Новости

Проект закона о возврате уголовной ответственности за клевету внесен в Госдуму. Об этом сообщил журналистам один из авторов документа, глава думского комитета по законодательству Павел Крашенинников.

Клевета и оскорбления перестали быть уголовными преступлениями в конце прошлого года. Они были вычеркнуты из Уголовного кодекса и перенесены в Кодекс об административных правонарушениях. Согласно КоАП, гражданам за нарушение чести и достоинства личности полагается штраф в размере от двух до трех тысяч рублей.

По словам Крашенинникова, УК РФ предлагается дополнить статьей о «клевете», так как действующий штраф не является эффективной мерой наказания. Собеседник журналистов отметил, что законопроект предлагает новый штраф в размере 100 тысяч рублей. Кроме того, за такое нарушение закона может быть наложен штраф в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период до полугода, либо ему будут назначены исполнительные работы от 120 до 180 часов. Осужденным также грозит ограничение свободы до одного года либо принудительные работы на этот же срок, сказано в документе.

Крашенинников добавил, что за клевету с использованием своего служебного положения предусматривается наказание в виде штрафа от 200 тысяч до 300 тысяч рублей либо лишение свободы до двух лет. За клевету о болезни, вызывающей отвращение, а также о совершении преступления сексуального характера может быть наложен штраф в размере до 500 тысяч рублей либо лишение свободы сроком до трех лет. Клевета, распространяемая во время публичных выступлений и СМИ, наказывается штрафом до 200 тысяч рублей либо обязательными работами на срок от 180 до 240 часов, либо принудительными работами на срок до двух лет.

Депутат добавил, что за клевету и обвинения лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления будет налагаться штраф в 300-500 тысяч рублей. За этот вид преступления осужденного могут обязать выполнять принудительные работы от 360 до 480 часов. Ему также грозит ограничение свободы на срок до четырех лет, либо принудительные работы на срок до пяти лет, либо лишение свободы на тот же срок.

Законопроект также предусматривает увеличение санкции за оскорбление с трех тысяч до 50 тысяч рублей для граждан, до 100 тысяч рублей — для должностных лиц и до 200 тысяч рублей — для юридических лиц. Также предполагается увеличить срок лишения свободы до пяти лет за нарушение неприкосновенности частной жизни.

БФМ.РУ

Верховный суд России признал живой норму, дающую подсудимым наркоманам возможность выбора между тюрьмой и больницей.

«Живая» — значит действующая здесь и сейчас, дополнительных указаний для ее исполнения ждать необязательно. Норма принята, она должна работать.

Напомним, в конце прошлого года был принят закон, разрешающий предоставлять отсрочку от наказания осужденным наркоманам, если они согласятся пройти курс лечения. При этом есть еще несколько условий: преступление должно быть совершено впервые. И под действие нормы попадают только три статьи Уголовного кодекса: «незаконное приобретение, хранение и перевозка наркотиков», «незаконное культивирование наркотических растений» и «незаконная выдача либо подделка рецептов на получение наркотиков».

В теории все просто. Однако в настоящее время система «лечение вместо тюрьмы» пока не отработана, должны быть назначены специальные учреждения, необходимо дополнительно прописать порядок медико-социальной реабилитации наркоманов и т.п. Однако адвокаты и правозащитники уже сейчас спрашивают суды: чего ждем?

Как выяснилось, ждать действительно не надо. Верховный суд России опубликовал ответы на вопросы судей, подготовленные после научно-практической конференции «Актуальные вопросы действия закона во времени в свете гуманизации уголовного законодательства: доктрина и практика». Специальный раздел документа посвящен проблеме введенной отсрочки для больных наркоманией.

«Подлежит ли применению данная статья до восполнения пробела в нормативном регулировании?» — спрашивают суды. Ответ: да, причем однозначно.

«Норма считается действующей, поскольку в федеральном законе от 7 декабря 2011 года отсутствует ограничение на введение в действие данной статьи», говорит Верховный суд страны. Желание подсудимого добровольно пройти курс лечения от наркомании может быть выражено как письменно, так и устно (в этом случае такое ходатайство отражается в протоколе судебного заседания) на любой стадии процесса до удаления суда в совещательную комнату.

Кстати, прецеденты уже есть. Например, не так давно в Мурманской области осужденный наркоман получил отсрочку от отбывания наказания на время лечения от зависимости.

Как пояснила начальник уголовно-исполнительной инспекции управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области Тамара Кочановская, осужденный встал на учет в филиал УИИ по Первомайскому округу. Первомайский суд представил ему отсрочку до 5 лет.

«Основная обязанность, возложенная на данного осужденного, — добросовестное прохождение лечения от наркотической зависимости и курса медико-социальной реабилитации, — говорит Тамара Кочановская. — Обязанность сотрудников уголовно-исполнительной инспекции состоит в контроле за исполнением приговора суда. Если осужденный будет уклоняться от лечения, продолжать принимать наркотики, инспекция вправе ходатайствовать перед судом о замене ему отсрочки от отбывания наказания на реальное лишение свободы».

Иными словами, без надзора осужденные наркоманы не останутся.

Ни для кого не секрет, что наркоманы могут многое наобещать и ничего не сделать. Верить им, как минимум, наивно. Это учитывали и авторы проекта, предлагавшие систему отсрочек на лечение. Контролировать осужденных должны инспекции тюремного ведомства. Кому игла окажется дороже свободы, тот рано или поздно окажется в тюрьме.

Однако новая норма дает опустившимся людям дополнительный шанс. Кто-то им воспользуется, кто-то — нет. И тут ничего не поделаешь.

Лечением осужденных наркоманов во время отсрочки, безусловно, должны заниматься специалисты: врачи соответствующего профиля.

Как поясняет Верховный суд России, основные положения медико-социальной реабилитации больных наркоманией изложены в приказе минздрава от 22 октября 2003 года N 500 «Об утверждении протокола ведения больных «Реабилитация больных наркоманией».

Как разъясняется в документе высшей судебной инстанции, «медико-социальную реабилитацию должны осуществлять специализированные лечебные учреждения наркологического профиля.

В настоящее время требуется принятие ряда нормативных правовых актов, регламентирующих порядок медико-социальной реабилитации больных наркоманией.

Необходимо наличие специализированных медицинских центров наркологического профиля, в том числе для того, чтобы суд имел возможность указать в решении конкретное учреждение для прохождения лечения».

По закону, если осужденный-наркоман, получивший отсрочку, уклоняется от лечения или вовсе от него отказался, суд может отменить отсрочку. Тогда человека отправят для отбывания наказания в место, назначенное приговором.

В связи с этим судьи задают вопрос: является ли отказ осужденного от лечения в государственной (муниципальной) наркологической клинике и выбор им частной (но имеющей лицензию) поводом для отмены отсрочки?

То есть отправлять ли в тюрьму наркомана, который лег в частную клинику, вместо рекомендованной государственной?

Нет, ответил Верховный суд страны, отказ осужденного от лечения в государственной клинике не является таким случаем. «Буквальное толкование указанной нормы предполагает отмену отсрочки отбывания наказания в связи с отказом от прохождения курса лечения и реабилитации, а не с выбором медицинского учреждения» — сказано в документе.

Так что выбирать клинику можно.

Ответы на вопросы, поступившие из судов, по применению федеральных законов от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» и от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (смотрите раздел X).

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5826

В пресс-службе МУРа распространили предупреждение для водителей, как вести себя, чтобы не стать жертвой борсеточников. Соответствующие правила появились на сайте «Петровка, 38».

В полиции признали печальную статистику. В последнее время участились случаи грабежей с разбитием стекол автомобиля. Из машин тащат вещи, незаметно для водителя открывая заднюю дверь. Кроме того, забирают личные вещи из авто на стоянках гипермаркетов. А также берут на абордаж водителей, и особенно водительниц, дорогих иномарок, если видят, что в салоне больше никого нет.

В связи с этим муровцы разработали ряд правил для граждан. Первый совет — по возможности кладите сумку в машине так, чтобы не было видно снаружи. Второе — при выезде и во время движения блокируйте двери. Третье — если к вам кто-либо обращается с различными вопросами, разговаривайте через немного приоткрытое окно. Выходя из машины даже на секунду, всегда забирайте с собой личные вещи и деньги.

И, наконец, четвертое — при проведении банковских операций в обменниках примите меры предосторожности.

Эти советы, как пояснили в МУРе, необходимы и действенны. С полицейскими трудно не согласиться, но их советы появились как раз когда вступили в действие новые правила относительно тонировки. И на этом фоне советы полиции смотрятся, мягко говоря, несколько странно.

Гаишники уже пару дней как всех растонируют. А на аргументы водителей, мол, они сами и все, что в салоне, теперь как на сцене, дорожные полицейские лишь разводят руками, поясняя, что, мол, у них приказ.

Но водители, которые до вчерашнего дня ездили затонированными, теперь вправе спросить МУР, а как выполнить хотя бы их первое правило? На какое место положить сумку, чтобы ее не было видно снаружи?

А как выполнить второе правило, особенно тем, кто работает как индивидуальный предприниматель и целый день ездит по адресам клиентов, превратив машину в офис? У них там куча инструментов и вещей валяется для разных клиентов, все из которых с собой не взять.

А ведь это довольно типичная картина, когда люди тонировали свой автомобиль в основном для того, чтобы снаружи не было видно, что в салоне. Как говорится, око не видит — зуб неймет. Ведь нередко наркоманы или просто вандалы разбивают стекла авто, видя любые, даже копеечные вещи. Кстати, есть пуленепробиваемая тонировочная пленка, она защищает и от ударов бейсбольных бит.

Простым же водителям хочется теперь спросить полицейское руководство: может, надо было начинать все же не с драконовских мер за тонировку и парковку? К примеру, сначала наладить работу по отлову грабителей и вопрос с легальными парковками решить?

Тимофей Борисов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5824

Госдума планирует в ближайшие дни рассмотреть в первом чтении законопроект, вводящий прописку в тюрьмах.

«Мой адрес не дом и не улица», — когда-то пелось в известной песне. Теперь какой-нибудь арестант сможет добавить к ней строчку, взятую прямо с казенного штампа: мой адрес Москва, «Бутырка», камера N13. Мол, пишите. Если законодатели поддержат инициативу, арестантов на зоне будут регистрировать как самых обычных жильцов.

Напомним, в советские годы прописка была культовой вещью. Вряд ли после переименования в регистрацию по прописке можно заказывать поминки.

Лишь арестанты могли задержатся надолго в Москве даже без столичной прописки. «Бутырка» и «Матросская Тишина» давали приют и москвичам, и гостям столицы — по визе прокурора. В наше время на постой в казенные дома определяет только суд. Остальное — почти, как раньше. В арестантской среде слово «прописка» ассоциировалось подчас не со штампом в паспорте, а с опасными испытаниями и проверками, которым иногда подвергали новичков в камере. В будущем регистрацию новички будут проходить не у авторитетов, а, как и положено, у гражданина начальника.

Законопроект внесло в Госдуму правительство страны. Разработало проект министерство юстиции России. Как не раз писала «РГ», ведомство намерено радикально реформировать систему наказаний, внедрив в том числе программы, помогающие бывшим арестантам устроиться на воле. Развиваются и новые виды наказаний. Например, в Уголовном кодексе появились принудительные работы. Осужденные будут трудиться в специальных исправительных центрах. В них, кстати, тоже появится прописка.

Также тюремное ведомство намерено укреплять свои социальные службы, которые помогают арестантам организовать жизнь после освобождения. Такая работа начинается где-то за полгода до освобождения, человеку помогают подыскать место работы и жительства. Социальные службы помогают арестанту оформить паспорт при освобождении, если документа у него по каким-то причинам не было. Например, потерялся.

Для осужденных внедряются и так называемые социальные лифты, когда за хорошее поведение человеку смягчают условия. И наоборот. По замыслу такие подходы станут стимулом, чтобы задуматься о своей жизни. Человек не должен выходить из казенного дома волком без роду, без племени, без прописки.

Правда, некоторые эксперты обращают внимание, что, если штамп тюремной регистрации будут ставить прямо в паспорт, жить на воле человеку будет сложновато. Адрес «Матросская Тишина», камера такая-то» будет верней, чем татуировки, выдавать прошлое человека. Даже если он твердо решил завязать с прошлым, на него все равно будут смотреть косо. Быть может, метить паспорт вовсе и не обязательно? Есть ли вариант, что тюремную регистрацию будут оформлять отдельной справкой, а сама регистрация будет временной?

Надежда есть. Законопроект предлагает считать казенный дом местом пребывания — наряду, скажем, с больницей, гостиницей, туристической базой, съемной квартирой и т.п. Как сказано в законе, регистрация гражданина России по месту пребывания производится без снятия с регистрационного учета по месту жительства. Предусматривается, что регистрация и снятие с регистрационного учета по месту пребывания в гостинице, санатории, пансионате, больнице, другом подобном учреждении производятся по его прибытии и выбытии администрацией соответствующего учреждения. Такой же порядок предлагается распространить и на казенные дома.

Правда, эксперты в ходе обсуждения законопроекта обратили внимание, что предлагаемые изменения не согласуются с другим положением, по которому осуждение человека к лишению свободы влечет снятие его с регистрационного учета по месту жительства. То есть арестант в колонии оказывался человеком как бы без определенного места жительства. Как будет решена эта коллизия, введут временную или постоянную регистрацию в зонах — пока не ясно.

Еще один законопроект, внесенный правительством в Госдуму, предлагает установить исчерпывающий перечень обстоятельств, когда уголовно-исполнительная инспекция дает согласие осужденному к ограничению свободы на уход из дома в определенное время или посещение запрещенных для него мест.

Напомним, ограничение свободы достаточно новый для нас вид наказания. Приговоренного к нему человека оставляют дома, но обкладывают запретами. Допустим, нельзя выходить из дома ночью. Или — категорически противопоказано посещать рестораны. И так далее. Однако в жизни бывают ситуации, когда для осужденного надо сделать исключения. Но до сих пор вопрос, когда делать исключения, когда нет, оставался на усмотрение гражданина начальника. А это уже коррупциогенный фактор. Поэтому правительство предлагает прописать ситуации. Например, осужденному разрешат выйти из дома в неурочный час в случае смерти или тяжелой болезни близкого родственника.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5824

Сотрудники роты полиции №1 полка полиции при Управлении МВД России по городу Ростову-на-Дону задержали молодого человека, похитившего сумку у пенсионерки.

Как выяснилось, в полдень около жилого дома 18-летний житель города Сальска вырвал из рук у 74-летней женщины дамскую сумочку, в которой находились документы и 3 тысячи рублей, после чего скрылся.

Однако прохожие оказались неравнодушны к чужой беде и попытались задержать парня. В ответ на это он достал пневматический пистолет и начал беспорядочную стрельбу. Однако граждане сумели обезоружить злоумышленника, окружили его и позвонили в полицию.

Сотрудники вневедомственной охраны прибыли буквально через несколько минут. При задержании молодой человек вел себя довольно агрессивно, грубил полицейским. Как оказалось, грабитель находился в состоянии алкогольного опьянения, что и прибавило ему «храбрости».

После того, как его посадили в патрульный автомобиль, парень успокоился, извинился перед стражами правопорядка и даже раскаялся в своем поступке. Задержанный рассказал, что несколько дней назад приехал в Ростов из Сальска искать работу. Первые попытки трудоустроиться не увенчались успехом. Это, по всей видимости, и побудило его совершить преступление.

В данный момент в отношении молодого человека возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 161 УК РФ (Грабеж).

МВД России

Президиум Верховного суда России детально пояснил людям в мантиях, как смягчать приговоры после гуманных поправок в Уголовный кодекс.

Теперь сотни тысяч осужденных получили надежду на снижение срока. А то и освобождение. Например, взяточники, которых посадили до появления в законе кратных штрафов, могут просить, чтобы оставшийся срок пересчитали на деньги. В смысле: заменили штрафом. И суд действительно может пересчитать.

Серия поправок в Уголовный кодекс, принятых в последние годы, задала людям в мантиях головоломку. Дело в том, что добрый закон имеет обратную силу. Это юридическая аксиома.

Однако мягкость вносилась в закон по хитрой схеме. К примеру, в статьях Уголовного кодекса убирали нижние пределы: было, допустим, от двух до пяти лет, стало от двух месяцев до пяти лет. Скажем, человеку при старых порядках дали четыре с половиной года, надо ли ему снижать срок? Или как быть, если в статье появились альтернативные наказания?

Поначалу правоприменители твердо говорили: нет, никаких перемен не положено.

Корреспондент «РГ» был свидетелем, как правоохранители консультировали арестантов, мол, вам от поправок лучше не стало. Так что не надейтесь. Увы, некоторые суды соглашались с этой позицией. Однако такой взгляд на гуманные поправки в Уголовный кодекс был в корне не верен. Против него резко выступили ученые-правоведы. Ликвидировал разрыв теории с практикой Верховный суд России. Не так давно он провел научно-практическую конференцию «Актуальные вопросы действия закона во времени в свете гуманизации уголовного законодательства: доктрина и практика». Итогом стал важный документ: ответы на вопросы по применению обратной силы закона, утвержденные президиумом Верховного суда России. Он дает людям в мантиях конкретные пояснения, как смягчать приговоры прошлых лет.

Например, вопрос: надо ли смягчать наказание при исключении нижнего предела наказаний? Ответ, если вкратце, — «да». «В случае исключения нижнего предела некоторых видов наказаний, которые назначались лицу, суд должен квалифицировать преступление по новому уголовному закону и на основе общих начал назначения наказания назначить наказание в меньшем размере». Как объясняли ученые-правоведы на конференции, это значит, что судья должен взвесить все доводы, и подумать, какое бы он вынес наказание в тот первый раз, если бы нижних планок тогда не существовало. Скорее всего, когда человек наказан по максимуму или близко к тому, скидка выйдет небольшой, скажем, минус месяц или что-то около того. Но в каждом случае, подчеркивают правоведы, надо разбираться индивидуально.

А как быть, если человеку по старым правилам дали минимальный срок? Надо ли теперь снижать до новой нижней планки — двух месяцев? Не обязательно. «В данном случае подлежит применению новый закон и назначается наказание в меньшем размере. При этом не требуется назначения минимального срока (размера)», поясняет Верховный суд. Иными словами, срок должны снизить, но два месяца могут и не дать. Опять же суду надо смотреть конкретные обстоятельства.

Другой момент: если в статье Уголовного кодекса появились альтернативные наказания, осужденный к лишению свободы вправе попросить, чтобы ему подобрали кару помягче. Например, с будущего года в стране должны начать применяться принудительные работы. «Положения закона о наказании в виде принудительных работ могут применяться и иметь обратную силу с 1 января 2013 года, если об этом не будет специального указания в законе», поясняет Верховный суд России. Но пересмотр может начаться не раньше, чем санкция вступит в силу.

В свою очередь многих осужденных взяточников интересовало: могут ли они заменить срок на штраф? Вопрос не только юридический, но и философский: что лучше, сума или тюрьма? Закон ввел разорительные штрафы для взяточников, зато человек может остаться на свободе. Правоведы решили: да, кратные штрафы улучшают положение. Воля хороша и без денег. Поэтому лишение свободы можно заменить на штраф по новым ставкам: от 25 тысяч до 500 миллионов рублей.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5823

Задержанный на 15 суток гражданин смог рублем наказать полицию за скотское состояние камеры в изоляторе временного содержания.

Решение — наказывать рублем за скотские условия наших «обезьянников» — знаковое. После изменений, которые в последнее время были внесены в административный кодекс, у многих правонарушений появились санкции в виде административного ареста. Это означает что в «обезъянниках» стал меняться контингент. Там стало меньше алкоголиков и бомжей, но больше приличных граждан, например, нарушителей Правил дорожного движения, которых теперь наказывают и коротким арестом. Какие права у таких арестантов и что должно быть у них в камере?

Камера для административно задержанных, куда попал наказанный на 15 суток житель Орла, по его мнению, напоминала пыточную. Еда — раз в сутки, матрацы — не пригодные для использования, постельного белья не давали, освещение плохое, а окон не было совсем. К тому же в камере отсутствовали канализация, водопровод и вентиляция.

Отбыв наказание, гражданин пошел в суд и все это перечислил в исковом заявлении, попросив взыскать с УВД по Орловской области энную сумму за моральный вред. Суд проверил жалобу. Выяснилось, что человек не погрешил против истины. Камера была именно такой, как написал гражданин. При рассмотрении иска выяснилось, что постельное белье не стиралось с 2010 года. Все это подтвердили и сами сотрудники райотдела. И объясняли все это безобразие отсутствием достаточного финансирования. Суд довод не принял.

Ужасная обстановка в камерах не раз становилась предметом разбирательств в разных судах — от российских до Европейского по правам человека. Поначалу наши граждане выигрывали, если речь шла о плохих условиях «сидения», лишь за границей, и суммы, которые им присуждали к выплате, были солидными. Но в последнее время все чаще и отечественные суды соглашаются с тем, что даже в камере гражданин должен пребывать в «человеческих» условиях. Причем речь идет не только об арестантских камерах. Под «нечеловеческие» условия подпадают и все остальные «казенные» дома — интернаты для инвалидов, детские дома, психбольницы, колонии.

Что надо знать, если речь идет о 15 сутках в камере. Процедура административного ареста выглядит так. Немедленно после суда арестованного с постановлением судьи увозят и содержат под стражей в местах, определенных органами внутренних дел. Если вас задержала полиция, то можно обжаловать это задержание в суде. Если написали жалобу после избрания меры пресечения, то она будет рассматриваться судьей на протяжении трех суток со времени ее поступления.

Какие условия в камере считаются «подсудными»? Надо начать с 21-й статьи Конституции, где сказано, что достоинство личности охраняется государством. И ничто не может быть основанием для его умаления. Там же сказано, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Что называется по закону «плохими условиями»? Это, во-первых, перенаселенность помещений. Следом идет недостаточное или некачественное питание, отсутствие постельных принадлежностей, отсутствие санитарных условий (не отгороженный от жилой зоны или находящийся рядом с обеденным столом унитаз). Сюда же надо включить отсутствие воды. Редкое предоставление возможности принять душ. Особый разговор об окнах. Даже в СИЗО на них не должно быть щитов, закрывающих дневной свет. Наказуемы рублем и жара, духота, отсутствие вентиляции. Запрещен шум от круглосуточно работающего радио или телевизора, а также включенный весь день слишком яркий свет.

Жаловаться на плохие условия может не только сам сиделец, но и его близкие. Если речь идет о больных или детях, то это может быть их представитель. Жалобу можно написать как полицейскому начальству, так и идти с иском сразу в суд в порядке гражданского судопроизводства с обжалованием условий содержания в соответствии с главой 245 ГПК РФ.

Как правильно составить жалобу? Сначала надо описать условия содержания — перечислить нарушения. Считать надо все: площадь камеры, число сидельцев. Хватает ли всем спальных мест. Дают ли постельное белье и какого оно качества. Посчитать окна. А если их вообще нет, то там держать людей просто запрещено. Туалет должен быть отделен от остальной камеры хотя бы перегородкой. Особое внимание — вода для питья. Есть ли она? Раздали ли предметы гигиены — зубные щетки, мыло, пасту? Важны вентиляция и температура воздуха в помещении.

Жаловаться надо в прокуратуру. По закону прокурор должен рассмотреть жалобу в течение 30 дней и дать письменный ответ. Если он не устраивает, то следующая инстанция — суд.

Жалоба должна быть подана в течение трех месяцев с момента, когда вы или ваш родственник узнали о нарушении своих прав. В действительности это означает, что можно подать жалобу в любой момент содержания под стражей или пребывания в психиатрической больнице, доме престарелых и т.д. Но не позднее трех месяцев с момента освобождения, а также пребывания в психбольнице, доме престарелых и т.д. Жалоба должна быть рассмотрена в течение 10 дней, хотя часто этот срок не соблюдается.

За что на дороге можно получить 15 суток?

Управление машиной водителем, которого уже лишили водительских прав.
Управление машиной в состоянии опьянения и без прав. Неважно, права человек забыл или их его уже лишили.
Если водитель без прав, пьян и не хочет проходить медицинское освидетельствование.
Оставление места аварии, если водитель был ее участником.
Неуплата административного штрафа в срок.

Кстати

Важное уточнение: если человека задержали на пару часов, то отсутствие условий не нарушение. А вот если гражданин «наслаждался» плохими условиями в течение 20 часов и больше, то подобное может быть признано нарушением.

Наталья Козлова, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5822

Ежегодно более 10 тысяч женщин погибают от рук мужей или других близких, 26 тысяч детей становятся жертвами преступных посягательств со стороны родителей. Еще две тысячи детей и подростков, спасаясь от жестокого обращения в семье, кончают жизнь самоубийством, десятки тысяч убегают из дома.

Эта печальная статистика побудила правоведов предложить ввести в России охранные ордера от домашних тиранов и особую процедуру защиты от злых родственников. В Общественной палате прошли слушания проекта, призванного оздоровить семейную атмосферу. Группа экспертов и правозащитников разработала концепцию законодательства по борьбе с домашним насилием. Принцип «бьет — значит любит», полагают авторы проекта, в наших условиях больше не работает. Предложенный документ содержит принципиально иные установки. Разработчики проекта закона предлагают ввести отдельное производство по делам, связанным с домашним насилием. Тогда жертв домашней тирании можно было бы защищать не в рамках сложной уголовной процедуры, а гораздо быстрее, буквально по звонку. Избавиться от семейной тирании можно будет в два этапа.

Первый — звонок жертвы в полицию. Там уже никто не сможет сказать хрестоматийное «вот убьет, тогда приходите». Нет, реагировать надо немедленно. Сотрудник выдаст защитное предписание жертве и обяжет обидчика не применять насилие. Нарушение предписания может караться административным арестом. Стоит папе использовать ремень не по назначению — отправится на 15 суток. При повторном нарушении может наступить уголовная ответственность.

Второй этап предполагает обращение жертвы в суд. Заявление может быть подкреплено рапортом полиции и свидетельскими показаниями. За пример при разработке проекта взят модельный закон ООН.

Охранные ордера, по словам экспертов, уже доказали свою эффективность в Европе. Они снижают агрессивность насильника, формируют правовое поле, в рамках которого оказывается помощь жертве.

— При поддержке государства, оказание практической помощи жертвам домашнего насилия могут взять на себя общественные организации, — заявила одна из авторов проекта, член Общественной палаты РФ Ольга Костина. — Несмотря на многогранность проблемы Общественная палата, рабочая группа экспертов продолжит работу над этим документом.

По ее словам, необходимо провести расширенную встречу представителей общественных организаций, которые занимаются защитой жертв домашнего насилия. Также надо прислушаться к мнению правоохранительных органов и судейского сообщества.

— Привлечение новых экспертов и специалистов сделает законопроект более продуманным, а значит, эффективным, — говорит она.

Правозащитники приводят жуткие цифры. В России 40 процентов всех тяжких насильственных преступлений совершается в семье. Вот почему Национальный центр по предотвращению насилия «АННА» и Межрегиональная правозащитная общественная организация «Сопротивление» инициировали работу над проектом по борьбе с семейным насилием. По мнению адвокатов и правозащитников, новый закон даст правовые инструменты в руки судей и полиции. В свою очередь, правоохранители, участвовавшие в заседании, предлагают еще раз все взвесить. Проблемы с реализацией закона возможны не только в области правоприменения, но и в области социальной поддержки жертвы насилия. Суд будет на стороне потерпевшей, но это не поможет, если государство не предоставит ей убежище, где она сможет укрыться от насильника, получит психологическую и правовую помощь, считают правозащитники.

Правда, по мнению многих экспертов, проблема вовсе не так однозначна. Не будем скрывать, немало мужчин у нас считают, что только заботливая отцовская порка позволила им вырасти приличными людьми. А отношения между мужчиной и женщиной настолько сложны, что охранные ордера могут все запутать, есть и такое мнение.

— Каждый раз, когда в профессиональной среде речь заходит о насилии в семье, попытки правового регулирования и контроля случаев проявления жесткости по отношению к членам семьи, упираются в ряд одних и тех же препятствий, — сказала «РГ» юрист, специализирующаяся на семейных отношениях, Виктория Пашкова. — Во-первых, не совсем понятно, что попадает под термин «насилие», когда мы употребляем его по отношению к членам семьи.

Представления общества и государства о его формах касательно семейных отношений в разные периоды существенно отличались.

Например, во времена домостроя мужчина был наделен практически безграничными властными полномочиями по отношению к женщине и детям. В Англии в начале прошлого века считалось нормальным, если муж побьет дома жену палкой, при условии, что ее толщина не превысит толщину большого пальца его руки.

— Действующий Уголовный кодекс РФ содержит исчерпывающий перечень составов преступлений, посягающих на жизнь, здоровье и половую неприкосновенность каждого члена общества, — говорит Виктория Пашкова. — С одной стороны его действие распространяется на каждого, включая членов его семьи. С другой — именно тот факт, что он не содержит специальных статей, устанавливающих ответственность за преступления, совершенные родствениками друг против друга, правоохранительные органы практически игнорируют поступающие к ним сигналы о кризисных, критических ситуациях в семьях, если речь, конечно, не идет об убийстве или нанесении тяжкого вреда здоровью. Часто без должной реакции сотрудников полиции остаются оскорбления, унижения, побои и другие формы насилия, которые воспринимаются как «личное» дело семьи. В этой связи одним из решений проблемы, пожалуй, могло бы стать прямое указание во всех статьях Уголовного кодекса, касающихся насильственных действий, в качестве субъекта состава преступления — члена семьи или родственника, наряду с иными лицами. Таким образом мы бы распространили действие указанных статей на случаи проявления насилия в семье.

В то же время насилие это не всегда побои и грубая сила. Оно может выражаться и в форме психологического давления, унижения, порой не подпадающих под Уголовный кодекс. Еще один момент: по словам экспертов, сами жертвы далеко не всегда обращаются за помощью. Поэтому сейчас нет данных, позволяющих оценить масштабы семейного бедствия, считают эксперты.

Однако домашнее насилие, по мнению правозащитников, перестало быть частным делом и переросло в острую социальную проблему, требующую специальных методов решения.

Владислав Куликов, «Российская газета» — Федеральный выпуск №5822

В курьезной ситуации оказались несколько тысяч сотрудников внутренних дел, уволенных во время переаттестации, а позже восстановленных по решению суда. Явившись на старое место работы с судебным решением, они узнали, что их милицей­ские должности ликвидированы, а на аналогичные полицейские их брать отказываются. Профсоюзный лидер Михаил Пашкин намерен обсудить проблему с главой МВД Владимиром Колокольцевым, а если она не разрешится, восстановленные в милицию, а не полицию сотрудники обратятся в Конституционный суд.

Большое количество сотрудников милиции, уволенных из-за непрохождения внеочередной аттестации, в том числе не прошедших ее по уважительным причинам, восстановлены в органах внутренних дел, рассказали РБК daily в московском профсоюзе. Суды признали, что работодателями в отношении них были нарушены основания или процедура увольнения. Однако восстановленных сотрудников не переназначают на должности в полицию, а зачисляют в распоряжение органа внутренних дел сроком на два месяца, после чего повторно увольняют по сокращению штатов.

«Только среди членов нашего проф­союза таких восстановленных по суду, но не принятых обратно на работу, около 50 человек, в области — еще человек 15, по стране наберется несколько тысяч сотрудников», — рассказал РБК daily председатель профсоюза Михаил Пашкин.

«Причиной непереназначения из милиции в полицию является пробел в действующем законодательстве, — поясняет доктор юридических наук, бывший следователь Андрей Скоробогатов. — Согласно закону «О полиции» сотрудники, не прошедшие, неважно по каким причинам, внеочередную аттестацию, не могут быть переназначены в полицию». В то же время, по словам эксперта, срок проведения аттестации установлен президентским указом до 1 августа 2011 года. Никаких оговорок о продлении сроков аттестации в отношении сотрудников, которые не смогли присутствовать на аттестации или были уволены с нарушениями, в законодательстве не содержится.

Например, инспектор отдельного батальона ДПС ГИБДД УВД по СЗАО Москвы лейтенант милиции Пашков Д.А. 21 октября 2010 года был уволен «за совершение проступка, порочащего честь милиционера». Решением Хорошевского райсуда Москвы от 7 ноября 2011 года увольнение Пашкова было признано незаконным, но на этот момент реформа МВД уже закончилась и срок аттестации истек. Получилось, что Пашков не по своей воле не смог ее пройти и офицер был повторно уволен. В полиции объяснили, что, несмотря на судебное решение, правового основания для его назначения на должность нет.

«У нас руки связаны: в законе «О полиции» черным по белому написано, что сотрудник, не прошедший переаттестацию, не может быть назначен на должность в полиции, — прокомментировал РБК daily источник в МВД. — Срок же аттестации определен президентским указом и продлен быть не может. Вот и получается, что при всем желании мы принять таких сотрудников не можем, поскольку тогда нарушим сразу несколько федеральных нормативных актов».

«Главная проблема заключается в том, что районные суды рассматривают только законность увольнения сотрудника, вмешиваться в федеральное законодательство и продлевать переаттестацию, чтобы сотрудников смогли принять в полицию, они не вправе, — разъясняет юрист Альберт Феоктистов. — Вот и выходит, что суды восстанавливают сотрудников не в полицию, а в милицию, которой уже не существует».

Без внесения изменений в законодательство на уровне МВД проблему решить можно, считает Михаил Пашкин. Для этого понадобится таких сотрудников уволить из милиции, а на следующий день восстановить в полиции. Но нужны гарантии со стороны МВД, что таких сотрудников примут. «Я на эту тему в ближайшее время буду разговаривать с министром Владимиром Колокольцевым. Если же проблема не решится, придется идти в Конституционный суд или Госдуму», — обещает он.

Иван Петров, РБК daily

Над Москвой свистят пули. В столице весь июнь расстреливают общественный транспорт. Только в одном троллейбусном парке из пневматики обстреляли уже 36 автобусов! На днях хулиганы продырявили «Скорую помощь», автобус с молодыми игроками «Локомотива» и окна одной из квартир на Кронштадтском бульваре. То, что никто не ранен, — счастливая случайность. Кто и зачем палит по нам из пневматики, почему полиция не может поймать хулиганов и когда это все закончится?

К ТЕЛЕФОНУ ПОЛЗЛИ ПО-ПЛАСТУНСКИ

— Когда началась стрельба, мы слезли с кровати на пол и поползли по-пластунски к телефону. Чтобы пуля не зацепила, — рассказывает пенсионерка Нина Андреева. — Руки дрожат, набираем 02, а там: «Оставайтесь на линии»… В итоге полиция приехала только через 40 минут.

Мы стоим в спальне ее хрущевки по Кронштадтскому бульвару, 55. В окне — два пулевых отверстия. Рядом, на наружной стене дома, еще несколько следов от пуль.

Как рассказала Нина Ивановна, их обстреляли в ночь на 20 июня, около половины первого. Дома были две дочери Нины Ивановны и четырехлетний внук.

— Кто нас защитит? Полицейский на стекла посмотрел, протокол составил — и тут же уехал, — рассказывает дочь хозяйки квартиры Ольга.

Стреляли, по всей видимости, из дома напротив. По словам Андреевых, на четвертом этаже там живут кавказцы, которые любят «погулять» до утра.

— Утром, когда я готовила завтрак, один из них вышел на балкон, огляделся, достал пневматический пистолет и опять начал палить куда попало. Для них это развлечение, а мы в прицел попали, — уверена Нина Андреева. — И что нам, женщинам, идти с ним самим отношения выяснять?

Мы попытались пообщаться с «подозреваемыми», но открывать двери те наотрез отказались, сопроводив наш уход популярным «Давай, до свидания!».

В УВД Северного округа пообещали разобраться. Но ведь похожих случаев масса.

ЭПИДЕМИЯ ПОДРОСТКОВОГО ХУЛИГАНСТВА

Подобной волной «бытового терроризма» Москву накрыло ровно четыре года назад. Сначала в Бутове, а потом по всей Москве начали гореть автомобили. Сперва было непонятно, кто поджигает: бедняки-маргиналы, анархисты, озлобленные гастарбайтеры? Как выяснилось, и те, и другие, и третьи. Женщина наняла бригаду ремонтников, не заплатила, один из них подпалил машину. Студенты-анархисты, скачав из Интернета рецепт коктейля Молотова, решили бороться с богатыми. Но чаще всего, как выяснилось, авто поджигали обычные школьники, болтавшиеся без дела на каникулах. Помнится, несколько лет назад была другая эпидемия: молодежь кидала камнями по электричкам. Люди получали серьезные травмы.

— Я думаю, что стреляют по автобусам тоже в основном подростки, — рассказала «КП» психолог-консультант Дарья Кошелева. — Это способ самоутвердиться, доказать друзьям свою храбрость. Я не удивлюсь, если будут задержаны несколько групп стрелков, которые соревнуются, кто больше стекол разобьет!

ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ РАЗВЛЕЧЕНИЕ

Татьяна Телегина, кандидат юридических наук, ассистент кафедры криминалистики юрфака МГУ, уверена: из пневматики стреляют разные группы хулиганов. Подростки — только часть из них. Остальные — более взрослые, но довольно молодые и пьющие люди, не знающие, чем занять досуг. Услышали про обстрелы — решили попробовать.

— На Щелковском шоссе с интервалом в несколько минут и в разных местах обстреляли два автобуса. Я думаю, преступники перемещались на автомобиле, — считает Татьяна. — А их мотив — экстремально развлечься.

НУЖНА ПОКАЗАТЕЛЬНАЯ ПОРКА!

Ситуация столь серьезна, что начальник столичной полиции Анатолий Якунин распорядился создать группу из лучших сыщиков, которые бы нашли «снайперов». Прошло больше недели. Никто не задержан.

— В группу входят представители разных служб, в том числе наши сотрудники, — рассказал «КП» представитель Московского уголовного розыска Алексей Бахрамеев. — Проблема в том, что трудно определить даже круг подозреваемых. Розыскная работа, уверяю, проводится очень серьезная. Рассказывать о конкретных мероприятиях, увы, не имею права…

Виктор Гладких, профессор, доктор юридических наук, сотрудник ВНИИ МВД, считает, что задержание стрелков — вопрос ближайшего времени.

— По транспорту все чаще стреляют из укрытия — из кустов, из лесополосы. Это значит, что у хулиганов, скорее всего, пневматические винтовки, — пояснил эксперт. — Но эта «игрушка» — весомая, за пазуху не спрячешь! Я думаю, столичной полиции нужно усилить конные наряды ППС и направить их в лесополосы вдоль трасс.

Виктор Иванович уверен: как только задержат первого стрелка, волну обстрелов удастся сбить.

— Ему нужно предъявлять обвинение не в вандализме и хулиганстве, а по куда более тяжелой статье, — считает эксперт. — Прицельные выстрелы по транспорту с людьми — это косвенный умысел, как минимум на причинение вреда здоровью, а то и убийство! При таком обвинении арестовывают до суда. И как только первый стрелок попадет в камеру и его покажут по телевизору, обстрелы прекратятся. Хулиганы поймут, что их «развлечение» слишком опасно, игра не стоит свеч.

ДРУГАЯ ВЕРСИЯ

А может, стреляют водители легковушек?

По одной из версий — она активно обсуждается в Интернете, — автобусы обстреливают водители легковых авто.

— Такое действительно нередко происходит. Кто-то не уступил дорогу, подрезал, и водитель хватается за травматический пистолет, — согласен доктор медицинских наук, психиатр-криминалист Михаил Виноградов. — Но все эти истории случаются прямо на дороге. А приехав домой, водитель легковушки просто выпустит пар, поругавшись с близкими, но вряд ли возьмет винтовку и пойдет мстить.

Особое мнение

Как Наполеон запрещал «духовые ружья»

Возможно, «пострелушки» — спланированная провокация… продавцов травматического оружия.

Пока мы обсуждаем, кто и как стрелял в автобусы, на сайтах любителей оружия идет своя дискуссия. Люди опасаются, что, пользуясь волной возмущения, их увлечение подведут под монастырь. То есть введут лицензирование или вовсе запретят продавать мощную пневматику.

Такие случаи уже имели место в истории. Первую «воздушку» изобрел механик Бартоломео Жирардони — она пошла на вооружение австрийской армии. Это ружье за минуту могло послать на 100 метров два десятка пуль! Наполеон Бонапарт лично приказал расстреливать пленных, у которых найдут такое оружие. А накануне войны с Россией Бонапарт запретил под страхом смертной казни использование пневматики.

— Тогда французы стали расстреливать прохожих из окон домов, — говорит корреспонденту «КП» директор антикварного салона «Военная мысль» Владислав Середа. — В какой-то момент подобные расстрелы превратились в массовые и приняли вид социального протеста… Но то история.

Сейчас же любители пневматики считают, что пострелушки по автобусам — это спланированная провокация. Мол, продавцы травматического оружия пытаются скомпрометировать их. Дело в том, что продажи травматики (из нее пуля вылетает за счет порохового газа, в пневматике -за счет сжатого воздуха. — Прим. ред.) резко упали — из-за ужесточения в 2010 году закона по ее обороту и снижения мощности патронов. Народ стал вооружаться мощной пневматикой. И торговцам травматикой введение лицензии на пневматику (а она бывает очень и очень серьезной и опасной!) уж больно на руку.

Но есть ли смысл запрещать или лицензировать? Нет, намного вернее будет ужесточить наказание за любую попытку применить ЛЮБОЕ оружие вне тира или стрельбища. Такое хулиганство необходимо расценивать как предумышленное убийство. И тогда никому не вздумается стрелять в автобус или «Скорую помощь» даже из рогатки.

Александр Бойко, «Комсомольская ПРАВДА»