Новости

Родители Глеба Агеева проиграли в борьбе за детей

Супруги Агеевы, осужденные за издевательства над приемным ребенком, не смогли убедить суд вернуть им сына и дочь.

Преображенский районный суд Москвы отказал чете Агеевых в восстановлении прав на опекунство. После скандального процесса по делу об издевательстве над четырехлетним Глебом Агеевым его приемных родителей лишили прав опекунства не только на сына, но и на второго приемного ребенка — трехлетнюю Полину.

— Мы апеллировали к тому, что меня-то суд полностью оправдал, — рассказал Антон Агеев. — Но против нас выступили и прокуратура, и органы опеки. Суд принял решение по инерции: вас уже лишили прав, и нечего пороги обивать. Мы же настаиваем: Глеб и Полина должны вернуться в семью. Теперь надежда только на Европейский суд: он примет решение к весне будущего года.

В марте 2009 года семья Агеевых в одночасье «прославилась» на всю страну. Тогда в одну из подмосковных больниц доставили четырехлетнего Глеба Агеева  с ушибами и ожогами. Версия родителей о том, что кроха упал с лестницы и обжегся о чайник, суд не удовлетворила. Свою невиновность удалось доказать лишь супругу Антону Агееву. Его жену Ларису суд приговорил к 1 году и 8 месяцам исправительных работ.

Лариса Агеева сейчас работает курьером в компании, которая сотрудничает с исправительной инспекцией.

— Это непростая работа: едва заступив на нее, ты оставляешь отпечатки пальцев, дышишь в трубочку, расписываешься в том, что ты не работаешь в другом месте. Уже потом, в процессе работы, идут постоянные прокурорские проверки, — рассказал  Антон Агеев. — Вдобавок 15% дохода, согласно решению суда, отчисляется государству. Но такая работа ей хотя бы по силам: после всех переживаний Лариса сильно сдала: неврозы, остеохондроз, грыжа позвонков.

Каждую неделю чету Агеевых можно увидеть на пороге Социального приюта для детей и подростков при департаменте семейной и молодежной политики Москвы.

— Они приезжают каждый четверг, как по расписанию, — рассказал директор приюта Сергей Альбертов. — Поначалу, когда детей только привезли, малыши постоянно плакали и плохо ели. Потом родителям разрешили их навещать, и все пошло на поправку. Но дети все равно очень скучают и ждут их. Зимой они смотрели в окно и фантазировали: дескать, когда снег растает, родители их заберут. Но снег растаял, и ничего не произошло. И вот как им объяснишь происходящее? Приходится выкручиваться и объяснять, что родители в санатории на лечении и скоро вернутся. Но долго так продолжаться не может. По мне, так из этой истории раздули черт знает что и пора бы уже вернуть детей родителям.

Однако шансов воссоединиться у Агеевых практически нет. Согласно российским законам, оступившиеся усыновители получают «волчий билет» до конца жизни и не могут взять опеку даже над ближайшими родственниками.

— Мы видим, как Агеевы забрасывают суды исками и всячески стараются вернуть детей, — рассказала Тамара Мурлыкова, юрист отдела опеки, попечительства и патронажа муниципалитета Гольяново, в ведомстве которого находится дело Агеевых. — В последний раз они провели аналогию с Украиной: там предусмотрено восстановление в правах усыновителей. Но у нас такое невозможно. И пока не было ни одного прецедента, как бы родители не старались.

Источник в Генпрокуратуре выразился еще категоричнее: «Нет никаких юридических оснований для того, чтобы реабилитировать Агеевых».

— В теории вернуть родительские и опекунские права возможно, на практике — нет, — замечает уполномоченный при президенте России по правам ребенка Павел Астахов. — Абсолютное большинство судов перестрахуется и откажет родителям, чтобы не допустить ситуаций вроде недавней истории в Новосибирске (наркоман с тремя судимостями насмерть забил двухлетнюю дочку спустя месяц после того, как суд восстановил его в родительских правах. — «Известия»). А уж если, как в случае с Агеевыми, прокуратура и органы опеки против реабилитации родителей, то шансов нет. Лично мне Агеевых по-человечески жаль. Люди явно из кожи вон лезут, чтобы воссоединиться с детьми.

Некоторые утверждают, что после повышения соцвыплат за приемных детей опекунство для многих стало бизнесом.

— Распространенность этого явления зависит от региона, — говорит Астахов. — В Краснодарском крае за каждого приемного ребенка платят по 20 тыс. рублей, поэтому опекунство там воспринимают как работу. Там уже всех детей разобрали и ездят за ними в Москву. Но я не думаю, что Агеевыми движет корысть.

Дмитрий Евстифеев, Известия

Кастинг с детскими слезами

В американском Анкоридже 16 августа начался суд над гражданкой США Джессикой Бигли. Во вторник было отобрано жюри в составе шести присяжных из жителей штата Аляска.

Педагога по профессии обвиняют в жестоком обращении с усыновленным в России ребенком Даниилом Бухаровым. Накануне процесса прокурор Синтия Фрэнклин дала понять, что власти США «хотят показать решимость в последовательном отстаивании своей позиции и намерены добиться наказания» для американки. Именно благодаря настойчивости прокурора, которая направила в суд дополнительные материалы по делу, оно не было прекращено на первоначальном этапе, как того требовала защита. На первом процедурном заседании суда присутствовал представитель российского консульства в Сиэтле Андрей Бондарев. После того как адвокат обвиняемой Уильям Ингалдсон попросил выделить всего лишь неделю на разбирательство этого громкого дела, консул Бондарев дал понять, что российская сторона не согласна с таким сроком.

Кадры жестокого обращения с Даниилом шокировали пользователей Интернета, где они впервые появились в октябре прошлого года. Причем скандальную запись вела сама американка, чтобы потом отправить ее на кастинг в одно из ток-шоу. На кадрах из видео Джессика Бигли, принимая «воспитательные меры» к Даниилу, обливала его холодной водой и заставляла полоскать рот острым кетчупом. При этом ребенок громко плакал и просил прекратить эти издевательства.

Но Бигли могла выйти сухой из воды. Дело в том, что жестокое обращение с детьми по законам штата Аляска трактуется не как преступление. Оно приравнивается к нетяжкому правонарушению и карается относительно небольшим наказанием: от штрафа в 10 тысяч долларов до годового тюремного заключения. Тем не менее прокурор Фрэнклин, несмотря на давление со стороны защиты и ряда СМИ, в январе 2011 года решила возбудить дело по факту жестокого обращения с ребенком из России.

прямая речь

Павел Астахов, уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка:

— Я считаю, что действия Джессики Бигли надо характеризовать как жестокое обращение. Это никакие не строгие формы воспитания, чем сейчас пытается прикрыться приемная мать. Подобные методы сравнимы по жестокости с пытками, применяемыми к узникам Гуантанамо. Это уже не первый случай, когда приемные родители оправдывают свое жестокое обращение с ребенком строгостью воспитания.

О влиянии недавно подписанного российско-американского соглашения по усыновлению на ход рассмотрения дела Бигли говорить сложно, так как документ пока не ратифицирован. (Соглашение было заключено во время визита главы МИД России Сергея Лаврова в США месяц назад. — «РГ»). Поэтому в данном деле мы участвуем как привлеченные эксперты. Всего же, по официальным данным, за последние 20 лет на усыновление в Америку было вывезено около 60 тысяч детей из России. Но реальная цифра может быть в два раза больше. Начиная с 1996 года американскими усыновителями были убиты 17 приемных детей из России. Рассмотрение некоторых дел продолжается до сих пор.

Максим Макарычев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5556 (180)

Приговор по телеграфу

Процессуальные документы можно будет получать по почте. Судебный департамент при Верховном суде РФ ведет переговоры с руководством «Почты России».

Об этой неожиданной инициативе сообщил генеральный директор Судебного департамента при Верховном суде России Александр Гусев.

По его словам, сейчас прорабатывается вопрос о наделении «Почты России» полномочиями по приему от граждан заявлений, копий документов в бумажном виде, перевод в электронный вид и передачу суду по телекоммуникационным каналам для предварительного рассмотрения.

Иными словами, человек сможет прийти на почту с заявлением в суд. Если идея пройдет, бумагу возьмут без разговоров, отсканируют и перешлют куда надо.

Такая услуга окажется особенно удобной, если дело должно рассматриваться в другом городе. Допустим, ответчик живет на другом конце страны. В таком случае гораздо легче воспользоваться почтой, чтобы сообщить суду о своих претензиях.

К тому же суды общей юрисдикции активно развивают электронный документооборот. В перспективе цифровые дела придут на смену бумажным. Возможно, электронная канцелярия будет дублировать бумажную, но это уже детали. С развитием новейших технологий в правосудии всем станет проще.

Также идет речь, что когда-нибудь в будущем суды общей юрисдикции начнут принимать иски в электронной форме. Однако у человека в любом случае должен остаться выбор, доверить ли свою боль бумаге или придать своим страданиям электронную форму.

В свою очередь, суд, как предполагается, тоже сможет высылать документы гражданам почте. И это будут не какие-то «письма счастья», а самые настоящие процессуальные бумаги. Речь может идти, скажем, о получении протокола судебного заседания или даже судебного решения. Нужна официальная копия? Сегодня надо идти в канцелярию узнавать. Завтра бумагу можно будет получить письмом. Как предполагается, суд в электронном виде перешлет документ на почту, а та распечатает и доставит гражданину. Благодаря электронной цифровой подписи, накладок не будет. По словам экспертов, опрошенных «РГ», почта в этом случае вполне сможет заверить бумагу, как это делается, допустим, с заверенными телеграммами. Так что на руках у человека будет официальный документ.

Кроме того, по словам Александра Гусева, прорабатывается вопрос предоставления документов в электронной форме, оплаты штрафов через Портал государственных услуг. Еще одна электронная задумка — повсеместное внедрение аудиозаписи процессов. Изначально подобные системы использовались, по словам главы судебного департамента, для фиксации сложных больших процессов. На конец прошлого года, подобная аппаратура была установлена в 900 залах судов.

— Предполагается, что в 2011-2012 годах будет поставлено до 1500 комплектов для обеспечения всех судов данным видом оборудования, — сказал Александр Гусев.

Однако, по его словам, для большого количества административных и гражданских дел в настоящее время рассматриваются более дешевые решения по аудиозаписи. Например, предлагается выделить судьям обычные диктофоны. Но, естественно, это должны быть очень хорошие, чувствительние диктофоны, не пропускающие ни единого слова.

— Реализация подобных решений будет связана с организацией архивов дел в электронном виде, — говорит Александр Гусев. — Возможно, потребуется законодательное регламентирование процедур регистрации и хранения. Одновременно разрабатываются технические решения и регламенты электронного взаимодействия с информационными системами органов прокуратуры, следственных органов, службы судебных приставов и других ведомств.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5556 (180)

В театр — на коляске

В трех регионах России — Татарстане, Саратовской и Тверской областях начинается реализация пилотного проекта по формированию безбарьерной среды для людей с ограниченными возможностями здоровья и маломобильных групп населения, в том числе для мам с колясками.

Эксперимент пройдет в рамках госпрограммы «Доступная среда», запущенной Минздравсоцразвития России в этом году и рассчитанной на 2011-2015 годы.

Сегодня «РГ» публикует приказ ведомства, который устанавливает единые правила игры для «пилотов». Как пояснили «РГ» в пресс-службе ведомства, проекты будут реализованы в 2011-2012 годах. В их рамках планируется выявить все «подводные камни», которые могут всплыть при реализации программы. По их завершении опыт будет проанализирован министерством и начнется его распространение по стране.

Программа «Доступная среда» должна преобразовывать семь жизненных сфер: образование, здравоохранение, культуру, транспорт, информатику и связь, спорт и физическую культуру, жилищный фонд. Предполагается в итоге так выстроить окружающую среду, чтобы человек с любыми ограничениями мог спокойно передвигаться, получать нужные услуги, в общем, жить полноценной жизнью.

Как ранее поясняла министр здравоохранения и социального развития Татьяна Голикова, преобразование среды в безбарьерную, скажем в здравоохранении, это, в том числе, предоставление людям возможность записаться к врачу, не посещая лечебное учреждение. Или наличие такого специального медицинского оборудования, которое дает возможность обследовать людей с ограниченными возможностями, учитывая, что они, скажем, либо слабовидящие, либо колясочники. «То же самое касается инклюзивного образования. Здесь компьютеры, здесь специальное учебное оборудование, которое для детей со слабым здоровьем в школах будет приобретаться», — сказала она на одном из совещаний.

Что еще конкретно планируется сделать в рамках «пилотов», а потом и в целом по стране? Например, закупить специальный транспорт, которым смогут пользоваться и инвалиды. Оборудовать переходы, остановки общественного транспорта, вокзалы, станции системами синхронного вывода речевой и текстовой информации (включая графические схемы маршрутов движения транспорта), а также пандусами, тактильными и контрастными поверхностями. Установить звуковые светофоры, обучить работников транспорта обращению с пассажирами с ограниченными возможностями.

В сфере информации и связи планируется сделать официальные сайты региональных органов власти доступными инвалидам по зрению. Обеспечить доступ людей со слабым здоровьем к информационным службам, в том числе экстренным. А инвалидов по слуху обеспечивать на общественных мероприятиях и собраниях вспомогательными слуховыми устройствами.

В сфере культуры будут оборудовать залы местами для инвалидных кресел-колясок и прилегающими местами для сопровождающих лиц, делать дополнительные места для собаки-поводыря или, например, костылей, создавать копии подлинных музейных экспонатов для тактильного знакомства с ними инвалидов по зрению, организовывать музейные экскурсии для инвалидов по зрению с использованием аудиогида, для инвалидов по слуху с предоставлением им соответствующей текстовой информации.

Естественно, и жилищный фонд ждут преобразования, входные зоны, крыльца, тамбуры, вестибюли подъездов, лифты, лестницы оборудуют специальными приспособлениями (пандусами, опорными поручнями, аппарелями, подъемниками, местами крепления колясок, светозвуковыми информаторами путей движения внутри зданий и так далее). Приспособят для инвалидов и парковочные места.

Правда, видоизменить все города России на сто процентов в течение пяти лет вряд ли удастся. Как ранее признавался глава департамента по делам инвалидов минздравсоцразвития Григорий Лекарев, к 2016 году в результате реализации программы 20 процентов школ в России должны быть адаптированы для обучения в них ребят с ограниченными возможностями, а, скажем, транспортных средств должно быть переоборудовано 25 процентов.

На реализацию пилотных проектов из государственной казны будет выделен 831 миллион рублей: Татарстану — 347,8 миллиона, Саратовской области — 274 миллиона и Тверской — 209 миллионов. Обязательным условием участия в проекте является адекватное, то есть 50 на 50, софинансирование с регионами. Таким образом, на реализацию «пилотов» в 2011 году будет направлено 1,6 миллиарда рублей. Всего же на программу «Доступная среда» предполагалось выделить в течение пяти лет 47 миллиардов рублей.

Марина Грицюк, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5556 (180)

Тайные знаки полиции

Министерство внутренних дел вынесло на общественное обсуждение проект приказа о том, какие подразделения ведомства смогут заниматься агентурной работой.

В известной песне «Наша служба и опасна, и трудна» есть маленькая недоговоренность. В строчке: «и на первый взгляд как-будто не видна» замалчивается важный нюанс: некоторые грани полицейской работы и не должны быть видны — ни на первый взгляд, ни на третий, ни на любой другой.

Сколько агентов оперативники внедрили в преступные группировки? Какие телефоны стоят на прослушке? За кем установлена слежка? Все это важная государственная тайна. Но все мы знаем, что полиция занимается такой работой. Без оперативно-розыскных полномочий служба правоохранителей была бы не только опасна и трудна, но и во многом безнадежна. Зачастую именно тайные методы часто позволяют вывести преступника на чистую воду, хотя, конечно, и работать в открытую — гласными методами — правоохранители тоже должны уметь.

Далеко не все сотрудники МВД имеют право заниматься секретной работой. Допустим, участковый уполномоченный не может внедрять в банду местных алкоголиков своего человека. Если и сделает это, то не в рамках закона об оперативно-розыскной деятельности.

Не вправе приставить «хвоста» к гражданам и начальник паспортного стола — даже при всем желании. Следователь, между прочим, тоже не внедряется в банды, он как раз занимается процессуальной работой. Поэтому в министерстве внутренних дел есть масса сотрудников и подразделений, чья работа проходит вне конспиративных квартир.

Перечень подразделений, имеющих право на секретную работу, в соответствующих ведомствах существовал всегда. Но в МВД сейчас заканчивается реформа, многие структуры изменились, да и в целом сейчас перерабатывается вся нормативная база ведомства. Поэтому министерство разработало приказ, четко определяющий список подразделений и должностных лиц, правомочных осуществлять оперативно-розыскную деятельность.

В подготовленном перечне 13 подразделений. При этом у одних из них есть право заниматься оперативной работой в полном объеме, установленном соответствующим законом, у других четко обговорены конкретные формы работы.

Например, в центрах и отрядах спецназа полиции должны быть специально выделенные сотрудники, занимающиеся оперативной работой. Они вправе проводить следующие оперативно-розыскные мероприятия: «опрос», «наведение справок», «наблюдение», «отожествление личности», «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств»; использование конфиденциального содействия граждан. Нетрудно догадаться, что таким способом оперативники из подразделений спецназа смогут выделять, скажем, зачинщиков во время беспорядков. Кстати, многие машины спецотрядов, включая автомобили-водометы, оснащены видеокамерами и микрофонами. Они записывают все, что творится вокруг. Потом эти данные могут стать доказательством при суде. И пока одни спецназовцы будут силой успокаивать разбушевавшуюся толпу (например, разгоряченных футбольных болельщиков), другие будут вычислять вожаков и самых рьяных. Мало получить фото, надо еще узнать имя человека.

В списке есть хорошо известные названия — угрозыск, службы собственной безопасности, национальное бюро Интерпола. В полном объеме секретной работой могут заниматься подразделения по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите. Нет в приказе, и это ожидаемо, ГИБДД, лицензионно-разрешительных подразделений. Они никогда не входили в подобные перечни, у них гласная работа.

Петр Орлов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5555 (179)

Черную метку ставят пожизненно

Михаил Барщевский, Полномочный представитель правительства РФ в высших судах РФ, доктор юридических наук,

Александр Торшин, и.о. председателя Совета Федерации РФ, кандидат юридических наук

К сожалению, в последнее время мы все чаще сталкиваемся с сексуальными преступлениями, направленными против детей и подростков.

Это необязательно насилие, но еще растление, сексуальное издевательство, рабство и стремительно набирающая обороты малолетняя проституция.

Как недавно выразился один журналист, «сейчас борьба с педофилией становится национальной российской идеей». Это конечно же перебор, любая кампанейщина всегда заканчивается плохо.

Так можно докатиться до американского опыта, когда папу, который высадил свою дочку пописать, сначала арестовали на неделю, а потом лишили родительских прав. Это не шутка, а совершенно реальная история. На прогулке папа спустил девочке штанишки, взял под коленочки и высадил пописать. Это увидела в окно соседка, просигнализировала в полицию, и копы взяли бедного отца уже через несколько минут.

До такого идиотизма, конечно, доходить не стоит. Но меры против педофилии необходимо принимать достаточно жестокие и резкие. Только не надо кричать о том, что педофилов необходимо расстреливать. Такие крики непродуктивны сразу по нескольким причинам.

Во-первых, даже по закону педофилов никогда не расстреливали, если, конечно, они не отягощали свое преступление, например, убийством. Во-вторых, по решению конституционного суда у нас расстрелы вообще запрещены, за любые преступления, сколь бы тяжелы они ни были. И, наконец, в-третьих, расстрел не решает сути проблемы. Поэтому увеличение сроков по этим позициям возможно, отмена для педофилов условно-досрочного освобождения, о чем сейчас так много говорят, — возможна, мы не против такой отмены. Но если не проводить других мероприятий, все эти меры, по нашему мнению, малоэффективны, практически бесполезны.

Характерная особенность преступлений, связанных с педофилией, состоит в том, что они дают порядка 97 процентов рецидива. Сравните с убийствами, где рецидива 3-4 процента. Поэтому разговоры об отмене условно-досрочного освобождения осужденных педофилов во многом лишены смысла. Отсидит педофил полсрока или весь срок, 10 лет или 5, в 97 случаях из 100 он, выйдя на свободу, совершит преступление опять. Так какая разница, когда именно он это сделает, чуть раньше или чуть позже? Конечно, он должен сидеть как можно дольше, но проблему это не решит. Педофил не перевоспитается и опять пойдет на преступление. От того, возможно ли УДО или нет, зависит только то, как он будет вести себя на зоне, больше ничего. Педофил может раскаиваться в своем преступлении, может плакать о своих жертвах, но он все равно в 97 процентах пойдет на повторное преступление, потому, что такова его природа. Если общество действительно хочет бороться с этим злом, основной акцент должен делаться на других моментах. На предотвращении актов педофилии и на работе с теми, кто уже был в них уличен.

Очень важно не допустить преступления и вообще помешать человеку перейти черту: из просто склонного к педофилии превратится в именно педофила. Для этого необходимо, чтобы более тщательно стали работать участковые инспектора и чтобы сами жители присматривались повнимательнее к тем, кто слишком часто немотивированно посещает в их районе детские площадки, песочницы, кто постоянно ходит смотреть, как мальчишки играют футбол, кто раздает детям конфеты и дарит игрушки. Очень хорошо, если соседи просто просигналят участковому, что вот, есть взрослый мужчина, все время крутится рядом с детскими площадками, рядом со школой, несмотря на то, что у него там никто не учится, и так далее. Даже если полицейский просто подойдет к нему и проверит документы, уже это сможет насторожить перспективного педофила и заставить его вовремя себя остановить. Придержать, хоть на время. Очень важно, чтобы он всегда чувствовал над собой контроль. К сожалению, такая мера не дает стопроцентной гарантии. Но она в любом случае уменьшает вероятность поистине чудовищного преступления — акта сексуального насилия над ребенком. В этом вопросе мы обязаны использовать все средства даже не столько для того, чтобы поймать и наказать преступника, сколько для того, чтобы предотвратить само надругательство. На это же должны обращать внимание тренеры спортивных юношеских и детских секций. Когда мальчик старшего возраста все время бегает на занятия к мальчикам младшего возраста — что его туда тянет? Родители должны быть внимательнее к своим детям, которые посещают детские учреждения, потому, что довольно часто акты педофилии совершаются тренерами и преподавателями. Как это ни страшно говорить, но педофил часто старается устроиться на работу, связанную как раз с детьми. Тут надо быть просто бдительными и не надеяться на то, что «моих детей эта беда не коснется».

Во всем мире рост педофилии совпал с распространением Интернета. Тут отчетливо видна почти линейная зависимость: чем шире сеть, тем больше педофилов. Это не вина Интернета, а один из его побочных эффектов. Дело в том, что порносайты педофилической направленности сейчас стали практически общедоступными. И у тех, кто раньше просто имел плохие наклонности, после того, как они насмотрятся этих сайтов, часто возникает стойкое непреодолимое желание все это попробовать в реальности. Плюс Интернет позволяет общаться и договариваться, соблазнять детей, выманивать их на встречу. Через Сеть педофилы легко обмениваются информацией и даже адресами потенциальных жертв, а сутенеры предлагают услуги малолетних проституток. Конечно, многие провайдеры пытаются блокировать информационные потоки такой направленности, и многие люди борются с педофилией в Сети на частном уровне, что достойно всяческого уважения и поддержки. Но это не вопрос частного уровня, это вопрос уровня государства. Государство имеет возможность и должно отслеживать педофилические сайты, блокировать их и заводить уголовные дела уже просто за намек на призыв к педофилии. Так же, как оно это сейчас довольно успешно делает в отношении сайтов экстремистской направленности. Если педофилический сегмент Интернета обрушить, то количество преступных прецедентов уже сократится в разы. Призыв к избиению, например, иноверцев, сделанный в Сети, у нас рассматривается как преступление. Следовательно, и любые поползновения в область педофилии, например, эротические рассказы, повествующие о том, как хорошо иметь секс с детьми, распространение таких рассказов — это тоже должно рассматриваться как уголовное преступление. Такие действия нельзя назвать цензурой, поскольку это преступные записи, у которых нет права на существование. Если считать, что борьба с такими рассказами — ущемление свободы слова, то логично будет сказать, что борьба с кражами, разбоем и убийствами — ущемление свободы личности.

Но это надводная часть айсберга. А подводная — это вопрос о том, что делать с теми, кто уже уличен в актах педофилии. Конечно, здесь не надо скромничать со сроками лишения свободы. Во всех случаях необходимо проведение психиатрической экспертизы и назначение, если необходимо, принудительного лечения. Оно может быть связано не только с исправлением психики, но и со снижением либидо. Президент предложил добровольную химическую кастрацию как меру защиты общества. Химическая кастрация — это серия уколов, после которой у человека надолго пропадает и сексуальное желание, и возможность. В отличие от хирургической она не является необратимой, и если вдруг выяснится, что человек был осужден необоснованно, а мы всегда должны помнить о том, что такое возможно, то по прекращению уколов через несколько месяцев либидо полностью восстанавливается. Здесь возможно исправление судебной ошибки.

Эту меру необходимо усилить и ввести обязательную химическую кастрацию. Но и от добровольной отказываться не стоит. Такая возможность должна быть для того, чтобы человек, чувствуя свою склонность к педофилии и понимая, что ему сложно с ней бороться, мог прийти и попросить избавить его от напасти. Часто педофилы, давая показания, искренне рассказывают, что понимали, что поступают неправильно, но не могли ничего с собой поделать. Они чувствовали тягу к ребенку, долго с собой боролись, сопротивлялись и, наконец, ломались. Многие из них, если бы такая возможность была, пошли бы ко врачу. И многие дети были бы спасены. Надо сделать, чтобы химическая кастрация была доступна для желающих и не позорна. Чтобы люди понимали, что человек, который на это идет, достоин не презрения, а уважения. Конечно, это относится к лицам, не совершившим преступление. Ведь если человек, например, пристрастен к алкоголю и не может сам с этой страстью справиться, ему же советуют «зашить ампулу» или закодироваться, и это является нормой. Почему же не сделать такой же нормой химическую кастрацию для людей, которым сложно бороться со своей вредоносной сексуальной ориентацией?

Бывший педофил должен обязательно находиться под постоянным надзором психиатра. В этой болезни случаются периодические обострения и ремиссии, отследить которые профессиональный врач вполне способен. Поэтому наблюдающий психиатр, заметив приближающееся обострение, может сказать: «Послушайте, у вас сейчас состояние не очень хорошее, вам хорошо было бы пропить курс вот этого лекарства». И это также поможет предотвратить преступление.

Это минимальный набор пусть очень жестких мер, но мер, которые обязательно надо принять. То есть сначала людям, склонным к педофилии, надо помочь не стать педофилом. Потом детей надо уберечь, чтобы они не попали к педофилу. И, наконец, надо ограничить возможности и склонности уже осужденных, отбывших наказание и вышедших на свободу педофилов.

Для того, чтобы действительно начать борьбу с педофилией на серьезном государственном уровне, а не на уровне простого ток-шоу, необходимо уже в ближайшее время создать при президенте РФ или на дискуссионной площадке ОНФ рабочую группу, которая должна заняться подготовкой серьезных предложений по комплексному решению проблем педофилии. В группу эту должны войти профессионалы — медики, психиатры, психологи, сексопатологи, юристы.

Мы ничего не имеем против кухарок (конечно, это образно, пусть кухарки не обижаются), но кухарка не должна управлять государством, как и не должна судить педофилов. Нельзя допускать ситуацию, когда некоторые публичные деятели, которые ничего не понимают ни в психиатрии, ни в сексопатологии, ни в юриспруденции, начинают давать советы, что с ними делать. Всем должны заниматься профессионалы, у которых есть достаточный багаж знаний, компетенции, авторитета и общественного доверия. Только в этом случае мы сможем переломить ситуацию и защитить наших детей от опасных взрослых.

акцентНаконец, нам надо перенять опыт, который уже хорошо показал себя в других странах. В США есть сайт, на котором указаны все люди, которые когда-либо совершили любого рода сексуальные преступления. И в любой момент кто угодно может посмотреть, есть ли там такой-то человек, где он живет, на какой машине ездит и так далее. То есть если у вас появился &

Полиция вышла на Youtube

Официальный канал МВД России появился на интернет-портале youtube.com, сообщает во вторник пресс-центр ведомства.

Как говорится в сообщении, в эфире канала, размещенного по адресу http://www.youtube.com/user/themvdtube, пользователи смогут увидеть разнообразные ролики с советами, как не стать жертвами преступников и защитить себя и своих близких от злоумышленников.

«К началу работы нового канала ведомство подготовило три ролика на темы детской безопасности, интернет-мошенничеств и борьбы с преступлениями, совершаемыми в транспортных средствах», — отмечается в сообщении.

«Главная цель — предупредить граждан о возможных преступлениях, а, следовательно, постараться их предотвратить. Если вовремя подробно и наглядно рассказать о схемах мошенников, то граждане будут более бдительны и подготовлены к различным чрезвычайным ситуациям», — отметил начальник управления по взаимодействию с институтами гражданского общества и СМИ МВД России генерал-майор внутренней службы Валерий Грибакин, на которого ссылается релиз.

В двухминутном ролике «Твоя безопасность: в сети Интернет» отмечается, что зачастую жертвами интернет-мошенников становятся женщины, которые попадаются на уловки так называемых брачных аферистов. Как правило, пострадавшие не обращаются в полицию, считая, что сами виноваты и были излишне доверчивы.

«Согласно проведенным опросам, только 10% женщин, которые стали жертвами интернет-мошенников, обращаются за помощью в полицию. Это неправильно, ведь таким образом злоумышленники могут, не опасаясь наказания, продолжить свою преступную деятельность, — подчеркнул официальный представитель министерства. — Также, мы советуем гражданам не сообщать в социальных сетях о своем финансовом состоянии, не демонстрировать на фотографиях обстановку квартиры и драгоценности, так как это может привлечь внимание преступников».

Второй ролик «Твоя безопасность: попутки», по словам Грибакина, рекомендует гражданам, особенно женщинам, не садиться в машины с тонированными стеклами, в которых кроме водителя едут еще пассажиры, а пользоваться услугами легального такси.

«Если же обстоятельства складываются таким образом, что ехать все-таки придется на «попутке», то стоит сообщить номер и марку машины друзьям или близким, причем так, чтобы водитель это слышал», — отметил Грибакин.

В третьем ролике представлены советы детям: не ходить никуда с незнакомцами, не открывать дверь посторонним и правильно отвечать на телефонный звонок с вопросом: «А родители дома?». Взрослым же рекомендуется строить доверительные отношения с детьми, чтобы всегда быть в курсе их дел и проблем, постоянно держать связь с ребенком. Например, заранее отрабатывать маршруты, по которым ребенок ходит из дома в школу, секции и обратно.

«Родителям, педагогам следует заранее проговорить с ребенком все возможные сложные ситуации, в которые он может попасть, объяснить ему правильный алгоритм действий», — подчеркнул Грибакин.

В МВД рассчитывают, что зрителями нового видеоканала станут как взрослые, так и дети. Как подчеркивается в сообщении, обсудить ролики или предложить идеи для следующих выпусков можно в официальной группе МВД в социальной сети «ВКонтакте» (http://vkontakte.ru/mvd)

По словам Грибакина, «список роликов будет постоянно обновляться в зависимости от актуальности тех или иных вопросов профилактики».

РИА Новости

«Еще одна липа будет»

«Еще одна липа будет»«А кто умеет этим заниматься? Это нужно на каждого по хорошему психологу. Кто это будет делать? Участковый инспектор? Не дай Бог», — заявил газете ВЗГЛЯД криминолог Яков Гилинский, комментируя законопроект «Об основах системы профилактики правонарушений в России». Он считает, что документ является не более чем благопожеланием.

Министерство внутренних дел в пятницу опубликовало для обсуждения проект закона «Об основах системы профилактики правонарушений в РФ». Документ предусматривает создание региональных межведомственных комиссий, подотчетных правительственной комиссии, в задачи которых будет входить проведение индивидуальной и виктимологической (виктимология — наука о потерпевших) профилактики правонарушений.

«Меры индивидуальной профилактики правонарушений применяются для систематического целенаправленного воздействия на правосознание и поведение лица, от которого следует ожидать совершения правонарушения, либо его ближайшее окружение в целях предупреждения совершения правонарушений со стороны указанных лиц», — говорится в законопроекте. К таким мерам, согласно документу, относятся профилактическая беседа, установление особых требований к поведению правонарушителя, профилактический учет и контроль, принудительные меры медицинского характера и воспитательного воздействия, устанавливаемые судом, или установление судом административного надзора. Поводами для принятия мер индивидуальной профилактики могут служить сообщения или заявления граждан, сообщения в СМИ, материалы госорганов и органов местного самоуправления, а также решения суда.

«Меры виктимологической профилактики правонарушений… осуществляются исключительно с целью снижения у лиц риска стать жертвами противоправных посягательств», — говорится в документе. В частности, такие меры включают выявление потенциальных жертв правонарушений, криминальных ситуаций, в которые они могут попасть, оказание им помощи с целью активизации внутренних защитных возможностей, а также обеспечение их личной и имущественной безопасности.

Прокомментировать законопроект газета ВЗГЛЯД попросила криминолога, доктора юридических наук Якова Гилинского.

ВЗГЛЯД: Яков Ильич, в чем, по-вашему, основная суть представленного МВД на обсуждение законопроекта?

Яков Гилинский: Здесь нет ничего нового. Эти нормы существуют уже десятилетиями. Есть три вида профилактики. Первичный уровень — так называемая общесоциальная профилактика. Это, скажем, сокращение бедности. Вторичная — так называемая специальная профилактика — например, установка охранной сигнализации в парадных, металлических решеток на окнах первых этажей, металлических дверей и т. д. Наконец, третичная, или индивидуальная профилактика, — работа с семьями алкоголиков и наркоманов, лиц, освободившихся из мест лишения свободы. Это давно вменено в обязанности участковых инспекторов. Вся эта болтовня идет с советских времен.

ВЗГЛЯД: В пояснительной записке так и говорится: в последнее время руководством страны неоднократно ставилась задача «по восстановлению действовавшей до середины 90-х годов прошлого века государственной системы профилактики правонарушений». Авторы документа называют ее эффективной. Вы согласны с такой оценкой?

Я. Г.: Нет. В советское время эта система была хорошо разработана теоретически. Работы велись еще в 1970-е годы. Но на практике это действовало не очень хорошо. Сейчас это не действует вообще и не будет действовать.

ВЗГЛЯД: По какой причине?

Я. Г.: А кто умеет этим заниматься? Это нужно на каждого по хорошему психологу, специально подготовленному. Кто это будет делать? Участковый инспектор, который никогда не делал и не умеет? Не дай Бог.

Нужны профессионалы: хорошо квалифицированные кадры социальных и общих психологов, социальных педагогов. Где они? Настоящих профессионалов в Петербурге и Москве не хватает, а где вы их возьмете в провинции? А кроме того, нужны средства. А создание новых комиссий… ну что у нас, мало комиссий и комитетов? Еще одна липа будет.

ВЗГЛЯД: Представители каких ведомств могут участвовать в межведомственных комиссиях, о которых говорится в законопроекте?

Я. Г.: Здесь может быть МВД, прокуратура, ФСБ, наверное, припутают и, конечно, ФСКН, органы образования и здравоохранения, психологи. По идее, должны быть и научные работники, криминологи. Но я не знаю, будут они или нет.

ВЗГЛЯД: В документе речь идет не только о потенциальных правонарушителях, но и о работе с потенциальными жертвами…

Я. Г.: Вот это как раз более реально. И есть опыт такой работы. Например, появляется новая форма мошенничества. Сейчас их очень много, связанных с мобильными телефонами, Интернетом и т. д. Вместо того, чтобы раскидывать по почтовым ящикам всякую рекламу, нужно разбрасывать предупреждающие книжечки: в каких случаях что делать, чего надо опасаться, каковы последние методы хищений, мошенничества и т. д. Это одна из немногих реальных вещей. Надо только понимать, кто будет разрабатывать эти книжечки, кто будет распространять их по почтовым ящикам.

ВЗГЛЯД: Какие группы граждан отличаются повышенной виктимностью?

Я. Г.: Это зависит от категории преступлений. Молодые женщины обладают повышенной виктимностью в части изнасилований, дети — в части сексуальных домогательств. Пенсионеры виктимны в дни получения пенсий, когда их подкарауливают и отнимают копейки, которые те получают. Молодые люди, сильные, работающие, обладают повышенной виктимностью в связи с грабежами и разбоями. По каждому виду преступлений есть группы повышенной и пониженной виктимности.

ВЗГЛЯД: Возможна ли какая-то индивидуальная работа с гражданами, обладающими повышенной виктимностью?

Я. Г.: Абсолютно нереально — это 100% населения. Кто этим будет заниматься? Нужно проводить разъяснительную работу в СМИ и по почте.

ВЗГЛЯД: Как комиссии будут определять потенциальных преступников? Или к таковым отнесут только тех, кто уже совершил правонарушение?

Я. Г.: Не обязательно. Это так называемые трудные, конфликтные семьи, семьи, где есть алкоголики, наркоманы, подростки, состоящие на учете в органах МВД.

ВЗГЛЯД: Таких граждан меньше, чем 100% населения. Вы считаете, с ними тоже не надо пытаться вести индивидуальную работу?

Я. Г.: Работа может проводиться, но она не проводилась, не проводится и не будет проводиться. Дело в том, что лучше всего такую работу могут проводить общественные организации, но им, как показывает практика, не только не помогают, но и мешают.

Есть организации, работающие с лицами, освободившимися из мест лишения свободы, есть организации, работающие с наркоманами, с алкоголиками. Из профессионалов в такой работе должны быть в отдельных случаях психологи, в отдельных случаях психиатры.

ВЗГЛЯД: В законопроекте говорится, что меры индивидуальной профилактики применяются для «воздействия на лиц, от которых следует ожидать совершения правонарушения». Одной из мер называется «установление особых требований к поведению правонарушителя». Вместе с тем в числе объектов профилактической деятельности называются «физические лица, поведение которых нарушает социальные нормы и дает основание субъектам системы профилактики прогнозировать совершение ими правонарушения». Кто и как это будет определять? Возможны ли ситуации, когда полицейский установит особые требованию к гражданину за запись в блоге, например, или по каким-то личным соображениям?

Я. Г.: Это вопрос применения. Дело в том, что профессионалам хорошо известно, что это такое. По объективным причинам невозможно предусмотреть все категории. Здесь могут быть лица с психическими, психологическими отклонениями, умственно отсталые. Объективно невозможно перечислить все категории. А субъективно под это можно подвести кого угодно, вы абсолютно правы.

ВЗГЛЯД: То есть этот документ дает новые основания для произвола?

Я. Г.: Да, но эти основания и так были. Они существуют во всех ведомственных инструкциях, просто о них люди не знают. Эти инструкции так и остаются на бумаге. Или используются совсем не с теми намерениями, ради которых создавались.

Я бы не сказал, чтобы здесь был какой-то особенный коррупциогенный потенциал. Любой закон является в какой-то степени коррупциогенным, потому что, если устанавливаются запреты, значит, их можно будет преодолевать посредством взяток. Если устанавливаются какие-то льготы и поощрения, следовательно, их можно будет получать посредством взяток. Любой закон, утверждает ли он что-либо позитивное или негативное, может быть использован коррупционером. Этот закон принципиально ничего не изменит ни в лучшую, ни в худшую сторону.

Роман Крецул, Взгляд

Не пей, не бойся, не сиди

МВД вынесло на суд общественности законопроект, призванный выбить почву из-под ног преступности. Документ предлагает ввести в стране широкую систему профилактики преступлений. Если кто-то кое где у нас порой честно жить не хочет, власти и общество должны вовремя узнать об этом и принять все меры. Главный рецепт проекта — бороться за порядок всем миром. Предполагается перевоспитывать не только потенциальных негодяев, но и возможных жертв преступлений. Щуплый ботаник в хулиганском классе, девушка в мини-юбке, гуляющая ночью по глухим улицам, пьяница, размахивающий в ресторане пачкой денег… Все они порой и не подозревают, что скользят по краю.

Но есть целая наука, способная спасти этих людей. Это виктимология — учение о жертве преступлений. В проекте МВД отдельной строкой прописано, что надо выявлять людей, буквально притягивающих к себе преступность. А дальше специалисты научными методами постараются изменить привычки и поведение этих граждан. Например, ботаников, быть может, отправят в спортзал. Или закрепят за ними добрых боксеров-троечников. Главное в этом случае, чтобы что-то изменилось внутри человека. Если он сам не готов к защите, его ничто не защитит.

Впрочем, конкретные шаги профилактики еще только предстоит разработать и внедрить. Законопроект определяет общие направления, что было бы неплохо сделать. А дальше — как пойдет. Некоторые инициативы ждут своего часа. Однако что-то уже внедряется. Например, с 1 июля вступил в силу закон об административном надзоре за бывшими осужденными. Под контроль берутся не все «выпускники» зон, а те, кому нет доверия. Решение, кого отпустить на волю с чистой совестью, а за кем еще надо присмотреть, принимает суд. Например, как сообщила прокуратура Республики Коми, недавно Сыктывкарский городской суд рассмотрел заявления начальника одной из местных колоний об установлении административного надзора в отношении двух осужденных, отбывающих наказание за особо тяжкие преступления.

Теперь граждане арестанты на выходе из зоны получат предписания о выезде к избранному им месту жительства с предупреждением об уголовной ответственности за уклонение от надзора. Контролировать выходцев с зоны будут органы внутренних дел. Это и есть самая настоящая профилактика: в подготовленном законопроекте административный надзор упоминается как одна из мер. Кстати, МВД России разработало и проект приказа об осуществлении административного надзора за бывшими арестантами. Документ также опубликован на сайте ведомства для общественной экспертизы.

Если же человек еще не сидел, а только встал на кривую дорожку, к нему могут применить другие меры индивидуальной профилактики. Например, вызвать на задушевную беседу в полиции. Поговорить с человеком могут также чиновники из соответствующих комиссий или представители гражданского общества. Беседа со священником или профессиональным психологом тоже может быть профилактикой.

Также проект предусматривает установление особых требований к поведению правонарушителя, внедрение профилактического учета и контроля и тому подобное. Упоминаются в документе принудительные меры медицинского характера и воспитательного воздействия, устанавливаемые судом, но больше никаких подробностей. Поэтому пока не ясно, подразумевается ли возрождение, скажем, системы ЛТП или планируется сохранить существующие порядки. Хотя, допустим, третий пакет поправок в Уголовный кодекс, который сейчас рассматривается в Госдуме, предусматривает освобождение наркоманов от наказания за незначительные преступления, если они согласятся пройти курс лечения от своей зависимости. Это не столько гуманная, сколько профилактическая мера. Если не снять человека с иглы, он еще немало бед натворит.

Поводами для принятия мер индивидуальной профилактики кроме прочего могут быть заявления от граждан и сообщения прессы. У простых людей появился шанс урезонить «замечательного» соседа с уголовным стажем или буйными повадками, написав заявление в полицию. И там не смогут ответить, как раньше, мол, вот убьет, тогда приходите. Нет, отныне профилактика — мать порядка.

Предусмотрена в проекте и пропаганда здорового образа жизни. Бороться с наркоманией и алкоголизмом только силовыми методами бесполезно.

Кстати, эксперты, опрошенные «РГ», предлагают присмотреться к опыту Швейцарии, где после Второй мировой войны возникли схожие проблемы. Молодежь стала пить больше, что грозило ростом преступности. За решение проблемы взялись ученые. Они предложили… развивать горные лыжи. Мол, человек, регулярно слетающий с горы, пьет намного меньше, поскольку ему нужен хороший вестибулярный аппарат. С подачи ученых Швейцария ввела на горнолыжных трассах специальные школьные дни, когда детей пускали кататься бесплатно. Занятий в школах в тот день не было. Классы организованно выезжали в горы. Плюс власти и общество делали все, чтобы горные лыжи стали доступными для каждого и в остальное время.

В итоге за несколько лет народ буквально подсадили на горные лыжи. Эффект достигнут: молодежь отвернулась от бутылки. И дети оказались трезвы, и виноградники целы. Подобные подходы нужны и у нас. В том смысле, что развивать не конкретный вид спорта, а сами принципы работы. Бесплатные спортзалы, некоммерческие кружки, благотворительные концерты — первые враги преступности. Поэтому законопроект предусматривает самую широкую систему профилактики, не ограничиваясь чисто полицейской работой.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5554 (178)

«Маги на бумаге»

Глава МВД призвал подчиненных изучать закон и помогать людям. «За последнее двадцатилетие мы неоправданно забывали о человеке, который нуждается в нашей защите», — заявил Рашид Нургалиев.

«За последнее двадцатилетие мы неоправданно забывали о человеке, который нуждается в нашей защите». Такое признание глава МВД Рашид Нургалиев сделал 14 августа на совещании в Вологде. Кроме того, министр заявил, что российские полицейские плохо разбираются в законах.

Вступивший в силу с марта федеральный закон «О полиции» гласит, что она «предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан» и «незамедлительно приходит на помощь каждому, кто нуждается в ее защите от преступных и иных противоправных посягательств». Но следует отметить, что и действовавший ранее закон «О милиции» в своей первой статье говорил, что данная система госорганов призвана защищать наши жизни, здоровье и права.

На совещании в Вологде министр напомнил, что в центре внимания работы полицейских должен стоять человек. По его словам, стиль работы, который сформировался в МВД в 90-е годы, предполагал скорее работу с бумагами, и критерием оценки работы органов внутренних дел было не оказание помощи гражданам, а «количество написанных бумаг».

Именно отсюда, как подчеркнул Нургалиев, выходит «некоторое непонимание общества». Милицию в ходе длящейся уже примерно полтора года реформы превратили в полицию. И доверие завоевывать предстоит уже этой структуре. 1 августа МВД объявило об окончании переаттестации своих сотрудников: теперь в органах внутренних дел должны остаться лучшие. Примером для нового полицейского, по мнению министра, являются ветераны Великой Отечественной. «Давайте вспомним ветеранов, которые пришли после Победы в 1945 году, — сказал вчера министр. — Они видели смерть и невзгоды и всегда были искренни в оказании помощи. Сегодня это является стандартом в нашей работе».

Снижению уровня преступности, по словам Нургалиева, должны способствовать в первую очередь не силовые, а профилактические меры: «Мы должны многие вопросы сегодня решать не силовыми методами… Необходимо, чтобы каждый внес свой вклад и выполнял свои служебные обязанности с соблюдением норм морали общества. И соответственно основным предназначением нашей деятельности является предупреждение и профилактика».

Нургалиев также призвал правоохранителей повышать уровень образования. «Нам нужно будет с вами учиться. Маги на бумаге нам не нужны, нам нужны практики», — заявил он. Сегодня, отметил глава МВД, в полиции многие офицеры имеют техническое и даже медицинское образование, но не имеют юридического: «Мы должны защищать закон и формировать правовое сознание граждан. А как решать эти задачи без юридического образования? Вот и получается, что полицейский не может разъяснить человеку его права и обязанности».

О необходимости повышенных требований к кадровому составу полиции Рашид Нургалиев заявляет регулярно. В конце июня он предупредил своих подчиненных, что «толстые и пузатые» сотрудники МВД в ходе реформы будут сокращены. При этом министр добавил, что «если сотрудник, несмотря на свой вес и конституцию, в целом соответствует предъявляемым к полицейскому требованиям, то шансы пройти аттестацию у него все-таки есть».

В последнее время Рашид Нургалиев все чаще обращает внимание на поведение и запросы российской молодежи. Пару советов молодым министр дал и вчера, когда после Вологды отправился в Архангельск. «Многие офицеры сегодня — достойный пример для молодежи. Нам нужно показывать сотрудников, которые честно выполняют свой долг». В начале августа министр публично заинтересовался тем, что слушают, читают и смотрят молодые россияне, прийдя к выводу, что с музыкальными вкусами у них не все в порядке и нужно выяснить, «не однобокие ли они». «Сейчас забыли романсы, вальсы, все, что нас объединяло, истоки и корни. Давно пора более серьезно посмотреть на исторические памятники, обратить внимание на самобытность и обычаи», — сказал тогда министр.

Сергей Миненко, Московские новости