О главном

Привод человека в полицейское отделение теперь становится серьезной юридической процедурой, обставленной множеством условий.

Просто так остановить прохожего, чтобы проверить регистрацию и при удачном стечении обстоятельств «срубить» сотню целковых, патрульным становится все труднее. Закон «О полиции» четко обозначил права и обязанности сотрудников и тех, кого они задерживают. А новый приказ министра внутренних дел, который сегодня публикует «Российская газета», внес необходимые поправки в инструкцию о порядке осуществления привода и привел ее в соответствие с законом.

Если патрульный обращается к прохожему, он обязан назвать свои должность, звание и фамилию. А по требованию гражданина — и предъявить удостоверение. Кстати, полицейский помимо служебного удостоверения обязан иметь при себе жетон с личным номером. И только после такого знакомства сотрудник обязан сообщить человеку причину и цель своего обращения. Придется разъяснить прохожему, что он похож на кого-то, объявленного в розыск, — вот ориентировка. А если потребуется человека задержать, то полицейский обязан зачитать ему права: на юридическую помощь, то есть — адвоката, на услуги переводчика, на уведомление близких родственников и на отказ от дачи показаний.

Позвонить задержанный имеет право не позднее трех часов после того, как на него надели наручники. Правда, тут предусмотрены ограничения. Например, взятому в ходе операции преступнику могут не дать «трубку», чтобы он не предупредил подельников.

А держать человека в отделении могут не более 48 часов до судебного решения.

Вообще же законом определены тринадцать категорий людей, кого имеет право задерживать полиция. Среди них — подозреваемых в совершении преступления, совершивших побег из-под стражи, уклоняющихся от исполнения административного наказания в виде административного ареста, находящихся в розыске, те, против кого ведется производство по делам об административных правонарушениях.

Доставят в отделение тех, кто уклоняется от исполнения назначенных им судом принудительных мер медицинского характера или принудительных мер воспитательного воздействия, кто нарушил правила комендантского часа или пытался незаконно проникнуть на охраняемые объекты.

Особый разговор о не совсем нормальных людях. Полицейский задержит человека, имеющего признаки выраженного психического расстройства и создающего своими действиями опасность для себя и окружающих. Затем он обязан передать его в лечебное учреждение либо по месту жительства. Так же задержат и сбежавшего пациента из психиатрического лечебного учреждения.

О задержании составляется протокол, в котором указываются дата, время и место его составления, должность, фамилия и инициалы сотрудника полиции, составившего протокол, сведения о задержанном человеке, дата, время, место, основания и мотивы задержания, факт уведомления близких родственников или просто близких людей задержанного.

Человек имеет право не подписывать этот протокол. Но юристы рекомендуют все же подписать. Это не значит, что человек, попавший в полицию, согласен с написанным.

Содержать задержанных должны в специально отведенных для этого помещениях под охраной в условиях, исключающих угрозу их жизни и здоровью. Отдельными приказами и инструкциями определены условия содержания, нормы питания и порядок медицинского обслуживания. Кстати, перед водворением в изолятор положен медицинский осмотр. Если требуется, полиция обязана оказать задержанному первую помощь и устранить угрозу жизни, здоровью и даже личным вещам.

ДОСЬЕ «РГ»

Установленная норма санитарной площади на одного задержанного и помещенного в изолятор временного содержания человека — не менее 4 квадратных метров.

Документом, удостоверяющим личность человека, может быть не только паспорт, но и водительские права, студенческий билет, служебное удостоверение. Главное, чтобы была фотография, четко читались фамилия, имя, отчество, название учреждения, выдавшего документ. Полицейский может позвонить в эту организацию и навести о владельце удостоверения справки. Отсутствие каких-либо документов не является причиной задержания, если сотрудник полиции может удостоверить личность человека.

Михаил Фалалеев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5755

Приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 1 февраля 2012 г. N 61 г. Москва «О внесении изменений в приказ MBД России от 21 июня 2003 г. N 438 «Об утверждении Инструкции о порядке осуществления привода»»  

Патриарх Кирилл недавно сказал: «Церковью приветствуется развитие гражданской инициативы в православном сообществе. Мы готовы идти навстречу, протягивать руку помощи по-настоящему талантливым проектам, идеям, людям… Нам важно научить людей ответственному отношению к своему делу — не как к сиюминутной затее, которую можно доводить до ума, а можно и бросить на полпути, а как к долгосрочному проекту, который нужно научиться тщательно готовить и планировать, чтобы он принес благие, заметные, важные и для Церкви, и для всего общества результаты. Нам всем нужно уметь отвечать — перед Богом, ближними, самими собой — не только за свое настоящее, но и за свое будущее».

РЕЛИГИЯ и СМИ: В чем, на Ваш взгляд, должна сегодня проявляться гражданская инициатива со стороны Церкви? Какие проекты и инициативы должны поддерживаться в православном сообществе?

Ольга Костина: Я полностью согласна с Патриархом, и для меня его слова — совершенно очевидная вещь. У меня есть опыт взаимодействия с Православной Церковью в рамках того общественного проекта, который я осуществляю уже седьмой год, — по защите жертв преступлений в России. Уже три года мы организуем Международный день поддержки жертв преступлений при непосредственном участии Церкви и при участии, по крайней мере, дважды, лично Патриарха Кирилла, за что я ему очень признательна. Было отслужено уже два молебна, посвященных памяти погибших и пострадавших. Особенно запомнилась прошлогодняя проповедь Патриарха о том, как пережить такую трагедию. Это первые шаги, но у нас уже есть предложения от епархий.

На мой взгляд, православная гражданская инициатива в первую очередь может и должна привнести в общество гуманизм. Ведь сегодня практически любая дискуссия, обсуждение проблем в любой сфере, от образования до отношений между людьми, приводит не просто к ожесточенному столкновению, но и к страшной агрессии. Мы совершенно разучились обсуждать что-либо без столкновений и взаимных угроз. Это уже не просто нетерпимость к чужому мнению, но какое-то исступление, и это вызывает у меня полное отчаяние. Нам уже не кажутся страшными не только оскорбления друг друга, но и фактически уголовные действия — физическое насилие, удары, пощечины, побои.

У меня впечатление, что мы пока не в состоянии осознать тот кризис, который сегодня переживаем. Мы еще до конца не пережили очень сложную эпоху перехода от одного государственного строя к другому. Но переход этот знаменуется тем, что общество должно поменяться и осознать себя полноправным участником жизни страны. А для этого очень важно, чтобы любая гражданская инициатива сопровождалась нравственным зарядом и корректным, гуманным взаимопониманием.

Думаю, что истинно верующие люди, воспитанные по канонам православия, не могут изначально быть злыми и нетерпимыми. И при продвижении каких-то гражданских инициатив они должны давать пример терпения, гуманности и внимания, которого нам всем так сегодня не хватает. А главное — пример упорства, то есть как раз того, о чем говорит Патриарх. Нужно доводить до конца работу, нужно ее развивать, даже если она много лет не приносит ожидаемого успеха, и опускаются руки, и возникает отчаяние. Но останавливаться нельзя. Если вы решились потратить свою жизнь не только на себя и свою семью, но и на что-то большее, для построения всеобщего блага нужно быть готовым, как и знаменитые православные святые и мученики, к многодневному, многолетнему терпению. И даже не исключать возможность того, что вы сами можете не дожить до результата и что он произойдет не у вас на глазах. Но сам по себе факт движения в этом направлении имеет принципиальное значение.

«РЕЛИГИЯ и СМИ»

Череда несчастий, которые обрушились на брянских малышей, заставила с надеждой взглянуть на относительно новый институт государства — уполномоченных по правам детей.

Встреча с Еленой Литвяковой, которая занимает эту должность в Брянской области, произошла сразу после того, как были арестованы родители убитой Ани Шкапцовой.

Российская газета: Не сомневаемся, что вы тоже глубоко пережили трагическую историю гибели Ани Шкапцовой и чудовищную инсценировку ее похищения. Какие выводы сделали?

Елена Литвякова: В каких условиях и как воспитывались родители Ани Шкапцовой — вот главный вопрос. В нормальной семье не учат садизму и чудовищному лицемерию, которое они показали. Все понимают, что возле каждой семьи не поставишь опекуна. Должны работать школьные советы, общественность обязана возродить женские клубы, на заседания которых раньше приглашали нерадивых мам. Могут успешно работать наши деятельные бабушки, они ведь все знают. У нас были школьные уполномоченные, но теперь на всю область осталось восемь таких сотрудников. Когда приходил одетый в милицейскую форму человек и беседовал с Ванечкой или Анечкой, которые вели себя неправильно, это их дисциплинировало. А теперь дико смотреть, как иной школьник разговаривает с учителем. Скоро педагогов придется охранять от своих воспитанников. Но нельзя все перекладывать на школу, забывать, что 95 процентов ценностей вкладывает в человека его семья.

РГ: Есть серьезная причина, из-за которой разваливаются семьи: брянские (да и не только брянские) мужчины уезжают на работу в Москву. Опустели целые районы. Что делать?

Литвякова: Если решили уезжать в Москву — отправляйтесь всей семьей. Сейчас в столице детей в школы принимают без прописки. Те, кто дорожит семьей, так и поступают. Если нет работы, почему не поискать ее в другом месте? Они могут заработать деньги и вернуться в Брянск. И многие уже возвращаются. Десятилетнее скитание по квартирам — не подарок.

РГ: Чем глашатай детских бед отличается от работников того же областного комитета по материнству и детству?

Литвякова: Сотрудники комитета как раз и должны войти в проблемную семью, диагностировать ее, предложить какие-то меры поддержки. Вообще, у нас проблемами детей занимаются 19 ведомств, а вот координирующего звена нет. Да, мы собираемся на межведомственные комиссии, принимаем решения, но выполнение особо никто не контролирует. Эта роль как раз и отводится уполномоченному. Но пока тяжело донести до местных властей, что мы всегда принимаем позицию ребенка. Иногда от должностных лиц из муниципальных районов приходят, мягко сказать, отписки по поставленной проблеме. Тогда приходится включать административный ресурс, а попросту — доводить информацию до администрации области. Некоторые чиновники воспринимают это очень странно. В одном из районов мы столкнулись с тем, что ребенок в школе попал под гонения и попытка защитить его привела к тому, что у нас возникло напряжение в отношениях с местными чиновниками.

РГ: Напряжение — только в этом районе?

Литвякова: Нет. С мест идут обращения, я на них реагирую, но наши требования о соблюдении прав ребенка часто встречают в штыки или пытаются скрыть информацию. Мои полномочия подтверждены нормативными актами губернатора, поэтому у меня достаточно рычагов, чтобы отстоять права ребенка.

РГ: Трагедии, которые преследуют брянских детей, заставляют искать какие-то закономерности. Они очевидны в тех случаях, когда малыши гибнут на необустроенных дорогах. Сразу несколько наших читателей обратились с вопросом — может ли ваша служба повлиять на чиновников, которые обязаны строить подземные переходы, следить за состоянием «зебр»?

Литвякова: Я тоже за строительство таких переходов и убеждена, что нужна федеральная программа, ведь безопасность детей не должна зависеть от состояния региональной казны. А сейчас мы обязаны повышать культуру поведения на дорогах. Я анализировала многие ДТП и пришла к выводу, что гибнут-то и калечатся ребята из благополучных семей. Родители таких ребят порой ведут себя на улицах совершенно безрассудно. Хотя, конечно, нужно говорить и о болезнях общества. Это показала история чудовищного убийства Ани Шкапцовой, но есть и множество других признаков этих болезней. Знали б вы, какую борьбу нам приходится вести в детских садах, где скоро начнутся «выпускные»! Банкеты со спиртным — и у нас возле садов стоят пьяные мамы с папами. Такую картину наблюдаю каждый год в садике, который находится под моими окнами.

РГ: И что вы можете сделать в этой ситуации?

Литвякова: Буду привлекать органы, чтобы проводить рейды. Запрошу в департаменте образования, когда планируют «выпускные». Не нужно отменять их, но нельзя забывать, что вы находитесь в детском учреждении. Сделайте праздник ребенку, а не себе.

РГ: В Дубровском интернате для детей с умственными отклонениями недавно задушили мальчика. Следственное управление СК РФ по Брянской области пришло к выводу, что недогляд за детьми объясняется в том числе и тем, что управление соцзащиты не разрешило расширить штат санитарок. Вы можете вмешиваться в такие споры?

Литвякова: Я не раз бывала в этом интернате. Эта трагедия произошла в самом сложном его отделении — милосердия. Случай мной расследован. Сотрудники учреждения не обеспечили надлежащий надзор за детьми во время ночного сна. Виновные в случившемся понесли административные взыскания. Имеется ли здесь уголовная ответственность — установит следствие.

РГ: Жалуются ли дети на своих родителей?

Литвякова: Был недавно смешной случай. Позвонил мальчик, который жаловался на жестокое обращение бабушки — ударила его тряпкой. Я поняла сразу же, что тут никакой жестокости не было, бабушка просто так своеобразно проучила внука. Спросила у него, что же он сделал. «Я вместо того, чтобы пойти домой, пошел на горку и долго там катался». И вот мальчик начал искать себе защиту. Но приходилось вникать и в серьезные семейные конфликты. Иногда органы опеки в профилактических целях временно забирают у пьющих мам ребенка и переводят его в приют. Вот такие родители сразу прибегают ко мне: пришла «злая опека» и отобрала сына или дочь. Обычных сирот у нас в области около тысячи, а социальных — шесть тысяч. Но у нас в интернатах живут 16 процентов от этого числа, остальные — в приемных семьях.

РГ: «Трудных» детей сейчас часто усыновляют?

Литвякова: Да, такие случаи есть. Часто это такие пары, которые потеряли родного ребенка. Они тем самым могут хотя бы частично пригасить свою боль. Недавно взяли в семью парня, который периодически убегал к своим родителям, хотя его там никто не ждал. А его приемной маме он чем-то напоминал сына, которого она потеряла. Она приводила беглеца ко мне, мы подолгу общались с ним. Была опасность, что у приемной матери мальчика заберут, так как она якобы не справлялась с родительскими обязанностями. А она уже до такой степени привыкла к нему, что рыдала без него. Нужно было спасать их обоих. Я заключила с парнем соглашение: он перестанет убегать от приемной матери, а я приеду к нему на день рождения. Он выдержал условия. Сейчас родители оформляют себе второго ребенка — он захотел себе сестру. С ребенком нужно говорить по-взрослому, он всегда чувствует фальшь. Я никогда не спрашиваю в интернате, курит воспитанник или нет. Спрошу иначе: «Девчонки, а где у вас можно покурить?» И они сразу ведут меня в укромное место. А если в лоб выяснять, то ничего не добьешься.

Чаще все-таки усыновляют малолетних ребят. Я счастлива, когда взрослые и дети находят друг друга. Каждый раз вспоминаю строки Расула Гамзатова:

Эта жизнь — как открытая рана в груди,
Никогда не зажить уже ей,
Но твержу я, как будто молитву в пути,
Каждый раз: берегите детей!

Все о службе детского омбудсмена

Елена Литвякова: У меня два помощника. Уполномоченные других регионов — бывшие медики, педагоги, юристы, финансисты, сотрудники полиции. Но должность уполномоченного предполагает обширные знания, поэтому мы просили Павла Астахова организовать курсы обучения. Мы не раз обсуждали, что представляет из себя должность уполномоченного. Если в одной области что-то лучше, то по другому показателю будет обязательно хуже. И величина доходов, как мы убедились, не влияет на это. Богатая Тюмень ненамного лучше Брянской области. Также убивают родители своих детей. Жалко, конечно, осознавать происходящее, но я связываю это с тем, что нынешние молодые родители появились на свет в конце восьмидесятых — начале девяностых. Тогда в погоне за деньгами забыли о своих детях. В результате мы вырастили поколение без ценностей. Сейчас схватились и решили, что надо на государственном уровне крепить семью. Но какой закон заставит маму и папу полюбить ребенка?

Уполномоченный не обязан объезжать все разваливающиеся семьи, хотя отдельные вопиющие случаи мы исследуем. Основная наша задача — донести до власти детские проблемы.

В прошлом году мы рассмотрели более 200 письменных обращений, хотя часто консультируем по телефону. Перед входом в мой кабинет висит плакат с моим сотовым телефоном. Такую же информацию вывесили во всех детских учреждениях, и я всегда проверяю, есть ли у ребенка возможность обратиться в нашу службу. Люди пишут мне тогда, когда в других учреждениях ничего не смогли добиться. Последний крик о помощи. Чаще всего жалуются на то, что не могут получить алименты. Родители, старающиеся забыть о своих детях, научились грамотно уходить от ответственности — уезжают, прячутся. Приставы порой бессильны. А нам удалось одного папашу снять с самолета. Мужчина задолжал более двухсот тысяч, хотя у его бывшей жены не было возможности даже собрать детей в школу. В прошедшем году у приставов числилось более 16 тысяч дел по алиментным обязательствам. За этой цифрой — огромное количество детей, чьи права нарушены.

Александр Федосов, «Российская газета-Неделя» — Центральная Россия №5754

В ближайшее время в Госдуму может быть внесен законопроект, согласно которому любой россиянин будет вправе убить преступника, вторгшегося в его дом. Применить против налетчика любые доступные средства будет разрешено вне зависимости от того, вооружен ли «незваный гость». Эксперты относятся к этой идее двояко, полагая, что такие меры могут быть оправданы не всегда. Между тем вчера получила продолжение громкая история, в связи с которой законопроект как раз и приобрел особую актуальность: стало известно, что тульского бизнесмена Гагика Саркисяна, зарезавшего троих грабителей, которые проникли к нему в дом и могли убить его многодетную семью, не будут судить. Он проходит по делу как потерпевший.

Законопроект, подготовленный фракцией ЛДПР, как того требует законодательство, депутаты направят на согласование в Верховный суд России. После получения официального отзыва документ будет внесен на рассмотрение в Госдуму.

Свою позицию и позицию фракции вице-спикер Госдумы от ЛДПР Игорь Лебедев объясняет так: «Сегодня в Уголовном кодексе рамки пределов допустимой самообороны настолько малы, что любая попытка защитить себя или членов своей семьи расценивается как превышение пределов допустимой самообороны. Например, если преступник пытается отобрать у девушки сумочку, а она дает ему пощечину, то это самооборона, а если она ударяет его палкой и он попадает в больницу, то это уже превышение. Это неправильно. … Без разницы — вооружен налетчик или нет. Если он проник в дом без приглашения хозяев, те должны иметь право его убить».

Лебедев считает, что сегодня законодательство часто трактуется в пользу не потерпевшего, а нападающего. Действительно, в УК РФ превышением необходимой самообороны (статья 39, часть 2) является «причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности …, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда». Допустимая же самооборона (статья 37) «является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства». Далее в законодательстве разъясняется, как потерпевшему определить «степень опасности».

По мнению депутата Госдумы первого созыва юриста Григория Бондарева, правомерность убийства человека, проникшего в жилище без спроса, хозяином этого жилища — такой же сложный вопрос, как и применение или отмена смертной казни.

Федеральный судья в отставке, член Независимого экспертно-правового совета Сергей Пашин считает, что все зависит от того, насколько аккуратно такой закон будет написан. «Тут основной вопрос — процессуальный, — разъясняет «НИ» г-н Пашин. — Кто будет доказывать преступные намерения нападавшего и как? Тут не все так просто. Этот законопроект может быть опасен в том плане, что он даст право на убийство не защищающимся, а тем, кто богаче». При этом юрист говорит, что подобная практика существует и применяется за рубежом в странах с протестантской моралью, где понятие «жилище» священно. Но в России, продолжает г-н Пашин, другие принципы и другой менталитет, основанный на общинности.

Идея законопроекта была озвучена после нашумевшего нападения на тульского предпринимателя Гагика Саркисяна. 8 апреля в городе Богородицке в Тульской области трое грабителей были убиты бизнесменом, защищавшим свою многодетную семью. Хозяин дома кухонным ножом нанес троим нападавшим смертельные ранения. Четвертому удалось скрыться, он находится в розыске. Вчера Следственный комитет России сообщил на своем сайте, что следователи не нашли оснований для привлечения Гагика Саркисяна к уголовной ответственности. Он проходит как потерпевший по уголовному делу о разбойном нападении. То есть, по версии следствия, Саркисян не вышел за рамки самообороны.

Дмитрий Аляев, «Новые Известия»

В этом году резко увеличилось число случаев нападений и применения насилия в отношении сотрудников МВД. Особенно напряженная ситуация сложилась в Санкт-Петербурге: в этом году в Северной столице совершено уже 45 посягательств на полицейских. Последний раз такое было три года назад, когда министр внутренних дел Рашид Нургалиев разрешил давать сдачи плохим милиционерам.

«В 2011 году в отношении 64,8 тыс. стражей порядка были совершены противоправные деяния, в первом квартале 2012 года в дежурную часть МВД поступило уже 140 спецсообщений, только касающихся ранений и гибели сотрудников», — рассказал глава департамента госслужбы и кадров министерства Владимир Кубышко. По его данным, ключевые права сотрудников повсеместно нарушаются.

Начальник ГУ МВД по Петербургу и Ленинградской области Сергей Умнов также констатирует резкий всплеск насилия в отношении полицейских. По его словам, к этому приводит постоянная критика МВД в обществе и СМИ. «Только за первый квартал текущего года зафиксировано 45 подобных случаев», — указал он.

Так, недавно сотрудники ППС были обстреляны из пистолета лишь за то, что попросили предъявить паспорт. «Мы с себя вины не снимаем, но постоянное муссирование в прессе дает обратный эффект: граждане переходят от слов к делу, — сетует начальник петербургского управления МВД. — А как только мы встаем на защиту своих сотрудников, в СМИ начинают говорить о круговой поруке и коррупции».

Опасения питерского руководителя подтвердились в минувшие выходные. В Петербурге и Ленинградской области за субботу и воскресенье произошло сразу пять нападений на полицейских.

«За прошлый год мы проводили анализ, нами было учтено порядка 255 только вооруженных нападений на полицейских — это очень немало, — сообщил представитель Главного управления собственной безопасности МВД Андрей Московкин. — Данные за 2012 год пока обобщаются, анализ ежеквартальный — результаты будут скоро».

«Власть прекрасно понимает, что протестные настроения в обществе растут, и чтобы отвести удар от себя, решила перенаправить народный гнев на полицей­ских, которые встречаются людям на каждом углу, — считает председатель профсоюза сотрудников органов внутренних дел Москвы Михаил Пашкин. — В итоге молодежь, когда хочет высказать свое недовольство властью, идет бить ментов».

«Реальная картина, которую дают СМИ, очень не нравится многим полицейским чиновникам, вот они и решили все свалить с больной головы на здоровую, обвинив во всех бедах СМИ», — говорит экс-руководитель Центра специальных исследований МВД, психиатр-криминалист Михаил Виноградов.

Предыдущий всплеск насилия по отношению к стражам порядка был зафиксирован в 2009 году после уже ставшего крылатым заявления главы МВД Рашида Нургалиева. На встрече с курсантами министр, отвечая на один из вопросов, разрешил гражданам применять самооборону в отношении своих подчиненных, «если гражданин не преступник, которого задерживают, и ничего не нарушает».

Иван Петров, РБК daily

Законодательное собрание Новосибирской области внесло на рассмотрение Госдумы законопроект об административных штрафах за пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних. Тем самым российские депутаты предприняли попытку приравнять публичное признание в нетрадиционной ориентации к педофилии.

Поскольку определения понятия «гомосексуальная пропаганда» в российских законах и правовой практике не существует, единственным практическим содержанием законопроекта является понижение ранга уголовного преследования педофилов. После его принятия наказание растлителя малолетних, при необходимости, вполне официально можно будет низвести к небольшому штрафу.

Проект спасения педофилов

Инициаторы законопроекта поясняют, что под пропагандой гомосексуализма подразумевается развращение молодежи. Меж тем, развратные действия без применения насилия в отношении несовершеннолетних регламентированы статьей 135 УК РФ. Действующая статья предусматривает возможность лишения свободы на срок до 3 лет. Вместо этого депутаты предлагают штрафовать частное лицо на 4-5 тысяч рублей.

Тем самым, серьезное уголовное преступление (педофилия) уравнивается с сексуальной ориентацией (гомосексуализм). Вряд ли этот странный жест можно объяснить простым невежеством авторов законопроекта. Результаты многочисленных научных исследований на эту тему слишком широко известны и не оставляют никакого пространства для альтернативных трактовок.

Николас Грот и Джин Бирнбаум в 1978 году исследовали 175 педофилов. Выяснилось, что 47% из них имели «сексуальную зацикленность на детях независимо от их пола», 40% классифицировались как люди с «регрессивной гетеросексуальностью», 13 % — с «регрессивной бисексуальностью». Никто из испытуемых не имел исключительно гомосексуальную ориентацию.

Спустя 16 лет (в течение которых в США гомосексуализм был легализован, деятельность ЛГБТ-движений получила государственную поддержку, люди нетрадиционной ориентации получили доступ к формированию школьных программ), Карол Дженни в 1994 году обнаружила, что из 269 случаев растления малолетних только двое насильников являлись геем или лесбиянкой (менее 1 %).

Возможно, преступники просто успешно скрывали свою сексуальную ориентацию, не желая отягощать свою вину. Однако объективное научное исследование методом пенильной плетизмографии (измерения давления крови в половых органах), проведенное Фройндом в 1989 году, зафиксировало отсутствие значительной разницы между реакциями групп гомосексуальных и гетеросексуальных мужчин на демонстрацию им эротических и нейтральных фото и аудиоматериалов с участием детей.

Тем самым, несмотря на большую разницу во времени проведения экспериментов и выборе методов, результаты их практически идентичны. Никакой связи между гомосексуализмом и педофилией ученые не обнаружили.

Таким образом, увязать «пропаганду гомосексуализма» и педофилию в одном законе не представляется возможным. Одно понятие может служить только критерием (показывать масштаб проблемы) для другого: либо геев предлагается наказывать как педофилов, либо наоборот.

Поскольку ужесточать репрессии в отношении сексуальных меньшинств в России больше невозможно (сегодня у гомосексуалистов нет таких прав, которых их можно лишить после принятия законопроекта), единственным актуальным моментом в формулировке законопроекта о запрете гомопропаганды остается статус педофилов. Очевидно, что после принятия этой инициативы ничего не изменится, кроме того, что у статьи 135 УК РФ появится копия.

В этой связи надо отдавать себе отчет в одной простой вещи: дублирование законов фактически легализует избирательность их трактовки.

Геи — орудие коррупционеров

Впрочем, внимательное изучение текста законопроекта позволяет обнаружить в нем не только инструменты для избирательного правосудия, но и орудие, развязывающее руки правоохранительным органам.

Не секрет, что некоторые представители силовых органов у нас предпочитают исключительно творчески трактовать статьи Уголовного кодекса. Примером тому могут служить и произвольные аресты по «экономическим» статьям, с последующим требованием выкупа или отступных. А злополучная статья 282 УК РФ стала и вовсе настоящим экстремизмом для российской правовой культуры, подорвав в обществе доверие к законам и правоохранителям.

Однако у всех этих статей, с точки зрения коррупционеров, один существенный недостаток: Уголовным кодексом по ним предусмотрено слишком суровое наказание, что привлекает к делам внимание СМИ и общественности. В результате чего процесс вымогательства приобретает излишний резонанс. Иногда пострадавший и вовсе получает совершенно неожиданную поддержку масс.

В этой ситуации введение штрафа за «пропаганду гомосексуализма» выглядит идеальным решением. Распространенность гомонегативистских настроений в обществе снимает угрозу симпатии к обвиненному, а также приплюсовывает к таксе официального штрафа неограниченные компенсации правоохранителям за неразглашение обвинения.

Напомним, аналогичная по содержанию 121-ая статья УК в СССР как раз служила запугиванием для несговорчивых (зачастую — диссидентов и других инакомыслящих). По прямому назначению она использовалась менее чем в 5% случаев.

Найти иную трактовку для инициативы борьбы с гомосексуальной пропагандой сложно. Ведь даже если принять всерьез тезисы об угрозе нравственности и детской психике, то сложно не заметить, что запрет на оную пропаганду уже успешно регулируется действующими законами (например, статья 242 УК РФ предусматривает до двух лет лишения свободы за распространение порнографии). Примером российским борцам с угрозой экспансии сексменьшинств здесь может послужить Китай, где гомосексуалистов долгое время судили по статье «хулиганство» (пока она не была отменена в 1997 году).

Если же вдруг наши законодатели возжелают воспользоваться современными правовыми практиками, то вполне подходящим к российским условиям (в т.ч. и требованиям о защите детской нравственности) выглядит японский опыт. Там нет запрета на «гомосексуальную пропаганду» — наоборот, права сексменьшинств защищены государством. Однако возраст согласия в гомосексуальных отношениях в Японии выше, чем в гетеросексуальных. Тем самым расширяются возможности обвинения сексменьшинств в педофилии, что сводит на нет потенциальный эффект от любой пропаганды.

Стоит обратить внимание, что все имеющиеся проекты российских депутатов заточены под максимальную огласку вопроса сексуальной ориентации правонарушителей, а не на решение сути проблемы. Т.е. избираются пути не наиболее эффективной борьбы с преступлениями (изнасилованиями, растлением) как таковыми, а стигматизации преступников. Не предотвращение преступления (как в Японии), не устранения преступника любыми подручными средствами (как в Китае), а его (преступника) публичное опозоривание, скандализация — т.е. наши законопроекты уже на стадии написания предусматривают создание всех условий для шантажа обвиняемого.

Что изменилось?

Особого внимания заслуживает участие России в мировой динамике принятий и запретов антигомосексуальных законов.

Депутат Александр Чуев четырежды вносил на рассмотрение Государственной Думы законопроект о наказании за пропаганду гомосексуализма (15 сентября 2003 года, 20 мая 2004 года, 2 мая 2006 года, 8 мая 2009 года). Обвиняемым в «публичной демонстрации гомосексуального образа жизни и гомосексуальной ориентации» грозил запрет на работу в учебных заведениях, армии и колониях.

Все четыре раза Госдума отклоняла законопроект, сославшись на противоречие Конституции. Три года назад чуевское детище получило негативные отзывы от правительства и профильных комитетов. Теперь же его клон принят в Рязанской, Архангельской, Костромской областях, в Санкт-Петербурге и вызвал небывалый интерес в новой Госдуме.

Что могло измениться за такой короткий срок? Попробуем найти ответ на этот вопрос в исторических аналогиях.

В пятидесятые годы прошлого века председатель сенатской комиссии по расследованиям Джозеф Маккарти и его помощник Рой Кон развернули в США кампанию по устранению шпионов из государственных органов и общественных организаций. Подозрения в шпионаже пали на коммунистов и гомосексуалистов.

Американские СМИ писали тогда, что коммунисты пропагандируют «сексуальные извращения» среди молодежи США с целью ослабить и морально разложить страну. Сами же гомосексуалисты «вербуют» в свои ряды психологически слабых людей, а своей целью ставят свержение правительства». Некоторые исследователи считают, что численность преследуемых за гомосексуальность в те годы превышало количество обвиненных в причастности к коммунистам.

Через тридцать лет после «охоты на ведьм» выяснилось, что некоторые члены комиссии Маккарти были гомосексуалами, а Рой Кон в восьмидесятые годы открыто жил со своим партнером и скончался от СПИДа в 1986 году.

В следующий раз борьба с сексуальными меньшинствами была подана не как правительственная идея, а в качестве инициативы снизу, требования простых граждан (по факту, vox populi представлял собой баптистскую агитацию). В 1977 году в США была отменена поправка в законе округа Майами-Дейд штата Флорида о недопущении дискриминации на рабочих местах по признаку сексуальной ориентации.

Кампания проходила под лозунгом: «Спасите наших детей». Несмотря на отсутствие каких-либо доказательств угрозы, 69% жителей проголосовали на референдуме за отмену поправки.

Сразу после этого сенатор штата Калифорния Джон Бригс, намеревавшийся стать губернатором Калифорнии  в 1978 году, подготовил законопроект, который запрещал геям и лесбиянкам преподавать в государственных школах во всей Калифорнии. При этом журналисту Рэнди Шилтсу Бриггс признался, что ничего против геев не имеет: «Это — политика. Только политика». Спустя десять лет, после завершения политической карьеры бенефициантов проекта, действие поправок было возобновлено.

Похожая история повторилась спустя 30 лет в Британии, где была принята поправка Параграф 28 в законе о местном самоуправлении, который гласил, что ни один местный орган власти «не должен умышленно пропагандировать гомосексуальность или публиковать материалы с целью такой пропаганды». По этому закону так и не было возбуждено ни одного уголовного дела. В 2003 году он был полностью отменен.

После чего глава консервативной партии Франсис Мод, голосовавший за «Параграф 28», признался сайту Pinknews.co.uk, что принятие этого закона «было совершенно неправильным с моральной точки зрения».

Бандиты-патриоты

Естественно, американский закон также не имел никакой практической силы. Однако этот сиюминутный политический финт крайне негативно сказался на психическом состоянии общества. Число преступлений на почве ненависти за короткий срок существенно выросло в обеих этих странах.

Даже без принятия законопроекта (каждые 2-3 года всплывающего у нас в поле общественного внимания) схожий эффект можно обнаружить и в России. Сразу после объявления намерений новосибирских депут&#

Генеральная прокуратура России внесла представление главе тюремного ведомства, требуя уделять больше внимания, как арестанты расплачиваются по судебным решениям.

Как сообщили  в пресс-службе Генпрокуратуры, надзорное ведомство проанализировало соблюдение Федеральной службой исполнения наказаний требований законов при возмещении осужденными имущественного ущерба от преступлений, в том числе в пользу бюджетов всех уровней.

— Результаты надзорной деятельности свидетельствуют о том, что администрациями учреждений и органов уголовно-исполнительной системы допускаются многочисленные нарушения в указанной сфере правоотношений, — отметил заместитель Генерального прокурора Александр Звягинцев.

Сегодня не редкость, когда осужденный прибывает на зону вместе с многотысячными долгами. А как же иначе — за свои грехи надо платить. Разброс сумм, конечно, громадный. Скажем, в прошлом году некто Александр К. из Петрозаводска получил 2 месяца колонии-поселения за ложное сообщение о теракте. 31-летний безработный житель города позвонил по телефону в милицию и сообщил о том, что в помещении мирового суда заложена бомба. Правоохранители на такие шутки реагируют однозначно: людей вывели из здания, дом правосудия проверили взрывники. «Вследствие этого была дестабилизирована работа судебных участков мировых судей, а также расположенных в этом же здании магазинов и других организаций», — сообщает прокуратура. Поскольку казна понесла непредвиденные расходы, с человека взыскали 5 тысяч рублей в возмещение ущерба.

А с генерала, закупившего для армии некачественные бронежилеты, взыскали в пользу минобороны более 153 миллионов рублей. При всей разнице дел у них есть общая черта: и там, и там взыскать деньги нелегко. Для безработного 5 тысяч, что для генерала 150 миллионов — сумма, конечно, реальная, но собрать тяжело. А отдавать — жалко.

Когда человек ходит с такими долгами на воле, им занимаются судебные приставы. В тюрьме же следить за расплатой приходится гражданину начальнику. По большому счету у арестанта есть только один способ отдать долги — заработать своим трудом. Однако с работой на зоне как раз проблемы. К тому же зарплаты на тюремных предприятиях невелики, на это тоже обратила внимание Генпрокуратура. Практически во всех проверенных 24 регионах России обнаружены зарплаты ниже минимального размера оплаты труда. В отдельных из них она составляла около 70 рублей в месяц. В одном из исправительных учреждений Ульяновской области зарплата некоторых осужденных, занятых на обработке древесины и металла, швейном производстве, составляла от 3 до 10 рублей в месяц. Отдавать долги с такой зарплаты можно веками. Но даже такой работы хватает не всем.

— Задачи по трудоустройству осужденных, возмещению ими имущественного ущерба не решаются на протяжении длительного времени, — говорит Александр Звягинцев. — Образовавшаяся задолженность по искам остается значительной, что существенно ущемляет права и законные интересы потерпевших и отрицательно влияет на достижение целей уголовного наказания.

По данным Генпрокуратуры, в прошлом году более трети осужденных в колониях имели обязательства о возмещении имущественного ущерба от преступлений, в том числе в пользу бюджетов всех уровней. Общий долг составил 30,2 миллиарда рублей, из которых в прошедшем году возмещено только 941 миллион рублей, или 3 процента.

Можно, конечно, посмотреть и с другой стороны, мол, взыскан почти миллиард, цифра выглядит внушительно. Однако это не тот случай, когда оставшиеся долги надо прощать. Все ли делает тюремная администрация, чтобы долги арестантов таяли?

По словам Александра Звягинцева, основной проблемой является недостаточное количество рабочих мест для осужденных.

Скорее всего, с этим согласятся и представители тюремного ведомства. По словам многих экспертов, тюремные предприятия сегодня вынуждены на равных конкурировать с бизнесом, а это не совсем честно. Условия в любом случае не равны, ведь гражданин начальник не может, скажем, подбирать персонал.

Кстати, одними из основных задач, записанных в концепции развития уголовно-исполнительной системы России до 2020 года являются как раз развитие производственной сферы и создание дополнительных рабочих мест.

Некоторые арестанты активно отказываются трудиться и, соответственно, возвращать долги. Тюремное ведомство для исправления подобных типов иногда применяет нетривиальные методы.

Например, в прошлом году в Тюменской области с трех бывших арестантов взыскали деньги за… содержание в тюрьме. Трое арестантов должны выплатить казенному дому в общей сложности 52 тысячи рублей. Каждый из них провел за решеткой по пять лет.

Подобные иски грозят не всем, а только злостным бездельникам, упорно отказывающимся от работы. Хотя им предоставляли место вне очереди. Отказ же дал право государству требовать с них денег. Не хотели зарабатывать по-хорошему — придется отдавать по-плохому.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5751

О том, как реализовывалась кадровая политика, каким должен быть новый полицейский, обозревателю «Известий» Екатерине Карачевой рассказал начальник департамента государственной службы и кадров МВД России, генерал-лейтенант внутренней службы Владимир Кубышко.

— Владимир Леонидович, поводом для масштабных проверок полицейских Санкт-Петербурга и Казани стали два ЧП: в Питере убили 15-летнего задержанного Никиту Леонтьева, в Казани изнасиловали Сергея Назарова — в результате он умер. Возникает закономерный вопрос, как могли такие сотрудники полиции пройти переаттестацию?

— К сожалению, такие события, как в Казани и Санкт-Петербурге, — явления малопредсказуемые. Современной науке неизвестны технологии и методики, которые могли бы заблаговременно и точно выявить маньяка-убийцу. Человек может успешно работать десятилетиями, но при стрессовых ситуациях и в определенных условиях, в том числе экстремальных, могут проявиться самые скрытые и потаенные свойства его психики. Тот, кто говорит о 100% гарантии психологической надежности каждого сотрудника, ставшего полицейским, делает недобросовестные и безответственные заявления.

Вместе с тем еще задолго до начала аттестации ведомственные психологи не рекомендовали для дальнейшего прохождения службы в системе троих казанских полицейских из отдела полиции «Дальний». Однако руководители на местах не прислушались к мнению психологов и назначили этих оперативников на полицейские должности. В ходе внеочередной аттестации мы выявили значительное количество проблемных в психологическом смысле сотрудников и расстались с ними.

— Что происходило с теми сотрудниками, чьи кандидатуры вызывали сомнение?

— Всем сотрудникам ведомства было предложено повторно пройти тестирование у психолога. Штатных психологов у нас 2960 человек, при этом женщин среди них — 65%, а это самые кропотливые, вдумчивые и въедливые работники. Если итоги тестирования вызывали сомнения, сотрудник направлялся на исследование на полиграфе. За всю кампанию через полиграф прошло 13,5 тыс. человек. У нас есть сильная ведомственная школа полиграфологов.

— Может ли полиграф, или, проще говоря, детектор лжи, распознать среди сотрудника взяточника, садиста, маньяка?

— Люди серьезно уверены, что существует некий психологический аппарат, который при приближении маньяка сигнализирует красной лампой, а при приближении взяточника — синей. У вас же, говорят, есть полиграф, так неужели сложно выявить маньяка или хулигана? На самом деле в мире не существует способов мгновенного выявления таких лиц. Эффективные результаты дает комплекс исследований, в числе которых включенное наблюдение психолога за человеком в ходе его служебной деятельности и тестовые методики. Комплекс психологических мероприятий занимает много времени и требует больших усилий. Ведь только подготовка одного исследования на полиграфе занимает минимум четыре часа. Под каждого человека и под задачу, которую ставит руководство, психолог делает индивидуальный вопросник. Конечно, полиграф дает определенные результаты, но не факт, что в итоге исследования мы получим нужную информацию. В интернете описаны методики противодействия полиграфу, даже спецкурсы существуют. В ходе аттестации мы в обязательном порядке проверяли кандидатов на замещение руководящих должностей, а других сотрудников — по решению руководителя. Так что к началу аттестации у нас была достаточно четкая картина по каждому сотруднику. И говорить, что мы занимались очковтирательством и просто подписали за полтора месяца списки на всех сотрудников оптом, несправедливо и лживо.

— Как вообще проходила аттестация и каковы ее итоги?

— Фактически внеочередная аттестация началась 7 февраля 2011 года с принятием ФЗ № 3 «О полиции». Все мероприятия по подготовке и непосредственному проведению аттестации заняли девять месяцев. Основной целью было формирование высокопрофессионального кадрового ядра органов внутренних дел (ОВД) России, где остались бы служить люди, достойные по своим нравственным и профессиональным качествам. В то же время были бы отсеяны сотрудники, не соответствующие повышенным требованиям. Эту задачу необходимо было реализовывать, ни на минуту не прекращая оперативно-служебной деятельности по борьбе с преступностью и охране общественного порядка на всем пространстве нашей огромной страны. При этом мы не могли весь личный состав отстранить от службы и уволить, а потом набрать новых, правильных полицейских.

Для проведения аттестации было создано более 2,8 тыс. комиссий на местах, которые прошли более 880 тыс. человек. Из них по итогам заседаний аттестационных комиссий не были рекомендованы к назначению в полицию более 5,5 тыс. человек. Итоги аттестации свидетельствуют, что по большинству сотрудников мы сделали правильный вывод.

— Но ведь были и такие, кто остался недоволен увольнением?

— Конечно, такие были и есть. После окончания аттестации в наш департамент поступило свыше 1 тыс. жалоб, еще 349 человек обратились в суд для восстановления на службе. Суды удовлетворили 34 иска, в 80 случаях было отказано, остальные дела пока находятся на рассмотрении. Мы активно помогаем с трудоустройством бывшим коллегам, не запятнавшим себя во время службы. Знания, навыки и опыт наших сотрудников пользуются большим спросом на рынке труда. Более 37 тыс. человек нам удалось устроить на хорошие должности, в том числе и на госслужбу.

— Кадровики проверяли сотрудников на наличие судимостей, а также подлинности дипломов о высшем образовании. Какие результаты?

— В ходе подготовки и проведения аттестации было проверено более 80 тыс. дипломов о высшем и среднем профобразовании начальствующего состава и лиц, представляемых к присвоению первого спецзвания. Выявлено 603 документа, которые содержали признаки подделки. В результате по нашим материалам уволено 87 сотрудников, в том числе 24 сотрудника центрального аппарата, возбуждено 20 уголовных дел, один сотрудник уже осужден. При этом 141 кандидату в присвоении первого специального звания начальствующего состава отказано. Были случаи трагикомичные. Так, в одной из центральных поликлиник министерства практиковал врач-хирург с купленным дипломом об окончании мединститута. Со службы он уволен, по факту подделки возбуждено уголовное дело.

— А нашлись сотрудники с уголовным прошлым?

— К счастью, такие случаи были единичны. Такие проверки при поступлении на службу в подразделения осуществлялись и раньше, удавалось отсеивать таких кандидатов на стадии первичного изучения их документов. Вместе с тем ст. 29 Закона «О полиции» («Ограничения, обязанности и запреты, связанные со службой в полиции») исключила возможность службы в полиции и тех сотрудников, уголовное преследование в отношении которых было прекращено по нереабилитирующим основаниям. Например, за истечением срока давности, в связи с примирением сторон или вследствие амнистии. Общее количество таких сотрудников исчисляется сотнями, и далеко не всегда это были плохие работники и люди. В целом аттестация помогла нам очиститься от наиболее одиозных личностей, обросших коррупционными связями и дискредитировавшими себя и ОВД в глазах товарищей и населения. Были в ведомстве руководители, прибегавшие к неверным стилям и методам работы. Необязательно ведь быть вором или коррупционером. Можно быть просто бездельником или невеждой. В результате большое количество руководителей просто потеряли свои должности и уволились со службы. В ходе всех подготовительных мероприятий по аттестации свыше 15 тыс. сотрудников не были рекомендованы Главным управлением собственной безопасности для дальнейшей службы. Еще 44 тыс. добровольно написали рапорты об увольнении со службы.

— По каким причинам экс-милиционеры сами подавали рапорты об увольнении?

— У каждого была своя причина: возраст, состояние здоровья, семейные проблемы. Некоторые предоставили недостоверные сведения о доходах и имуществе и были уличены в этом. У ряда бывших руководителей ведомства были обнаружены яхты, отели в Черногории, оформленные на жен, дворцы и острова на Днепре и многое другое. При проведении индивидуальных бесед таким сотрудникам прямо указывалось на минимальные шансы пройти аттестацию и предлагалось покинуть службу.

— По всем ли выявленным коррупционным фактам были возбуждены дела?

— Нет, конечно. Дело в том, что человек не мог объяснить, почему у него столько движимого и недвижимого имущества, откуда оно взялось в такие короткие сроки и за какие деньги. Человек понимал, что если он будет настаивать на назначении в полицию, то его ждет ряд более тщательных проверок, публичная огласка и возможность уголовного преследования. Поэтому все они подали рапорты на увольнение.

— Сегодня много мер предпринимается для искоренения коррупции в системе МВД, одним из них является личное поручительство. Для чего был придуман этот институт и какую ответственность несет поручившийся?

— Эта система начала работать в ведомстве в прошлом году и была задумана как антикоррупционная мера. На протяжении десятилетий практиковалось так называемое телефонное право. Это когда один уважаемый человек звонит другому, не менее уважаемому, и предлагает устроить сына очень уважаемых людей, который с третьего класса мечтает быть не космонавтом или врачом, а работать в службе экономической безопасности, ходить проверять рынки и бизнесменов. Мы хотели, и во многом это получилось, создать ситуацию, при которой человек не тихонько по телефону рекомендует человека, а делает это абсолютно официально, путем личного поручительства в письменной форме. Всё подшивается в личное дело поручителя. Тот, кто поручился за того или иного сотрудника, несет в большей степени моральную ответственность. Его могут лишить права рекомендовать на службу, если его поручительство не имеет силы, но из органов не уволят.

— А как изменилась система оплаты полицейских, будут ли решаться вопросы социальных и медицинских льгот, предоставляться жилье?

— В связи с принятием нового законодательства денежное состояние сотрудников увеличилось. Правда, по-разному. Это зависит не от региона, а от ряда факторов: штатно-должностной категории, выслуги лет, специализации оперативно-служебной деятельности. Но в целом, конечно, зарплата существенно выросла. Сейчас денежное содержание наших сотрудников больше, чем в других ведомствах. Еще одно достижение реформы — решение жилищного вопроса. До января 2012 года сотрудники ОВД могли получить жилье только по муниципальной очереди, будучи признаны официально малоимущими. То есть милиционер должен был получить справку о том, что он — нищий. Представьте себе полицейского, например, во Франции с таким статусом. Теперь ситуация в корне изменилась. ФЗ «О социальных гарантиях сотрудников ОВД» предусмотрены три способа решения жилищного вопроса: единовременная соцвыплата, предоставление жилого помещения в собственность за счет федерального бюджета и обеспечение служебным жильем. Кроме того, сотрудникам и членам их семей предоставляются льготы медицинского и социального х&#107

«Автоцентр VIZA-GERMES поздравляет Вас! Вы стали обладателем одного из трех автомобилей Audi-A4. Подробности на сайте» — «письма счастья» с таким содержанием сегодня разлетаются по миллионам мобильных номеров.

Первая мысль: само собой — мошенники. Однако виртуальный офис автоцентра VIZA-GERMES выглядит весьма респектабельно. Красочные картинки с дорогими авто, описание моделей, виды страхования, условия акции — все ссылки работают. И, как ни странно, — это производит впечатление. Где-то в подсознании вдруг просыпается неистребимая жажда халявы и робко напоминает о том, что иногда возможно даже невозможное…

Именно на это рассчитывают мошенники. Условия акции настолько сложны и запутанны, что понять что к чему практически невозможно. Счастливый победитель должен уяснить только одно: прежде чем сесть за руль новенькой иномарки, ему придется оплатить налоговый сбор — 41700 рублей. Причем сделать это нужно в течение 40 минут после разговора с оператором, в противном случае приз будет разыгрываться дальше.

Номер старшего менеджера призового отдела — Смирнова Алексея Владимировича мгновенно отозвался раздраженным мужским голосом:

— Автоцентр. Алексей.

— Я получила СМС по поводу приза. Хочу узнать, что делать дальше…

— Читайте на сайте, — буркнул Алексей и бросил трубку.

Такое поведение встревожило меня не на шутку: неужели россияне так часто попадаются на уловку, что мошенники могут позволить себе разбрасываться потенциальными жертвами.

Менеджер Морозов Дмитрий Николаевич, чьи координаты также указаны на сайте, оказался ненамного приветливее своего коллеги.

— Вы должны зарегистрироваться. После этого мы оформляем автомобиль, и вы его забираете, — флегматично тянул хамоватый баритон.

— Могу я зарегистрироваться сейчас?

— Конечно. Для регистрации вам нужно оплатить налоговый взнос — этого требует закон, мы ничего не можем сделать. Можете оплатить через банк или виртуальный кошелек.

— А привезти деньги в салон могу?

— Вы должны зарегистрироваться в течение 40 минут.

— Я рядом, приеду через 20.

— Приезжайте. Но тогда вам придется самостоятельно развозить деньги по налоговым инстанциям. Опоздаете хоть на минуту — ничего не получите.

Владимир Форналь, замначальника отдела «К» ГУ МВД по Московской области:

— Эта схема нам хорошо знакома. Немало людей уже стали жертвами обмана. Каждый раз хочется в сердцах сказать: о чем вы думали?! Эта преступная схема стара как мир, а люди снова и снова наступают на те же грабли. Ведь очевидно, что ни один автосалон в мире не станет разыгрывать автомобили путем случайного выбора номеров в телефонной базе.

Интернет, действительно, меняет восприятие людей: то, что информация опубликована на сайте, в глазах многих придает некоторую достоверность самому очевидному обману. Интернет для нас до сих пор остается неизвестной территорией: он очень стремительно набирает популярность, но ведь никто никогда не учил нас с ним обращаться.

Даже если вы не поддались на обман, нелишним будет обратиться в МВД. На сайте ГУ МВД есть онлайн-приемная, там можно оставить сообщение, и его рассмотрят. Правда, нет никаких гарантий, что, когда сообщение дойдет до исполнителя, сайт не закроется — обычно такие конторы живут не дольше 2-3 недель.

Адиля Зарипова, «Российская газета» — Столичный выпуск №5750

В России подвели итоги межгосударственной комплексной оперативно-профилактической операции «Розыск». Сразу несколько ведомств объединили свои усилия по поиску преступников: МВД, правоохранительные органы государств-участников СНГ, оперативные подразделения Федеральной службы исполнения наказания России и Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков России.

Всего за три дня, что продолжалась активная часть операции, на территории России удалось задержать более 6 тысяч еловек, находящихся в розыске за совершение преступлений. Кроме того, разыскано 3 тысячи граждан, пропавших без вести. В результате совместных мероприятий, проведенных совместно с ФСИН России разыскано 419 преступников, с ФСКН России — 124.

Также в ходе операции на территории России были задержаны 195 преступников, которых вовсю искали в странах СНГ.

По запросам российской стороны правоохранительными органами стран СНГ задержаны 263 преступника, объявленных в международный
розыск.

Кстати, в этом году стражи порядка особенно постарались: нынешние результаты — одни из самых высоких за последние годы.

— Многие из раскрытых преступлений были совершены год, два, а некоторые и десять лет назад. Сам факт установления личностей преступников и их задержание говорит о реализации одного из важнейших принципов уголовного законодательства во всем мире — неотвратимости наказания, — заявил заместитель начальника Главного управления уголовного розыска МВД России Валерий Красильников.

«Комсомольская правда»