Новости

По решению суда из-за нарушений норм пожарной безопасности в историческом центре Самары в среду закрыта школа вместе с находившимися в ней учениками, сообщили в пресс-службе судебных приставов.

«Сразу же после решения Самарского районного суда в среду наши специалисты выехали и опечатали школу. Суд постановил закрыть школу немедленно из-за нарушений норм пожарной безопасности. Эксплуатация здания приостановлена на 30 суток», — сказали в пресс-службе.

Как сообщил депутат Самарской губернской думы Михаил Матвеев, чей сын ходит в первый класс школы №15, здание опечатали вместе со школьниками, которые оставались там на продленке, передает «Интерфакс».

«Утром в среду дети пришли в школу, у них в этот день была первая продленка. Когда родители пришли их забирать в шесть часов вечера, обнаружили, что дверь школы опечатана вместе с находящимися там детьми. Родители выводили своих детей через черный ход. Нам сказали, что школа закрыта по решению суда», — сказал Матвеев.

Взгляд

Начальника управления ГИБДД по Тульской области Игоря Коновалова задержали в Турции по подозрению в попытке изнасилования несовершеннолетней.

Глава пресс-центра МВД РФ Олег Ельников пояснил корреспонденту издания Life News, что 46-летнего Коновалова подозревают в домогательствах к 17-летней дочери своей любовницы. Милиционер, его любовница и ее дочь вместе приехали на турецкий курорт Кемер на отдых. При этом официально Коновалов женат на другой женщине, у пары есть 19-летний сын.

Представитель Департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД Владимир Шевченко сказал журналистам агентства «Тульские новости», что не рекомендует торопиться с выводами. По его сведениям, причины конфликта между Коноваловым и дочерью любовницы пока не совсем ясны. «Сначала она подала заявление, потом она его забрала, разговор об изнасиловании не ведется», — заявил Шевченко.

По информации официального сайта тульского управления ГИБДД, Коновалов возглавляет управление с 13 июля 2009 года. В милиции он служит с 1995 года.

Лента.Ру

Биографическая справка

Игорь Викторович Коновалов родился 26 ноября 1964 года в г. Туле.

В 1992 году окончил Тульский политехнический институт, где ему была присвоена квалификация инженера. В 2002 году окончил Московский юридический институт МВД РФ, где ему была присвоена квалификация юриста.

С 05.1984 — 04.1986 проходил службу в Вооруженных Силах СССР.

Службу в ОВД начал в марте года 1995 стажером по должности госавтоинспектора отделения организации регистрационно-экзаменационной работы управления ГАИ УВД, в июне 1995 г. был назначен на должность инспектора по розыску отдела оперативного реагирования при управлении ГАИ УВД.

С июля 1996 года по март 2005 года служил в должностях госавтоинспектора, старшего госавтоинспектора, старшего инспектора по особым поручениям отделения автотехнической и регистрационно-экзаменационной работы Управления ГИБДД УВД.

С марта 2005 года занимал должность начальника межрайонного отдела государственного технического осмотра и регистрации автомототранспортных средств ГИБДД, непосредственно подчиненного УВД.

С 04.07.2009 — 13.07.2009 — и.о. начальника управления Государственной инспекции безопасности дорожного движения УВД.

С 13 июля 2009 года — начальник управления Государственной инспекции безопасности дорожного движения УВД по Тульской области.

Как выяснили корреспонденты газеты «Метро» не все рекомендации по личной безопасности детей школьного курса ОБЖ реальны и способны защитить ребенка. Однако, в большом списке изданий особенное место занимает учебное пособие «ОБЖ» для школьников 1-4 класса, изданное правозащитным движением «Сопротивление» в ноябре 2009 года, которое распространяется совершенно бесплатно.

Как выяснили репортеры Metro теме личной безопасности в учебниках ОБЖ для пятого класса посвящен целый раздел. Есть классификация людей, встреча с которыми опасна: вор, грабитель, мошенник, хулиган, насильник, пьяный.

Например, насильник — это «преступник, который заставляет человека делать что-то против его воли». Советы, как вести себя при нападении маньяка, безобидны: шуметь, укусить за руку, бросить в глаза смесь табака и черного перца, убежать, вырваться. О том, чтобы вступать с преступником в разговор или пытаться обмануть его, чтобы причинить боль, — ни слова.

Виктор Галюго, учитель ОБЖ из школы-интерната № 1, знаком с учебником для пятого класса. Своих ребят он учит действовать более жестко.

— Если неизвестные детям взрослые куда-нибудь приглашают или пытаются приласкать, надо бить. Мужчин — в пах, а женщин — в переносицу или подбородок.

Совет коллеги про газовый баллончик Галюго раскритиковал: «Дети сами могут пострадать от газа».

Советы специалистов, конечно, необходимы. Но гораздо важнее, чтобы ребенок сам мог разобраться в сложных ситуациях и четко знал, как действовать в том или ином случае. Именно на это ориентировано учебное пособие, выпущенное по заказу правозащитного движения «Сопротивление» в ноябре 2009 года.

Учебное пособие пользуется большой популярностью. Во-первых, потому что написано ведущими российскими специалистами. Во-вторых, издание распространяется бесплатно, что весьма важно для обеспечения литературой школ, детских организаций, больших творческих коллективов.

Издание содержит необходимую для детей младшего школьного возраста информацию об окружающем мире, природных явлениях и нестандартных, а порой и опасных жизненных ситуациях. В нем в доступной и интересной форме излагаются основные правила безопасности и модели поведения при попадании в экстренные ситуации. Теоретический материал в пособии сопровождается яркими иллюстрациями, выполненными в жанре комиксов, что позволит детям лучше усвоить и закрепить прочитанную информацию.

«Изучив учебную литературу по предмету ОБЖ, представленную на российском книжном рынке, мы обнаружили, что фактически ни одно из изданий не соответствует потребностям и интересам учеников младших классов, — рассказывает директор правозащитного движения «Сопротивление» Ильмира Маликова. — Все учебники и учебные пособия либо написаны сухим языком, переполненным научными терминами, а потому скучны и непонятны для ребенка, либо они не соответствует реальной действительности, окружающей нас и наших детей. Поэтому мы пришли к выводу, что необходимо выпустить издание, отвечающее одновременно и современным условиям жизни, и интересам школьников».

Заказать и получить необходимое количество учебников вы можете предварительно позвонив по телефону правозащитного движения «Сопротивление»: +7(499) 252-83-63. Напомним, учебное пособие распростаняется бесплатно.

8-го сентября в Президент-отеле прошли слушания Комиссии Общественной палаты по общественному контролю за деятельностью и реформированием правоохранительных органов и судебно-правовой системы, посвященные обсуждению нового законопроекта «О полиции». За круглым столом члены Общественной палаты, представители власти и силовых структур, а так же эксперты общественных организаций обсуждали будущее правоохранительной системы России, необходимость реформирования МВД, а так же все аспекты нового законопроекта.

Обсуждение закона «О полиции» началось еще в начале августа на специальном сайте zakonoproekt2010.ru, который на сегодняшний день уже стал дискуссионной площадкой, собравшей тысячи комментариев. Такую прозрачность и беспрецедентность (ранее законы, связанные с силовыми структурами не обсуждались настолько публично) отметили практически все участники слушаний. Однако, резюмируя открытость обсуждения, эксперты сошлись на одном: главное, чтобы все мнения и комментарии были услышаны.

В частности, председатель Комиссии Общественной палаты по общественному контролю за деятельностью и реформированием правоохранительных органов и судебно-правовой системы Анатолий Кучерена во вступительной речи обратил внимание на «эффективность такой формы взаимодействия между обществом и государством». «Важно, чтобы заключения граждан, которые поступают в Общественную палату, в социальные сети, были учтены при доработке законопроекта «О полиции». Это непростая работа, поскольку тот поток обращений, который поступает, крайне велик. При помощи сотрудников МВД мы выработали специальную форму, благодаря которой вся информация будет учтена. На сегодняшний день можно говорить о том, что среди поступающих обращений есть крайне интересные и важные», — отметил Анатолий Кучерена.

Высказывая свои мнения по поводу законопроекта, участники слушаний придерживались самых разных точек зрений, от полного одобрения нового закона, до рекомендаций о наложении вето на законопроект. Так президент фонд «Информатика для демократии» Георгий Сатаров в своем выступлении высказал довольно радикальную точку зрения, сказав, что данный закон «принимать нельзя».

«Во-первых, разумная реформа правоохранительной системы (а не полиции или милиции) начинается с диагноза. Когда диагноз не поставлен, то начинают появляться такие формулировки реформы, которые я иногда слышу. Например «причина реформы — понижение рейтинга милиции». Во-вторых, это идеология самого закона. Возьмем статью 2, пункт 1.11 законопроекта. Там есть такая фраза «оказание помощи органам государственной власти в защите их прав и законных интересов». У органов власти не существует законных интересов. Или, например, статья 32 закона, которая гласит «законные требования сотрудника полиции обязательны для выполнения гражданами и должностными лицами». А эти самые требования, согласно определению, считаются законными до тех пор, пока в соответствующем законом порядке не будет установлено иное. То есть любой произвол будет считаться законным, так как суд не начал работать. Это — абсолютный произвол», — резюмировал Георгий Сатаров.

Более оптимистично о будущем правоохранительной системы России и самого закона «О полиции» высказался статс-секретарь, заместитель министра внутренних дел России Сергей Булавин. Он отметил информационное новаторство подхода к созданию законопроекта, а также рассказал о ключевых моментах нового закона.

«Это беспрецедентная мера, которая позволит обществу участвовать в формировании нормативно-правовой базы деятельности органов правопорядка. Такого обсуждения нет ни в одной стране мира. Одним из основных направлений, которой проходит красной нитью через весь законопроект является определение общественного контроля за действиями органов правопорядка. Необходимо создать новый орган, который отвечал бы европейским стандартам, который мог бы эффективно обеспечивать охрану прав и свобод граждан. Таким образом, во главе новообразованного ведомства будут поставлены права и свободы граждан. Это и является смыслом деятельности органов полиции. Это основа закона, от которой мы исходим в своей деятельности. Мы надеемся в ближайшее время на основании откликов и пожеланий на сайте законопроекта сформировать закон и доложить об этом главе государства», — пояснил Сергей Булавин.

Качественный изъян законопроекта «О полиции» по мнению члена Общественной палаты председателя правления правозащитного движения «Сопротивление» Ольги Костиной заключается в изначальном перекосе российского уголовного законодательства, которое не работает с потерпевшим, а наоборот осуществляет взаимодействие исключительно с преступниками. Таким образом, для успешной работы правоохранительных органов, необходимо «всю систему развернуть в стороны потерпевшего».

«В новом законе нет никаких упоминаний о работе с заявителями и потерпевшими. На сегодняшний день вся наша правоохранительная система представляет из себя взаимодействие государства и преступника. Разочарую, правоохранительная система во всем мире — это отношения между государством и потерпевшим. У нас та часть, которая касается прав задержанных, осужденных и т.д. есть. Упоминаний о гражданах, на которых работает милиция — нет. Поэтому сотрудники правозащитного движения «Сопротивление» перевели документы, по которым работает европейская полиция. Их можно прочитать на нашем сайте — fondpp.org. Полиция Англии, Германии и пр. работают в приоритетном режиме на потерпевшего. В каждом районе есть закрепленный инспектор по потерпевшим. Полицейский — это первая инстанция, с которой сталкивается гражданин. Потом будут прокуратуры, суды и т.д. От того, как с ним обращается полицейский, будет зависеть его дальнейшее сотрудничество. Правоохранительная система должна работать, обслуживая не государство, а как часть государственной машины, обслуживающей, в первую очередь, законопослушного гражданина», — заключила Ольга Костина.

По итогам слушаний, участники приняли решение направить все высказанные замечания и ремарки к закону «О полиции» в оргкомитет, где они будут учтены при формировании нового закона.

7 сентября  исполняется три года, как в России впервые появился самостоятельный в процессуальном отношении орган — Следственный комитет при прокуратуре РФ. Накануне этой даты на «Деловом завтраке» в «Российской газете» побывал председатель СКП Александр Бастрыкин. Он рассказал о расследовании резонансных дел и о новых законодательных проектах

Российская газета: Александр Иванович, 7 сентября 2007 года считается днем рождения Следственного комитета. По вашим оценкам, оправдало ли себя нововведение и чем это можно подтвердить — количеством раскрытых преступлений, снижением тяжкой преступности в стране или какими-то иными показателями?

Александр Бастрыкин: Практика подтвердила безусловную правильность курса руководства страны на разграничение функций надзора и следствия. Подтверждается это не только реальными результатами по конкретным делам, но даже и простым арифметическим подсчетом. В соответствии с законом о прокуратуре, перед нею стоит семь задач, начиная от надзора за исполнением законов федеральными министерствами и заканчивая координацией деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью.

Наша главная задача — оперативное и качественное расследование уголовных дел. Не нужно гениальности моего знаменитого земляка — математика Григория Перельмана, чтобы определить, насколько ближе, а отсюда и теснее, и качественнее стала взаимосвязь между следователем и его руководителем.

РГ: Но прокуроры говорят, что в итоге теперь ослаблен надзор за следствием. Следователь оказался почти неподконтрольной фигурой, а это чревато злоупотреблениями: хочу — открою дело, хочу — закрою. Вам не кажется, что была допущена крайность?

Бастрыкин: В известной мере при передаче всех полномочий следователям некоторые крайности были допущены. Они должны быть сбалансированы, а роль прокуратуры по надзору — усилена. Мы сами внесли такие предложения. Прокурор должен иметь право отменить постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела. Не опротестовать, как делается теперь, когда в конечном итоге следователь решает, а именно отменить. В некоторых случаях наши следователи необоснованно отказывают в возбуждении, а прокурор может только написать письмо.

Сейчас прокурор может в течение суток отменить решение следователя о возбуждении уголовного дела. Конечно, сутки — это мало. Нужно увеличить срок, чтобы прокурор мог спокойно во всем разобраться и, если сочтет необходимым, отменить. Бывает и так, что следователь без достаточных оснований приостанавливает дело. В Башкирии 12 лет не расследовалось убийство девочки с изнасилованием, хотя его можно раскрыть. Прокурор вмешался, и вопрос был решен. Нужен баланс, чтобы система функционировала нормально.

РГ: Только что закончился долгий и скандальный процесс — дело о покушении на Анатолия Чубайса. Суд присяжных вновь оправдал отставного полковника ГРУ Квачкова и трех других фигурантов. Как вы считаете, сыграли роль именно такие настроения среди присяжных или все же была слаба доказательная база?

Бастрыкин: Бесспорно, существует проблема профессиональной работы следователей, как и прокуроров, и судей.

И есть проблема присяжных заседателей. Знаменитый русский адвокат Плевако хорошо понимал особенности такого суда. Известен весьма забавный случай. Однажды Плевако вместе с актером Качаловым сидели в «Яре» и за ужином выпили довольно много вина. И поспорили на ящик коньяка, что назавтра Плевако всего одной фразой оправдает священника, обвиняемого в растрате церковных средств. Качалов, конечно, не верил.

Наутро начался процесс. Прокурор говорил полтора часа, убеждая присяжных: люди в церковь приносят последнее, а подсудимый ворует, хотя уже голова седа, что это за священник? Ему место — в тюрьме, а не за алтарем.

Затем встал Плевако и сказал: «Господа присяжные заседатели, вот этот седой старец всю жизнь отпускал вам все ваши грехи. Так отпустите ему его единственный грех»… Конечно, отпустили.

РГ: Значит, суд присяжных, при всей его внешней демократичности, несовершенен?

Бастрыкин: Я очень люблю перечитывать Кони. Выдающийся юрист оставил воспоминания, где очень хорошо комментировал введение суда присяжных в России. Будучи академиком изящной словесности, он поэтично называл суд присяжных «хилым цветочком, который трудно приживается на каменистой почве России». Но потом ему пришлось председательствовать на процессе, где судили террористку Веру Засулич, стрелявшую в губернатора. Адвокат Александров, сказав, что это, конечно, очень плохо — стрелять в губернатора, перевел проблему в плоскость общечеловеческих ценностей: уважения личности, прав человека, человеческого достоинства. И выходило, что преступление уже не уголовное, а политическое.

Известный художник Маковский, который рисовал на процессе, позднее признавался, что бросил рисовать и начал слушать адвоката. И чем дольше слушал, тем больше понимал, что не Вера Засулич виновата, а общество, в котором она живет, власть и, в конце концов, он сам — тоже виноват!

Что это, коллективное помешательство, если художник начинает считать себя виноватее убийцы? Процесс закончился тем, что оправданную Веру Засулич вынесли на руках, а в полицию стреляли. Вот и судите, совершенен суд присяжных или нет.

У нас есть еще и специфическая проблема Кавказа. Доказано практикой: не могут там родственники осудить своего соплеменника, таков менталитет горских народов. Им проще «отпустить грехи» виновному.

РГ: Вы приходите в суд с чисто юридическими доказательствами и наталкиваетесь на общественную проблему, социальные, национальные, иные настроения. Как поступать, отказываться от суда присяжных в пользу профессиональных судей?

Бастрыкин: На мой взгляд, более эффективно мог бы работать суд присяжных франко-немецкой модели — там 6 профессиональных судей и 6 выборных. Судьи из народа — это общественная совесть, их оценки составят нравственную половину будущего приговора. Но есть юридическая сторона и юристы подсказывают: да, это законченный состав преступления — покушение, но есть смягчающие вину обстоятельства. И в уголовном законе есть диапазон в наказаниях, например, от 5 до 15 лет.

В прежнем УПК было сказано: приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Я полагаю, что присяжные должны отвечать за справедливость, а юристы — за законность, доказанность, обоснованность приговора. Нельзя заставлять присяжного понимать, что теория доказывания — это сложнейшая наука, фолианты научных трудов. Это не их тема. И когда они выносят вердикт, то поступают лишь в соответствии со своей совестью. А приговор должен учитывать все составляющие и, безусловно, быть законным и обоснованным.

РГ: Люди обращают внимание на такую особенность: как только под подозрение попадает высокий чиновник, так что ни день — новое решение. Например, не успели возбудить дело против заместителя мэра столицы Рябинина, как оно было закрыто. Почему?

Бастрыкин: Мне сложно оценивать причины и мотивы принятия прокурором Москвы решения об отмене постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Рябинина. Я думаю, что этот вопрос уместнее задать самому прокурору города.

Как бы там ни было, его решение нами исполнено, и по результатам дополнительной проверки в отношении Рябинина возбуждено и в настоящее время расследуется уголовное дело по факту получения взятки лицом, занимающим государственную должность субъекта РФ. Правда, к этому времени подозреваемый уже успел благополучно покинуть территорию страны.

РГ: Понес ли кто-то из следователей ответственность за смерть в СИЗО Веры Трифоновой и Сергея Магнитского?

Бастрыкин: Уголовное дело по обвинению Трифоновой находилось в производстве следователя Пысина. Против него возбуждено дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ. Проведены все необходимые следственные действия, дело на завершающей стадии. Планируется привлечение следователя Пысина к уголовной ответственности за халатность. Кроме того, по делу планируется внести представления в департамент здравоохранения Москвы и Федеральную службу исполнения наказаний по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления.

По факту смерти Трифоновой была проведена проверка. По ее результатам освобожден от занимаемой должности и уволен из органов Следственного комитета заместитель руководителя следственного управления СКП по Московской области старший советник юстиции А. Филиппов — за нарушение присяги прокурора (следователя), а также за совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника. Филиппов обжаловал это решение в Басманном суде города, но суд отказал ему в удовлетворении исковых требований.

РГ: Смерть Магнитского тоже вызвала очень широкий резонанс…

Бастрыкин: Уголовное дело по факту смерти в палате интенсивной терапии спецбольницы УФСИН Магнитского находится в производстве. Учитывая выводы судебно-медицинских экспертов и специалистов Российского кардиологического научно-производственного комплекса минздравсоцразвития о причинах его смерти, нет оснований считать, что она связана с действиями должностных лиц, осуществлявших его уголовное преследование. Нет и каких-либо объективных данных, подтверждающих незаконность его привлечения к уголовной ответственности или применения к нему физического и психологического давления, пыток или истязаний.

К материалам уголовного дела приобщены все многочисленные жалобы, ходатайства и заявления Магнитского, поданные им в период его содержания под стражей. Ни в одном из своих обращений он не жаловался, что на него оказывалось давление или применялись незаконные методы расследования. Те же выводы следуют из допросов бывших сокамерников Магнитского.

РГ: То есть вы не находите фактической вины кого-либо из ваших сотрудников?

Бастрыкин: Расследование покажет, оно продолжается. Мы хотим во всем разобраться объективно, без давления. Тут ведь две проблемы. На волне этих смертей очень много жалоб на СИЗО. Надо навести там порядок, это не вызывает сомнений. Но под шквалом критики не надо и ребенка выплескивать из ванны. Вор должен все-таки сидеть в тюрьме.

Я был в Голландии, посмотрел тамошнее СИЗО. Небольшой номер, туалет, ванна, музыка, сиделец жует жвачку, смотрит телевизор. Полная свобода и демократия. Вечером спрашиваю директора тюрьмы: вас, наверное, не достают жалобами на условия содержания? А он отвечает: где бы найти большую яму, чтобы всех этих наркоманов и остальную мерзость закопать? Потому что средняя зарплата в Голландии 2 тысячи евро, а заключенный обходится налогоплательщикам в 300 евро в день.

Честно говоря, мне тоже больно, что я плачу налоги, в том числе на какого-нибудь насильника, который изнасиловал и убил 15 беззащитных девочек и мальчиков. Он хочет жить комфортно, с удобствами. И живет за счет наших с вами денег. За счет маленьких пенсий и детских пособий. Он хочет жить, а убитые им девочки жить не хотели? Поэтому в любом деле, где совершено преступление, будем разбираться спокойно и объективно. В том числе и в д&