О главном

Следователи Амурской области передали в суд уголовное дело в отношении Алексея Жицкого, обвиняемого в сексуальном насилии в отношении семилетней девочки и сознавшегося в убийстве двухлетней давности, сообщила РИА Новости в четверг представитель областного управления СКР Марина Самарина.

История с задержанием предполагаемого педофила, совершившего в июле насилие над семилетней девочкой в Приамурье, получила большой резонанс и стала причиной многочисленных ведомственных проверок. Полиция 19 июля сначала задержала мужчину, но затем отпустила, объяснив это тем, что пострадавшая девочка давала противоречивые показания.

Из-за того, что подозреваемый был отпущен, местные жители едва не устроили над ним самосуд. Полиции удалось вывести его из окруженного людьми здания, переодев в форму стража порядка.

Обвиняемый проходит по трем статьям, помимо изнасилования он обвиняется в особо тяжком преступлении. В ходе следствия Жицкий сознался убийстве, совершенном два года назад. В сентябре 2009 года в пригороде Благовещенска было обнаружено тело 40-летней женщины с признаками насильственной смерти. Жицкий был последний, кто общался с ней по телефону, — сообщила собеседница агентства.

Она отметила, что Жицкому тогда предъявили обвинение и четыре месяца он содержался под стражей. Однако других объективных доказательств, прямо или косвенно подтверждающих его вину, установлено не было.

Тогда производство по уголовному делу было приостановлено, а после признательных показаний Жицкого возобновлено. Сейчас ему предъявлено обвинение в убийстве, — сообщила Самарина.

Жицкий обвиняется по статьям 105 (убийство), 132 (насильственные действия сексуального характера) и 131 (изнасилование) УК РФ. Ему грозит до 20 лет лишения свободы.

История с амурским педофилом стала причиной проверок в трех ведомствах: в прокуратуре, следственном комитете и УМВД. В отношении двух сотрудников полиции, отпустивших подозреваемого, возбуждено дело о злоупотреблении должностными полномочиями. Следователь, который дал указание отпустить предполагаемого педофила, уволен из органов СКР и подозревается в халатности. Было возбуждено дело и в отношении прокуроров, которые не приняли заявление от матери девочки, однако надзорное ведомство отменила это постановление.

Светлана Майорова, РИА Новости

Верховный суд России подсчитал, что за полгода под административным арестом побывало более 500 тысяч граждан.

Знаменитые «15 суток» становятся, по сути, народным наказанием: на несколько дней практически каждый человек может окунуться в атмосферу казенного дома.

В течение нескольких последних лет число арестантов-«суточников» резко подскочило. Прибавку обеспечили водители, для которых были введены административные аресты за некоторые нарушения, а также должники. Сегодня лента новостей пестрит сообщениями типа «за несколько сотен рублей долга гражданин арестован на пару суток». Казенный прием грозит должникам, не заплатившим административные штрафы, выписанные той же ГАИ, полицией, любой другой службой.

Свежий и слишком типичный пример — некто П., живущий в Мурманской области, был замечен пьяным в общественном месте. За непотребное состояние он был оштрафован на 100 рублей. Однако в срок не заплатил, чем нажил себе массу проблем. Судебные приставы выписали ему новый штраф — еще 500 рублей плюс к старому. Должник по-прежнему шел мимо кассы.

На него составили еще один протокол и дело отправили в суд. Судья назначил штрафнику трое суток ареста. Отсидев положенное в спецприемнике, мужчина выплатил полностью весь долг, а набежало уже 1600 рублей.

Всего за полгода под арестам за неуплату административного штрафа побывало более 98 тысяч человек. За тот же период прошлого года в спецприемниках побывало около 97 тысяч таких должников. Разница вроде небольшая, но характерна тенденция — число идет в плюс, хотя в целом число административных арестов немного снизилось. В прошлом году за шесть месяцев арестовали за административные нарушения 547 379 человек, а сейчас было принято 507 459 решений об аресте. Интересно, что при этом число людей, обвиненных в административных грехах практически не изменилось. В прошлом году суды рассмотрели дела 2 миллионов 602 тысяч 699 человек. В этом году отвечало за свои проступки 2 миллиона 609 тысяч 920 граждан.

Любопытно — среди правозащитников ходят слухи, что в некоторых правоохранительных органах (не только полиции, которую, правда, в подобных делах вспоминают первой) устанавливают для инспекторов планы, сколько надо составить протоколов. Каждый новый план должен чуть-чуть превышать предыдущий, чтобы, с одной стороны, в отчетах красиво стояли плюсы, а с другой — инспекторам не приходилось слишком перерабатывать.

Естественно, правоохранители неизменно отрицают наличие таких планов. Но совпадение статистики вещь примечательная.

Хотя, с другой стороны, некоторые цифры могут поставить «галочную систему» штрафов под сомнение. Например, одной из самых плановых статей Кодекса об административных правонарушениях правозащитники называют «появление в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения». Бывали случаи, когда участковые составляли протоколы заочно, и даже на мертвых. Тем не менее в этом году было задержано гораздо меньше выпивох. Всего за полгода перед судом предстали 162 183 человека, под арест попал 89 481 гражданин. Выходит, более половины лиц, попавших в суд за пьянство на улице, оказываются под арестом.

В прошлом году за тот же срок было арестовано 105 730 человек за появление в нетрезвом виде на людях. За мелкое хулиганство под арест в этом году попали более 130 тысяч человек против почти 155 тысяч — в прошлом. Но есть и страшная новость: недавно открылся счет смертям в спецприемниках. В Калужской области умер инвалид 3 группы, арестованный на двое суток за неуплату штрафа. Кто бы ни был виноват в его смерти, система дала сбой: никакой долг не стоит человеческой жизни.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5622 (246)

Министр внутренний дел Рашид Нургалиев за последние три месяца объехал всю страну. В регионах глава ведомства встречался с личным составом и рассказывал о реформе МВД. В поездках министра сопровождали корреспонденты «Интерфакса», с которыми он поделился своими впечатлениями от посещения полицейских подразделений на местах.

— Рашид Гумарович, Вы пошли на беспрецедентный шаг — за 3 месяца посетили все регионы России, где встречались с руководством и сотрудниками территориальных органов Министерства. Какова была цель этих командировок?

— Действительно, в период с 16 июля по 26 октября я провел рабочие встречи в каждом субъекте Российской Федерации. Завершающей точкой в этом напряженном графике стала Московская область. Мои поездки по регионам были связаны с проходящим в системе органов внутренних дел реформированием. Основная цель, которую я преследовал, — оценить ситуацию на местах, а также поставить задачи личному составу территориальных органов МВД России.

Текущий год стал для нас ключевым. Воссоздана полиция, более чем на 20% уменьшилась штатная численность подразделений органов внутренних дел. Мы сформировали принципиально новую законодательную базу для сотрудников, серьёзным изменениям подверглась организационная структура МВД. Сегодня министерство постепенно освобождаются от несвойственных им функций. Значительные шаги сделаны и по пути построения партнерской модели взаимодействия с гражданским обществом.

Но хочу особо подчеркнуть, что большая часть работы ещё впереди. В том числе, и по оптимизации структуры и решению всех основных задач, возложенных на МВД. И это должен осознавать каждый.

— Оправдались ли Ваши ожидания?

— На мой взгляд, личное общение с сотрудниками в режиме открытого диалога — лучший способ проконтролировать, как проходит реформа, увидеть положительные результаты и возникающие проблемы. Нам это необходимо, чтобы успешно двигаться вперед, добиваться нужных обществу результатов. Для меня важно, чтобы даже в самых отдаленных уголках нашей страны полиция надежно обеспечивала безопасность граждан и была гарантом их прав.

В ходе встреч в регионах подробно обсуждались требования к профессиональным и личностным качествам сотрудников, итоги внеочередной аттестации, правовые аспекты проводимой реформы, а также положения закона «О социальных гарантиях сотрудникам органам внутренних дел». Затрагивались и некоторые вопросы, предусмотренные законопроектам «О прохождении службы в органах внутренних дел».

Особое внимание было уделено приоритетным направлениям деятельности российской полиции, а также поставленным перед органами внутренних дел задачам по повышению качества работы, укреплению взаимного доверия между полицией и обществом. При этом первостепенное значение имеет укрепление дисциплины в коллективах. Каждый факт правонарушения или недостойного поведения в рядах полиции должен получать оценку в коллективе, а общественность должна быть в обязательном порядке оперативно и объективно проинформирована о принятых мерах.

— Существенно ли отличается процесс реформирования органов внутренних дел в различных субъектах Российской Федерации?

— В данный момент мы не только формируем новую законодательную основу и оптимизируем структуру министерства. Для нас важно создать достойные условия для работы и повысить престиж самой службы в органах внутренних дел. Оценивая же ситуацию на местах, отмечу, что реформа в регионах сегодня проходит так, как и планировалось изначально. Главный вывод, который можно сделать по завершении рабочих встреч: сотрудники ответственно подошли к важнейшему этапу реформирования не только в центре, но и на местах.

Но не на это мне хотелось бы обратить внимание. Самое важное, что в период реформирования мы не ослабили работу по основному направлению нашей деятельности — обеспечению необходимого уровня общественной безопасности и правопорядка. За 9 месяцев текущего года число зарегистрированных преступлений снизилось в 76 субъектах федерации, на 12,1% уменьшилось количество тяжких и особо тяжких деяний, на 8,1% — убийств и покушений на убийство, на 17,5% сократилось число разбоев, на 22% — грабежей. Как видите, нам удалось грамотно распределить ресурсы и обеспечить безопасность граждан.

Общие требования к борьбе с преступностью, естественно, одинаковые для всей страны. Но особенности регионов определяют специфику работы. Для Центрального и Северо-западного федеральных округов приоритетной задачей, по-прежнему, является профилактика уличной преступности и тяжких преступлений, а также борьба с экономическими преступлениями. В Приволжском и Южном округах на первый план выходят вопросы профилактики экстремистских преступлений, особенно в молодежной среде. Перед регионами Сибири и Дальнего Востока стоит задача охраны биоресурсов. На Северном Кавказе главное направление деятельности — противодействие бандподполью и налаживание мирной жизни.

— Некоторые источники «Интерфакса» в полиции утверждают, что переаттестация личного состава ОВД «на местах» носила формальный и валовой характер из-за существенного лимита времени.

— Главной целью внеочередной аттестации было формирование высокопрофессиональной и качественной российской полиции. Именно для решения этих важнейших вопросов и проводилась внеочередная аттестация сотрудников органов внутренних дел.

Понимая, что переаттестовать более миллиона сотрудников и при этом уложиться в установленные сроки будет непросто, мы заранее стали собирать и анализировать соответствующие материалы. И непосредственно к моменту начала внеочередной аттестации необходимый массив данных у нас был уже сформирован.

Для всестороннего и объективного изучения представляемых на рассмотрение кандидатур, в том числе и их антикоррупционной составляющей, помимо сотрудников подразделений собственной безопасности МВД привлекались и специалисты из ФСБ, прокуратуры, Следственного комитета, Федеральной службы по финансовому мониторингу.

В работе аттестационных комиссий всех уровней активно участвовали и представители общественных советов, ветеранских организаций. А на региональном уровне задействовался еще и ресурс координационных совещаний при главах субъектов. Такой подход позволил нам создать условия, максимально исключающие субъективность и формализм.

Будущие сотрудники полиции оценивались по широкому спектру критериев за все годы службы. И с этой характеристикой выходили на заседание аттестационной комиссии, которая принимала по каждому из них коллегиальное решение.

— При переаттестации были ли отмечены какие-либо нарушения?

— Чтобы исключить нарушения в процессе аттестации, в Министерстве была создана система мониторинга. В подразделениях собственной безопасности и кадровых службах для приема обращений от граждан и сотрудников органов внутренних дел действовали «горячие линии», «телефоны доверия» и общественные приемные. Все поступающие сообщения тщательно проверялись. По некоторым из них принимались соответствующие меры реагирования.

Так, 7 июня 2011 года оперативниками Управления собственной безопасности Главного управления МВД России по г. Москве был задержан их же коллега из Северного административного округа столицы, вымогавший у одного из сотрудников денежное вознаграждение за оказание содействия в прохождении аттестации.

4 июля т.г. при получении взятки в размере 50 тысяч рублей был задержан инспектор ОВД «Пушкинское» ГУ МВД России по Московской области. За указанную сумму он пообещал коллеге положительно решить вопрос о его дальнейшем прохождении службы в полиции.

Мы решительно пресекали подобные факты. И не замалчивали их.

Хотелось бы отметить, что внеочередная аттестация позволила нам оценить степень готовности каждого исполнять должностные обязанности на качественно новом уровне. Провести своего рода ревизию личного состава.

— Убедились ли вы, что большинство переаттестованных сотрудников готовы к службе в полиции по своим профессиональным, моральным, психологическим и физическим качествам?

— Вы знаете, о человеке судят по его делам. Так вот сейчас в наш адрес стало поступать все больше писем от граждан, в которых они благодарят за чуткое, внимательное отношение к ним сотрудников полиции, за их профессионализм. Такого раньше не было.

Вот одни из последних примеров, о которых нам пишут. В Астрахани 13 сентября патруль из трех полицейских первым прибыл на пожар в интернат для слепых детей. Они спасли 28 воспитанников, эвакуировав их из горящего здания, и успешно боролись с огнем до приезда других специальных служб.

В Оренбургской области сотрудники вневедомственной охраны по собственной инициативе за короткий срок собрали деньги на операцию тяжелобольному малышу. Мальчику поставили страшный диагноз — порок сердца. Сейчас появился реальный шанс на проведение операции в одной из московских клиник.

А депутат городской Думы Томска выразил признательность сотрудникам областного Управления МВД за раскрытие ряда имущественных преступлений. Как отмечается в письме, сотрудники органов внутренних дел не только продемонстрировали высокий профессионализм, но и чутко, с пониманием отнеслись к потерпевшим.

И таких примеров по всей стране — сотни. Это ли не самая высокая оценка?

— Как часто при переаттестации использовался полиграф? Имел ли ключевое значение результат такого исследования в оценке перспектив кандидата в полицейские?

— Задачей аттестационных комиссий была адекватная и беспристрастная оценка каждого сотрудника. Естественно, в этих целях проводились психологические тестирования и собеседования с психологом для определения уровня профессионально важных личностных качеств.

Если возникала необходимость, заключительным этапом такого экзамена была проверка на полиграфе. Делалось это для выявления факторов риска, препятствующих замещению должностей в органах внутренних дел. В первую очередь проверку на полиграфе проходили сотрудники, претендующие на руководящие посты.

Такой подход к оценке морально-психологических качеств аттестуемых сотрудников соответствовал ожиданиям общества по созданию профессиональной полиции. Ведь многочисленные обращения граждан, поступившие в этом году в МВД России, содержали предложения именно по более тщательному изучению кандидатов на службу и широкому применению в этой работе полиграфа.

В период внеочередной аттестации специальные психофизиологические исследования прошли около 13,5 тыс. сотрудников органов внутренних дел. Результаты показали, что около 4,2 тыс. из них скрывали факты, имеющие значение для принятия соответствующего кадрового решения.

После дополнительной проверки результаты психофизиологических исследований использовались аттестационными комиссиями при принятии решений.

— Насколько широко будет применяться «детектор лжи» в дальнейшем и для каких категорий?

— Проверка на полиграфе в качестве одного из обязательных этап&#

Виновные в принуждении детей к занятию проституцией или совершении над ними сексуального насилия будут наказываться в странах Евросоюза тюремным заключением сроком минимум на 10 лет — это предусмотрено новой директивой ЕС, передает корреспондент РИА Новости.

Накануне законодательная инициатива Еврокомиссии была одобрена последней инстанцией — Советом (министров) ЕС.

Теперь странам сообщества дано два года на закрепление директивы в национальные законодательства после ее официальной публикации.

Постановление предусматривает введение уголовного наказания за «grooming» (приставание или обхаживание в Сети ребенка с целью войти к нему в доверие, а затем использовать для сексуального удовлетворения взрослого человека), даже если он совершен европейцами за пределами ЕС, а также за секс-туризм.

Кроме того, директива ужесточает уголовное наказание за торговлю «живым товаром» и разрешает блокировать доступ к педопорнографическим интернет-сайтам. Привлекаться к уголовной ответственности будут лица, распространяющие, хранящие и ведущие поиск фотографий педопорнографического содержания.

Новая директива ЕС предусматривает включение в национальные уголовные кодексы свыше 20 новых уголовных наказаний.

Согласно результатам исследований, в странах Европы от 10 до 20% детей тем или иным способом подвергались сексуальному насилию.

Количество сайтов, содержащих детскую порнографию, неуклонно растет — ежедневно в Сети появляются по меньшей мере 200 новых фотографий порнографического характера с участием детей.

В Европе каждый пятый преступник-педофил после отбытия тюремного наказания вновь пытается совершить сексуальное надругательство над детьми.

Александр Шишло, РИА Новости

На этой неделе Госдума будет принимать очередной президентский пакет законопроектов по либерализации уголовного законодательства.

Подготовленный к голосованию текст показывает, что в инициативах Дмитрия Медведева путаются уже не только журналисты и депутаты, но и, похоже, он сам. А точнее, кремлевские юристы. Составляя очередной «именной» законопроект, они словно забывают о более ранних изменениях в той или иной статье УК, причем по президентскому же распоряжению. Глядя на такие ошибки, можно подумать, что это нечто большее. Например, попытка отката назад. Именно так и вышло с нынешним пакетом, где странные перемены случились со статьями УК о взятках.

Госдума пятого созыва не уйдет на покой с законотворческими долгами. По крайней мере это касается президентских инициатив. На этой неделе их будет одобрено сразу несколько. Одна из них — так называемый третий пакет законопроектов, направленный на либерализацию уголовного законодательства. Напомним, что при его внесении в Госдуму в июне 2011 года основной информационный упор делался на нескольких вещах: массированную замену лишения свободы на принудительные работы, отмену уголовной ответственности за клевету, оскорбление и контрабанду и введение для наркоманов альтернативы «лечение в обмен на свободу». Предложения Дмитрия Медведева вызвали в обществе и юридическом сообществе большую дискуссию. Причем с немалым критическим уклоном в отношении правовых новаций главы государства.

И вот ко второму чтению выясняется, что главная проблема президентской инициативы заключалась не столько в ряде вышеназванных спорных идей, сколько в странноватом качестве подготовленного текста. То ли очень плохом, то ли намеренно очень ловко представленном именно таковым. Дело в том, что, как оказалось, в очередном законопроекте Медведева было предпринято сразу несколько попыток пересмотреть ранее предложенные им же новации. Например, отменить механизм кратных штрафов за взятки и коммерческий подкуп. Корреспондент «НГ» заметил, что ко второму чтению документа в виде новых поправок оформлены уже действующие нормы УК по взяткам. Потому что в оригинальном президентском тексте к первому чтению требования многократных штрафов для взяточников были как бы отменены.

Источники в Госдуме пояснили этот интересный момент так: дескать, никаких громких выводов делать не надо. Просто при подготовке законопроекта были допущены ошибки, которые в ходе работы над ним в профильном комитете были обнаружены и исправлены. Ну и еще было сказано о том, что модернизация уголовного законодательства происходит такими быстрыми темпами, что российская бюрократическая машина элементарно не успевает, а поэтому и случаются такие досадные сбои.

Действительно, напомним, что нынешний президентский пакет хотя и считается третьим по счету, но на самом деле он как минимум пятый. Потому что кроме крупных стратегических инициатив Медведев несколько раз забрасывал в Госдуму и более точечные. Например, по запрету арестов предпринимателей и некоторые другие. Однако в нынешнем случае в случайность верится с трудом. Ведь «ошибки» случились почему-то как на подбор в статьях 204 — коммерческий подкуп, 290 — получение взятки, 291 — дача взятки. Между тем в документе речь идет о корректировке более 200 статей УК. И там ошибок практически нет.

А вот как выглядят допущенные. К примеру, с 4 мая 2011 года коммерческий подкуп карается так: штраф от 10-кратной до 50-кратной суммы этого самого подкупа. Как все понимают, под ним имеются в виду пресловутые «откаты», то есть многомиллионные суммы. Штрафы стало быть получаются в основном многомиллиардные. И вот в «третьем» медведевском пакете откуда-то появляется прежняя «легкая» норма — штраф до 200 тыс. рублей. «Ошибка» ко второму чтению, конечно, теперь исправлена, но нехорошее впечатление текста все равно остается.

Или, скажем, получение взятки сейчас наказывается выплатой государству суммы, которая превышает ее в 25-50 раз. А президентский законопроект первоначально предлагал вернуть все в прошлое — штраф от 100 до 500 тыс. Слава богу, что и эту «ошибку» заметили. И еще одну — за дачу взятки. Ведь была сделана попытка отказаться от 15-кратной — 30-кратной суммы штрафа и вернуть его в прежний размер — до 200 тыс. рублей.

Месяц назад при обсуждении еще одного из президентских проектов возмущенные странностями его текста оппозиционеры потребовали от официального представителя Кремля в Госдуме Гарри Минха назвать поименно настоящих авторов документа. Не прикрывая их эвфемизмом «вносит президент». Однако Минх на провокацию не поддался: «Текст внесен президентом РФ». А еще он заявил, что «технология подготовки любого законопроекта такова, по крайней мере в администрации президента, что никакого персонального ключевого влияния никто из специалистов оказать в принципе не может». Надо ли это заявление понимать так, что и нынешние странные ошибки в пользу взяточников Дмитрий Медведев берет лично на себя? Или в этом случае можно ожидать, что настоящие авторы все-таки будут выведены на обозрение публики?

Независимая газета

27 октября 2011 года представители Общественного Совета при ГУ МВД по Москве и члены Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) по Москве встретились с руководителем Департамента здравоохранения Москвы Леонидом Печатниковым.

Инициатива проведения рабочей встречи была проявлена с двух сторон после громкого случая смерти задержанного в ИВС Москвы. На встрече обсуждался возможный регламент взаимодействия между полицией и медицинскими учреждениями столицы по вопросам сохранения здоровья заключенных под стражу в ИВС столицы. Для более эффективного взаимодействия с членами Общественного Совета при ГУ МВД по Москве и ОНК, глава Департамента здравоохранения Москвы Леонид Печатников, назначил постоянного сотрудника ведомства.

В ходе обсуждения инициатив общественных деятелей, Леонид Печатников отметил, что к имеющемуся перечню заболеваний, с которыми нельзя помещать задержанных в ИВС, необходимо добавить перечень состояний здоровья. И, действительно, задержанный может болеть ангиной, но одна форма ангины протекает спокойно, а другая за 24 часа убивает человека. Перечень состояний здоровья позволит более дифференцированно подходить к оценке самочувствия задержанных и ускорит оказание помощи.

Вопрос об изменениях в регламент работы служб «скорой помощи» был поднят еще предыдущим составом Общественного совета при ГУ МВД по Москве.

«Сегодня медицинские учреждения обязаны сообщать полиции о гражданах с травмами криминального характера при поступлении пострадавших в больницу, а не с места происшествия, — пояснила характер проблемы член ОП РФ, Председатель Общественного Совета при ГУ МВД по Москве Ольга Костина. — Теряется время, необходимое для оперативного получения информации от пострадавшего и возможного задержания преступника «по горячим следам».

Леонид Печатников отметил, что ведомственный приказ о взаимодействии служб «скорой помощи» и московской полиции может быть поправлен в данной части для обеспечения более эффективной работы.

Один из важнейших вопросов, обсуждаемых в рамках встречи — создание в Москве специализированного медицинского экспертного центра, который бы оказывал помощь несовершеннолетним, пострадавшим от насильственных преступлений. Речь идет о квалифицированной и сертифицированной экспертизе, необходимой для следственных органов, которая бы не наносила дополнительной травмы ребенку, а так же о сопровождении и последующей реабилитации пострадавших детей.

Глава Департамента здравоохранения Москвы Леонид Печатников проявил серьезную заинтересованность в проведении данной работы. Если такой центр удастся создать или организовать его работу на базе уже работающего медицинского учреждения, то положительный опыт можно будет представить для реализации и в других регионах России. Соответствующее письмо с предложенными инициативами будет направлено в Департамент здравоохранения Москвы в начале ноября 2011 года от Общественного Совета при ГУ МВД по Москве и общественных организаций.

Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов в четверг заявил, что намерен проследить за соблюдением и защитой прав малолетней дочери Владимира Макарова, обвиненного в сексуальном насилии в отношении собственного ребенка. Дело вызвало широкий общественный резонанс и обрело скандальный оттенок после того, как в блогосфере стали циркулировать обвинения уже в адрес психолога, проводившего исследование состояния 6-летней девочки.

В начале сентября Таганский суд Москвы приговорил к 13 годам заключения обвиняемого в педофилии чиновника Минтранса Владимира Макарова. Началось все с того, что в следственные органы обратились врачи детской больницы, куда дочь Макарова поступила в августе 2010 года с травмами после падения с детской лесенки. В моче ребенка были обнаружены мертвые сперматозоиды, что послужило основанием для привлечения к расследованию детских психологов и возбуждения уголовного дела.

«Изучив материалы дела, я приму свое независимое решение. Но если будут выявлены спорные заявления, доказательства и факты, я буду добиваться справедливости. Если понадобится, обращусь в Верховный суд», — сказал Павел Астахов.

Заключение сотрудницы экспертного центра «Озон», проводившей исследование психологического состояния 6-летней девочки, подвергается сомнению в российской блогосфере, где самого психолога поспешили обвинить в непрофессионализме и даже в увлечении нетрадиционными формами сексуального поведения.

Вопросы достоверности психологической экспертизы по делам о педофилии и степени ответственности государства и отдельных специалистов стали предметом серьезной дискуссии среди экспертов.

Нет прямых улик?

Супруга Владимира Макарова настаивает на невиновности мужа, ставя под сомнения достоверность выводов экспертов. Она обратилась в комиссию Общественной палаты по контролю за деятельностью правоохранительных органов и судебно-правовой системы с просьбой оказать содействие по ее делу.

«Конечно, мы не имеем юридической возможности воздействовать на следствие и на суд, но при необходимости можем высказать свою позицию», — рассказала РИА Новости замглавы этой комиссии Ольга Костина.

Члены комиссии познакомились с материалами дела и выслушали Татьяну Макарову. На встрече присутствовали члены ОП РФ, независимая группа экспертов, которая изучала материалы приговора, и один из экспертов, делавших генетическую экспертизу.

«Общественная палата не вправе подменять судебные инстанции в оценке доказательств, но в материалах дела мы увидели ряд сведений, которые суд признал доказательствами виновности, помимо психологической экспертизы», — сообщил РИА Новости член Общественной палаты, президент Адвокатской палаты Москвы Генри Резник.

По его словам, суд основал обвинительный приговор на целом ряде косвенных доказательств. «Обнаружение сперматозоидов в моче ребенка, показания врачей, которые обследовали девочку…Я не буду их приводить, но они очень любопытные», — отметил Генри Резник.

При этом эксперты не считают дело Макарова ясным, против него нет прямых улик, в деле остается много вопросов.

«Сомнения лежат в плоскости сбора прямых доказательств медицинского, генетического и другого экспертного свойства, — пояснила Ольга Костина. — Со слов эксперта-генетика у нас сложилось впечатление, что генетическая экспертиза была уничтожена из-за неаккуратной работы с материалом. Сейчас доказать что-либо в какую-либо сторону уже невозможно».
Мосгорсуд 14 ноября рассмотрит кассационную жалобу Макарова и его защиты на приговор, сообщили агентству РАПСИ в пресс-службе Таганского суда Москвы.

Была ли роль психолога решающей?

Сотрудница экспертного центра «Озон» Лейла Соколова проводила доследственное исследование психологического состояния 6-летней девочки и на основании детских рисунков сделала утвердительные выводы о насилии со стороны отца.

Заключение психолога спровоцировало бурную дискуссию среди блогеров. По мнению многих из них, приговор суда не должен был основываться на таком сомнительном доказательстве.

«Заключение Лейлы Соколовой не имело отношения к доказательной базе», — считает Ольга Костина. По ее мнению, жалобы на психолога стали частью общественной кампании жены осужденного Татьяны Макаровой за освобождение супруга, хотя в узком кругу, на комиссии Общественной палаты, Макарова не высказывала претензий к работе психолога.

«Мы задали ей вопрос: «Правда ли, что суд, вынося такой жесткий приговор, руководствовался только исследованием рисунка девочки?» Она ответила: «Нет», и добавила, что у нее нет претензий к психологам, и эксперт, который проводил опрос девочки и исследовал ее рисунок, ее устраивает», — сообщила член ОП РФ.

По ее словам, на суде психолог заявила, что исследовала состояние девочки на момент обращения, что экспертиза, которая продолжалась шесть часов, включала в себя совершенно разные аспекты и не может служить основанием для однозначного вывода, имело ли место насилие.

«У нас нет ощущения, что судебные инстанции ведут себя некорректно, — отметила Ольга Костина. — Как только эксперты начали высказывать сомнения в приговоре и в качестве доказательств, дело было направлено на пересмотр».

Лицензия необходима

Психолог «Озона» Лейла Соколова дала обоснованную оценку психологического состояния ребенка, заявил РИА Новости директор этого центра Евгений Цымбал.

Однако старший научный сотрудник лаборатории психологии детского и подросткового возраста государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени Сербского Дмитрий Ошевский считает, что при проведении экспертизы Соколова вышла за рамки своих полномочий. С этим согласен психиатр-криминалист, руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях Михаил Виноградов.

«Почему суд или следственные органы, выдавшие направление на экспертизу, обратились к психологу, не имеющему экспертной лицензии, когда есть центр имени Сербского, детская психоневрологическая больница №6, Институт психиатрии Минздрава? — спрашивает Виноградов. — Если Лейла Соколова получила психологическое образование, она может помогать людям как психолог. Но оценка практикующего психолога и экспертная оценка могут не совпадать, поэтому проводить экспертизу должен только лицензированный специалист».

По его словам, специалистов, не имеющих такой лицензии, суд может привлекать только в том случае, если он не удовлетворен или не понял заключение государственной экспертизы.

Ранее некоторые СМИ утверждали, что Лейла Соколова принимала участие в мероприятиях сомнительного характера. Так, в интернет попали фотографии, на которых девушка, очень похожая на психолога, изображена в откровенном корсете из латекса с хлыстом в руках. Блогерам удалось найти размещенные на сайтах для представителей нетрадиционной сексуальной ориентации анкеты, якобы подписанные именем психолога.

«Она может фотографироваться в любом наряде — это ее личная жизнь, но в призме ее личных пристрастий может исказиться суть проблемы, — считает Михаил Виноградов. — Естественно, извращенное пристрастие в личном сексе накладывает отпечаток на качество экспертизы. Эксперт должен быть безупречен».

Кому заниматься экспертизой

Расследование дел о педофилии усложняется тем, что экспертиза по делам о половой неприкосновенности несовершеннолетних в России не закреплена исключительно за государством, как это сделано в других странах мира, подчеркивают специалисты.

«В мировой практике утвердилось, что по делам о педофилии и о сексуальных преступлениях экспертиза проводится только государством и только бесплатно. Существуют сертифицированные специализированные центры, и только их услугами могут пользоваться следователи», — рассказала Ольга Костина.

По ее словам, в России такой системы центров нет, а есть огромное количество частных платных медицинских учреждений, которые могут выдавать самые разные заключения, нередко в угоду клиенту.

Есть учреждения типа «Озона», которые могут оценивать состояние ребенка на данный момент и заниматься его сопровождением на время следствия. И есть Центр имени В.П.Сербского и другие институты, которые могут выдавать экспертные заключения.

«Между этими организациями идут многолетние споры, и дело семьи Макаровых стало очередным поводом ко внутренним разборкам. Государство почему-то не хочет поставить точку в дебатах и определить, кто и как может проводить экспертизы», — отметила Ольга Костина.

Эксперты не несут ответственности

Другая проблема общей медицинской и психиатрической экспертизы в нашей стране, по мнению специалистов, состоит в том, что за качество своих заключений эксперты сегодня фактически не несут никакой ответственности. Это провоцирует всевозможные нарушения и злоупотребления в этой области.

«Я думаю, что нам надо усиливать уголовную ответственность для всех, кто принимает участие в экспертизах по делам несовершеннолетних, так же как и ответственность за ложный донос и дачу ложных показаний», — предлагает Ольга Костина.

Михаил Виноградов поддерживает эту идею: «Если эксперт дал заведомо ложное заключение и доказаны его интересы в этом — семейные, дружеские, материальные, — тогда он должен идти под суд как любой госслужащий».

Однако психиатр предупреждает, что на практике доказать заведомую предвзятость экспертизы будет очень сложно.

Анна Курская, РИА Новости

Министр внутренних дел России Рашид Нургалиев заявил, что в стране за девять месяцев почти на 9 процентов снизилось количество преступлений по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. При этом, по словам министра, тяжких и особо тяжких стало меньше почти на 12 процентов.

Что важно, в этом году значительно меньше стало убийств и покушений на убийство, изнасилований, разбойных нападений, грабежей, краж, мошенничеств, хулиганства и вымогательства.

— За девять месяцев полицейскими раскрыто свыше 1,24 миллиона преступлений, предварительно расследовано 817 тысяч преступлений, то есть почти 80 процентов, — рассказал Рашид Нургалиев.

Глава полицейского ведомства сообщил, что уже трудоустроено почти 30 тысяч сотрудников, сокращенных или уволенных в ходе реформирования. В процессе трудоустройства находятся еще 8752 офицера. Число обратившихся за помощью устроиться на работу в министерство обратились более 38,5 тысячи бывших сотрудников.

Рашид Нургалиев рассказал, что создана специальная комиссия, которую возглавил замминистра Сергей Герасимов. Затем главы субъектов создавали в своих регионах межведомственные комиссии по социальной адаптации бывших милиционеров. По словам министра, эта проблема находится на особом контроле.

На встрече с личным составом подмосковной полиции Рашид Нургалиев отметил негативную тенденцию увеличения уличной преступности — почти на 16 процентов. При этом в области используется 4667 видеокамер, которыми оборудовано 2694 места массового пребывания граждан.

Министр поручил начальнику ГУ МВД России по Московской области Николаю Головкину принять соответствующие меры. Он не исключил, что потребуется приблизить полицейские наряды к общественным местам.

Однако, по данным министра, и в Московской области уменьшилось число убийств, краж из квартир, грабежей и угонов автомобилей.

Михаил Фалалеев, «Российская газета» — Столичный выпуск №5617 (241)

«Конституционному суду есть чем отчитаться перед обществом за двадцать лет, в том числе и теми решениями, которые были приняты по социальным правам», — заявил вчера глава КС Валерий Зорькин на пресс-конференции в Москве.

Юбилейные торжества начались с Москвы, завтра праздничное заседание пройдет в Кремле, а затем уже в Санкт-Петербурге юристы будут обсуждать конституционные принципы в российской действительности. 20 лет Конституционному суду, напомним, исполняется 30 октября, в воскресенье.

— Суд родился в очень непростой обстановке, — вспоминал вчера Валерий Зорькин, — можно сказать, что в начале 90-х годов в России действительно происходила революция, и представьте себе, в этой атмосфере высший орган по защите конституционного строя, прав и свобод граждан, приспособленный для мирного времени! А не успели мы пройти стадию 1993 года — надо было обустраивать Россию в новых экономических условиях, и КС поддержал экономические реформы, я не говорю сейчас об их качестве. Не говоря уж о том, что мы получили новую Конституцию большой трагической ценой и, на мой взгляд, это нанесло травму нашей молодой демократии.

Зорькин говорил о том, как постепенно, поэтапно КС формировал свои приоритеты, обеспечив, к примеру, прямое действие президентских указов до того, как были приняты парламентом законы по этим же темам. О том, как трудно было выработать позицию по отношению к контртеррористической операции в Чечне в середине 90-х (из 19 судей 8 тогда имели особое мнение) или об усилиях по борьбе с «парадом суверенитетов» и сохранению Федерации. «Мы же не в холодильнике живем, — как-то грустно шутил председатель КС, — каждый народ достоин того КС, который он имеет».

Но главной задачей для КС всегда оставалась защита политических, личных, и социальных прав и свобод гражданина и человека. «Не скажу, что КС решал эти вопросы идеально, но я здесь не для того, чтобы судить суд, — заметил Зорькин, — можно сказать, социальные права постучались в дверь. Социальные права занимали много места в Советском Союзе, и можно было бы многие из них не выбрасывать. Решения Конституционного суда установили, что нельзя уменьшать социальный уровень гарантий для граждан, нельзя подрывать доверие граждан к государству, если законодатель что-либо пообещал гражданам принятым законом». Он напомнил, что важно равенство перед законом, но нельзя забывать и о равенстве в социальных правах, «когда все люди имеют равные стартовые возможности с точки зрения приобщения к нынешним цивилизационным благам».

— По нашей Конституции, на нашем новом уровне цивилизации социальные права — это не подаяние богатых бедным и не подачка государства, но и не просто наша нравственная дань тем, кто не способен работать, а выполнение социального конституционного долга, — заявил председатель Конституционного суда.

Валерия Зорькина продолжали спрашивать, в частности, о том, как будут складываться отношения КС с Европейским судом по правам человека в Страсбурге, которые несколько охладели в последнее время. Но он попросил не преувеличивать, заметив, что «ни один Конституционный cуд в Европе не сделал столько для продвижения позиций ЕСПЧ в правовую национальную систему — более 50 решений КС было принято на основе позиций ЕСПЧ». Кое в чем КС РФ даже обгоняет Страсбург, считает глава КС: «Мне кажется, что с переездом в Санкт-Петербург количество жалоб возросло. Раньше у нас было немало дел, рассмотрение которых занимало до двух лет, но сейчас у нас практически нет дел, которые бы лежали более года. А в Европейском суде и во многих конституционных судах в Европе рассмотрение может длиться до шести лет».

Что же касается особого положения КС в России, то Зорькин, отвечая на вопрос «РГ», признался, что «давления как незаконного вмешательства власти в деятельность КС нет ни со стороны парламента, ни какого-то другого органа РФ».

— Один только раз это было в 1993 году, во времена Бориса Николаевича, но и с его стороны это было только однажды, — признался глава КС.

А что касается процесса исполнения решений КС, то он резко улучшился как законодателями, так и правительством. «У нас приняты тысячи решений, это вехи, которые образуют каркас, на котором возводится будущее здание нашего предсказуемого будущего», — и Зорькин выразил надежду, что и в дальнейшем «не будут трогать Конституцию всуе».

Анна Закатнова, «Российская газета» — Столичный выпуск №5616 (240)

Права пострадавших от преступлений защитит новый закон. Государственная Дума в первом чтении рассмотрела важные поправки в Уголовно-процессуальный кодекс.

По ним решения следователя о признании гражданина потерпевшим станут выноситься в течение 10 дней с момента возбуждения уголовного дела.

Такие поправки в УПК предложил их автор — сенатор Анатолий Лысков, и депутаты их приняли. Пока только в первом чтении. Автор уверен, что его поправки позволят потерпевшим лучше отстаивать свои права.

Под этой общей фразой о защите прав на самом деле скрываются серьезные вещи. Сегодня в законе нигде не прописано, когда следователь, занимаясь уголовным делом, должен признать гражданина потерпевшим. Следователь может написать протокол о таком признании быстро, а может сделать это и через год.

Напомним, что статус потерпевшего дают либо тому, кто пострадал от действий злоумышленников, либо его родным, если жертва погибла. Делается это следователем. Он должен составить специальный протокол.

Почему момент признания человека пострадавшим на бумаге так важен для простого гражданина? Все просто. С точки зрения закона, чем быстрее потерпевший получит официальный статус в «своем» уголовном деле, тем лучше. Дело в том, что потерпевший — полноправный участник расследования. Он может знакомиться с делом, высказывать свои претензии, заявлять ходатайства. Говоря проще — контролировать процесс расследования в той степени, в которой это разрешено законом.

Тот пострадавший, кого не признают жертвой, для следствия никто, поэтому большинство слабых или коррумпированных следователей признают гражданина потерпевшим чуть ли не за день до окончания расследования, чтобы не мешал.

Примеров, когда следствие всеми силами старалось оттянуть момент появления в деле фигуры потерпевшего и, соответственно, его адвокатов, очень много.

Одно из последних и достаточно громких подобных дел — следствие о крупной аварии, в столице которой пострадали люди. Одна из машин, участвовавших в ДТП, принадлежала вип-персоне. Много говорило за то, что именно эта машина спровоцировала несчастный случай. Но следствие всячески старалось по максимуму засекретить все, что было возможно.

Спустя несколько месяцев после начала следствия пришли результаты технической экспертизы. По ним выходило, что выживший водитель второй машины, судя по всему, ни в чем не виноват. И он пострадавший. Но для того, чтобы официально стать таким, нужен протокол следователя. Писать же его следователь ни в какую не хотел. И его поведение было понятно.

У пострадавшего автовладельца оказался молодой, но дотошный адвокат, который и так замучил следствие неудобными вопросами. А признавать нарушителем вторую машину было для следователя и его начальства, конечно, законно, но очень чревато. В результате следователь тянул с протоколом о потерпевшем практически до конца дела.

Анатолий Лысков внес в Госдуму свой законопроект еще в ноябре 2009 года, но в Комитете по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству к нему были вопросы. После доработки автор представил новую редакцию документа. Сенатор говорит, что по имеющимся у него данным только в 3 процентах случаев человек признается потерпевшим не позднее трех суток с момента возбуждения уголовного дела. В 57 процентах — от 20 до 40 дней, а в 40 процентах — свыше 40 дней.

В пояснительной записке к документу Анатолий Лысков заявляет, что пострадавший зачастую признается потерпевшим только на завершающей стадии досудебного производства, а до тех пор рассматривается в качестве заявителя, что ведет к нарушению его права на получение информации о ходе и результатах предварительного расследования, на предоставление предметов и документов, подтверждающих его заявление о преступлении. Сенатор предлагает прописать в законе срок, в течение которого физическое или юрлицо признается потерпевшим. Это должно быть не позднее 10 суток со дня возбуждения уголовного дела. Но это в том случае, если есть основания полагать, что гражданину причинен вред непосредственно преступлением, по поводу которого возбуждено уголовное дело.

Если в ходе расследования уголовного дела будет установлено лицо, подлежащее признанию потерпевшим, то этот статус должен быть присвоен ему немедленно.

Наталья Козлова, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5616 (240)