метод. 

Вообще, я сторонник того, чтобы государственные органы шире сотрудничали с некоммерческими организациями, которые оказывают помощь детям, ставшим жертвами жестокого обращения и преступных посягательств. Это способствовало бы, в частности, и повышению контроля за деятельностью правоохранительным органов со стороны гражданского общества, а нам позволило бы иметь большее количество квалифицированных специалистов, к которым мы могли бы обратиться за помощью.

Мария Глебова, РИА Новости

Сухобузимский районный суд Красноярского края приговорил к 15 годам колонии строгого режима Сергея Пашкова, обвиняемого в изнасиловании детей в летнем лагере в июле 2011 года, сообщила пресс-секретарь краевого суда Наталья Мишанина.

— Подсудимый был признан виновным по трем статьям: кража, угроза убийством, насильственные действия сексуального характера, — уточнила Мишанина.

По версии следствия, в ночь на 21 июля на территорию лагеря «Таежный» Пашков проник беспрепятственно: он работал там некоторое время плотником, но потом был уволен. Угрожая ножом, Пашков надругался над двумя малолетними и двумя несовершеннолетними девочками. После чего забрал с собой DVD-проигрыватель, который находился в собственности лагеря, и мобильный телефон вожатой. Но сбежать ему не удалось: его задержал охранник лагеря.

Уже позднее выяснилось, что ранее Пашков отбывал срок за изнасилование и освободился условно-досрочно. По словам руководства лагеря, он скрыл свою судимость.

В краевом управлении СКР рассказали, что изначально подсудимый признавал свою вину, но в ходе судебного следствия от обвинений в нападении на малолетних и несовершеннолетних девочек, а также в угрозе убийством отказался.

— На суде Пашков не признал вину в нападении на детей и в угрозе убийством. Признавал только кражу вещей, — сказала старший помощник руководителя СУ СК РФ по краю Ольга Шаманская.

Судья, учитывая все обстоятельства дела, признала подсудимого виновным по всем эпизодам. Также суд учел явку с повинной подсудимого и его активное содействие предварительному следствию.

По словам Натальи Мишаниной, оглашение приговора заняло более часа. Осужденный намерен обжаловать приговор в краевом суде.

Между тем, возбужденное против руководства лагеря уголовное дело о халатности в связи с отсутствием состава преступления закрыто, рассказал и.о. руководителя Сухобузимского межрайонного следственного отдела Андрей Князев.

— Дело в том, что комплекс детских лагерей «Таежный» является муниципальным унитарным предприятием, и, соответственно, директор не является должностным лицом. Согласно российскому законодательству в его действиях не усматривается признаков состава преступления, предусмотренного статьей 293 УК РФ (халатность), и поэтому уголовное дело по данной статье прекращено, — пояснил Князев.

Он добавил, что в ходе следствия были установлены все обстоятельства произошедшего преступления, «в действиях иных должностных лиц прямой причинно-следственной связи между их действиями-бездействиями и совершенным преступлением против детей не установлено». Тем не менее, директор комплекса детских лагерей был уволен.

 

 Анна Тимофеева, «Российская газета»

Подмосковный суд спас от уголовного наказания молодого человека, подобравшего на улице чужой мобильный телефон.

Детское, казалось бы, правило «что упало, то пропало» на деле оказалось вольным переводом юридических норм. Брать чужие вещи нехорошо, но, как выяснилось в суде, отнюдь не незаконно. Поэтому тюрьма находчивым гражданам не грозит.

Доказать обратное попытались правоохранители в подмосковном городе Волоколамске. Они обвинили в краже молодого человека А., решившего оставить на память потерянный другим телефон. Мысли догнать и вернуть вещь хозяину у подсудимого не возникло. «В ходе предварительного следствия, как следует из обвинительного заключения, было установлено, что подсудимый А., заметив, что у гражданина Р. из кармана выпал мобильный телефон, не сообщил ему о случившемся, а, дождавшись ухода потерпевшего, поднял телефон и присвоил», — говорится в материалах Мособлсуда. На следствии молодой человек не запирался, признал вину и попросил рассмотреть дело в особом порядке, то есть побыстрее. Волоколамский городской суд Московской области признал подсудимого виновным в краже и, казалось, решил судьбу.

Приговоры, вынесенные в особом порядке, отменяются редко. Ведь здесь никто не спорит: одна сторона просит осудить, другая соглашается с обвинением в обмен на скидку в наказании. Вторая инстанция может что-то подправить в техническом смысле, когда, допустим, первый суд не совсем правильно назначил наказание. Однако на этот раз Московский областной суд полностью оправдал подсудимого: обвинительный приговор отменен, дело прекращено. По мнению судебной коллегии, «А. не предпринимал никаких активных действий, направленных на неправомерное изъятие имущества у потерпевшего», а значит, не вор.

Судить его можно разве что с нравственной точки зрения. Отношение к подобному поведению обычно зависит от того, теряет их человек или находит. Когда мы теряем что-то нужное в общественном месте — оставили на скамейке в парке, выронили по дороге, забыли в автобусе — и потом, вернувшись, не находим свою вещь на том же месте, то говорим однозначно: украли. Еще можно сказать: стащили, стянули, умыкнули, но все это синонимы слову воровство.

Если же кто-то находит под ногами что-то хорошее, то говорит — нашел. Проблема в том, что у нас даже отвернуться нельзя, как кто-то «найдет» твои вещи, слишком много у нас граждан с находчивой совестью. Но это вопрос морали, тюрьмой жадность не исправишь. К тому же есть и другая сторона медали: наши правоохранители любят улучшать статистику за счет подобной мелочовки. Поэтому Московский областной суд специально объяснил в своем последнем обзоре судебной практики — присвоение найденного не может расцениваться как хищение чужого имущества.

«Судебная коллегия указала, что согласно статье 227 Гражданского кодекса РФ находка — это обнаружение чужой вещи, которая выбыла из владения собственника помимо его воли. Данная норма закона равным образом применима как в тех случаях, когда нашедший вещь знает, кто является собственником, так и в случаях, когда собственник вещи ему неизвестен», — сказано в документе суда.

По действующему законодательству лицо, утаившее находку либо не заявившее о ней, не несет уголовной ответственности. Вот карманная кража или нападение на владельца с кулаками — это совсем другое дело, здесь суду надо быть строже.

(Извлечение из определения судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 21.06.2011 г. N 22-4060.)

 

 Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5681 (8)

18 января в Фокинском суде Брянска начнется судебный процесс над Ириной Добржанской, которая 7 октября прошлого года сбила на «зебре» Анну Сивакову и ее дочь Соню.

Сейчас основная интрига состоит в том, будет ли процесс открытым. Никто из судей не горел желанием рассматривать это уголовное дело — слишком велико внимание к нему. Тем временем Брянский отдел ГИБДД выдвинул в последнее время ряд обвинений городским властям, которые не реагируют вовремя на требования, касающиеся безопасности. Эту информацию многие восприняли как предвестие будущего оправдательного приговора Добржанской, хотя экспертиза уже доказала, что она ехала по городскому шоссе со скоростью не менее 72 километров в час, то есть нарушила Правила дорожного движения.

Впрочем, есть одно очень важное обстоятельство: правильно ли была устроена «зебра» и могла ли видеть знаки и разметку Добржанская? В отделе ГИБДД рассказали: «СУ СК России установило, что на разделительной полосе Московского проспекта отсутствовали дублирующие дорожные знаки «Пешеходный переход» и горизонтальная дорожная разметка «Зебра». Водитель при движении автомашины по третьей (левой крайней) полосе мог не видеть нерегулируемого пешеходного перехода…»

Ясно, что именно этим аргументом воспользуется сторона Добржанской. Но ясно и другое: общественный напор так велик, что вряд ли суд полностью оправдает автомобилистку.

 

 Александр Федосов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5681 (8)

 

В Женеве продолжается 130-я сессия Генеральной Ассамблеи Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Одна из тем, представленных на обсуждение делегатов — ранние браки и беременность в подростковом и юном возрасте.

В докладе секретариата ВОЗ на эту тему говорится, что от матерей в возрасте 15-19 лет рождается в год 16 миллионов малышей, что составляет 11% от общего числа деторождений в мире. 95% юных мам проживают в странах с низким и средним уровнями доходов.

Случаи беременности и родов в подростковом в возрасте (10-14 лет) в большинстве стран — событие относительно редкое. Тем не менее, в некоторых африканских странах к югу от Сахары доля женщин, которые родили до достижения 15-летнего возраста, иногда достигает 12%. До трех процентов таких случаев регистрируется в Латинской Америке.

ВОЗ призвала государства активизировать усилия по предотвращению браков до достижения 18 лет. Ведь они, как правило, являются результатом бедности и игнорирования прав женщин, в том числе — их дискриминации в сфере доступа к образованию. Малолетние невесты и жены в возрасте до 15 лет подвержены высокому риску смертности во время беременности и родов. Опасность для них в пять раз выше, чем у более взрослых рожениц.

ВОЗ предложила продумать стратегию по снижению числа беременностей до достижения 20 лет, пропагандировать более широкое использования противозачаточных средств девушками в подростковом возрасте, которые подвергаются риску нежелательной беременности.

ЦЕНТР НОВОСТЕЙ ООН

Александр Бастрыкин предлагает создать финансовую полицию. Об этом и о том, как поправить закон, чтобы помешать фирмам прятать миллионы в офшорах, председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин рассказал читателям «РГ».

Даже самая большая должность в любом регионе в последнее время перестала спасать чиновников от внимания правоохранительных органов. Фраза «предъявление обвинения губернатору» уже не считается экзотикой.

Об этом и о том, как поправить закон, чтобы помешать фирмам прятать миллионы в офшорах, председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин рассказал читателям «Российской газеты».

Александр Иванович, ваше ведомство в прошлом году создало немало проблем высокопоставленным чиновникам. Но, согласитесь, возбудить уголовное дело — это еще не значит наказать. В определенных кругах бытует мнение, что вопрос с нарушением закона вполне можно «порешать» до суда. Да и в самом суде весьма реально получить за серьезное нарушение закона чисто символическое наказание.

Александр Бастрыкин: Мы стремимся делать все от нас зависящее, чтобы наши фигуранты не смогли уйти от настоящей расплаты. Вот сейчас в следственном управлении по Сибирскому федеральному округу завершается расследование уголовного дела в отношении бывшего губернатора Иркутской области. Он обвиняется в злоупотреблении своими полномочиями при внебиржевом размещении облигаций областного займа на сумму более 4 миллиардов рублей по завышенной ставке купонного дохода. Следствием установлено, что бывший иркутский губернатор действовал в интересах ОАО АКБ «Связь-Банк», где получил льготный кредит на сумму 750 тысяч евро под приобретение недвижимости во Франции. Именно в этом банке трудилась и супруга бывшего губернатора. В результате действиями чиновника причинен ущерб на сумму свыше 60 миллионов рублей.

В прошлом году иркутский губернатор оказался не единственным руководителем со «скелетом в шкафу». Огласите весь список, пожалуйста.

Александр Бастрыкин: Нами пресечена преступная деятельность бывшего губернатора Тульской области, заместителя губернатора Тюменской области, заместителя министра строительства и жилищно-коммунального комплекса Омской области, начальника Управления экономики и финансов Росприроднадзора, а также ряда иных высокопоставленных чиновников.

Следственные органы СКР по Сибирскому федеральному округу предъявили обвинение бывшему мэру города Братска Иркутской области. Мы его подозреваем в вымогательстве взятки в 15 миллионов рублей. А в Амурской области завершено расследование уголовного дела в отношении бывшего заместителя мэра Благовещенска. Его обвиняют в злоупотреблении должностными полномочиями, повлекшим тяжкие последствия. По нашим данным он мошенническим путем присвоил средства муниципального бюджета — пять с половиной миллионов рублей.

Скандал с закупками медоборудования десятки чиновников в регионах познакомил с Уголовным кодексом. Но конкретного числа коррумпированных столоначальников никто не называл. Так сколько же точно руководителей разного ранга вы оторвали от государственной кормушки?

Александр Бастрыкин: Сейчас в производстве у наших следователей более 130 уголовных дел, возбужденных в связи с нарушениями при закупке медицинского оборудования для государственных и муниципальных нужд. По ним в качестве обвиняемых привлечено 96 человек. И все руководители. Среди них только бывших и действующих министров здравоохранения 32 человека.

Народ хочет «героев» знать в лицо. Министры здравоохранения каких регионов проходят по вашим уголовным делам?

Александр Бастрыкин: Министры Калужской, Свердловской, Калининградской, Омской областей, республик Ингушетия, Карелия, Саха (Якутия). Теперь ниже рангом — заместители министров здравоохранения республик Мордовия, Чувашия, Ростовской и Рязанской областей, руководители департаментов здравоохранения Архангельской области и Ненецкого автономного округа, Курганской, Смоленской, Тамбовской областей, советник губернатора Тверской области и другие лица.

Расследование по медицинскому оборудованию стало единственным в своем роде?

Александр Бастрыкин: Нет. Выполняя поручение президента России о проверке эффективности расходования бюджетных средств, выделяемых на закупку оборудования, обеспечивающего безопасность людей на транспорте и объектах транспортной инфраструктуры, Следственным комитетом расследуется несколько коррупционных преступлений. Все по фактам оплаты не поставленной аппаратуры или поставок, но давно устаревшего оборудования.

Каким образом чиновники наживались на безопасности?

Александр Бастрыкин: Южным следственным управлением СКР на транспорте расследуется дело о невыполнении в полном объеме монтажных работ в морских портах городов Сочи, Новороссийска, Махачкалы и оплате не поставленного и устаревшего оборудования на гидроузлы «Азово-Донского государственного бассейнового управления водных путей и судоходства». В Московском межрегиональном следственном управлении на транспорте есть дело о незаконной деятельности акционерных обществ «Югавтоматика», «РЖД», «РЖДстрой» и других. Все они не обеспечили системой дистанционного контроля обстановки Северо-Кавказскую железную дорогу. Ущерб государству составил свыше 28 миллионов рублей.

Почти дежурный вопрос — о хищениях в сфере ЖКХ.

Александр Бастрыкин: Это еще одно из направлений нашей деятельности в борьбе с коррупционными преступлениями. Нами предотвращены масштабные хищения средств бюджета страны, направленных на модернизацию и развитие ЖКХ в Республике Коми, в Алтайском крае, в Архангельской, Амурской, Калининградской, Пензенской, Оренбургской областях и целом ряде других регионов страны.

В Пензенской области, например, пресечена деятельность организованной преступной группы из представителей районной администрации, ЖКХ, миграционной и паспортной служб. Все фигуранты не рядовые чиновники. Они на протяжении нескольких лет путем мошенничества незаконно приватизировали и совершали хищение муниципального жилья. Сейчас все участники группы осуждены к реальным срокам лишения свободы.

Можно ли подсчитать, сколько в последнее время разного ранга руководителей Следственный комитет допросил под протокол?

Александр Бастрыкин: Всего за 11 месяцев 2011 года уголовному преследованию было подвергнуто 734 лица, обладающих особым правовым статусом. В их числе 11 руководителей различных структурных подразделений МВД, один руководитель органов наркоконтроля, 235 депутатов органов местного самоуправления, 255 выборных глав муниципальных образований, пять судей, 14 членов избиркомов, 10 прокуроров.

Идеальных законов не бывает. Жизнь всякий раз оказывается куда разнообразнее, чем прописанные нормы. Поэтому законы постоянно приходится править. Сейчас больше всего говорят об экономических преступлениях.

Александр Бастрыкин: Еще в 2009 году в Следственном комитете при прокуратуре была разработана концепция модернизации мер уголовной политики противодействия преступлениям в сфере экономики. Она была направлена президенту Российской Федерации.

Чем интересна концепция?

Александр Бастрыкин: В документе в частности сказано, что одной из причин низкой эффективности борьбы с экономической преступностью является несовершенство действующего уголовного законодательства. В частности его архаичность, излишняя репрессивность некоторых положений, наличие пробелов и прочее.

Что конкретно имелось в виду?

Александр Бастрыкин: Остаются, говоря языком юристов, не криминализированными, то есть не подпадающими под наказание, опасные деяния в таких областях, как приватизация, защита инвесторов и потенциальных инвесторов, оборот инсайдерской информации (коммерческой информации для служебного пользования, влияющей на ценообразование продукта на рынке), корпоративное управление, антимонопольная политика, частная внешнеэкономическая деятельность с использованием компаний, зарегистрированных в регионах с низким уровнем «прозрачности» (офшорах).

Концепцию подготовили. А что дальше?

Александр Бастрыкин: Были сделаны серьезные шаги по совершенствованию законодательства. Так, вступил в силу Закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». Этим законом криминализированы действия, составляющие основу так называемых серых схем рейдерства.

Как происходят такие преступные захваты предприятий и фирм?

Александр Бастрыкин: Суть схем рейдерства сводится к приобретению небольшого количества голосующих акций или определенного размера доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. Все это делается для избрания или назначения подконтрольных лиц в органы управления общества или инициирования принятия незаконных решений. Пока этого закона не было, ответственность за подобные действия предусматривалась исключительно гражданским и административным законодательством.

Это все новшества?

Александр Бастрыкин: Нет. В Уголовный кодекс были внесены специальные нормы, прописывающие ответственность за умышленное искажение данных реестра владельцев именных ценных бумаг в системе депозитарного учета, а также в единых госреестрах, предусмотренных законодательством РФ. Именно это часто используется рейдерами для установления контроля над компанией или захвата ее имущества. Раньше из-за несовершенства уголовного законодательства лицам, совершающим подобные действия, удавалась избегать уголовной ответственности.

Если суммировать все последние изменения, то что отличает новые уголовные статьи?

Александр Бастрыкин: Составы новых преступлений сконструированы таким образом, что уголовная ответственность наступает уже на начальных стадиях рейдерского захвата, когда только создаются правовые условия для вывода активов из компании. Это очень важно. Ведь раньше было трудно или невозможно, даже убедившись, что совершено нарушение закона, вернуть украденную собственность хозяевам — ее быстро перепродавали и появлялся добросовестный приобретатель.

И есть реальный результат от работы появившихся законов?

Александр Бастрыкин: Благодаря новым антирейдерским статьям уголовного закона примерно за год на ранних стадиях удалось пресечь 87 рейдерских захватов. Хотя надо признать — еще далеко не все проблемы в этой области решены.

Что скрывается за последней фразой?

Александр Бастрыкин: В российской практике корпоративных конфликтов широко распространены различные схемы вывода из коммерческих организаций ликвидных активов. В результате ущемляются законные интересы миноритарных инвесторов или государства как собственника имущества. При реализации таких схем грубо нарушаются обязательные требования и процедуры одобрения крупной сделки или сделки, в совершении которой имеетс&#110

Министерство юстиции приступило к масштабной ревизии советских правовых актов, которые все еще остаются в силе. Старые нормы будут пересмотрены в соответствии с действующим законодательством.

Как сообщил «Российской газете» заместитель министра юстиции России Виктор Евтухов, по предварительным оценкам ведомства, сейчас действует порядка 45 тысяч правовых актов, принятых еще при советской власти.

Например, полковникам положены лишние 20 квадратных метров жилья, чтобы создать там кабинет. Такое право военачальникам предоставили ВЦИК и Совнарком еще в 1930 году. А на охотников распространяются Типовые правила охоты, утвержденные в 80-х годах прошлого века. По ним человека могут оштрафовать даже за простую прогулку по лесу с собакой. Ведь, согласно документу, охота — это не стрельба по зверям, а нахождение в лесу с чем-нибудь из джентльменского набора охотника. Допустим, с ружьем, капканами или собаками.

Конечно, советское — не значит плохое. Но все же времена изменились, нормы пора освежить. Среди действующих документов есть постановления, подписанные еще всесоюзным старостой Михаилом Калининым. По отзывам специалистов, эти бумаги составлены грамотно, иначе бы они не продержались так долго.

Быть может, — кто знает? — под некоторыми работающими актами стоят еще подписи Сталина или Берии? Ревизия только началась, не исключено, что правоведов ждет еще немало удивительных открытий.

За чтение советских грамот специалисты минюста взялись по поручению главы государства. Задача: проверить все документы, оставшиеся в наследство от Советского Союза. Устаревшие нормы надо списать в архив истории, актуальные — встроить (юристы говорят — инкорпорировать) в современное законодательство.

Допустим, мало кто знает, что полковники и генералы получают прибавку к жилью на основе постановления «О праве пользования дополнительной жилой площадью», принятого в 1930 году ВЦИКом и Советом народных комиссаров.

Согласно ему офицеры в чине от полковника, а также научные сотрудники, стоящие в очереди на жилье, сохраняют право на получение большей жилплощади либо в виде отдельной комнаты, либо дополнительной площади размером не менее 20 квадратных метров.

Еще этим правом могут пользоваться заслуженные артисты, члены Союза писателей, работники искусств. Правда, так сложилось, что полковникам сегодня квартиры дают чаще, чем ученым или писателям. Но само по себе замечательно, что постановление все еще живо, несмотря на реформы жилищного хозяйства.

А на получение квартиры вне очереди до сих пор могут претендовать и больные люди, список же заболеваний определялся долгое время циркуляром НКВД от 13 января 1928 года.

— Как известно, советские законы были направлены на защиту трудящихся, — говорит Виктор Евтухов. — Безусловно, в старых актах много здравого смысла. Думаю, такие законы, которые актуальны и применяются до сих пор, будет правильным последовательно инкорпорировать в действующее законодательство, чтобы оно соответствовало принципу простоты применения.

Также в очереди на пересмотр находится постановление Центрального исполнительного комитета СССР и Совета народных комиссаров СССР от 7 августа 1937 г. N 104/1341 «О введении в действие положения о переводном и простом векселе». Оно было подписано еще «всесоюзным старостой» Михаилом Калининым.

— Вся курьезность состоит в том, что до сих пор социалистический закон регулирует капиталистическую сферу деятельности, — поясняет Виктор Евтухов. — В некоторых частях документ, конечно, устарел, но применяется в той части, которая не противоречит современному законодательству.

Другой пример корреспондент «РГ» узнал в Верховном суде России. Как уже написано выше, пока остаются в силе Типовые правила охоты, утвержденные Главным управлением охотничьего хозяйства и заповедников при Совете министров РСФСР в 1988 году. Недавно документ пытался обжаловать гражданин, которого задержали в охотничьих угодьях с разобранным ружьем, лежавшим в чехле. Поскольку время для охоты было неурочное, человека наказали, ссылаясь на указанные правила.

Более того, корреспонденту «РГ» рассказали случай, когда и безоружных людей оштрафовали за прогулку с таксой в лесу. Встречный егерь решил, раз собака охотничья, значит, люди нарушители. Верховный суд признал Типовые правила законными: они не противоречат российскому законодательству. Но в ходе того процесса обсуждалась абстрактная норма, она в порядке. В конкретных же случаях надо разбираться отдельно. Однако правоведы полагают, что правила тоже можно обновить. Например, отредактировать некоторые формулировки, упомянуть, возможно, про разобранное ружье, уточнить насчет собак, чтобы мирные легавые не подводили хозяев под статью. И так далее. Специалисты минюста посмотрят в том числе и этот документ, и решат, что с ним делать.

— Нам предстоит поэтапная трудоемкая работа, которая потребует полной ревизии правовых актов СССР и РСФСР, проведение экспертизы на предмет продолжения их действия (полностью или в части) на территории Российской Федерации, а также определение в официальном порядке судьбы каждого из этих актов, — сказал Виктор Евтухов.

По его словам, мероприятия по инкорпорации осуществляются на основании ежегодного плана, который утвержден министерством с учетом предложений федеральных органов исполнительной власти и региональных органов государственной власти субъектов РФ. О результатах работы по инкорпорации необходимо будет ежегодно докладывать президенту страны.

— На сегодняшний день необходимо активно совершенствовать юридическую технику, устранять имеющиеся противоречия и дублирования, в том числе, за счет инкорпорации советской нормативно-правовой базы, — говорит Виктор Евтухов. — Все это в дальнейшем обеспечит стабильность и системность российского права. В результате чего законодательство, несмотря на своё многообразие, станет более доступным для граждан.

В ряде стран до сих пор действуют законы и 19 века. Но у нас своя история. По словам представителей минюста, в России за прошедший век мы фактически трижды в той или иной степени кардинально меняли законодательство, причем переписывали его нередко ценой жизней тысяч людей, ценой глобальных геополитических потерь. Так что сейчас речь должна идти об эволюции законодательства — его инкорпорации, кодификации, своевременном обновлении, но никак не о революционной ломке.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5680 (7)

Совет Федерации направил министру ВД РФ Рашиду Нургалиеву парламентский запрос по вопросу подписания и ратификации Факультативного протокола к Конвенции о правах ребенка, касающегося торговли детьми, детской проституции и детской порнографии и Конвенции Совета Европы о защите детей  от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений.

ПАРЛАМЕНТСКИЙ ЗАПРОС

Министру внутренних дел Российской Федерации Р.Г.Нургалиеву по вопросу о подписании и ратификации Российской Федерацией Факультативного протокола к Конвенции о правах ребенка, касающегося торговли детьми, детской проституции и детской порнографии, и Конвенции Совета Европы о защите детей  от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений

Уважаемый Рашид Гумарович!

2011 год был объявлен в Европе годом борьбы с педофилией. Безопасность детей и подростков, в том числе вопросы защиты их от вовлечения в сексуальную эксплуатацию, являются первоочередными для каждого государства.

Противостоять вовлечению детей в проституцию, изготовлению и распространению детской порнографии призваны Факультативный протокол к Конвенции о правах ребенка, касающийся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии, от 25 мая 2000 года (далее — Факультативный протокол) и Конвенция Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений от 25 октября 2007 года (далее — Конвенция Совета Европы).

Серьезную озабоченность вызывает тот факт, что Российская Федерации до сих пор не присоединилась к Факультативному протоколу и Конвенции Совета Европы. Поручение Президента Российской Федерации Д.А.Медведева от 15 июня 2009 года № Пр-1796 по вопросу реализации мер, необходимых для обеспечения готовности Российской Федерации к выполнению международных обязательств, предусмотренных Факультативным протоколом и Конвенцией Совета Европы, находится на контроле до 26 декабря 2011 года. Однако выполнение соответствующего плана действий Правительства Российской Федерации по реализации необходимых мер намечено на 2012 год.

Затягивание решения вопроса о присоединении Российской Федерации к Факультативному протоколу и Конвенции Совета Европы происходит на фоне страшной статистики. В 2010 году органами внутренних дел разыскивалось 19 734 несовершеннолетних, пропавших без вести, из них 5 219 человек — дети до 14 лет, совершено 9 524  преступления против половой неприкосновенности и половой свободы ребенка, в том числе 961 изнасилование, из них 384 преступления, потерпевшие по которым не достигли 14-летнего возраста. По сравнению с 2000 годом количество сайтов с детской порнографией выросло в 25 раз.
 
Преступления, связанные с вовлечением детей в проституцию, изготовлением и распространением детской порнографии, зачастую носят ярко выраженный трансграничный характер. Противостоять им призваны вышеупомянутые международные правовые акты.

Присоединение Российской Федерации к указанным международным договорам ускорит процесс принятия внутригосударственных мер обеспечения международных стандартов защиты несовершеннолетних от практики торговли детьми, детской проституции и детской порнографии, будет содействовать развитию правового сотрудничества между Россией и другими государствами в данной сфере, способствовать более результативной борьбе с этими  преступлениями.

Считаем необходимым принятие срочных мер, направленных на решение вопроса о скорейшем подписании и ратификации Российской Федерацией Факультативного протокола и Конвенции Совета Европы.

Просим Вас в письменном виде проинформировать Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации о принятых мерах по решению изложенного вопроса.

Совет Федерации
Федерального Собрания
Российской Федерации

Замглавы управления по расследованию особо важных дел против личности и общественной безопасности главного следственного управления СКР Анатолий Исканцев раскрыл подробности последних крупных терактов в России, в частности взрывов в аэропорту Домодедово и в московском метро.

По делу о теракте в Домодедово в международный розыск были объявлены его основные организаторы — Доку Умаров и Аслан Бютукаев. В Москве и Ингушетии арестовали молодых людей, оказавших помощь смертнику Магомеду Евлоеву, сообщил Исканцев в интервью газете «Коммерсантъ».

Еще двое обвиняемых по этому делу, в том числе проводивший разведку на месте взрыва в аэропорту Рустам Альтемиров, были убиты в Стамбуле неизвестным.

Представитель Следственного комитета отметил, что по прибытии в Москву М.Евлоев в течение трех дней жил на конспиративной квартире у своих сообщников, братьев Яндиевых, но даже им не раскрыл причину, по которой он намеревался подорвать себя в Домодедово. «Евлоев был нормальным 18-летним пацаном, пока не попал под влияние религиозных фанатиков и лидеров преступных групп. Причем на его поведении и образе жизни эта обработка никак не сказалась», — рассказал Исканцев.

Проживая в Москве, он «ел, пил, смотрел телевизор», а утром 24 января 2012г. «проснулся, побрился, помылся, надел под одежду бомбу и на такси поехал в аэропорт». Таксист отметил, что его пассажир вел себя адекватно. На входе в аэровокзал М.Евлоев обошел рамку металлоискателя и направился в зал прилета, однако взорвался не сразу.

Исканцев предположил, что террорист ориентировался на кого-то из пассажиров. «Скорее всего, его внимание привлек солидный, представительный мужчина — гражданин Болгарии, как потом выяснилось. Евлоев, если можно так сказать, зациклился на нем и взорвался», — пояснил замглавы управления СКР.

Что касается организатора взрывов в московском метро Магомедали Вагабова, то он сам и большая часть его банды была уничтожена в ходе спецопераций. По словам А.Исканцева, смертницы Марьям Шарипова и Джанет Абдуллаева совершили теракт не по принуждению, а самостоятельно. Шариповой — завучу школы, получившей два высших образования, в том числе психолога, — пришлось уговаривать свою подругу, которой еще не было 18 лет.

МК

Госдума уточнила правила получения образования в местах лишения свободы.

Российские законодатели настаивают на повышении уровня образования заключенных. В конце минувшей недели Госдума приняла в первом чтении пакет поправок в Уголовно-исполнительный кодекс РФ (УИК РФ) и закон об образовании — они призваны усовершенствовать работу профтехучилищ при колониях и расширить производственные мощности учебных цехов.

Обучение заключенных профессиональным навыкам теоретически должно обеспечить им возможность дополнительного заработка. Законопроект предполагает, что образовательные учреждения начального профессионального образования при колониях «вправе осуществлять приносящую доход деятельность, в том числе по реализации произведенной продукции, выполнение работ, оказание услуг». Кроме того, законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам организации начального профессионального образования и профессиональной подготовки лиц, отбывающих уголовные наказания в виде лишения свободы» предусматривает, что учебные цехи профтехучилищ в свободное от обучения и производственной практики время могут предоставляться колониям «для трудового воспитания осужденных».

Получение образования по-прежнему будет обязательным для основной массы осужденных и позволит им за время отбывания срока получить не только профессию, но и полноценный диплом, в котором не будет указываться принадлежность образовательного учреждения к системе исполнения наказаний. Но уклонение от занятий тяжелобольных заключенных и осужденных пенсионного возраста теперь не должно считаться нарушением режима. Новая редакция УИК, как говорится в пояснительной записке к законопроекту, сохраняет за ними право учиться, но устраняет «неоправданную обязательность получения начального профессионального образования». В Госдуме подсчитали, что более 29% обитателей колоний не должно привлекаться к обязательному профессиональному обучению.

Руководитель общественной наблюдательной комиссии за местами принудительной изоляции от общества в Москве (ОНК) Валерий Борщев приветствует стремление законодателей усилить и расширить производственную базу колоний. По его словам, сегодня только 30% осужденных обеспечено работой. Многие зэки «хотели бы работать и пополнить свои счета», заявил «МН» Борщев, подчеркнув, что сейчас они такой возможности не имеют. «И тюремная система, и заключенные заинтересованы в том, чтобы иметь возможность не только шить рукавицы, как Ходорковский, но и производить более серьезный продукт», — подчеркивает он.

Однако правозащитники опасаются, что под благовидным предлогом Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) «сведет все к закрытости и изоляции образовательного процесса». Поправки в УИК предполагают, что «установление правил внутреннего распорядка, подбор и расстановка кадров, формирование групп, обучающихся в образовательных учреждениях, созданных в уголовно-исполнительной системе, осуществляются с учетом режимных требований и правил внутреннего распорядка учреждений и подлежат согласованию с руководством учреждений». Распорядок работы вечерних школ за решеткой, по словам Валерия Борщева, и сейчас фактически определяется внутренними правилами колоний. «В этих поправках акцент сделан на том, чтобы профтехобразование полностью зависело от руководства колоний», — сетует руководитель столичной ОНК. По его словам, практика тюремной медицины показала, что «всякая изоляция общегуманитарных сфер в системе службы исполнения наказаний ведет к резкому снижению их уровня».

Заместитель председателя Центра содействия реформе уголовного правосудия Людмила Альперн также отметила, что педагоги в колониях сейчас гораздо более независимы, нежели, скажем, врачи. Правозащитница опасается, что учителя тоже могут стать аттестованными сотрудниками Федеральной службы исполнения наказаний и забудут о своем основном профессиональном долге. «Скажем, врачи ФСИН имеют военное звание и подчиняются начальнику колонии, они в первую очередь выполняют режим учреждения, а здоровье человека у них далеко не на первом месте, поэтому тюремная медицина такая плохая», — приводит параллели Людмила Альперн. Она считает, что соответствующим образом перемены отразятся и на сфере образования заключенных.

Юлия Хомченко, Московские новости