О главном

Нотариальная палата разрабатывает необычный проект, призванный сделать доступной квалифицированную юридическую помощь даже в самом глухом уголке страны.

Предлагается открыть в местных администрациях интерактивные кабинеты, где любой человек мог бы по сети связаться с нотариусом, получить консультацию, а то и оформить важную бумагу.

Эта новость прозвучала вчера на международном семинаре нотариусов, который открылся в немецком городе Любек. Правоведы России и Германии обсуждали острую для нашей страны тему — наследство и завещания. Как сделать, чтобы печаль по ушедшему человеку не выливалась в дрязги за его добро? Когда последняя воля покойного свята, а когда, при всем уважении к нему и его памяти, делить имущество надо вопреки завещанию? В поисках ответов, зачастую, не надо изобретать юридический велосипед: некоторые проблемы давно решены в других странах. Поэтому российские правоведы активно изучают иностранный, в том числе германский опыт. Как показывает практика, число завещаний в нашей стране постоянно растет. Причем оформляют свою будущую последнюю волю даже молодые люди. В каком-то смысле это становится модным. Чтобы правильно все оформить, гражданину нужна грамотная консультация. А как ее получить жителю отдаленных районов или неимущему? Для решения этих проблем минюст и Ассоциация юристов России не первый год продвигают проект развития сети бесплатной юридической помощи в стране. На днях проект соответствующего закона глава государства внес в Госдуму. Нотариусы давно подключились к этой работе.

— В рамках государственной программы по оказанию бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам практически все нотариальные палаты совместно с территориальными органами юстиции или самостоятельно организовали работу консультационных центров, — сказала президент Федеральной нотариальной палаты России Мария Сазонова. — Некоторые нотариальные палаты в целях оказания бесплатной юридической помощи малоимущим осуществляют выезды в труднодоступные районы. Сегодня это очень важно — повышать юридическую грамотность граждан, дать им возможность поверить в силу закона

А в Ханты-Мансийском автономном округе нотариусы перед окружной Думой ставят вопрос об открытии в отдаленных поселениях интерактивных кабинетов. По замыслу, в сельских и поселковых администрациях должны оборудовать специальные места, откуда любой житель сможет по системе Skype связаться с нотариусом.

— Как правило, в отдаленных населенных пунктах нет нотариусов или адвокатов, и люди лишены возможности в получении квалифицированной юридической помощи, из-за чего нередко становятся жертвами мошенничества и попадают в коррупционные схемы, — говорит вице-президент Нотариальной палаты Югры Константин Осматескул. — Однако в этих поселениях имеется Интернет. Не надо тратить ни времени, ни денег на переезды в отдаленные населенные пункты. Теоретически, инициатива может быть распространена по всей территории страны — при наличии доброй воли и, конечно, финансирования. Кстати, как говорили вчера участники семинара, с развитием информационных технологий и введением электронной цифровой подписи в мире входит в практику нотариальное удостоверение документов по сети. Там гражданин может связаться с нотариусом по той же системе Skype и выполнить все необходимые процедуры в электронной форме. Для нас это завтрашний день.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5511 (135)

Минюст своим приказом утвердил инструкцию, по которой можно будет проводить психофизиологические исследования в уголовно-исполнительной системе.

Таким образом, Федеральная служба исполнения наказаний поставит серьезный заслон перед взяточниками, садистами, получающими удовольствие от издевательств над зэками, и предателями в тюремных администрациях. Ведь только из-за попустительства или прямой коррупции служащих в тюрьмы и колонии попадают алкоголь и наркотики, а отдельные «авторитеты» даже в камерах устраиваются, как в санатории. Да и бунты заключенных нередко возникают в результате жестокости или глупости начальства. Вот от таких профнепригодных людей служба будет избавляться с помощью полиграфа. Кстати, первой такую систему проверки ввело ФСБ. Возможно, именно потому в этом ведомстве меньше всего коррупционных и прочих скандалов. Несколько лет проверяют на полиграфе всех желающих поступить на службу и в МВД. Отсеивается больше половины кандидатов! Приказал своим кадровикам проводить такие исследования и глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин. Вообще же применение детектора лжи у нас легализовано с 1993 года. По некоторым оценкам, ежегодное использование полиграфа приближается уже к 100 000 раз. Применение этого прибора, который условно иногда именуют «детектором лжи», или «лай-детектором», помогает не только сыщикам, следователям и кадровикам, но и адвокатам. Да, с помощью полиграфа можно уличить преступника, выявить коррупционера, но и оправдать невиновного, защитить человека от клеветы, полицейского произвола, судебной ошибки. Как говорят некоторые эксперты, в российских тюрьмах и зонах сидит около 100 тысяч ни в чем не повинных людей — население среднего города. Так, недавно прошел психофизиологическое обследование бывший офицер Внутренних войск, командир инженерно-саперного взвода Сергей Аракчеев.

Его обвинили в убийстве мирных жителей в Чечне и в 2007 году осудили на 15 лет. Адвокаты добились проверки офицера на полиграфе, которую провел независимый эксперт. Результаты оказались шокирующими — исследование показало, что лейтенант не лжет, когда говорит о своей непричастности к убийству трех чеченцев и поджогу автомобиля 15 января 2003 года, за что его и посадили. Теперь сторона защиты надеется на пересмотр дела. «Российская газета» несколько лет назад рассказала и о другом случае «оправдания полиграфом», когда прямо в зале московского Гагаринского суда с помощью этого «умного» прибора освободили из-под стражи человека, обвиняемого в жестоком убийстве.Ведомственный по сути приказ минюста еще один шаг к принятию федерального закона «О применении полиграфа», проект которого уже давно лежит в Госдуме. Эксперты утверждают, что этот закон, когда будет принят, обобщит и централизует все «внутренние» документы, регламентирующие применение детектора. И, разумеется, устранит некоторые спорные моменты. А они встречаются, в том числе и в инструкции для ФСИН, утвержденной минюстом.

Например, не очень понятен пункт в документе, согласно которому испытуемый может в любой момент прервать проверку и отказаться отвечать на вопрос. Тогда какой смысл вообще проходить всю эту процедуру? Законопроект четко очертил круг людей, обязанных проходить такую проверку. Эта процедура на профессиональном языке называется «опросом с использованием полиграфа» — ОИП. Так вот, такому опросу будут подлежать все граждане России, получающие или имеющие доступ к сведениям, составляющим государственную тайну. А сведения эти есть в любом ведомстве, даже в министерстве культуры. Проверки могут быть регулярными и внезапными. Конечно, человек вправе отказаться от ОИП — об этом в том числе сказано и в нынешней инструкции минюста для ФСИН. Но и ведомство вполне может отказаться от услуг такого работника. И это будет уже не хозяйский произвол, как нередко происходит в коммерческих структурах, а следование закону. В инструкции подчеркивается, что такое исследование абсолютно добровольное. Более того, накануне всей этой процедуры человек, подвергающийся экспертизе, заранее знакомится с вопросами, которые ему задаст полиграфолог. То есть у «пациента» есть время тщательно подготовиться: все обдумать, если надо, переосмыслить какие-то события и заранее подготовить ответы. Никаких неожиданных, «наводящих» вопросов, как это бывает у сыщиков, следователей и журналистов, не предусмотрено в принципе. А чтобы окончательно застраховаться от возможных подвохов или подтасовок, весь процесс опроса на полиграфе, в том числе данные на экране прибора, фиксируются видеокамерой. Эти записи, если потребуется, могут сверить судебные эксперты с резюме полиграфолога.

Напрасно думают, что опытного полиграфолога можно обмануть. Американцы, придумавшие детектор лжи и наработавшие за сотню лет колоссальный опыт его применения, утверждают, что возможность ошибки в такой экспертизе ничтожно мала — меньше одного процента. И то если «клиент» обладает врожденными уникальными психологическими способностями, эдакий гений обмана. Все дело в том, что опрашиваемый может быть великолепным артистом, в совершенстве владеть своей мимикой и эмоциями, но он не в состоянии контролировать физиологические процессы собственного организма. Когда заведомо врешь, по-другому бьется сердце, иначе выделяется пот, вздрагивают мышцы, расширяются зрачки. Бездушная машина автоматически зафиксирует малейшее колебание заметавшейся души. Помните культовый фильм советской эпохи «Ошибка резидента», где советский разведчик лихо обманывает американский детектор лжи? Это заведомая «утка» нашей контрразведки: мол, мы такие глупые, что до сих пор не понимаем возможностей полиграфа. Хотя у нас уже давно велись серьезные научные работы по этой теме.

Эксперты считают, что необходимо поставить точки над «i» в использовании полиграфа бизнес-структурами и даже в трудовых спорах. Причем инициатива опроса на полиграфе может принадлежать не только работодателю, но и работнику: пусть детектор найдет ложь в словах хозяина или его подчиненного. Обследование на полиграфе можно даже включить в трудовой договор, если сотрудник имеет, например, доступ к коммерческой тайне.Законопроект определяет и требования к полиграфологу, который обязательно должен быть гражданином Российской Федерации, иметь высшее образование и возраст не менее 25 лет, пройти специальную подготовку или переподготовку, не иметь судимостей и заболеваний, влекущих утрату дееспособности или правоспособности. Что важно, новый закон определит единую для всех методику применения полиграфа. Ведь пока каждое ведомство использует детектор лжи, руководствуясь внутренними приказами и собственными представлениями о способах выяснения правды. Например, публикуемая сегодня в «РГ» инструкция для ФСИН отличается от методики, применяемой в ФСБ или Следственном комитете. И, бывает, различные специалисты расходятся во мнениях, как трактовать полученные результаты. Из-за этого возможны кадровые и судебные ошибки.

Бывает и так, что иные «профи» оказываются, мягко говоря, не на высоте. Появились шарлатаны, обещающие в каких-то коммерческих «школах» выучить на полиграфолога за три недели. Однако серьезного специалиста, скажем, для оперативно-розыскной работы надо учить более года. Полиграфологов для отдела кадров готовят на курсах 4 — 6 месяцев. Настоящие профессионалы очень нужны — в госструктурах их всего около 500 человек. А потребность — не одна тысяча. Вот новый закон и позволит поставить обучение полиграфологов на поток по единой методике.

Михаил Фалалеев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5511 (135)

Президент России Дмитрий Медведев внес в Госдуму проект федерального закона «О службе в органах внутренних дел РФ», сообщает в пятницу пресс-служба Кремля.

Глава МВД РФ Рашид Нургалиев и статс-секретарь — замминистра внутренних дел Сергей Булавин назначены официальными представителями президента при рассмотрении законопроекта палатами Федерального собрания.

РИА Новости

В России критически низкое доверие к закону, в том числе и потому, что сам закон несовершенен, применяется он зачастую непоследовательно, неполно и, что особенно плохо, иногда избирательно. Как сформировать высокую правовую культуру? Зачем нужен мониторинг правоприменения? Об этом министр юстиции России, член Президиума Ассоциации юристов России Александр Коновалов рассказал в беседе с членом Президиума Ассоциации юристов России Михаилом Барщевским.

Михаил Барщевский: В конце мая в Питере происходили заметные юридические события: конференции, посвященные Нюрнбергскому процессу, столыпинским реформам, мониторингу законодательства и правоприменения. В эти же сроки работали Второй молодежный юридический форум АЮР и Первый международный юридический форум. О последнем мероприятии в СМИ сообщалось одной строкой, расскажите о нем поподробнее.

Александр Коновалов: Уникальность этого мероприятия в том, что, во-первых, форум собрал представителей самого широкого спектра правовых школ и систем от Японии, Вьетнама и Индии до Соединенных Штатов и Канады.

Во-вторых, в отличие от прочих мероприятий, собирающих большое количество узкопрофессиональных правоведов, наш форум собрал юристов разных профилей и специализаций. Здесь были и адвокаты, и нотариусы, и бизнес-консультанты, и прокуроры, и чиновники, и ученые. И наконец, в-третьих, по-своему уникальным оказался спектр обсуждаемых тем. Они были не только узкопрофессиональные, посвященные гуманитарной или социальной сфере, проблемам бизнеса, но и носили глобальный характер — пытались определить сегодняшнюю роль права в глобальном мире, как обеспечивается сохранение принципа верховенства права в условиях, когда мир подвергается постоянным угрозам. Ведь многие только говорят, что соблюдают этот принцип, при этом пытаются бороться с угрозами, новыми сверхугрозами безопасности цивилизации.

Главными результатами форума, на мой взгляд, стали качество дискуссии и глубина полемики. Мы удовлетворены тем, что заставили задуматься над поставленными на повестку дня вопросами. Надеемся, что мероприятие станет традиционным, а обсуждение тем будет развиваться в прогрессии и с каждым годом форумы будут становиться все более полемичными, содержательными и не будут зацикливаться исключительно на России.

Проверка с пристрастием

Барщевский: 20 мая президентом подписан указ о мониторинге правоприменения в России. Для чего понадобился указ и зачем этим заниматься?

Коновалов: В России критически низкое доверие к закону, в том числе и потому, что сам закон несовершенен, применяется он зачастую непоследовательно, неполно и, что особенно плохо, иногда избирательно. К тому же у нашего народа исторически не сформировалась правовая культура и уважение к закону. Поэтому, когда есть возможность закон обойти, мало кто этим пренебрегает.

Для того чтобы люди почувствовали, что такое закон, поняли, как он работает, осознали его эффективность, свою защищенность законами, нужно, чтобы законодательство было максимально приближено к запросам социальной среды. Понять, в какой степени он приближен, можно только через мониторинг. Кстати, на недавнем заседании правительства РФ заместитель министра экономического развития докладывал первые результаты оценки эффективности правового регулирования в сфере бизнеса. Он полностью признал, что нужно развивать систему мониторинга законов не только на стадии их разработки и принятия, но и особенно уже принятых с точки зрения оценки их эффективности. Более того, по мнению минэка, именно этот тренд сегодня становится господствующим в развитых странах.

Барщевский: А как это будет реально работать? Чиновники мин юста будут приходить на предприятия к бизнесменам, в школы, детские сады и спрашивать, как работает такой-то закон? Как это будет выглядеть технически?

Коновалов: Технически это уже действует. Например, уже более чем полгода назад министерство юстиции заключило соглашение с тремя довольно серьезными операторами интернет-ресурсов, на которые совершается довольно много заходов профессиональных юристов. На этих площадках по нашему соглашению проходил мониторинг действия отдельных правовых актов или в отдельных сегментах правоприменения.

Барщевский: То есть любое заинтересованное лицо имеет возможность до вас достучаться, сообщить о недостатках?

Коновалов: Совершенно правильно. Мы, естественно, реалисты и понимаем, что большая часть сообщений, наверное, будет на грани рефлексии или, может быть, даже истерики, но из этого можно будет, как из руды, выбирать определенные здравые составляющие. Более того, мы уже сталкивались с вполне компетентными квалифицированными анализами ситуации со стороны практикующих юристов.

Например, если вы, как эксперт в области наследственного права, приняли участие в интересном процессе и выбрали потом полчаса, чтобы составить о нем отчет и экспертное заключение о трудностях, с которыми вы столкнулись в правоприменении, мы делаем шаг от профессиональной практики к законо творческому процессу.

При этом мы, естественно, считаем, что не только на этот сегмент нужно уповать. Нужно использовать опыт традиционных институтов — изучать судебную практику, в том числе Конституционного суда и ЕСПЧ, отчеты СМИ, правозащитных организаций. Все это вполне востребовано, но к этому я бы еще добавил дополнительный очень важный источник — целевой анализ, проведенный специально сформированными фокус-группами профессиональных юристов.

Аналитика по первому требованию

Барщевский: То есть, например, возьмем 94-й закон, вызывающий большие вопросы и у бизнесменов, и у чиновников. Вы приглашаете экспертов, ученых, практиков, чиновников, предпринимателей, создаете комиссию, и что она делает?

Коновалов: Она как раз изучает примеры применения или неприменения этого закона, формирует определенную аналитику и передает ее, допустим, министерству юстиции, коль скоро по указу президента мы определены модераторами этого процесса. Мы готовим президенту доклад, в котором предлагаем в качестве итоговых решений поручения президента правительству включить в законотворческий портфель определенные законопроекты по корректировке того или иного закона. А также его обращение к высшим судам с просьбой истолковать определенные нормы закона, если сам закон неплох, но применяется неправильно.

Я, правда, не уверен, что мы должны кого-то уговаривать принять участие в этой работе. Никто никого собирать не должен, тем более мин юст или другое государственное ведомство. Наверное, мы могли бы эту политику координировать, но в целом это должна быть адекватная квалифицированная реакция нормального гражданского общества на имеющуюся ситуацию, конкретные предложения о том, как ее изменить.

Например, бизнес, который заинтересован в практике, которая складывалась бы определенным образом, вполне может организовывать такие фокус-группы, спонсировать их и подготовить квалифицированное экспертное заключение о том, как и что нужно изменить в российском законодательстве и в практике его применения.

Право грамотного человека

Барщевский: Президент подписал указ и о правовой грамотности населения. Как, на ваш взгляд, будет происходить реализация идей, изложенных в этом документе?

Коновалов: Указ очень важен, его значение нельзя переоценить. Он утвердил основы государственной политики в сфере повышения правосознания, правовой грамотности граждан. Но название документа, мне кажется, не в полной мере отражает его содержание, от него веет каким-то советским формализмом. И не случайно первая волна реакции на публикацию документа в СМИ была в лучшем случае сдержанно-скептической, в худшем — ернически-издевательской — дескать, опять будут учить нас, как жить. Думаю, если с прежними мерками подходить к реализации этого указа и отправлять строем прокуроров, чиновников, ученых, юрисконсультов читать лекции о значимости права и суда в нашу эпоху, то, кроме откровенной неприязни, ничего это не вызовет, и эффект может получиться даже обратным. Но если наполнить документ реальным содержанием, то может получиться очень многое.

Главное значение документа в том, что он впервые за многие годы обозначил внимание государства к этой проблеме. Кроме того, указ станет базой, неким каркасом для того, чтобы в этой сфере была сформирована многолетняя научно-обоснованная политика. Ну и, наконец, документ послужит поводом для довольно масштабной и системной законотворческой работы, которая уже началась. Если говорить о содержании документа, во-первых, он предполагает создать необходимые гарантии безусловного соблюдения закона, эффективности правоприменения и определенных стандартов качества работы как чиновников, применяющих право, так и юристов в целом. Сегодня, к сожалению, наша с вами юридическая корпорация тоже далеко не безупречна в применении закона и порой отличается небывалым правовым нигилизмом.

Во-вторых, указ, по сути, узаконивает складывающийся тренд на всемерное распространение правовой информации для всех тех, кто пожелает ее получить. Это и публикация судебных актов, и разъяснение законов, и распространение мнений юристов, разъяснительная работа и так далее. Это не пропаганда права, я подчеркиваю. Необходимо создать условия для изучения базовых знаний закона, своих прав, обязанностей, возможностей и вариантов поведения в кризисных ситуациях, воспитания элементарной культуры обращения к помощи юриста для тех, кто захочет об этом узнать.

Наконец, в-третьих, указ затрагивает тему формирования культуры отношения к праву. СМИ посмеялись над некоторыми пассажами из этого документа, о том, что мы должны использовать традиционные, нравственные ценности, элементарную этику. Но, если задуматься, мы не то, что право или евангельские заповеди, — Уголовный кодекс уже не соблюдаем и Кодекс об административных правонарушениях. Мы нарушаем не только элементарные нормы совести, нравственности, но и элементарные приличия и правила поведения в обществе. Вот в чем беда. И об этом нужно говорить.

Ключевой вопрос

Барщевский: В рамках конференции минюста, посвященной мониторингу правоприменения в России, состоялся «круглый стол» «Право и Интернет». Насколько я понимаю, речь не идет о цензуре в Интернете. А о чем тогда?

Коновалов: Я убежден, что успешный мониторинг правоприменения возможен в полной мере только в случае, если он проводится силами не только чиновников, ученых или даже частнопрактикующих юристов. Важно, чтобы он был погружен в социальную среду, которой по личному опыту известно, как у нас работает или не работает закон. И, конечно, Интернет сегодня является самой насыщенной и актуальной социальной средой.

Барщевский: При этом фактически никакой ответственности, например, за клевету в публичном пространстве, за оскорбления никто в Интернете не несет. Интернет породил абсолютную информационную безответственность, причем не журналистов даже, обыкновенных пользователей. Что нужно сделать, чтобы Интернет стал более ответствен&#

Далеко не каждый человек в нашей стране может позволить себе собственного адвоката. Так, чтобы в случае необходимости набрать знакомый номер и получить верный совет. Вот и попадают граждане, не знающие всяких юридических тонкостей, в сложные ситуации.

В России с недавних пор действуют службы, оказывающие бесплатно правовую помощь тем, кто в ней нуждается, но не имеет средств, чтобы рассчитаться за услуги адвоката. Но системы пока нет. Законопроект, который президент Дмитрий Медведев внес вчера в Госдуму, гарантирует право россиян на получение бесплатной квалифицированной юридической помощи и определяет организационно-правовые основы формирования государственной и негосударственной систем бесплатной юридической помощи.

Право на такую помощь, согласно законопроекту, имеют граждане из малообеспеченных семей, в которых среднедушевой доход ниже величины прожиточного минимума, установленного в регионе, и одинокие малоимущие люди. Бесплатно юридическую помощь окажут также инвалиду I и II групп, ветерану Великой Отечественной войны, Герою России, Советского Союза или Соцтруда . Могут на нее рассчитывать и дети-инвалиды, сироты или их представители, если они обращаются за бесплатной юридической помощью по вопросам, связанным с обеспечением и защитой прав и законных интересов таких детей, несовершеннолетние правонарушители, граждане, признанные судом недееспособными, и некоторые другие категории.

Человек может обратиться в государственное юридическое бюро или к адвокату, которые являются участниками системы бесплатной юридической помощи, по самым разным вопросам. Например, по поводу заключения или расторжения сделки с недвижимым имуществом, по поводу выселения из квартиры, признания и сохранения права собственности на земельный участок. Или с просьбой помочь восстановить на работе, если работодатель в нарушение закона расторг с ним трудовой договор. Или за содействием в предоставлении мер социальной поддержки, взыскании алиментов, оформлении и перерасчете пенсии… Бесплатная юридическая помощь нуждающемуся в ней будет оказана в виде устной консультации или письменно. Юрист поможет в составлении заявлений, жалоб, ходатайств и других документов правового характера. А если потребуется, на бесплатной основе будет представлять интересы гражданина в судах, государственных и муниципальных органах.

Ежегодно не позднее 31 декабря список адвокатов, оказывающих гражданам бесплатную юридическую помощь в регионе, должен публиковаться в средствах массовой информации и на официальном сайте уполномоченного органа в Интернете.

Главное требование — чтобы в этой системе работали высоко квалифицированные люди, имеющие высшее юридическое образование. Законопроект, впрочем, допускает к участию в оказании бесплатной юридической помощи и студентов юрфаков, но только в качестве консультантов. Все они при этом должны соблюдать объективность и беспристрастность, обеспечивать равенство доступа граждан к бесплатной юридической помощи, не допускать никакой дискриминации и сохранять доверенные им секреты.

В заключительных положениях законопроекта определяется, что государственные юридические бюро, созданные правительством РФ ранее, подлежат передаче в ведение субъектов Российской Федерации, но финансироваться они до принятия этого закона будут за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета.

Предусматривается, что закон вступит в силу с 1 января 2012 года.

Тамара Шкель, «Российская газета» — Столичный выпуск №5508 (132)

Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов предлагает ужесточить законодательство, запрещающее пропаганду и популяризацию детской порнографии, детской проституции и педофилии.

Как сообщает по вторник пресс-служба уполномоченного по правам ребенка, Астахов считает, что для максимального обеспечения безопасности детей и их защиты от сексуального совращения и эксплуатации необходимо внести в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство РФ изменения.

В частности, по делам о преступлениях против половой неприкосновенности несовершеннолетних (статьи 131 — 135 УК РФ) Астахов предлагает запретить применение норм о примирении с несовершеннолетним потерпевшим обвиняемого или подсудимого в случаях, когда последний является родителем или иным законным представителем потерпевшего или имеет значительную разницу в возрасте с потерпевшим.

Также предлагается ввести «действенный запрет на пропаганду и иные формы популяризации детской проституции, детской порнографии, педофилии», в частности в интернете. Это связано с тем, что «в настоящее время в СМИ и интернете беспрепятственно размещаются реклама, объявления, рекомендации и иная информация, стимулирующая спрос на различные формы сексуальной эксплуатации детей и провоцирующая на совершение в отношении несовершеннолетних преступлений сексуального характера», отмечается в сообщении.

Кроме того, уполномоченный по правам ребенка считает, что необходимо разработать и внести изменения в законодательство об образовании ограничения на занятие педагогической и иной деятельностью, связанной с работой с детьми. В них должны быть предусмотрены, «в частности, медицинские противопоказания для занятия указанными видами профессиональной деятельности лицами, имеющими психические заболевания, расстройства поведения, обусловливающие совершение в отношении детей преступлений насильственного и (или) сексуального характера; установить особый порядок принятия на работу, связанную с непосредственными контактами с детьми», отмечается в сообщении.

Астахов также предлагает поддержать принятие проекта федерального закона о поправках в УК РФ в целях усиления ответственности за преступления сексуального характера, совершенные в отношении несовершеннолетних, который был принят 26 января 2011 года Госдумой в первом чтении. Законопроект содержит ряд важнейших дополнительных гарантий защиты несовершеннолетних и малолетних детей от сексуального совращения и эксплуатации, позволяющих повысить правовые гарантии защиты детей от нравственного растления, сексуального совращения и сексуальной эксплуатации в полном соответствии с международными стандартами.

Ранее омбудсмен предложил начать исчислять срок давности привлечения к уголовной ответственности за такие преступления с достижения пострадавшим ребенком совершеннолетия или, по меньшей мере, с 16 лет. Расследование подобных дел предлагается отнести к подследственности Следственного комитета РФ. Астахов также высказывался за отмену условно-досрочного освобождения для педофилов.

РИА Новости

Совет Федерации в среду проголосовал за переназначение Юрия Чайки на должность генерального прокурора РФ.

За кандидатуру Чайки, внесенную президентом России Дмитрием Медведевым, проголосовали 128 сенаторов, против — пять, воздержавшихся не было.

Чайка, которому 21 мая исполнилось 60 лет, возглавляет Генпрокуратуру с 2006 года, а до этого семь лет был министром юстиции. Его полномочия на посту генпрокурора истекали 23 июня.

В соответствии с Конституцией РФ, генеральный прокурор назначается на должность и освобождается от должности Советом Федерации по представлению президента.

После утверждения в должности Чайка произнес присягу генерального прокурора: «Клянусь соблюдать Конституцию и законы РФ, права и свободы граждан, охраняемые законом, интересы общества и государства». Затем Чайка подписал текст присяги.

Голосование по кандидатуре прошло тайно с использованием электронной системы.

Оба профильных комитета верхней палаты — по правовым и судебным вопросам и по обороне и безопасности — рекомендовали своим коллегам поддержать кандидатуру Чайки.

«Хотя пять лет, что Юрий Яковлевич занимал свой пост, были непростыми — это и выделение Следственного комитета, и принятие новой редакции закона «О прокуратуре» — ему удалось выстроить стройную систему прокуратуры в РФ», — заявил на заседании глава оборонного комитета Виктор Озеров.

Вместе с тем он отметил, что «несмотря на выстроенную систему генпрокуратуры, есть и слабые звенья — как в должностях замов генпрокурора, так и некоторых прокуроров субъектов Федерации».

РИА Новости

Начало летних каникул принесли шокирующую новость из города Снежинска Челябинской области. Там поймали необычную банду малолеток. Жертвами несовершеннолетних преступников были одинокие пенсионеры.

По данным местной полиции, школьники придумали легкий способ добычи денег. Девочки в возрасте 11-13 лет стучались к одиноким старикам под предлогом попить воды. Попав в квартиру, просили «чайку». Пока старушка доставала варенье и конфеты, бойкие малолетки проверяли тумбочки и шкафы в поисках денег. Забирали даже последние 200 рублей. Кстати, для своих жертв детки придумали циничное прозвище: «Банкомат-2».

В банде были три девочки в возрасте 11, 13 лет и мальчишки. Отправлялись на дело исключительно девочки. Лидером считалась 11-летняя школьница. Ее не накажут — возраст неподсудный. Малолетки жили с размахом — покупали сигареты и пиво, разъезжали на такси. На самом деле дети сбились в банду не от нищей жизни. Все оказались из вполне благополучных семей.

А в Озерске Челябинской области прокуратура раскрыла кражу, где фигуранты еще моложе. Там сбежавшие воспитанники детского сада стаей делали набеги на местный магазин. Мальчишкам было всего 5 и 6 лет, поэтому какая-либо ответственность детсадовцам не грозит. Зато в адрес администрации детского учреждения пришло грозное прокурорское представление. Была даже целая проверка, которая показала, что воспитательница, собирая детей на обед, недосчиталась воспитанников. Дети не терялись на прогулке, а специально сбегали в магазин и там воровали. А в Омске задержали двух подростков, до полусмерти забивших бомжа, который в тяжелом состоянии находится в больнице и, непонятно, выживет ли. Причины дикой жестокости подростки пояснить не смогли.

Размеры детской преступности и ее жестокость просто шокируют. Избивают и убивают теперь даже десятилетние. И делают это с редкой циничностью и не раскаиваются. Но вот что интересно, Уголовный кодекс малолетки чтят. Каждый сопливый преступник знает, что ему за совершенные злодеяния ничего не грозит. Получился разрыв в законе: неотвратимость наказания — главное препятствие на пути к правонарушению — исчезла. Выходит, что, с одной стороны, человек вполне созрел для совершения преступления, но не дорос до наказания за него.

Сейчас многие эксперты говорят, что закон нужно менять: за умышленное убийство, нанесение тяжелых телесных повреждений или повторные кражи преступник любого возраста должен быть изолирован за решеткой. Потому, что он уже опасен для общества. Органы правопорядка нечасто дают «настоящие» цифры. А когда дают, становится страшно. Так, в прошлом году, по данным прокуратуры Санкт-Петербурга, количество преступлений несовершеннолетних выросло на двадцать процентов.

В структуре подростков-преступников преобладают учащиеся: шесть из десяти грабителей и убийц — школьники, сообщили в пресс-службе городской прокуратуры. В этот процент входят и благополучные дети, и беспризорники. Но последних явно больше.

Однако никто не скрывает — у детей с улицы статистика преступлений еще серьезнее. Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов привел такую цифру — сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в России почти 700 тысяч. Оценки масштабов беспризорности, которые приводят эксперты, ужасают. Они называют цифру в 1,5 миллиона.

Откуда они берутся? Та же статистика считает, что ежегодно в стране появляется 115-120 тысяч сирот. Около 200-220 детей ежедневно государство отбирает у нерадивых родителей.

Как-то тихо и незаметно прошел недавно своеобразный «юбилей» — ровно десять лет назад, 30 мая 2001 года, Совет безопасности признал, что детская беспризорность и безнадзорность несут угрозу национальной безопасности страны и общественной стабильности. Тогда милиция рьяно взялась за бродяжек. Они на какое-то время исчезли с улиц. Правда, вскоре стало ясно, что профилактические облавы силовиков проблему так и не решили.

А ведь, по подсчетам экспертов, почти 60 процентов российских гаврошей, взрослея, пополняют ряды уголовников. Те же специалисты заявляют, что в основном наши дети улиц вовсе не сироты, лишившиеся родителей. Большинство убежавших — дети по каким-либо причинам ушедшие из дома по своей воле. Общей цифры таких детей тоже нет. Есть «ножницы» — от 700 тысяч до 6 миллионов.

Мы до сих пор даже не можем определиться с терминами по малолеткам. Беспризорники — это некое общее собирательное понятие, которое состоит из разных групп детей. Есть безнадзорные дети, есть дети, попавшие в тяжелую жизненную ситуацию, а еще присутствуют социальные сироты. Но это не весь список.

В результате МВД дает одни данные, минздравсоцразвития — совсем другие. У представителей общественных организаций, которые занимаются маленькими преступниками, — свои цифры.

Для всех, кто в маленьком возрасте уже серьезно нарушает закон, до сих пор нет единой государственной программы, соответственно, нет и какого-то единоначалия и ответственности.

Наталья Козлова, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5507 (131)

Дмитрий Медведев поручил правительству заняться правами человека.

Угрозы Европейскому континенту станут одной из тем Мирового политического форума в Ярославле, который пройдет 7-8 сентября 2011 года. Эту идею Дмитрию Медведеву подал вчера Уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин.

На встрече в Горках омбудсмен передал президенту коллективный доклад, написанный видными деятелями из девяти стран, в том числе из России. «Полгода назад генсек Совета Европы попросил их подготовить доклад для Совета Европы о новых проблемах, которые стоят перед европейским континентом», — рассказал Лукин. В документе речь идет о миграции, межрелигиозных отношениях, межнациональных конфликтах и прочем. «Президент назвал доклад интересным, он высказал идею, что его надо обсудить тщательно в ходе Ярославского форума», — сообщил омбудсмен, добавив, что считает это хорошей идеей, поскольку «наши проблемы схожи с европейскими».

Кроме того, Лукин дал президенту «несколько записок» по проблемам судов, административного задержания, экономики. «Буквально по всей гамме этих вопросов президент по всем этим пунктам написал поручения ведомствам разобраться в этих проблемах и там, где необходимо, принять соответствующие решения», — сказал Уполномоченный по правам человека в РФ.

Что же касается состояния прав человека в России, то Лукин также передал Медведеву соответствующий доклад, который «посвящен теме различного рода дискриминаций и касается различных аспектов нашей жизни: гражданских, социальных отношений, политических свобод».

— Я попросил президента, и он охотно согласился и расписал правительству поручение внимательно посмотреть предложения, которые содержатся в докладе, чтобы предложения, которые являются наиболее актуальными, учесть в работе, — рассказал Лукин.

Между тем 5 июля Совет при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека представит Дмитрию Медведеву свое заключение «по делу Магнитского». Об этом вчера сообщил член совета, председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. «Это промежуточное, а не окончательное заключение, так как пока идет следствие, — сказал Кабанов. — Экспертиза по делу Магнитского не завершена. У нас выводов пока нет».

«Российская газета» — Столичный выпуск №5507 (131)

Верховный суд России намерен отделить горячие слова от взрывоопасных: острословов нельзя судить также, как оголтелых националистов.

Пленум высшей инстанции подготовил проект постановления о судебной практике по уголовным делам экстремистской направленности.

Более острую тему в нашем уголовном праве сегодня трудно представить. По мнению многих правозащитников, «экстремистские» статьи стали аналогом своего рода «антисоветской агитации и пропаганды», за которую сажали при советской власти. Широкая трактовка экстремизма и прочей вражды позволяет подвести под статью практически любое вольнодумство. Нарисовал шарж на милицию, и ты уже экстремист: при определенном настрое правоохранителей, утверждали правозащитники, дело могло дойти и до такого. Но так понимать статьи об экстремизме — тоже своего рода экстремизм, и с этим также надо бороться.

Рекомендации пленума Верховного суда, по оценкам многих экспертов, способны дать судьям более разумные ориентиры. Главная рекомендация, заложенная между строк документа, пожалуй, гласит, что нельзя записывать в экстремисты всех подряд. Критика с пристрастием и экстремизм — разные вещи, хотя у правоохранителей нередко возникает соблазн поставить между ними знак равенства. Разъяснения Верховного суда позволят судье почувствовать разницу. В новейшей истории это первое постановление по делам такого рода.

— Необходимость постановления обусловлена ростом за последние годы, особенно в прошлом году, применения этих статей Уголовной категории правоохранительными органами, — сказал судья Верховного суда России Владимир Давыдов.

Всего в прошлом году за экстремистские преступления в России были осуждены 329 человек, приговорами судов установлено 613 эпизодов подобных преступлений. Чаще всего речь шла о побоях и умышленном причинении вреда здоровью.

Пусть число приговоров по таким статьям идет (пока?) на сотни, не тысячи, тенденция настораживает многих экспертов. Но резкий рост таких дел тревожит многих экспертов. По статье «Организация экстремистской деятельности» в минувшем году осуждены 23 человека. Вроде немного, но в 2008 году было два таких приговора, в 2009-м — ни одного. По статье «Организация или участие в экстремистской организации» в 2010 году были осуждены 22 человека, а в 2008-м — один, в 2009-м — двое.

Чаще стали судить и по статье «Публичные призывы к экстремистской деятельности». О чем это говорит: лучше стали бороться или погнались за статистикой?

Глава департамента по противодействию экстремизму МВД России Юрий Коков заявил, что «в ряде регионов страны наблюдается весь спектр экстремистских проявлений». Это способствует, по его словам, «и радикализация молодежи, и использование радикальной риторики общественными деятелями и организациями». По данным МВД, число экстремистских проявлений выросло и продолжает расти.

— За пять месяцев зафиксировано уже 280 экстремистских проявлений, что на 16,2 процента больше уровня прошлого года, — заметил он.

По его словам, за 2010-2011 годы МВД пресекло в крупных городах деятельность более 50 радикальных националистических преступных групп, к ответственности привлечены десятки их лидеров.

— Но мы сталкиваемся и с фактами непрофессионализма со стороны ряда оперативных работников, следователей и судей, — сказал Юрий Коков. — Мы считаем, что постановление пленума станет подспорьем не только судьям, но и всем, кто занимается этой проблемой.

Так что проблемы есть, их надо решать. По словам Владимира Давыдова, «суды испытывают значительные затруднения при рассмотрении дел данной категории». В частности, заметил он, необходимо четко законодательно определить понятие «ненависти» и «вражды». Не исключено, что правоведы обратятся к законодателям с просьбой убрать одно из понятий из Уголовного кодекса.

Также пленум Верховного суда особо обращает внимание, что критика политических организаций и особенно профессиональных политиков сама по себе не должна рассматриваться как возбуждение ненависти или вражды или как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц. В отношении указанных лиц, говорится в проекте документа, пределы допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.

Другой важный момент касается термина «социальной группы». За возбуждение ненависти и вражды к такой группе предусмотрено серьезное наказание, но что именно это за группа, закон не объясняет. В итоге в последнее время появилась практика, когда социальными группами признавали представителей власти, например, сотрудников правоохранительных органов. Соответственно, недоброе слово в адрес стража порядка приравнивалось к разжиганию социальной ненависти. Но люди в погонах и так защищены законом.

По мнению представителей Верховного суда, законодатель хотел выделить слабые, незащищенные группы, но сделал это неудачно. Наука пока не может дать четкое объяснение термину «социальная группа». Проект постановления пленума советует судам толковать «социальные группы» ограничительно, понимая под этим наиболее уязвимых, например, пенсионеров, сирот, инвалидов.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5507 (131)