О главном

В России до 12 октября 2011г. будут ликвидированы последние 12 медицинских вытрезвителей, находящихся в структуре МВД. Как сообщил журналистам первый заместитель министра внутренних дел Александр Горовой, некоторые из них будут перепрофилированы в другие учреждения.

Отвечая на вопрос РБК о том, как дальше будет строиться работа полиции с нетрезвыми гражданами, замглавы МВД отметил, что пока этот вопрос окончательно не решен. В ближайшее время его планируется рассмотреть на заседании правительственной комиссии по профилактике правонарушений и внести выработанные предложения в правительство.

Пока же сотрудникам полиции приходится задерживать нарушающих общественный порядок подвыпивших граждан и привлекать их к административной ответственности. Что касается «крепко» пьяных, то полицейским приходится доставлять их в обычные ОВД и следить за ними, пока те не протрезвеют.

Первый российский вытрезвитель, носивший название «Приют для опьяневших», открылся в Туле 7 ноября 1902г. Это учреждение должно было «дать бесплатное помещение, уход и медицинскую помощь тем лицам, которые будут подбираемы чинами полиции или иным способом на улицах Тулы в тяжелом и бесчувственно пьяном виде и которые будут нуждаться в медицинской помощи».

В СССР первый вытрезвитель открылся 14 ноября 1931г. в доме 79 на ул.Марата в Ленинграде.

Согласно положению о вытрезвителях в редакции 1991г., пьяных с улиц подбирает наряд милиции, состоящий из двух милиционеров и водителя. При этом нарядам запрещено вмешиваться в семейные конфликты. В вытрезвители не доставляют депутатов, военнослужащих, сотрудников МВД, Героев Советского Союза или России, беременных женщин и инвалидов, а также иностранных дипломатов и подозреваемых в преступлении.

Доставленных в вытрезвитель граждан осматривает фельдшер, после чего составляется протокол. Затем пьяных помещают в палаты, женщин отдельно от мужчин. После того, как доставленный человек отрезвел, а его личность и место работы установлены, с него взимают штраф и выписывают.

РБК

Прозрачность источников благосостояния наших полицейских гарантировал новый приказ министра внутренних дел России Рашида Нургалиева.

В приказе перечислены все должности в системе МВД, обладатели которых обязаны декларировать свои доходы. Причем не только лично свои, но и членов своих семей.

Собственно, требования такой декларации существуют уже два года. Нынешний приказ министра значительно расширил перечень должностей.

Текст приказа «О внесении изменений в приказ N 680 «»О Перечне должностей в Министерстве внутренних дел Российской Федерации, при назначении на которые граждане и при замещении которых сотрудники органов внутренних дел, военнослужащие внутренних войск и федеральные государственные гражданские служащие обязаны представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей» опубликован на официальном сайте МВД.

Безусловно, смысл нового документа — противодействие коррупции в полиции. Разве неудивительно, когда не очень большой полицейский начальник раскатывает, скажем, на новеньком «Лексусе»? Откуда «дровишки»? И эти люди жалуются на маленькую зарплату? Чтобы положить конец этим кривотолкам и оздоровить ситуацию в коллективах, министр приказал детально проконтролировать доходы своих подчиненных.

Правда, два года назад требование декларировать доходы жен сотрудников вызвало определенное противодействие. Допустим, супруга полицейского — успешная бизнес-вумен. Именно на ее деньги был куплен пресловутый «Лексус», на котором ездит муж. И свои доходы она продекларировала, как положено, в налоговой инспекции. Зачем ей еще раз их декларировать? Это пусть муж выполняет приказы своего министра, а она на службе не состоит и у государства к ней претензий нет. В общем, были формальные проблемы, которые иногда грозили вылиться и в судебные разбирательства. Кстати, эти противоречия призван снять законопрект «О службе в органах внутренних дел», рассматриваемый в Госдуме. Новый закон, когда будет принят, обяжет декларировать свои доходы супругов сотрудников полиции. А приказ Рашида Нургалиева, по сути, — эффективный механизм исполнения этого закона.

Перечень должностей, кто должен отчитаться за каждую свою копейку, впечатляет. Наверное, в списке нет только рядовых сотрудников — постовых, патрульных, водителей. Зато тщательно перечислены все, у кого на погонах есть звезды любой величины — от генеральских до лейтенантских. Причем с больших начальников приказ и начинается — декларировать доходы обязаны руководители всех наименований аппаратов министра и заместители министра.

Затем идут начальники и заместители начальников структурных подразделений — главных управлений, департаментов, управлений министерства, Национального центрального бюро Интерпола МВД России, территориальных органов, окружных управлений материально-технического снабжения, баз и складов хранения, подразделений и прочих вспомогательных организаций.

Впрочем, самое главное для граждан, под жестким контролем оказались те сотрудники, с которыми люди чаще всего имеют дело. Это — следователи всех наименований, дознаватели, оперуполномоченные, юрисконсульты, эксперты, главные инспекторы и инспекторы, ревизоры, бухгалтеры и прочие. Особо оговорены наиболее опасные с точки зрения коррупции структуры — по борьбе с экономическими преступлениями и защиты биоресурсов.

Михаил Фалалеев, «Российская газета » — Федеральный выпуск №5591 (215)

Поправки в Гражданский кодекс усилят защиту собственности граждан. Будущий закон введет особые нормы, чтобы человек в нашей стране почувствовал себя хозяином с большой буквы.

Проект поправок в Гражданский кодекс радикально повышает защиту владельцев чего бы то ни было от произвола чиновников, козней милых соседей и различных несправедливостей.

Одна из революционных (и это не преувеличение) норм гласит, что власти должны возмещать человеку ущерб, даже нанесенный законными действиями.

Часто бывает, что никто не желал зла конкретному владельцу, просто его дом, гараж, машина или сад оказались в неудачное время в неудачном месте. Например, на пути будущей автотрассы или в зоне контртеррористической операции. Это самый простейший пример, когда дом превращается в руины и вроде бы никто не виноват.

Раньше бывали случаи, когда пострадавшего владельца отправляли за компенсацией даже к… террористам. Слов нет, они и есть главные виновники несчастья, однако как взыскать с них долг простому человеку?

В последнее время практика стала меняться, и в подобных случаях людям стали выплачивать компенсации из казны: иногда федеральной, иногда региональной.

Однако борьба с терроризмом — это особый случай. В повседневной же жизни гражданам зачастую приходится терпеть вредные последствия от столкновения с чиновниками.

Допустим, гражданина задержали для дополнительной проверки перед посадкой в самолет: что-то в человеке полиции показалось подозрительным.

Имеют право стражи порядка на это? Безусловно. Более того, миллионы авиапассажиров согласятся, что в таких случаях лучше перестраховаться, чем пустить на борт преступника. Однако человек в итоге оказался чист. Пока с ним разбирались, самолет улетел. Кто должен платить? Полиция действовала правомерно, так что «опоздавший» гражданин может оказаться наедине со своими проблемами.

При определенных обстоятельствах подобные правомерные действия могут приносить чиновникам неплохой доход. Допустим, при проверке междугороднего автобуса наряд полиции предлагает пройти на обочину одному из пассажиров — для проверки. Опять же, все вроде бы в рамках закона. Однако автобус ждать не будет, если проверка затянется. Человека, конечно, отпустят. Но он может оказаться один ночью на пустой дороге. Вроде бы все правы, а гражданин в беде. Так что многие предпочитают в таких случаях откупиться.

Если же предлагаемая поправка в Гражданский кодекс пройдет, чиновникам придется быть гораздо осмотрительней. Законные действия уже не будут оправданием их вредной работе. Хочешь не хочешь, а благо простого человека — это святое.

Кстати, в Гражданском кодексе и сегодня предусмотрено возмещение вреда от правомерных действий. Но сейчас под расплату могут попасть обычные люди или частные организации. Чиновники до сих пор были выше всего этого.

Кроме того, законопроект вводит дополнительные механизмы защиты имущества. В закон предлагается даже ввести отдельную главу: «Защита владения». Владение — это принципиально новое для нашего законодательство понятие. Как сказано в проекте, право на защиту своего владения имеет любой владелец — как законный, так и незаконный — независимо от того, принадлежит ли ему право на объект владения, включающее правомочие владения.

Владелец вправе требовать признания недействительным ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления, нарушающего его владение.

Если, допустим, власти решили провести через участок гражданина дорогу, а самого человека переселить, он может искать защиту в суде. Примерно такой порядок действует и сейчас. Но есть масса случаев, когда дома и земли выкупали по дешевке, а владельцы никак не могли защититься.

Сейчас в законопроекте сказано, что при определении выкупной цены в нее включается средняя за три года, предшествующие решению о выкупе, рыночная стоимость земельного участка и находящегося на нем недвижимого имущества. Известно, что после начала строительства цена участков падает, как по заказу застройщиков. Однако в перспективе такие ценовые фокусы не пройдут: оценщики должны будут смотреть, сколько земля стоила раньше.

Также в проекте четко говорится, что право собственности собственника земельного участка, изымаемого для государственных или муниципальных нужд, может быть прекращено только после уплаты ему выкупной цены.

Отдельной строкой в документе прописано, что могут и не могут делать соседи. Скажем, собственник земельного участка должен терпеть «воздействие исходящих с соседнего земельного участка газов, паров, запахов, дыма, копоти, тепла, шумов, вибрации и иное подобное воздействие, если оно не оказывает влияние на использование его земельного участка или оказывают на его использование такое влияние, которое не превышает установленных нормативов, разумных пределов исходя из природы и местоположения земельных участков или из обычая». Но если шум и гарь выходят за грань, с ними можно бороться.

Собственник земельного участка не вправе возводить такие здания или сооружения, которые — и это будет очевидно — начнут оказывать «недопустимое воздействие на соседний земельный участок». В общем, надо жить по-соседски, то есть по-доброму. Хороший хозяин должен свободно пропускать воду, поступающую естественным образом на участок с соседнего земельного участка, а также обязан не подсыпать землю на свой земельный участок, если это нарушает естественные стоки с соседнего земельного участка или препятствует им. Кстати, для многих дачников и жителей так называемого частного сектора это больная тема.

Споры соседей из-за метра земли, засыпанной канавы, излишне высокой стены могут перейти и в кровопролитие. А судебные процессы порой тянутся годами. «РГ» как-то писала про бабушку из маленького уральского городка, которая несколько лет не могла добиться, чтобы соседи отодвинули на метр забор, закрывший и засыпавший дренажную канаву. Из-за этого ее огород в мокрый сезон становился болотом. Закон был на ее стороне, однако ни суды, ни милиция, ни местная администрация — никто не мог ей помочь.

Законопроект запрещает возводить на своем земельном участке здания и сооружения, осуществлять посадки таким образом, что это может ухудшить состояние соседнего участка или посадок на нем. Зато собственник земельного участка имеет право собирать плоды, упавшие на его землю с дерева или куста, расположенного на соседнем участке. Можно срезать корни дерева или куста, проникшие с соседнего участка. А самое главное: хозяин вправе требовать от собственника соседнего участка, чтобы он не изменял притока света на земельный участок и не сужал открывающегося с него вида, если это выходит за разумные пределы.

Еще можно требовать от собственника соседнего участка «участвовать в строительстве или в разумных расходах на строительство общей стены (забора, изгороди) между земельными участками или в установлении иной разделительной линии между земельными участками (межевых знаков на общих границах), а также в разумных расходах по эксплуатации таких объектов».

— Задача состоит в том, чтобы повысить эффективность гражданского законодательства, — так прокомментировал предлагаемые изменения в законе советник президента России Вениамин Яковлев. — Для этого надо, во-первых, реализовать накопленный опыт применения Гражданского кодекса. Теперь мы можем более профессионально использовать собственные наработки на основе судейской практики и, кроме того, использовать зарубежный опыт.

что предлагается

1. Государство будет возмещать ущерб, нанесенный собственности гражданина даже правомерными действиями властей.

2. Владелец вправе требовать признания недействительным ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления, нарушающего его владение.

3. При определении выкупной цены в нее включается средняя за три года, предшествующие решению о выкупе, рыночная стоимость участка.

4. Хозяин вправе требовать от собственника соседнего участка, чтобы он не изменял притока света на земельный участок.

Владислав Куликов, «Российская газета » — Федеральный выпуск №5591 (215)

Во вторник, 27 сентября исполняется 21 год с того дня, когда Россия присоединилась к Интерполу. За прошедшее время наша страна стала одним из самых активных участников этой авторитетной международной организации. О международных программах, в которых участвует российское бюро Интерпола, розыске обвиняемых в совершении преступлений, успешных операциях по возврату культурных ценностей «Интерфаксу» рассказал статс-секретарь – заместитель министра внутренних дел Сергей Булавин.

— НЦБ Интерпола сегодня и 21 год назад: какие изменения произошли в Российском бюро за эти годы?

— Наша страна вступила в Международную организацию уголовной полиции — Интерпол в 1990 году, на 59-й сессии Генеральной Ассамблеи Интерпола, которая состоялась в Оттаве. Российскую делегацию на данном мероприятии возглавлял Министр внутренних дел СССР. В октябре того же года в структуре МВД приказом Министра внутренних дел было создано Национальное центральное бюро Интерпола.

С первых дней своего существования НЦБ Интерпола в полном объеме выполняло возложенные на него задачи по обмену информацией и исполнению запросов иностранных и отечественных правоохранительных органов. За 21 год Российское бюро Интерпола, совершенствуясь организационно, структурно и технически, стало площадкой и эффективным инструментом, позволяющим правоохранительным органам осуществлять оперативный обмен информацией в круглосуточном режиме с использованием обширных информационных ресурсов, основанных на инновационных технологиях.

В ходе реформирования органов внутренних дел задачи НЦБ Интерпола нашли свое отражение в Федеральном законе «О полиции», повысился организационно-правовой статус Бюро, оно вошло в состав центрального аппарата Министерства. С учетом значительного объема обрабатываемого материала (около 120 тыс. документов в год), штатная численность Бюро была увеличена с 99 до 104 единиц.

Сегодня Национальное центральное бюро Интерпола выполняет международные и межведомственные функции. Это структура Министерства внутренних дел, входящая в состав полиции, но при этом работающая в интересах всей правоохранительной системы РФ.

— Каковы перспективы дальнейшего развития Бюро?

– На сегодняшний день Российское бюро Интерпола является одним из наиболее активных пользователей информационных ресурсов. В перспективе планируется ещё более активно использовать различные базы данных Организации. Этому способствует и стратегия Генерального секретариата в области информационного обеспечения правоохранительных органов стран-членов Интерпола. Ее основной целью, как известно, является приближение информации к её пользователям, поскольку, в конечном счёте, речь идёт об укреплении внутренней безопасности России и безопасности наших граждан.

По различным направлениям борьбы с международной преступностью Организация создает актуальные проекты, которые являются своевременными и востребованными.

Особый интерес в этой связи представляют проекты и инициативы Организации в сфере борьбы с терроризмом, транснациональной организованной преступностью, торговлей людьми, сексуальной эксплуатацией детей, наркотрафиком, финансовыми преступлениями и другими современными вызовами и угрозами. Заслуживают внимания усилия Интерпола в сфере противодействия коррупции, ставшей серьезным вызовом современному обществу.

Продолжает набирать обороты сотрудничество с Европолом. Приоритетной задачей Российского национального контактного пункта в текущем году является третий этап переговорного процесса с Европолом по заключению соглашения о стратегическом и оперативном сотрудничестве.

Уверен, что после его подписания нам удастся перейти на качественно новый уровень взаимодействия с европейскими партнерами.

— Как Вы оцениваете статус российского бюро в международной системе Интерпола?

– В соответствии с уставом Интерпола Бюро является неотъемлемой частью Организации, которое функционирует в системе МВД России, при этом обеспечивая взаимодействие и иных российских правоохранительных органов с зарубежными коллегами и Генеральным секретариатом Интерпола.

НЦБ наделено полномочиями по осуществлению прямых контактов с аналогичными бюро стран-членов Интерпола, что существенно повышает оперативность взаимодействия российских и зарубежных правоохранительных органов.

Об авторитете российского Бюро свидетельствует факт избрания Санкт-Петербурга в качестве места проведения 77-й сессии Генеральной Ассамблеи Интерпола в октябре 2008 года. Программа и организация проведения данного форума на самом высоком уровне вызвали положительную реакцию международного полицейского сообщества и позитивно отразились на международном авторитете Российской Федерации в целом.

В работе сессии, кроме руководителей всех российских правоохранительных ведомств, принял участие и премьер-министр РФ Владимир Путин.

В целом, Национальное центральное бюро Интерпола — достаточно уникальное подразделение. Международная составляющая в работе Бюро находится в плоскости решения оперативных задач и заключается, прежде всего, в сопровождении конкретных уголовных дел, дел оперативного учета и проверочных материалов, находящихся в производстве органов внутренних дел, безопасности, следствия и других правоохранительных органов.

– С правоохранительными органами каких стран наиболее интенсивно взаимодействует Российское бюро?

– Нами осуществляется взаимодействие по каналам Интерпола со всеми 187 странами-членами Организации. Наиболее активно в формате Интерпола мы сотрудничаем с правоохранительными органами Германии, США, Украины, Литвы, Польши, Беларуси и Азербайджана.

– Как отбираются сотрудники для службы в НЦБ Интерпола? Какую подготовку они проходят?

– Отбору сотрудников для службы в Бюро уделяется особое внимание. К кандидатам предъявляется ряд достаточно серьезных требований, среди которых: обязательное высшее образование, как правило, юридическое или техническое — в зависимости от профиля деятельности, знание специфики международного права, уверенное владение хотя бы одним из рабочих языков Интерпола: английским, французским, испанским или арабским. К сожалению, сегодняшние выпускники высших учебных заведений далеко не в полной мере отвечают этим требованиям. Требуется порядка пяти лет практической деятельности, чтобы подготовить полноценного «интерполовца». Такая подготовка проходит достаточно интенсивно, и далеко не все ее выдерживают.

Кроме того, МВД России и Генеральный секретариат Интерпола регулярно проводят курсы повышения квалификации сотрудников НЦБ как во Всероссийском институте повышения квалификации сотрудников МВД России в Москве, так и на базе штаб-квартиры Организации в Лионе.

– Насколько оперативно работает российское Бюро с поступающими в его адрес запросами?

В июне 2003 года российское Бюро одно из первых подключилось к информационно-коммуникационной системе Интерпола, работающей 24 часа в сутки и семь дней в неделю, что позволяет осуществлять быстрый обмен оперативной информацией между подразделениями НЦБ. Сегодня практически в каждом бюро существуют дежурные службы, работающие круглосуточно.

В течение суток в Бюро поступает до 300 различных документов как из-за рубежа, так и от подразделений российских правоохранительных органов. Ежегодно обрабатывается свыше 100 тысяч сообщений. Всего же с начала 2011 года в общей сложности обработано более 48 тысяч сообщений. За этими цифрами кроется ежедневная напряженная работа сотрудников Бюро.

– Каким образом организована работа НЦБ Интерпола по розыску подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений?

– За все время существования российского Бюро широкое использование возможностей Интерпола позволило задержать за рубежом и экстрадировать или депортировать в Россию более 550 разыскиваемых лиц. За этот же период из России за рубеж было выдано около 270 разыскиваемых преступников. Установлено 210 пропавших без вести и утративших связь с родственниками. Выдачи и депортации осуществлялись из 63 стран.

С начала 2011 года в других странах было установлено 87 разыскиваемых российской стороной, задержано — 60, выдано или депортировано — 43 человек.

В настоящее время правоохранительными органами нашей страны по каналам Интерпола разыскивается 1638 обвиняемых и осужденных и 169 пропавших без вести. На основании запросов российского Бюро Генсекретариатом Интерпола на данный момент издано и действует 519 уведомлений с целью ареста и экстрадиции и 52 уведомления о розыске пропавших без вести. Только в этом году Россия объявила в международный розыск 223 человека.

Хотелось бы отметить, что наиболее активное взаимодействие в вопросах розыска лиц установлено с правоохранительными органами Германии, Испании, Польши. Среди стран, из которых осуществлялись выдачи, можно назвать: Монако, Венесуэлу, Доминиканскую Республику, Ямайку, Ирак, Йемен, Эквадор, Китай.

В этом году впервые состоялись выдачи из Марокко, Норвегии, Сьерра-Леоне, Канады, Таиланда.

– Сергей Петрович, как ведется розыск пропавших без вести?

– Это очень сложная и кропотливая работа, к которой наши сотрудники подходят с особой ответственностью, ведь за каждым случаем безвестного исчезновения гражданина порой кроется чья-то трагедия, боль и переживания близких.

Скажу только, что более чем за два десятилетия работы российским Бюро с использованием каналов Интерпола за рубежом установлено свыше 200 человек, пропавших без вести.

– В июне 2002 года в Генеральном секретариате Интерпола начались работы по созданию международной базы данных, содержащей сведения о похищенных и утраченных документах, удостоверяющих личность. Наша страна участвует в этом проекте?

– К реализации этого проекта Россия активно подключилась в августе 2004 года. Незадолго до этого, в мае 2004 года, в США прошло совещание министров внутренних дел стран «восьмёрки», на котором было принято решение об использовании международной базы данных в борьбе с международным терроризмом. На 73-й сессии Генеральной Ассамблеи Интерпола, прошедшей в октябре того же года в Мексике, был утвержден план по созданию технологий, обеспечивающих доступ максимального числа пользователей к указанной базе.

В настоящее время количество документов, помещенных в базу данных по информации из более чем 150 стран, приблизилось к 25 млн.

На основании информации, полученной из ФМС России, Бюро поставлено на учёт в базу данных Генерального секретариата Интерпола более 90 тысяч похищенных и утраченных российских загранпаспортов.

– Как обстоят дела с возвратом культурных ценностей, похищенных и вывезенных из России?

– Если говорить о конкретных итогах, то можно без преувеличения сказать, что российское Бюро Интерпола внесло значительный вклад в борьбу с хищениями и незаконным оборотом предметов, представляющих культурную, историческую или научную ценность.

Например, в прошлом году в Россию возвращено 26 документов, среди которых указы Николая I, Александра I, Н&#1080

Наталья Радулова — о том, что в обществе, где некому защитить детей, люди берутся за их защиту сами.

«Привет, это телекомпания «Дури.нет». Мы находимся в городе Воронеже на охоте» — такими словами начинается очередной видеоролик группы инициативных граждан, которые вылавливают в интернете любителей встреч с маленькими мальчиками-девочками

Диктор в кадре — крепкий мужчина, у которого вместо лица смонтирована рожица Микки-Мауса: «Сегодня в наши сети попался очень интересный персонаж. Смотрим». Далее на экране появляется традиционный текст-предупреждение от авторов: «Что мы делаем? Мы создаем в интернете анкету 11-летнего мальчика, и когда нам поступает предложение встретиться для секса, мы приходим, чтобы разочаровать педофила и немного с ним побеседовать». Такая вот ловля на живца.

«Я больше не буду»

Активный костяк этой группы — трое парней и девушка. Есть и те, кто помогает им монтировать видеоролики, вести административную работу на сайте. Всем им от 25 до 32 лет, живут в Москве, кто-то занимается бизнесом, есть менеджер, дальнобойщик. В разные города они ездят «к друзьям по спорту» — все в прошлом спортсмены. Заодно выискивают в этих городах тех, кто испытывает сексуальное влечение к детям: «Для нас это своего рода экстремальный туризм». Но сначала в Сети должна поработать Юля, подруга одного из охотников. Она создает анкеты якобы от имени детей, общается с теми, кто этими анкетами интересуется. «Наше правило — несколько раз написать возраст ребенка, обычно 10-13 лет, чтобы у собеседника не было никаких сомнений,— говорит Юля.— И еще обязательно переспрашиваем, не смущает ли его этот возраст. Если никакого смущения нет, а, напротив, идет явное развращение со стороны этого взрослого, если он начинает разговоры о сексе, то я пишу что-то типа «Дядя, меня не интересует секс» и демонстрирую, что совершенно не понимаю, что он от меня хочет. Если и после этого человек не успокаивается, а настаивает на реальном общении и в подробностях описывает, что он с этим ребенком собирается сделать, то мы договариваемся с ним о встрече».

На встречу охотники приходят с видеокамерой. Их задача — чтобы тот, кого они ждут, прямо или косвенно подтвердил, что он переписывался с ребенком, предлагал ему развратные действия и условился с ним о свидании на этом месте в этот час. На встречу приносят также распечатки всей переписки — с фотографиями данного мужчины, со всеми его фразами: «Твое? Ты писал? Ты предлагал?» Мужчина обычно принимает охотников за полицейских, поэтому сразу сникает: «Я писал. И фотография моя. Да, я предлагал ему анальный секс. Да, я знал, что ему 10 лет». Дальнейшее зависит от характера. Кто-то начинает плакать, кто-то пытается откупиться, а кто-то угрожает.

Герой одного из видеороликов, которого назвали Разведчик, заупрямился, когда ему предъявили его фотографию из интернета: «Это не я!» А потом, подумав, заявил: «Между прочим, я знал, что меня тут будут ждать. Я специально и пришел проверить, как работают наши органы… Я Владимир, работаю на местной птицефабрике. Я ждал вас. Если честно, ребята, я все так и предвидел!»

«Я не педофил, я нормальной ориентации,— причитает еще одна звезда телеканала.— У меня квартиры нету, у меня, по сути, ничего нету… Ну, оступился, бывает, один раз. Ну, один раз человек может оступиться, правда?» Ему пытаются объяснить: то, что он собирался сделать с малолетней девочкой, нельзя назвать словом «оступился». Тогда мужчина начинает уже подвывать: «Не буду я больше-е-е-е». Охотники отпускают его: «Профилактика это была. Еще раз — и держись». С воплями: «Понял! Понял!» герой ретируется с места встречи.

Еще один персонаж в интернете просил у 11-летней девочки «голых фоток»: «Тело заценю». Получив отказ, предложил 2 тысячи рублей, чтобы увидеть все в реале. Этими деньгами он потом и пытался откупиться: «Я просто хотел с ней увидеться, я не хотел с ней секса. Мне зачем какие-то эти… Правда, ребят. Ну давайте нормально поговорим, давайте сотрем запись, я денег дам». И когда охотники уже оставили его в покое, он их в покое оставлять не захотел — шел за ними еще несколько кварталов: «Ребят, ну давайте договоримся. Я ж все это потом где-то увижу, я ж знаю. Потом шантажировать меня будете, да?»

Даниил Шаманов, единственный из группы «Дури.нет», кто не скрывает своего имени, говорит, что деньги им предлагают очень часто. «Но мы это делаем не ради собственной выгоды. Есть даже наши зрители, которые предлагают нам материальную помощь — на поездки, на сбор улик. Но у нас все есть, мы неплохо сами зарабатываем, справляемся». Лица своего Даниил тем не менее тоже не показывает — во всех видеороликах его закрывает черный квадрат или мордочка панды. «Мы не хотим, чтобы люди знали, кто мы такие. Не хотим, чтобы кто-то мог потом сказать: «Да вы просто пиаритесь на этом». Поэтому и не связываем себя ни с политическими партиями, ни с общественными организациями. У нас нет никаких счетов, нет громких лозунгов. Мы просто хотим что-то делать для того, чтобы общество стало чище — вылавливаем педофилов, собираем на них доказательства и все это выносим на общественное порицание. Пусть люди знают, кто с ними рядом живет. У меня сын растет, вот я и делаю все это ради него».

На свидание — с конфетами

Лиза, жена Даниила, следит за откликами зрителей на сайте. Это началось с самого первого видеоролика, который они сняли год назад. Тогда они обливали несмывающейся краской продавцов наркотиков — от передозировки погиб товарищ ребят, и они решили таким образом отомстить тем, кто снабжал его отравой. Видео снимали для себя, выложили в Сеть почти случайно. Но когда ощутили горячую поддержку, решили продолжать, создав видеоканал «Дури.нет». А позже, когда-то кто-то предложил им бороться с педофилами, взялись и за это тоже. «Большая часть зрителей нас поддерживает,— говорит Лиза.— Хотя находятся и те, кто считает, что мы ломаем людям судьбы, когда показываем их лица и обвиняем без суда и следствия».

Так произошло с сетевым развратником, которого назвали Бородач. Когда охотники начали с ним беседу, он сразу стал оправдываться: «Я просто хотел объяснить этой девочке, что не надо заниматься тем, что я ей предложил по переписке». А потом совсем расстроился: «Ладно, уберите камеру. Я понял, что я попал, но у меня и денег таких нет…» Этого человека быстро опознали — он оказался преподавателем одного из областных вузов. Причем совсем недавно он женился, и новоиспеченная супруга, увидев видеоролик, подала на развод. Все коллеги и студенты Бородача тоже посмотрели ролик; пытаясь скрыться от позора, преподаватель уволился, уехал в Краснодар, но и там его узнали.

«Да, мы ломаем педофилам жизни,— не возражает Даниил.— Пока они не успели сломать их еще каким-нибудь детям. И плевать мне на доказательную базу, презумпцию невиновности. Мы пытались обращаться в полицию. Но там нам дали понять, что все наши материалы не помогут доказать вину преступников. Как обычно: сначала пусть изнасилует ребенка, потом приходите. Я не виню правоохранительные органы, у них действительно связаны руки, тут надо законодательство менять. Поэтому мы делаем все сами. Лично мне достаточно доказательств, когда я вижу, как очередной дядька рассказывает, что он сделает с мальчиком или девочкой, а потом приходит на свидание с конфетами. Мне этого достаточно, и я буду их вылавливать, показывать их лица, номера их машин, их паспорта. Пусть боятся. Пусть знают, что есть люди, которым не все равно, что они творят. А то привыкли, что все у них шито-крыто».

Кибердружина

Всего несколько месяцев охотники, как они говорят, работают «по педофилам», а у них уже появились последователи по всей России. «Нам фактически присылают резюме,— смеется Даниил.— Вот сегодня один написал: «Мне 25 лет, мастер спорта по боксу, рост 190, вес 100, владею английским языком, готов участвовать в ваших рейдах». Мы обычно отвечаем: друзья, у нас группа уже сформирована, давайте сами, технология вам известна».

И люди действительно начинают действовать самостоятельно. В Ярославле действует «Группа АПФ» — антипедофил. «Что ты там писал девочке? — выясняют активисты у очередного «клиента» лет 50 с обручальным кольцом.— Ноги ей собирался раздвигать?» Клиент, как видно в ролике, не теряется, звонит в полицию: «Але! Подъедьте к детскому центру, тут пристают ко мне!» Тем не менее видео с ним все же выложили в интернет, и жители Ярославля уже опознали в нем одного из активистов политической партии.

В Санкт-Петербурге существует сообщество «Родконтроль» — это группа инициативных родителей, которые патрулируют интернет-пространство. «Без лиц, имен, фамилий, символики, лозунгов. Просто неравнодушные люди, готовые бороться за здоровое общество, общество без грязи»— так они представляют себя на главной странице своего сайта. Владимир — один из волонтеров. На детские странички, которые он создает, заходят сотни мужчин. За неделю ему удается вычислить около дюжины тех, кто открыто озвучивает свои намерения в отношении детей, высылает свои фото в голом виде и договаривается о встрече. Видео всех этих встреч тоже можно посмотреть на специальном сайте «Родконтроля». Некоторые любители малолетних детей умудряются попасть в базу дважды, как, например, мужчина, которому дали прозвище Игорь-больше-не-буду. Он сначала, как и все, просил прощения, а потом снова попался.

Подобные рецидивы вызывают еще больший гнев у зрителей подобных видеоканалов: «Педофилы не исправляются, им до лампочки все ваши нравоучения». Кто-то предлагает передавать все собранные материалы в полицию, а кто-то предлагает жестоко избивать тех, кто приходит на свидания с детьми, все равно, мол, к уголовной ответственности их не привлечешь. Владимир силовые методы не признает — это принцип всех кибердружинников. С полицией он тоже пытался сотрудничать, но материалы, которые собирает «Родконтроль», в общем-то считаются безобидным. «Уголовная статья у нас есть только за растление, за совершение развратных действий с детьми,— говорит Владимир.— А сетевые шалости не подпадают под Уголовный кодекс Российской Федерации. Поэтому в интернете педофилы себя безнаказанными чувствуют». Так что Владимир, как и его московские соратники, просто проводит с сетевыми растлителями профилактические беседы.

В Тамбове действует группа «Стоп, ублюдки», ее лидер, который называет себя Джиглипуфф и который тоже скрывает лицо, говорит, что охота началась летом. «Мы решили с корешем узнать — есть у нас педофилы в Тамбовской области или нет. Оказалось, что есть». Друзья действуют по уже известной же схеме — создают в интернете страничку ребенка и ждут гостей. «Очень многие начинают потом оправдываться: «Я просто пошутил!» Вот интересно — зачем же ты приперся на встречу к 10-летнему ребенку, шутник?» Тамбовские развратники тоже часто пытаются откупиться, думают, что перед ними шантажисты. Но с деньгами у многих не очень хорошо, поэтому они предлагают взять кредит: «Подождите пару дней, ребята». Отдельная группа — женатики. «Вот жена с таким живет и не знает, кто он такой на самом деле,— говорит Джиглипуфф,— а может, он уже со своим сыном дома развлекается? Так пусть она узнает». Довольно часто попадаются тихие, вежливые мужчины, которые живут с мамами. «Мы им сразу предлагаем проехать домой, поговорить с мамой. Вот этого они очень-очень боятся, не знаю почему». Как п&#108

В центрах реабилитации, где прячут жен от мужей-агрессоров, очередь.

Семья, призванная дарить ее членам тепло, становится местом психологического давления и даже рукоприкладства. Статистика последних лет показывает: количество женщин, ищущих защиты в специальных приютах, растет, а сами эти центры не могут вместить всех жен, спасающихся от домашнего террора.

Пример: Дмитровский центр помощи семье и детям, где недавно открылось специальное отделение для женщин, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. Оно переполнено: сейчас там на 10 мест приходится 12 пациенток, остальные жертвы домашнего насилия стоят в очереди за безопасностью.

— Попробуйте, очень вкусные, это пекут наши жительницы, — рассказывает директор Дмитровского центра социальной помощи семье и детям Надежда Смирнова. — Стараемся, чтобы женщины чувствовали себя как дома. У нас и пироги, и блины, и печенье всегда на столе. Женщины готовят здесь то, что не могли в домашних нечеловеческих условиях.

С питанием помогает церковь. Нервы успокаивает психолог и фитотерапевт, а следы от побоев залечивают в медицинском кабинете. Обычно реабилитация проходит два месяца, при необходимости женщинам, попавшим в беду, продляют этот срок. Однако пострадавших выводят только из легкой депрессии, если заболевание приобретает затяжной характер, переводят в медицинские учреждения.

Переполненность отделения стала проблемой. Оно и понятно: центр работает на всю область, а иногда пригревает москвичек и жительниц других областей. Да и специализация отделения слишком узкая.

— Когда женщины рассказывают об издевательствах дома, очень хочется им помочь, — с грустью в голосе говорит Надежда Смирнова. — Я повидала такое, что публично рассказать невозможно. Впрочем, у нас неплохие результаты — в 70 процентах семей улучшаются отношения. Я считаю, ради этого стоит жить и работать.

Один раз в кризисное отделение постучалась женщина в одном халате и резиновых сланцах. А на дворе минус сорок. Она убежала от мужа, который каждый день ее избивал. Дома остался ребенок.

— В таких случаях мы едем, забираем детей, — продолжает директор. — По идее такой работой полиция должна заниматься.

Женщин, которые были подвержены физическому насилию, приводят в порядок в самом центре, с сексуальным насилием психологам работать сложнее, их направляют в Москву в центр «Озон». Есть еще одна редкая, но страшная категория домашних жертв:

— Сейчас у нас лежит пациентка, над которой жестоко издевается дочь, — комментирует Надежда Александровна. — Живут они далеко не бедно, но мать в доме в грош не ставят. Бесспорно, мы работаем сразу с обеими сторонами.

Кстати, семьи, с виду очень благополучные и обеспеченные, нередко находятся в поле зрения сотрудников приюта. Даже жены высокопоставленных мужей, «птицы в золотой клетке», часто испытывают унижения и оскорбления.

— Как-то одна такая женщина связалась с нами по электронному адресу: «Ради Бога, помогите!» Долго мы с ней переписывались и в конце концов поместили сюда, — вспоминает Надежда Смирнова. — К слову, эта история могла дорого стоить центру. Нам угрожали: мол, закроем вас, зачем лезете в чужую семью… А закончилось все тем, что несчастная ушла в монастырь. Каждый находит свой путь.

В центре побывала даже семья одного из дмитровских священников. Сначала к специалистам обратился социальный педагог, дескать, видел, что ребенок батюшки пришел в школу с переломом руки. Люди поговаривали — воспитание в семье очень жесткое: мобильные не брать, в компьютер не входить, да и помимо прочего священнослужитель не чурался рукоприкладства. Верить в эти слухи не хотелось, но однажды в центр за помощью обратилась сама матушка.

— Мы сразу связались с благочинным всего округа, а поскольку батюшка этот служил у нас в городе, мы детально разобрались в ситуации и виновника лишили чина и сана, он был выдворен из района, — комментирует случившееся Надежда Смирнова.

К сожалению, знакомы социальные работники с ситуациями, когда женщину приходилось спасать от смерти. Двадцатишестилетняя Кристина поступила в центр из хирургического отделения, у нее было ножевое ранение. Сожитель мог просто убить девушку. У Кристины был еще и двухлетний ребенок. Девочку отделение приняло на реабилитацию вместе с матерью. Когда явился сожитель девушки и угрожал взорвать здание, пришлось вызвать наряд полиции с автоматами. В таких ситуациях сотрудникам приходится пользоваться тревожной кнопкой, для защиты от дебоширов на первом этаже здания стоят решетки на окнах.

Женщины иногда оказываются просто в замкнутом круге: идти, как им кажется, некуда, а в ближайшем будущем — роды. Ни пеленки, ни распашонки. И любимый не хочет «твоего ребенка».

— Люд, как ты сейчас себя чувствуешь? — спрашиваю маленькую худенькую тридцатипятилетнюю женщину, забившуюся в угол комнаты.

Ее заботливо опекают в центре, обещают поговорить с отцом малыша: человек он неплохой, бывший военный, но с Людмилой не расписан. И, как видно, отцовства в ближайшем будущем не планировал.

Она отвечает со слезами:

— Уже получше, но что делать, не знаю, меня ведь здесь всю жизнь держать не будут, понимаете? Если у меня с отцом ребенка ничего не получится, придется идти к первому мужу-алкоголику, опять весь этот «страшный суд» увижу…

В растерянности выхожу из отделения, вспоминаю лица этих женщин и осознаю: некоторые из них не хотят рвать тот замкнутый круг, куда попали. Они готовы простить и побои, и моральное унижение. И как же тогда помочь жертвам такой странной любви?

— Дело в том, что для агрессора становится неприятным сюрпризом, когда жертва находит свой приют, и когда мы выступаем ее защитниками, — анализирует Надежда Смирнова истории своих подопечных. — Он же думает, что все сойдет ему с рук, все простится. В конце концов, когда женщины не выдерживают и поступают к нам, ситуация меняется, муженек уже побаивается огласки, его семья у нас на контроле. И даже, когда мы выписываем пациентку, у нее есть план дальнейшей жизни. Но самое главное, «перевернуть» в голове у самой жертвы, что ее жизнь — ненормальная. Ведь жены становятся жертвами эмоционально и поведенчески. Они становятся созависимыми от агрессора. Нужно суметь справиться с зависимостью и развязать этот «садомаза»-клубок.

Досье «РГ»

В 2009 году Дмитровский центр принял 16 пациенток, в 2010 году — 28, а в 2011 году помощь оказали 22 жертвам насилия в семье.

Елена Кухтенкова, «Российская газета » — Федеральный выпуск №5589 (213)

Служба в органах внутренних дел наконец признается государственной и к тому же федеральной.

Как этот статус изменит тех, кто несет эту службу «дни и ночи», мы узнаем, когда нормы законопроекта, внесенного президентом и принятого вчера Госдумой в первом чтении, начнут реализовываться. А пока вместе с депутатом от ЛДПР Сергеем Ивановым нам остается только помечтать, что государственные люди в погонах, призванные стоять на страже закона, охранять порядок и нас с вами, будут похожи на героев старых советских фильмов. «И к российскому полицейскому будут обращаться за помощью и поддержкой, а не придумывать ему всякие обидные прозвища».

Замминистра, статс-секретарь МВД России Сергей Булавин, представивший на пленарном заседании законопроект «О службе в органах внутренних дел РФ» думцам, не сомневается, что с принятием этого документа появится «прочная нормативная база для того, чтобы создать полноценный правоохранительный орган, который сможет ответить всем современным вызовам преступности и защитить наших граждан от преступных посягательств».

В тексте детально расписаны правоотношения, связанные с поступлением на службу и ее прохождением. Служба в ОВД становится контрактной. Устанавливается конкретный перечень оснований для расторжения контракта. Регулируются и вопросы, связанные с прохождением службы в особых условиях — при военном, чрезвычайном положении, проведении контртеррористической операции, во время вооруженных конфликтов.

В законопроекте определены принципы службы в органах внутренних дел, которые, как отметил Булавин, «свойственны только нашим как бы силовым ведомствам». Это единоначалие и субординация, профотбор при равном доступе и равных возможностях продвижения по служебной лестнице, независимых ни от расы, ни от вероисповедания, ни от политических убеждений. Максимально конкретно урегулированы вопросы служебной дисциплины. Будущий закон «даст возможность на законном основании избавиться от тех людей, которые не должны служить».

По словам Булавина, «на сотрудников ОВД распространены более жесткие ограничения, обязанности и запреты нежели на федеральных государственных служащих», «вводятся современные нормы, эффективно регулирующие механизм противодействия коррупции на госслужбе», детально урегулированы вопросы, связанные с конфликтом интересов и разрешением служебных споров. Наконец на законодательном уровне дается ответ и про те самые дни и ночи службы — сколько они могут длиться? Согласно законопроекту, нормальная продолжительность служебного времени для рядовых сотрудников не должна превышать 40 часов (для женищин — 36). А для руководителей устанавливается ненормированный рабочий день, который компенсируется дополнительным отпуском от трех до десяти дней.

Председатель Комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев считает, что в законопроекте нашло отражение многое из того, к чему его коллеги «так стремились». Создана система, которая, по мнению Васильева, ограничивает доступ к службе в ОВД «случайных и нежелательных людей». Отбор будет строгий, «включая и использование детектора лжи, и психологическое исследование, и обязательные тесты различного рода, в том числе на наркозависимость, на алкогольную зависимость, чего нет в других ведомствах», отметил Васильев. Но и это еще не все. При поступлении на службу претендент проходит стажировку от двух до шести месяцев, такой испытательный срок. Предусмотрена и «система ручательства, рекомендаций». «Далее: раз в четыре года — аттестация, раз в пять лет — переподготовка, раз в шесть лет для руководителей — ротация, то есть появляется возможность на каждом этапе выявлять потенциальных людей, которые могут принести большую беду, работая в органах, и компрометировать власть как таковую», — пояснил Васильев.

Однако у народных избранников нашлись претензии к законопроекту. Александр Куликов предлагает подумать ко второму чтению о возрасте, с которого можно принимать в органы внутренних дел. «Способен ли 18-летний парень нести службу по охране общественного порядка в полиции, если завтра от него потребуется решение серьезнейших вопросов, для которых у него социального опыта нет как такового?» — сомневается депутат. Предлагают думцы и внимательно посмотреть на текст присяги — отвечает ли он «насущным требованиям нашего народа в борьбе с преступностью»? И уточнить социальные гарантии и льготы, чтобы внутри системы МВД не было расхождений по соцобеспечению личного состава.

Тамара Шкель, «Российская газета » — Столичный выпуск №5589 (213)

Глава Минюста постарался оправдаться за страдания «человеческого материала» за решеткой.

Состояние российской пенитенциарной системы «чудовищно архаичное», а медперсонал Федеральной службы исполнения наказаний не в состоянии справиться с большим количеством больных заключенных. Этот очевидный для многих правозащитников тезис вчера признал глава Минюста Александр Коновалов. От высокопоставленных чиновников уже давно не доводилось слышать заявления о том, что в нынешний российской системе исполнения наказаний сохраняются рудименты ГУЛАГа.

Выступление главы Минюста перед депутатами Думы можно расценивать как попытку оправдания за скандалы, связанные с порой чудовищным медицинским сопровождением заключенных и подследственных в колониях и тюрьмах. Упоминать фамилии людей, скончавшихся за решеткой, Коновалов не стал, но в словах министра были недвусмысленные отсылы к делу юриста фонда Hermitage Capital Сергея Магнитского и предпринимательницы Веры Трифоновой. «Абсолютно точно, что медицина ФСИН сегодня не справляется с тем валом, потоком, если позволите мне применить такой термин, «человеческого материала», который попадает в места лишения свободы», — заявил Коновалов.

Более того, министр признал фундаментальную архаичность российской пенитенциарной системы. Она, по Коновалову, «несет в себе многие черты, реминисценции еще времен ГУЛАГа, а может быть, и дореволюционной каторги», и оказывает «калечащее воздействие на психику человека». Глава Минюста напомнил, что попавшие за решетку остаются гражданами и членами общества. Но существующее отношение к оступившимся влечет за собой не только рецидивизм, но и рост «асоциально настроенного населения», что уже чревато социальными бунтами. «В итоге мы имеем громоздкую, дорогостоящую, допускающую постоянную репродукцию преступности систему исполнения уголовных наказаний, несущую в себе системные риски для безопасности страны», — подчеркнул Александр Коновалов, напомнив, что беспорядки, приведшие к смене власти в Киргизии, начались с бунтов заключенных.

Впрочем, в лучших традициях российского чиновничества министр постарался найти и положительные моменты в работе пенитенциарной службы. Коновалов отрапортовал, что за последние годы количество заключенных серьезно сократилось. Если в 2008 году в местах лишения свободы содержалось около 1 млн человек, то сегодня эта цифра не превышает 650 тыс. Даже у медицинской службы ФСИН есть успехи. «Статистика, которой мы располагаем, говорит о том, что за последний год снижение по заболеваемости туберкулезом составило 10%», — привел цифры глава Минюста. При этом он в очередной раз признал, что без гражданизации тюремной медицины решить проблему со смертностью в тюрьмах нельзя. «Мы пытаемся «разбавить» медицину ФСИН гражданским персоналом», — пояснил Коновалов.

Министр надеется, что переломить ситуацию удастся в ходе реформы пенитенциарной системы, которая стартовала в 2010 году. При этом он подчеркнул, что для уменьшения количества заключенных необходимо и дальше гуманизировать уголовное законодательство — сейчас оно, по словам министра, все еще «негибкое». В частности, министр указал на необходимость введения такой альтернативной формы наказания, как принудительные работы.

Правозащитники расценивают слова министра как признак его «профессиональной адекватности», однако попытки Коновалова оправдаться, апеллируя к статистике, считают неоправданными. «Это чистая математика, которая к реальности не имеет никакого отношения. То, что количество больных туберкулезом заключенных сократилось на 10%, не показатель качества медобслуживания. Часть больных зэков просто не содержат в тюрьмах — их направили в закрытые тубдиспансеры, и поэтому они не попали в статистику», — заявил «МН» руководитель правозащитной ассоциации «Агора» Павел Чиков. По его мнению, статистика ФСИН не вполне корректная еще и потому, что в ведомстве «большие проблемы с диагностикой». «Есть примеры, когда зэкам — носителям ВИЧ, чтобы не портить статистку, меняют группу с тяжелой на более легкую. То же самое и с больными туберкулезом», — отмечает Чиков.

Председатель наблюдательной комиссии за местами принудительного содержания по Москве Валерий Борщев считает, что тюремные медики и сейчасмогут призывать на помощь гражданских коллег. «Всегда была возможность отправлять тяжелобольных в гражданские больницы. И управления ФСИН заключают договоры с медучреждениями. Проблема в диктатуре следователя. Без его разрешения ни один подследственный не сможет получить качественную медпомощь на воле. Связь между следователем и тюремным медиком надо разрывать в первую очередь», — заявил «МН» Борщев.

Вячеслав Козлов, Московские новости

Арестантов планируется учить трехмерной анимации и кодировать от алкоголя.

Cегодня в одной из женских колоний пройдет презентация уникального учебного центра.

У осужденных женщин, отбывающих наказание в колонии N 32 главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю, появилась возможность освоить профессию специалиста по двухмерной и трехмерной анимации.

Новый учебный центр не просто модный проект (а все, что связано с высокими технологиями, сегодня по определению становится модным). Главная задача «школы» — социальная. Женщины неволи получают востребованную на воле профессию, которая сможет кормить их гораздо лучше, чем мелкие кражи или торговля наркотиками, приведшие дам за решетку. Теперь им предлагается труд честный, и, что не менее важно, достойно оплачиваемый. А в ходе обучения преподаватели еще стараются вложить в арестантские души что-то светлое и доброе.

Одно из заданий для «школьниц» со сроком: смоделировать на компьютере интерьер с предметами мебели, да так, чтобы «клиенты» (в данном случае — преподаватели) все видели, будто вживую. С курсовой работой справилась вся группа. Как сообщает тюремное ведомство, в будущем наиболее перспективные ученицы смогут продолжить работу в реабилитационном «Бизнес-инкубаторе», качество и условия жизни в котором напрямую будут зависеть и от результата работ, и от поведения осужденной. Это часть программы внедрения так называемых социальных лифтов за решеткой, когда человеку постепенно смягчают условия, если он меняется в лучшую сторону. И наоборот, злостных нарушителей ждут жесткие условия.

В новом учебном центре помимо профильных дисциплин будущих мастеров трехмерной анимации обучают и гуманитарным наукам. Преподаватели читают лекции по истории искусств. Устраиваются коллективные просмотры и обсуждения анимационных фильмов разных стран. Ежедневно проходят занятия с психологом.

А в исправительной колонии N 1 в Курганской области предлагается создать реабилитационный центр для арестантов с наркотической и алкогольной зависимостью. По замыслу, осужденные будут помещаться в реабилитационное отделение за 6 месяцев до освобождения. Для реализации проекта предлагается оборудовать отделение мультимедийной и оргтехникой, провести обучение психиатров-наркологов казенных домов методике кодирования от алкогольной и наркотической зависимости, специалистов-психологов — методам психотерапии зависимостей с получением необходимых сертификатов.

Владислав Куликов, «Российская газета » — Федеральный выпуск №5587 (211)

С 21 по 27 сентября 2011 года в Москве пройдет выставка «Молния! Внимание, дети!», посвященная противодействию коммерческой сексуальной эксплуатации детей.

Коммерческая  сексуальная эксплуатация детей стала актуальной проблемой современности. Дети, ставшие жертвами, относятся к одной из самых незащищенных и наименее обеспеченных медико-социальной помощью групп населения. Коммерческая сексуальная эксплуатация детей (КСЭД) – это торговля детьми, вовлечение детей в попрошайничество, проституцию, секс-туризм, порноиндустрию, т.е. наихудшая форма современного рабства, которая приводит к серьезным и мучительным последствиям для ребенка, а также отрицательно сказывается на его дальнейшем физическом, психологическом, духовном, моральном и социальном развитии.

Выставка «Молния! Внимание, дети» подготовлена Региональной общественной организацией социальных проектов в сфере благополучия населения «Стеллит» в рамках проекта «Усиление роли общества в противодействии коммерческой сексуальной эксплуатации детей» и поддержана правозащитным движением «Сопротивление» и Общественной палатой РФ. Выставка реализуется на средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с распоряжением президента  РФ от 08 мая 2010 № 300-рп.

Задача экспозиции – привлечь внимание общества к проблеме коммерческой сексуальной эксплуатации детей и предоставить информацию о специфике и реальных характеристиках этой социальной проблемы в Российской Федерации.

В первой части экспозиции можно увидеть художественные фотографии, рассчитанные на ассоциативное восприятие этой социальной проблемы, а также фрагменты интервью с детьми, ставшими жертвами коммерческой сексуальной эксплуатации. Здесь же вниманию посетителей предлагается мультимедийная презентация, которая объясняет и развенчивает самые распространенные мифы и заблуждения, касающиеся этой темы.

Вторую часть выставки составляют фотопортреты и интервью с экспертами-специалистами – людьми, которые профессионально помогают попавшим в беду детям и подросткам.

Третья, интерактивная часть, позволит посетителям получить информацию о том, каким образом можно помочь пострадавшим детям, а также сделать свой первый шаг на пути искоренения коммерческой сексуальной эксплуатации детей.

Выставка задумана как передвижная. Она уже была показана в Санкт-Петербурге (24 – 30 августа) и в Мурманске (7 – 13 сентября 2011).

21 сентября 2011 года в 17.00 в библиотеке искусств имени Боголюбова по адресу Москва, улица Сущёвская, 14 состоится открытие выставки, в котором примут участие депутаты Госдумы, Члены Общественной палаты РФ,  депутаты Мосгордумы, руководители общественных организаций и представители экспертного сообщества. Вход свободный. На выставку допускаются лица старше 14 лет.