О главном

Столичные власти отреагируют на волну подростковых самоубийств, прокатившуюся по стране. После весенних школьных каникул в Москве стартует цикл психологических тренингов для несовершеннолетних, где их научат выходить из трудной ситуации, не замыкаясь в себе. Об этом проекте «Известиям» рассказала директор городского центра «Дети улиц» при департаменте семейной и молодежной политики Москвы Любовь Гыбина.

Цикл тренингов будет состоять из семи занятий в группах по 15 человек. На первых порах в семинарах примут участие подростки, состоящие на учете в комиссии по делам несовершеннолетних.

«Изначально наши занятия должны были быть посвящены снижению агрессии в подростковой среде, — пояснила Любовь Гыбина. — Но с учетом последних трагических событий мы делаем другое направление — как выйти из любой ситуации с минимальным ущербом для психики». По ее словам, на тренингах подростков научат тому, как разрешить кризисные и конфликтные ситуации, не замыкаясь в себе или не уходя с головой в интернет. Им также помогут найти другую группу для общения.

Специалисты полагают, что психологам стоит также помочь подросткам поднять самооценку, научить школьников уважать себя даже в том случае, если их не уважают другие, а также управлять агрессией и правильно общаться со сверстниками и взрослыми. «Это послужит профилактике суицида», — пояснил руководитель отдела клинической психологии Научного центра психического здоровья РАМН Сергей Ениколопов.

Он уверен, что проводить тренинги по проблеме самоубийств нужно не только с подростками, но и со школьными психологами. «Эта тема в России почти не изучена, — пояснил Ениколопов. — И многие специалисты, работающие в школе, понятия не имеют, как с ней справляться».

В то же время уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович полагает, что волна суицидов спадет, как только эту тему перестанут «мусолить» средства массовой информации. «Подросткам свойственно копирование ситуаций», — пояснил он. Напомним, как уже писали «Известия», главный омбудсмен страны Павел Астахов призвал пристальнее следить за страницами подростков в социальных сетях.

Члены Общественной палаты РФ уверены, что антисуицидальные семинары должны провести не только городские центры, но и школьные психологи в каждом образовательном учреждении. «В старших классах стоит провести тренинги, направленные на раскрепощение детей и налаживание общения в коллективе», — пояснила член рабочей группы ОП по проблемам детства Ирина Плещёва.

Добавим, что сообщения о новых самоубийствах подростков в стране с пугающей регулярностью поступают последние две недели. В четверг, 17 февраля, в психиатрическую больницу № 6 в столице была доставлена 14-летняя ученица московской школы № 539, пытавшаяся перерезать себе вены. Днем ранее 15-летняя школьница, учившаяся в том же заведении, выбросилась с 16-го этажа дома по улице Херсонская на юго-западе Москвы. Ранее несколько похожих трагедий произошли в Московской области, Красноярске и Нижнем Новгороде.

Наталья Корчмарек, «Известия»

В России может быть создан специальный фонд для выплат пострадавшим от преступлений. Силовики совместно с Общественной палатой предлагают формировать его из средств, поступающих от реализации преступно нажитого имущества и других источников. Предлагается, что компенсации из фонда будут выплачиваться в течение десяти дней после признания жертвы потерпевшим. Реализовать эту идею будет крайне сложно, уверены эксперты.

Как стало известно РБК daily, в ближайшее время в Госдуму будет внесен законопроект «О потерпевших от преступлений». Кроме правового усовершенствования статуса потерпевшего документ содержит революционную норму. Сегодня суды присуждают пострадавшим, а также их родственникам денежные компенсации, однако получить эти деньги удается далеко не всегда — с пойманных преступников обычно взять нечего.

«У нас в стране на имущество преступника, совершившего тяжкое преступление против личности, государство не может наложить вето, — рассказала РБК daily один из разработчиков законопроекта, член Общественной палаты Ольга Костина. — Большинство тяжких преступников за время следствия переписывают все имеющееся имущество на родственников, в результате чего к суду подходят голышом. В итоге жертва остается без копейки, а зачастую это инвалиды и больные, которым просто необходимы средства на медицинское восстановление».

Законопроектом предлагается создать Национальный компенсационный фонд, в котором всегда будут средства для выплат пострадавшим от противоправных действий. Это мировая практика — аналогичные фонды действуют в 22 странах Европы, в США, а на постсоветском пространстве — в Азербайджане. В США его сформировали всего за год. По словам г-жи Костиной, жертвы майора Евсюкова, терактов, «Хромой лошади» и «Булгарии» — все это люди, которым государство могло бы заплатить из такого фонда.

На выплаты из фонда смогут рассчитывать только пострадавшие от тяжких преступлений (получившие увечья или родственники убитых). Когда идет речь о нетяжких преступлениях имущественного или экономического характера, по мнению разработчиков, компенсации регулируются различными формами страховок или гражданскими исками. «Мы же говорим о людях, которые физически пострадали, и им некогда ждать, пока правоохранительные органы поймают, а может, и не поймают преступника. В этом случае государство должно будет в течение семи-десяти дней прийти на помощь», — указывают в Общественной палате.

Источников сбора средств в нацфонд согласно законопроекту может быть несколько: реализация преступно нажитого имущества, возвращение института конфискации по некоторым тяжким составам преступлений, увеличение количества штрафов, заменяющих лишение свободы. Еще один способ наполнения фонда — введение зависимости получения заключенным условно-досрочного освобождения (УДО) от скорости выплаты компенсации его жертве.

По словам г-жи Костиной, в конце прошлого года председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин ознакомил с законопроектом премьера Владимира Путина, который поставил на документе резолюцию «проанализировать и доработать». Сейчас документ из аппарата правительства возвращается в СКР. «После доработки в идеале — чтобы законопроект внесли первые лица. Если не получится, будем обращаться в ведомства, имеющие право законодательной инициативы, или к депутатам», — отмечает г-жа Костина.

По данным РБК daily, силовики в целом поддерживают законопроект. Правовой департамент МВД и в большей степени СКР активно участвовали в соразработке документа. «Мы поддерживаем в целом концепцию законопроекта, внедрение подобного механизма уже назрело, — рассказал РБК daily источник в МВД. — По сути наша задача — выявление преступно нажитого имущества, а куда потом эти средства направлять, для нас большой разницы не имеет. Скажут — в компенсационный фонд, будем делать так».

Но, по словам разработчиков новой нормы, в Минюсте считают, что права потерпевших — это нечто, что будет ущемлять права обвиняемых и заключенных, и министр юстиции «принципиально не хочет заниматься этим». Получить разъяснения в Минюсте вчера не удалось.

«Конфискованных сумм вряд ли хватит на очередь получателей, которая выстроится до ужасающих размеров, — полагает партнер юркомпании «Налоговик» Дмитрий Липатов. — Ведь нужно будет удовлетворить требования по гражданским искам и старых, и новых уголовных дел. К примеру, за убийство родственникам погибшего назначают сейчас компенсацию в размере около 1 млн руб., а у нас 70-80 убийств на 100 тыс. населения».

Иван Петров, РБК daily 

Специалисты по детским и подростковым суицидам соберутся 16 февраля на специальном совещании в Минздравсоцразвития России из-за массовых самоубийств по всей стране, сообщил РИА Новости в четверг руководитель отдела Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии Борис Положий.

То, что сейчас происходит в обществе, вызывает серьезную тревогу и действительно может быть даст возможность как-то повлиять на ситуацию. Сегодня, например, мне предстоит вечером принять участие в специальном совещании, которое организуется в Минздраве вот как раз по поводу этих событий и того, что мы можем предпринять, — сказал он.

Положий не знает, кто конкретно будет принимать участие в этом совещании, однако отметил, что кроме него приглашены главный психиатр России Зураб Кекелидзе, главный детский психиатр Евгений Макушкин. «Вопрос начинает решаться уже на серьезном уровне и это уже хорошо», — добавил он. По словам Положего, у специалистов ГНЦ социальной и судебной психиатрии имени Сербского есть специальный план по профилактике самоубийств среди подростков, который и будет представлен на этом совещании.

Однако помимо этого Положий призвал все СМИ, поскольку суициды у подростков носят резонансный характер и тесно связаны с информацией, которая передается, придерживаться рекомендаций ВОЗ при освещении этих событий. «То есть если речь идет о совершении нового суицида, то буквально давать несколько строчек без имен, без фамилий, без фотографий. Все это только повышает риск совершения повторного суицида по всей стране», — сказал он.

Во-вторых, он призывает всех россиян не оставаться равнодушными и быть более внимательными по отношению к своим родным и близким и даже к совершенно незнакомым людям. «Здесь нужна чуткость, здесь нужна внимательность к ближнему или даже не очень ближнему», — сказал он.

По данным Положего, Россия почти в три раза превышает общемировой показатель по частоте суицидов среди подростков. Ежегодно от 1,5 до 2 тысяч подростков кончают жизнь самоубийством. Частота подростковых суицидов на протяжении последних 6-7 лет составляет 19-20 случаев на 100 тысяч подросткового населения, в мире — 7 случаев на 100 тысяч.

За минувшую неделю в стране произошло сразу несколько резонансных суицидов подростков. На прошлой неделе две подружки, ученицы восьмого класса, спрыгнули с крыши высотного дома в подмосковной Лобне и разбились. На следующий день 15-летний подросток выпрыгнул из окна квартиры дома в Москве. Неделю назад, в четверг, 12-летнего жителя Красноярска нашли повешенным в собственной квартире, а семиклассника в Тамбовской области — во дворе дома. В субботу девятиклассница выбросилась из окна в московском районе Перово.

Уже на этой неделе, во вторник, следователи Томской области сообщили об очередном суициде — одиннадцатиклассник повесился в поселке Чердаты Зырянского района. А в Башкирии во вторник следователи начали проверку по факту самоубийства подростка, который повесился 9 февраля в селе Иглино.

РИА Новости

Российская полиция пересматривает и ужесточает условия приема на службу в органы внутренних дел, тем более — в учебные заведения системы МВД.

Традиционно первые нововведения испытали в столице. Заместитель начальника Управления по работе с личным составом — начальник Управления профессиональной подготовки полковник внутренней службы Владимир Жирняков рассказал, что, согласно законодательству, каждый сотрудник обязан периодически проходить переподготовку и сдавать зачеты. Особенно большое внимание уделяется проверкам на профпригодность по применению физической силы и оружия. Тут важно что: полицейский обязан не только выполнить приказ и задержать даже вооруженного преступника и защитить людей, но и при этом обязательно остаться живым. Поэтому сотрудник, не владеющий специфическими приемами рукопашного боя, не умеющий пользоваться табельным да и любым другим оружием — по обстановке — может стать просто очередной жертвой вооруженного и жестокого бандита. И нужны ли нам такие полицейские?

А при поступлении на службу вообще предусмотрена первоначальная профессиональная подготовка, причем сотрудник обязан получить и юридические знания — это прямое требование министра внутренних дел.

Полковник Владимир Жирняков рассказал, что в Москве полицейских воспитывают, что называется, с младых ногтей. Есть два государственных бюджетных образовательных учреждения среднего профессионального образования города Москвы — «Колледж полиции» и «Юридический колледж». Туда могут поступить парни и девушки после 9-го класса, то есть — 14 — 15 лет. После четырех лет учебы ребята получают среднее юридическое образование с присвоением квалификации «юрист». Что важно, им гарантировано трудоустройство в столичное подразделение МВД с последующим присвоением специального звания. Вероятно, именно таким образом руководство Москвы и столичной полиции намерены привлечь москвичей на службу по охране порядка в родном городе.

Разумеется, основным образовательным учреждением, где готовят профессиональные кадры полиции, является Московский университет МВД России. Кстати, в ходе реформы, его объединили с Академией экономической безопасности МВД РФ.

Начальник управления учебно-методической работы Московского университете МВД России полковник полиции Василий Федорович рассказал, что изменилась не только учебная программа, вступительные экзамены, но и требования к абитуриентам выросли в разы. Теперь поступить в главный полицейский вуз страны не трудно, а очень трудно. И дело не только в престижности диплома, в высоком качестве обучения и гарантированном трудоустройстве. В отличие от иных вузов, например, министерства обороны, где выпускника, присвоив ему звание «лейтенант», отпускают в свободное плавание со свободным дипломом — ищи работу, где хочешь. Здесь курсант четко знает, где и кем будет служить, даже проходит полугодовую стажировку на будущем рабочем месте, знакомится с коллективом и предполагаемым фронтом работ. В общем, есть за что бороться.

Но предварительно надо пройти воистину жесточайший отбор. Первоначальный конкурс — когда подаются заявления и собираются документы — достигает 5 — 7 претендентов на место. Причем, заявление надо отнести не в университет, а ближайшее отделение внутренних дел. Перед тем, как быть допущенным к экзаменам, абитуриента проверят буквально на все — на психическую устойчивость, пристрастие к наркотикам и алкоголю, «нехорошие» связи с криминальным миром и многое другое. Понадобятся и поручительства от сотрудников полиции — сейчас без такого «залога» в полицию не попасть. А в университете просто не допустят к экзаменам. Говорят, есть отсев.

Но самое интересное начинается на экзаменах. Если в обычных гражданских вузах надо пройти три условных испытания, два из которых — ЕГЭ, то в университете МВД — четыре. И четвертый — физическая подготовка. Не путать с физкультурой в школе, тут не пройдет номер «просто побегать с мячиком». Придется сдавать настоящие армейские нормативы — подтягивание на количество раз, бег на время, приседания, отжимания… Так вот, даже после столь жестких испытаний конкурс среди претендентов — 2 — 3 человека на место. Есть вполне реальная надежда, что через пару лет у нас будет принципиально другая полиция.

Михаил Фалалеев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5706 (33)  

Тюремное ведомство решило создать независимый рейтинг казенных домов, чтобы выяснить, где люди лучше сидят.

Граждане начальники лучших мест не столь отдаленных пойдут в гору — в карьерном смысле. А там, где процветают произвол, коррупция, беспорядки, руководители должны получать по шапке вместо наград.

К оценке казенных домов привлекут уполномоченных по правам человека в регионах, общественные наблюдательные комиссии и даже СМИ, поэтому именно его и назвали независимым.

Такая система должна прийти на смену привычным отчетам и показателям, рисовать которые научился любой мало-мальски уважающий себя чиновник, и не только в тюремном ведомства. А гражданское общество поможет выставить честные оценки.

Критерии просты: хорошо сидеть — значить сидеть по закону.

Как сообщил директор Федеральной службы исполнения наказаний Александр Реймер, в этом году начнет работу новая модель оценки эффективности деятельности территориальных органов тюремного ведомства. Она предполагает, что региональные подразделения тюремного ведомства будут выстроены по рейтингу, составленному в том числе с помощью гражданского общества. Газеты, правозащитники, просто люди, живущие по соседству с тюрьмой, порой знают правду не хуже гражданина начальника. Только им нет смысла ее скрывать.

По словам главы тюремного ведомства, идея общественной оценки деятельности территориальных органов ФСИН России и составления независимого рейтинга нашла поддержку у Уполномоченного по правам человека в России Владимира Лукина. Пока планируется оценивать не отдельные казенные дома, а целые тюремные края. Скажем, где больше порядка — в магаданских лагерях или красноярских зонах? Но руководителям региональных управлений тюремного ведомства ничто не мешает составлять и свои независимые рейтинги, которые бы сравнивали отдельные казенные дома. В конце концов, местный руководитель должен знать, какая тюрьма держится молодцом, а какую надо подтянуть. Вот бы, допустим, сравнить «Матросскую тишину» и «Бутырку», горячий получился бы рейтинг.

Внутренние рейтинги в тюремном ведомстве появились давно. Однако оценки выставлялись на основе показателей, предоставляемых самими территориальными органами, читай — местными гражданами начальниками. А это всегда подозрительно, кто же станет добровольно рассказывать про себя всю правду?

Поэтому новая оценка будет состоять из трех частей, и повлиять сразу на все никакой местный генерал не сможет. В первую треть войдут уже привычные показатели, в том числе и показатели, как в регионе выполняются планы реформы. Плюс свое заключение составит экспертный совет ФСИН России. Вторую треть баллов накинут или, наоборот, сбросят данные от МВД, прокуратуры и управления собственной безопасности тюремного ведомства. Третья часть рейтинга будет состоять из оценок гражданского общества. Как заявил Александр Реймер на недавней коллегии службы, он рад, что общественные наблюдательные комиссии не получились карманными. А Владимир Лукин заявил, что, по его мнению, для членов общественных наблюдательных комиссий следует проводить курсы повышения квалификации и мероприятия по обмену опытом.

— Места принудительного содержания длительное время являются предметом пристального внимания общественности, — говорит Владимир Лукин. — Организационно-гражданский контроль за ними оформился в виде общественных наблюдательных комиссий, которые создавались более десяти лет в условиях острой дискуссии между представителями общественных организаций и органами исполнительной власти.

Кстати, сейчас идет формирование нового состава наблюдательных комиссий в которые войдет больше профильных специалистов — педагогов, врачей, юристов и священников.

Владислав Куликов,«Российская газета» — Федеральный выпуск №5706 (33)

14 февраля председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев сообщил о радикальном смягчении нравов в судебной системе.

Сегодня каждый четвертый человек, представший перед судом, выходит из зала суда свободным человеком. Так что пресловутый обвинительный уклон не подтверждается судебной статистикой.

Такие оптимистичные заявления прозвучали вчера на большом совещании председателей региональных судов, которое началось в Москве. На нем Вячеслав Лебедев предложил также внести в Уголовный кодекс сразу несколько статей, наказывающих за мошенничество в самых разных сферах, например в страховании или кредитовании.

Но сначала Вячеслав Лебедев с цифрами в руках поспешил развеять представления общества, мол, суды у нас судят и правых и виноватых, а оправдательных приговоров меньше процента. У человека на скамье подсудимых гораздо больше шансов отстоять свое честное имя, чем ему порой кажется.

Как сообщил Вячеслав Лебедев, в прошлом году были оправданы примерно 8 тысяч 500 человек, представших перед судом. Если брать от людей, чьи дела рассматривались по обычной процедуре, когда обвинение и защита сходились в честном судебном поединке, получается примерно 1,8 процента оправдательных приговоров. Вроде бы немного. Но Вячеслав Лебедев подчеркнул, что дела еще на 160 тысяч человек были прекращены, в том числе по реабилитирующим обстоятельствам.

Иными словами, кого-то отпустили, потому что истек срок давности или по каким-то иным причинам. Но человек виновен. А чье-то дело закрыли, потому что человека и судить-то не за что. Его даже и оправдывать не надо, он кругом невиновен.

— Количество оправданных лиц и освобожденных от уголовной ответственности по реабилитирующим основаниям составило 5,8 процентов, — заявил Вячеслав Лебедев.

Но и это еще не все. В особом порядке принятия судебного решения — при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением — было рассмотрено дел на 590 тысяч человек, больше половины от всех уголовных дел. Здесь и спора никакого нет, обвиняемый сам согласен закончить все скорее. Однако даже в таких обстоятельствах для подсудимого не все потеряно. Дела 83 тысяч человек, согласившихся на особую процедуру и фактически смирившихся с наказаниям, были прекращены. Кстати, «РГ» уже приводила в пример одно подобное дело: молодой человек подобрал на улице мобильный телефон и его осудили за кражу. Однако кассационная инстанция прекратила дело, пояснив, что быть находчивым — не воровство. Дело закрыто, находчивый подсудимый отпущен.

В итоге, по данным Верховного суда России, 24 процента всех граждан, представших перед судом как в особом, так и обычном порядке, так или иначе избежали наказания. Они или были оправданы, или их дела были прекращены по различным основаниям.

Кроме того, на совещании Вячеслав Лебедев заявил, что в Уголовном кодексе необходимо более подробно прописать в уголовном законодательстве составы различных видов мошенничеств. Сейчас, по его словам, действуют во многом еще советские подходы, а времена изменились, экономика, люди и отношения стали другими. Поэтому помимо статьи «мошенничество» стоит ввести такие отдельные составы, как мошенничество в сфере страхования и кредитования, компьютерное мошенничество и мошенничество при капиталовложении. И так далее.

— Это позволит исключить возможные ошибки и злоупотребления в привлечении за мошенничество в сфере экономики, позволит отграничить уголовно-наказуемые деяния от гражданско-правовых отношений, — сказал Вячеслав Лебедев.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5705 (32)
 

ЮНИСЕФ презентовал доклад: «Анализ положения детей в Российской Федерации: на пути к обществу равных возможностей».

Доклад ставит и рассматривает следующие вопросы: В каком положении сегодня находятся российские дети и семьи с детьми? Сколько из них живут в бедности и испытывают лишения? Как отразилась государственная политика последних лет на благополучии детей и семей с детьми? Каков уровень смертности и заболеваемости среди детей и подростков в России по сравнению с европейскими странами? Как учитывается мнение детей при принятии решений, затрагивающих их интересы?

В докладе представлена информация по следующим направлением: положение детей и семей с детьми; система социальной поддержки; положение и политика в области охраны здоровья детей; положение и политика в области образования; участие детей в принятии решений, затрагивающих их интересы.

В документе отражены мнения подростков о самых важных проблемах детей в России, среди них: платное образование в отдельных учреждениях, коррупция, неравномерное развитие регионов, алкоголизм, наркотики, курение, а также, детский криминал, вовлечение детей в националистические движения, жестокость по отношению к детям-инвалидам и т.д. Одна из целей доклада — выявить причины данных проблем и указать на пути их решения.

Так, важная часть посвящена бедности. Риск попасть в ловушку бедности достаточно высок. Как заявляет директор Института гуманитарного развития Москвы Татьяна Малеева, каждая вторая семья в России, имеющая более двух детей, является бедной. Без достаточного дохода родители не в состоянии обеспечить ребенку приличное образование, комфортное проживание, своевременную поддержку здоровья. Все это является причинами склонности к маргинализации, и даже преждевременной смертности. В поисках средств к существованию нередко несовершеннолетние встают на криминальный путь. Не зная закона, руководствуясь мнением, что несовершеннолетние ненаказуемы, дети совершают жестокие преступления.

К совершению неправомерных и уголовных действий подростков в России иногда толкают СМИ и Интернет. Просмотр жестоких телевизионных программ, посещение запрещенных ресурсов в сети, общение в социальных сетях с неблагополучными гражданами общества необходимо взять под контроль, для чего разработаны программы по безопасному использованию Интернета, введены возрастные ограничения на некоторые передачи и фильмы, так, вредные для детского просмотра продукты перенесены на позднее время. Но при этом в докладе сказано, что каждый ребенок должен быть в достаточной мере обеспечен доступом к инновационным технологиям.

Важным пунктом доклада является рассмотрение вопроса о правах и взглядах ребенка. Согласно исследованиям, проведенным в московских школах, уровень знания детьми своих прав невысок, более того, уровень знания способов защиты своих прав совсем низок. Но о способах защиты школьники имеют хоть какое-то представление, а вот о том, как действовать в случае правонарушения не знают.

О существовании Конституционного права России 29% детей узнают из СМИ, лишь 13% — от родителей. 59% процентов школьников узнают о КПР на уроках, но классные часы, посвященные данному вопросу, не являются обязательными, многие на них просто не ходят.

А между тем, 40% детей сталкивается с грубым отношением и ущемлением прав именно в школе, выражается это в том, что ребенку могут сказать грубость (30%), обозвать (21%), высмеять (19%), ударить, шлепнуть, толкнуть(8%). Грубое замечание от учителя во многих образовательных учреждениях является нормой, мало кто задумывается, что подобная форма общения недопустима.

Доклад ЮНИСЕФ не только рассказывает, как информировать ребенка о его правах и научить их защищать, но и сообщает о необходимости вовлечения детского мнения в дела государства.

ЮНИСЕФ и Независимый институт социальной политики рассчитывают, что данный доклад поможет законодательным органам и правительству поставить детей в центр внимания при принятии ключевых политических и финансовых решений.

Всесторонний анализ положения детей и семей с детьми в России позволил сформулировать следующие ключевые рекомендации:

• Необходимо разработать и принять Национальный план действий в интересах детей и, в первую очередь, детей из наиболее уязвимых групп. Этот план должен опираться на государственную стратегию (программу) развития в интересах детей и семей.
• В бюджетах всех уровней необходимо выделять средства на детей и обеспечивать их эффективное расходование.
• И, наконец, чтобы все без исключения дети могли развиваться, чтобы не было «невидимых» и исключенных из жизни детей, необходимо, чтобы статистика учитывала этих детей. В системе мониторинга должны использоваться дезагрегированные показатели, дающие представление о том, сколько детей нуждаются в особой заботе, и какие виды помощи нужны конкретным группам детей.

Сопротивление

Анализ положения детей в Российской Федерации: на пути к обществу равных возможностей.

13 февраля президент Дмитрий Медведев встретился с председателем Верховного суда Вячеславом Лебедевым, отметив, что совершенствование уголовно-процессуального законодательства идет по цивилизованному пути.

14 февраля в Москве начнется совещание руководителей отечественных судов, на котором в том числе будут подводить итоги работы всей судебной системы в прошлом году. Последние несколько лет государство вело целенаправленную работу по гуманизации отечественного уголовного законодательства. «Как бы это ни освещалось средствами массовой информации, ситуация с использованием уголовной репрессии, наиболее жестких мер пресечения меняется», — заявил глава государства.

Председатель ВС в доказательство привел некоторые статистические данные. «Результаты достаточно позитивны, — уверен Лебедев. — Количество гражданских дел сократилось на 1,5 миллиона, всего в рассмотрении находятся 12,7 миллиона гражданских дел». Это произошло после введения внесудебного порядка рассмотрения дел по налогам и сборам на сумму до 1,5 тысячи рублей. И нагрузка на одного судью снизилась со 128 до 117 дел.

— Снижение нагрузки на судей приводит к более качественному рассмотрению дел по гораздо более сложным преступлениям, — заметил Медведев.

Положительная динамика наблюдается и по уголовным делам. В 2011 году их стало меньше на 8 процентов. Половина относилась к преступлениям против собственности. При этом суды все меньше прибегают к приговору в виде лишения свободы. «Это результат гуманизации законодательства», — подчеркнул Лебедев.
Выбирая меры пресечения, суды в прошлом году стали также меньше арестовывать подозреваемых, на 13 тысяч меньше, чем в 2010 году. Это стало результатом того, что решения об аресте выдает суд. В 2001 году, когда это санкционировали прокуроры, аресту подвергали до 360 тысяч человек в год, а сейчас их только 136 тысяч.

С особым вниманием, как того и требовал президент, суды относятся к преступлениям в сфере предпринимательства. Так, в отношении 68 человек было отказано в аресте. Все чаще стали использоваться домашние аресты и залоги. «На 58 процентов теперь больше мер пресечения, не связанных с ограничением свободы, — заявил председатель Верховного суда. — Домашний арест используется больше на 64 процента».

— Статистика очень интересная, показывает динамику развития судебных решений и в целом общественные тренды, которые формируются в результате изменения уголовно-правовой политики, гражданского права, правил судопроизводства, — заявил в ответ Дмитрий Медведев.

Вчера же глава государства встретился с губернатором Липецкой области Олегом Королевым и поднял тему ликвидации ветхого и аварийного жилья, напомнив о принятом ранее решении продлить работу Фонда содействия реформированию ЖКХ. «То, что фонд сработал, рад слышать, — обратился он к главе региона. — Решение принято. Он продолжит работу, мы не планируем его закрывать в ближайшие годы. Потом посмотрим».

Что хотел бы видеть глава государства от местных властей, так это точно определить количество ветхого жилья. Пока же во всех субъектах данные, как выразился Медведев, плавающие.

— Нужно решить, что дальше делать с жильем, которое по сути является ветхим, хотя по ряду формальных признаков к нему не отнесено, — подчеркнул президент. — Это не задача сегодняшнего дня, но нужно смотреть на перспективу. Граница по такому жилью в ряде регионов очень зыбкая.

Между тем, указом Дмитрия Медведева помощник президента Аркадий Дворкович возглавил Комиссию при президенте по развитию системы поиска и поддержки талантливых людей и молодежи и совершенствованию проведения единого государственного экзамена. Ранее Дворкович являлся заместителем председателя комиссии, во главе которой стоял ныне спикер Госдумы Сергей Нарышкин.

Сергей Белов, «Российская газета» — Столичный выпуск №5704 (31)

В последнее время все чаще и увереннее говорят о необходимости реформы судебной системы. Говорят все: и власть, и оппозиция. И обыватели, и ученые-юристы. И предприниматели, и журналисты.

С высоких трибун звучат слова о «нереформируемости» судебной системы, «закрытой корпорации». В общественном мнении утвердился миф, что суд у нас нескорый, коррумпированный, зависимый и обслуживающий власть предержащую. Казалось бы, для повышения эффективности работы судей, их независимости было сделано довольно много. Почему же деятельность судейского сообщества продолжает вызывать нарекания большинства экспертов, представителей бизнес-сообщества, а главное, населения страны? Ответ очевиден: в обществе отсутствует должная мера доверия. У этой беды много причин. Здесь и порядок формирования судейского корпуса, и нежелание до недавнего времени самих судей общаться с журналистами (а через них с обществом). И специфика самого судейского дела, когда одна из двух сторон всегда недовольна принятым решением.

И уже сложившаяся мода ругать суд, и «неподконтрольность» судей даже в вопросе соразмерности их личных доходов и расходов.

Мы исходим из того, что эффективная судебная система — необходимый элемент современного государства и надежный гарант его демократических ценностей. Если граждане доверяют своей судебной системе, они идут разбираться в суд, если не доверяют — уезжают за границу или выходят на площади.

К сожалению, предложения по изменению ситуации, поступающие из самых разных источников, содержат слишком мало конкретики. Мы постарались сформулировать предельно конкретные предложения, которые, по нашему мнению, не будут обременительны для госбюджета и в то же время позволят начать менять существующее положение в лучшую сторону.

Первая из необходимых мер — избрание председателей судов всех уровней самими судьями данного суда.

Сегодня председателей судов назначают на определенный срок. Они не могут поссориться с федеральными чиновниками, потому что назначение судей происходит по их представлению. Кандидат на должность председателя суда испытывает колоссальное давление, причем даже не со стороны президента или его полпреда и даже не со стороны губернатора, а всего лишь инспектора, который пишет представление на продление полномочий. Или не пишет. Естественно, что при таких обстоятельствах назначаемый обязан думать прежде всего о том, как встроиться в вертикаль и соблюсти правила игры. А вот выбираемый председатель суда будет учитывать только требования закона и мнение своих коллег-профессионалов. При этом он не сможет на них «давить». Потому что если он начнет склонять их к принятию какого-либо решения по конкретным делам, они, безусловно, откажут ему в доверии при очередном избрании.

Сейчас судьи, оказавшись под давлением, могут в лучшем случае возмутиться и подать в отставку.

Эту мысль полностью подтверждает опыт работы Конституционного суда, председатель которого до недавнего времени избирался. Председатель КС всегда был ориентирован на мнение судей, а не на Кремль. Сейчас и здесь произошли изменения. Другое дело, что при Валерии Зорькине, личности незаурядной и уважаемой, судье, пережившим не одного президента, принципиально атмосфера в Конституционном суде не изменилась. Но «зорькиных» на всю страну нам не хватит.

Избираемость судьями председателей судов — это первый шаг в достижении реальной независимости института суда от всех остальных ветвей власти.

В судебном споре третий — не лишний

Вторым шагом должно стать расширение практики применения «сделок с правосудием», медиации, пересмотра категории дел, требующих рассмотрения арбитражными судами. Судьи утверждают, а эксперты подтверждают, что перегруженность судов — одна из причин и судебных ошибок, и «взнервленного» порой стиля поведения судьи в процессе, и допускаемых весьма часто процессуальных нарушений. Для внедрения медиации многое делается. По подведомственности дел арбитражным судам есть интересные предложения Высшего арбитражного суда. А вот в уголовном правосудии подвижек особых не видно.

Между тем в области уголовного судопроизводства эта проблема достаточно легко разрешима. Опыт развитых стран показал, что «сделка с правосудием» — мера чрезвычайно эффективная. В США 95 процентов дел рассматривается с применением этой процедуры. При этом не следует опасаться, что «сделка» как-либо поможет избежать ответственности рецидивистам и гражданам, совершившим особо тяжкие преступления. Ярким примером тому может послужить приговор в отношении одного из фигурантов небезызвестного Кущевского дела. Подсудимый, которому «светило» пожизненное, заключив сделку с правосудием и дав показания на всех остальных подельников, получил 20 лет тюрьмы.

Но главное, расширение применения сделок с правосудием значительно разгрузит суды. И поможет в реализации следующего предложения — существенно расширить компетенцию суда присяжных. Если предположить, что со временем в России, как в США, подавляющее количество дел будет проходить с использованием сделок с правосудием, то оставшиеся, безусловно, могут и должны слушаться в суде присяжных.

Надо понимать, что применение сделок с правосудием открывает широкие возможности для использования суда присяжных по всем остальным делам по требованию подсудимого. В этом случае у нас практически не останется дел, рассматриваемых «коронным судом». Останутся мелкие, бытовые дела, рассматриваемые мировыми судьями. Для подобной категории дел собирать суд присяжных необязательно, если, конечно, подсудимый не отказывается от сделки и настаивает на своей невиновности. В этой ситуации он тоже имеет право на суд присяжных.

Переходить к существенному расширению использования суда присяжных можно постепенно, от более тяжких к менее тяжким преступлениям. Одновременно для категории особо тяжких преступлений необходимо в обязательном порядке ввести экстерриториальность. Например, дело о теракте на Северном Кавказе может слушаться в суде присяжных в Мурманске, а об убийстве педофилом маленького ребенка в Магаданской области — в Калининграде. При этом расходы минимальные — в суд нужно доставить только обвиняемого и, возможно, свидетелей. Все остальные — конвой, судья, присяжные — местные.

Важно заметить, что хотя и суд присяжных порой подвергается критике, но этот институт никто не обвиняет в зависимости от власти, закрытости, келейности, предвзятости, ангажированности и т.д. Этот суд пользуется доверием населения. А для нас сейчас это наиважнейшее в судебной реформе.

Штраф вместо взятки

Еще одна предлагаемая новация повысит роль суда в борьбе с коррупцией. Невозможно вести борьбу с коррупцией по всем фронтам одновременно. (Под коррупцией мы понимаем не только, а может, и не столько тупое взяточничество, но даже в большей степени кумовство, административное давление, принятие незаконного решения по любому мотиву, просьбе, приказу.) Мы предлагаем сосредоточиться сейчас на борьбе с коррупцией именно в судебной системе, как наиболее публичной и как наименее малочисленной по количеству работающих в ней людей. Если коррупцию удастся изжить в судейском сообществе, в других ветвях власти она начнет отмирать автоматически. Согласитесь, сегодня визит почти в любое учреждение за каким-либо разрешением, как правило, предполагает альтернативу: предложить чиновнику взятку либо не предлагать и ждать с высокой степенью вероятности отказа. А если будет третий вариант — обратиться в суд и выиграть дело? Любой здравомыслящий человек выберет то, что дешевле. Он не станет предлагать чиновнику взятку. Более того, если чиновник будет знать, что в суде он может проиграть дело, то немотивированный отказ станет большой редкостью. А если к этому добавить, что при вынесении решения суда, которым отказ чиновника признан незаконным, суд будет обязан в автоматическом режиме чиновника оштрафовать? Да это ж будет рай на земле. Сегодня чиновник мотивирован на отказ, потому что если он сказал «нет» заявителю, ему ничего за это не будет. А вот если он сказал «да», то возникнет подозрение, что он взял взятку, потому что за «нет» взятку не дают. Сегодня на волне борьбы с коррупцией сказать «да» и разрешить что-то означает попасть под проверку — а не коррупционер ли ты? Поэтому чиновники психологически мотивированы на отказ заявителю. Можно все что угодно говорить про инвестиционный климат, развитие малого и среднего бизнеса, но чиновник объективно заинтересован сказать «нет». А вот если он будет знать, что «нет», оспоренное в независимом суде, приводит к автоматическому взысканию штрафа, потому что судья по закону обязан взыскать этот штраф, чиновник будет мотивирован говорить «да».

Для преодоления коррупции в самой судебной системе необходимо решиться на применение контроля за расходами судей. Контроль, разумеется, мы предлагаем не тотальный, а выборочный. Например, ежегодно проверке подлежат 5 процентов судей. Но все дело в том, что никто из судей не знает, когда именно он попадет в эти 5 процентов.

Объясни, зачем звонил

Такой контроль станет очень эффективным, если реализовать еще одно предложение — создать службу собственной безопасности судов. Или некий аналога службы маршалов США, подчиненной непосредственно президенту, как гаранту Конституции. Или, как вариант — Судебному департаменту с наделением его правом ведения оперативно-разыскной деятельности. Эта служба, назовем ее ФССО (Федеральная служба судебной охраны), будет призвана не только следить за чистоплотностью судей, но и оберегать их от незаконного административного давления, непосредственных угроз и предложений, «от которых нельзя отказаться».

А как избавить судей от давления «сверху»? Нужно принять закон об ответственности за попытку воздействия на суд. Любой звонок чиновника судье с просьбой «присмотреться повнимательнее» к какому-либо делу должен караться незамедлительным увольнением с госслужбы с запретом последующего восстановления.

Кстати, в некоторых странах судья обязан вести журнал обращений по каждому делу и фиксировать, кто и с чем к нему по этому делу обращался. Перед началом процесса судья обязан огласить все обращения, связанные с делом, и назвать всех, кто обращался, например, позвонил губернатор или чей-то родственник, не важно, с каким вопросом. И главное — незанесение записи в журнал влечет автоматическое прекращение полномочий судьи.

Учиться защищать и обвинять

И, наконец, то, без чего трудно повысить уровень доверия к судам — нужно изменить кадровую политику. Обвинительный уклон нашей судебной системы… Вряд ли найдется более «общее место» в статьях и высказываниях о российском суде. Вроде и в УК РФ, и в УПК РФ нужные поправки вносятся. И Верховный суд правильные постановления принимает. Но воз и ныне там. А причина-то проста и очевидна. Кадровый состав. И решение тоже простое и давно хорошо известно. Обязательным для занятия судейской должности должно стать требование к кандидату проработать не менее 3 лет адвокатом и столько же прокурором. В некоторых странах эти сроки значительно больше. И там почему-то нет разгов&#1

Информация, которую предоставляют полиции люди, обращающиеся в органы внутренних дел по самым разным поводам, не должна никуда «протекать» и берется под особую защиту.

Официальный сайт МВД России опубликовал для общественной экспертизы инструкцию, как защищать персональные данные, содержащиеся в автоматизированных информационных системах полиции.

Ведь как бывает? Предъявил где-то паспорт, взял какую-то справку, указал в заявлении свой адрес и год рождения — и вдруг получаешь от какой-то коммерческой фирмы поздравление, прайс-лист или «заманчивое» предложение. И это еще полбеды. Заинтересоваться вами могут не только добропорядочные коммерсанты, но и всякого рода мошенники, хуже того — налетчики. А если вы — человек известный, информацией о вас могут воспользоваться конкуренты и даже шантажисты. Не случайно федеральный закон от 2006 года «О персональных данных» конкретно запрещает любым структурам делиться с третьей стороной информацией о своих клиентах. Чего греха таить, запреты срабатывают далеко не всегда — «пиратские» диски с адресами, фамилиями можно купить на любом «развале».

Чтобы источником такой неприятной «утечки» не оказалась полиция, разработана специальная инструкция по защите персональных данных. Судя по документу, предусмотрено буквально все — от перечня официальных бумаг, необходимых для работы и засекречивания информации, до алгоритма проверок должностных лиц.

Так, инструкция прописывает, как необходимо обеспечить контроль безопасности персональных данных. В частности, требуется выявить проблемные вопросы в безопасности конфиденциальной информации. Затем следуют рекомендации по выработке мер по оказанию методической и практической помощи подразделениям полиции и повышении ответственности руководителей. То есть в случае чего будут наказывать конкретных начальников. Такие проверки должны проводиться не реже одного раза в год.

Особые требования инструкция предъявляет к подразделениям и должностным лицам, которым позволен и положен доступ к персональным данным. Такой доступ возможен только на основании списков, утвержденных руководителем полицейского подразделения. А вот самых разных документов для этой процедуры потребуется не менее десятка.

Например, надо разработать и представить модель угроз и модель нарушителя, перечень защищаемых информационных ресурсов, список должностных лиц, доступ которых к персональным данным необходим для выполнения служебных обязанностей, матрицу доступа, описание технологического процесса обработки информации, перечень разрешенного к использованию программного обеспечения, перечень помещений, в которых осуществляется обработка информации. Причем с указанием лиц, доступ которым в данные помещения разрешен. Еще нужен список сотрудников, ответственных за обеспечение безопасности персональных данных, и за разработку, проведение мероприятий по защите информации.

А еще инструкция требует четко прописать должностные обязанности сотрудников, ответственных за обеспечение безопасности персональных данных и администраторов.

Михаил Фалалеев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5704 (31)