Крупным планом

Министерство внутренних дел предложило серьезно ужесточить законы, порядок и правила, по которым в милиции служат как лейтенанты, так и генералы. Уже подготовлены и скорее всего в самое ближайшее время будут приняты меры, которые очень серьезно усилят контроль за работой милиционеров. (Фото: ИТАР-ТАСС)

Всевозможные опросы общественного мнения уже не первый год называют милицию одним из тех ведомств, где коррупции, на взгляд рядовых обывателей, хватает. Департамент собственной безопасности министерства внутренних дел — это то подразделение, которое борется с этой заразой внутри самого ведомства. Надо подчеркнуть, что нечистые на руку милиционеры боятся абревиатуры ДСБ больше, чем прокуроров. Поэтому именно в департаменте собственной безопасности появились предложения по борьбе за чистоту милицейских рядов. Причем многие из таких мер носят почти сенсационный характер.

За соседа ответишь

Главным из новых карательных предложений, уверены в департаменте, будет введение очень интересного порядка. Он обяжет все подразделения милиции представлять в службу собственной безопасности информацию о том, чем нехорошим, скажем мягко, занимаются их сотрудники на рабочем месте. Речь в первую очередь идет о начальниках. Причем за молчание, зажмуривание и «недоносительство» руководителей на своих подчиненных предусматривается применение строгих дисциплинарных санкций. Ну а если начальник действительно ничего не знал про художества своего сотрудника и не видел, чем он занимается? Такое очень редко, но теоретически может быть. В этом случае грош цена такому начальнику, и он тоже может быть свободен, как и руководитель, который вовремя закрыл глаза на «труд» своих людей во благо себя, любимых.

С первого взгляда такая норма пугает. Вероятно, срабатывает некий ген памяти о том, что донос — это очень плохо. На самом деле отвечать за подчиненных в таком ракурсе руководитель по большому счету обязан. Но, как правило, не делает этого. В итоге выгоняют с работы, судят, а возможно, и сажают «стрелочника». Начальник, если он и был «при деле», получит максимум выговор. С новой нормой ситуация должна измениться.

В департаменте собственной безопасности уверены, что рычагом, сдерживающим распространение коррупции, должно стать законодательное введение процедуры ротации кадров. Причем приоритетное право назначения на начальственные посты будет за сотрудниками, которых не наказывали за должностные проступки, и теми, у кого есть высшее образование. Причем по профилю.

А еще планируется законодательно ограничить вмешательство милиционеров в экономическую деятельность. Что имеется в виду? Прежде всего речь идет о запретах заниматься любыми видами предпринимательства, в том числе и через посредников. Надо, считают в ДСБ, ввести запрет быть поверенным у третьих лиц по делам госоргана, в котором милиционер состоит на службе. Должно быть также запрещено небезвозмездно помогать гражданам и фирмам в решении их насущных проблем с использованием своего служебного положения.

Паспорт от самого начальника

До сих пор бытует мнение, что за коррупцию чаще всего отвечают «шестерки». Якобы там, где рядового посадят, начальника не заметят. В департаменте собственной безопасности уверяют, что подобная формулировка стремительно устаревает. И приводят самые свежие, но не афишируемые примеры.

Сегодня кроме милиции в зону ответственности департамента собственной безопасности вошла и Федеральная миграционная служба. Одним из первых попавшихся на незаконных делах миграционных начальников оказался полковник — начальник Управления ФМС России по Республике Башкортостан Ирик Иткулов. Большие возможности своей службы начальник использовал, что называется, по полной программе.

Он построил схему по незаконному оформлению и выдаче документов, подтверждающих получение российского гражданства, постоянной и временной регистрации, право заниматься трудовой деятельностью на территории Российской Федерации для представителей этнических диаспор. Естественно, такие услуги стоили денег.

Работу полковник организовал следующим образом. Коммерческие организации, которые привлекали на работу иностранную рабочую силу, через преступных лидеров диаспор обращались к доверенным лицам Иткулова. Те, в свою очередь, контактировали уже непосредственно с миграционным начальником и передавали ему наличность.

По материалам, собранным ДСБ, Следственным комитетом при прокуратуре РФ по Республике Башкортостан возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 286 УК РФ. Пока шло следствие, сотрудникам собственной безопасности пришлось провести десятки обысков — дома у Иткулова, его посредников и у преступных лидеров этнических диаспор. В том числе у семи сотрудников местной миграционной службы.»Улов» оказался весомый — найдены незаконно оформленные документы иностранным гражданам, незаконно изъя тые паспорта у приезжих, оружие и боеприпасы, которые тоже хранились в нарушение закона. В служебных кабинетах сотрудников миграционной службы обнаружены и изъяты большие суммы наличности. Оказалось, что Иткулов трижды наш гражданин. У него обнаружились целых три паспорта, выданных в 2005-2006 годах на его имя. Причем два паспорта числятся по учетам как потерянные.

Всего же в этом году в миграционном ведомстве службой собственной безопасности выявлено 834 правонарушения. В сравнении с прошлым годом их число выросло в три раза. Количество привлеченных к ответственности сотрудников службы тоже выросло более чем в два с половиной раза. Так что красивой легендой оказались слухи о полной неприкосновенности миграционных руководителей. В этом году уже привлекли к ответственности 154 начальника этой службы. Выходит, практически каждый третий из числа наказанных по миграционному ведомству. А год, кстати, еще не кончился.

Генеральная чистка

По данным за последние два года, как выражаются в милиции, «количество выявляемых правонарушений» среди милиционеров увеличилось. Если перевести эти слова в цифры, то рост в среднем составляет около 36 процентов. Аналитики службы собственной безопасности утверждают, что это нормальные цифры, которые говорят не об увеличении коррупции среди сотрудников, а о том, что система неотвратимости наказания начала действовать. Так, уже в этом году за должностные правонарушения привлечены к ответственности больше тысячи сотрудников подразделения по борьбе с экономической преступностью. Из них 61 человек — за коррупционные преступления. К ответственности призвали за этот год и 2615 следователей.

Окружены особым вниманием и пользуются повышенной заботой в ДСБ нечистые на руку милицейские начальники. В результате за год к разного рода юридической ответственности привлекли больше 3 тысяч милицейских руководителей. Это наполовину больше, чем за прошлый год. А в цифрах получается, что каждый седьмой привлекаемый к ответственности милиционер — начальник. В ДСБ МВД констатируют, что с 2005 года практрически в 10 раз увеличилось количество руководителей, которые ответили за свои художества по закону. А вот количество рядовых сотрудников, совершивших преступление, стало меньше. В процентном соотношении по службам снижение числа наказанных рядовых милиционеров ощутимо. В зависимости от службы от 12 до 43 процентов.

Правда, в департаменте стараются по мере возможности заниматься не столько ловлей за руку, сколько профилактикой. Здесь уверены, что иногда разговор или вовремя полученный выговор может остановить сотрудника и уберечь его от уголовного дела, а близких- от расходов на адвокатов и стояния в очередях у окошка с передачами в СИЗО. Но профилактика касается только «новеньких», а не тех, кто уверенно шагает по криминальной дороге и уже совершил преступление. Поэтому хоть ловить в милиции своих стали больше, но коррупция среди сотрудников явно начала мельчать.

Наталья Козлова, «Российская газета» — Федеральный выпуск №4776 от 21 октября 2008 г.

Всероссийский Общественный Форум «Гражданское общество и правоохранительные структуры — в защиту прав жертв преступлений» начал работу 30 сентября на базе Общественной палаты РФ. В пленарных и секционных заседаниях, организованных сотрудниками правозащитного движения «Сопротивление», принимают участие представители общественных организаций из Москвы и регионов России, международной Ассоциации организаций по защите прав потерпевших Victim Support Europe, члены Общественной палаты РФ, руководство ФСИН РФ и ФССП РФ.

Всем миром…

Консолидация сил в решении многочисленных, сложных проблем жертв преступности — одна из главных задач гражданского общества России. И чиновники, и общественные деятели признают, что незащищенность потерпевшего — это провал в реформе судебно-правоохранительной системы. Действительно, как можно рассчитывать на успех модернизации права, если сегодня не учтены интересы более чем 4 млн. человек. Именно столько граждан по официальным данным в прошлом году стало потерпевшими. Причем, это только те граждане, преступления в отношении которых, были зарегистрированы. Настоящие «черные дыры» — преступления, которые никто подсчитать не может — домашнее насилие, насилие над детьми. Они становятся все изощреннее, виртуознее, с ними все тяжелее справится.

Общественный Форум, организованный по инициативе правозащитного движения «Сопротивление», действенная модель, ориентированная на конструктивное преобразование подходов и методов реформирования судебно-правоохранительной системы. Потерпевшими становятся дети, несовершеннолетние, жертвы трудовой и сексуальной эксплуатации. Потерпевшим может стать каждый из нас дома, на улице, в общественном учреждении. Проблемы, связанные с защитой прав разных категорий потерпевших решают десятки, если не сотни российских общественных организаций. Вот только голос правозащитников слышат далеко не все. Может потому, что он имеет не политическую окраску, а сугубо социальную направленность, а может, потому что в нашем обществе еще не сформировался образ правозащитника, который занимается не пиаром, а целенаправленной, кропотливой социально-реабилитационной работой.
Не исключено, что именно поэтому правоохранительная система с таким трудом поддается влиянию общественных сил.

В работе Общественного Форума, открывшегося 30 сентября на базе Общественной палаты, приняли участие более 80 специалистов-практиков из Москвы, Нижнего Новгорода, Санкт-Петербурга, Ростова-на-Дону, Республик Северная Осетия, Татарстан, Марий Эл, а так же коллеги из Украины, Словакии и Словении. Круг вопросов, вынесенный на обсуждение Форума затронул правовое положение жертв преступности, законодательное и судебное реформирование, проблемы реабилитации потерпевших.

Ради кого судим и сажаем?

Открывая пленарное заседание, лидер правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина сообщила участникам встречи, что подготовленный движением совместно с аппаратом Уполномоченного по правам человека доклад о соблюдении прав потерпевших в России был передан Президенту РФ Дмитрию Медведеву и нашел его положительный отклик. Принято решение направить положения доклада на рассмотрение в Правительство РФ, Госдуму и Совет Федерации РФ. Это ключевой момент, который показывает, что российская власть заинтересована в изменении правового положения потерпевшего.

«России необходима не просто правовая реформа, а идеологическая правовая реформа, — отметила Ольга Костина. — «Разворот» от преступника в сторону потерпевшего. Это касается и определения компенсации материального вреда потерпевшему. Официальные данные Генеральной прокуратуры показывают, что ущерб потерпевшему возмещается лишь в 50% случаев… Мы все говорим о том, что необходимо добиваться гуманизации уголовного процесса, отмены смертной казни, но о какой гуманизации процесса может идти речь, когда потерпевший ущемлен в своих правах… На прошлой неделе была встреча с министром юстиции Коноваловым, который сказал, что подобное положение потерпевших это отказ государства от своих социальных обязательств. С этим приходится согласиться. Мы не можем построить правовое общество без доверия к правосудию, а правосудие невозможно добиться, если гражданин не чувствует своей защищенности».

Так уж получается, что обеспечение интересов потерпевшего тесно связано с правонарушителем, точнее, возмещением им материального и морального вреда. По признанию специалистов, исправительная система в России даже в малой степени не учитывает интересы потерпевших при условно-досрочном освобождении осужденного. В настоящее время в исправительных колониях находится 333800 заключенных, имеющих обязательства по возмещению материального вреда потерпевшим на общую сумму более 19 млрд. рублей. В прошлом году осужденными, находящимися в колониях, потерпевшим перечислено 250 млн. рублей, в 2008 — 160 млн. рублей. Цифры не требуют комментариев.

«К большому сожалению, мы не можем обеспечить работой всех осужденных, имеющих иски по возмещению», — был вынужден признать первый заместитель ФСИН РФ Эдуард Петрухин.

«Наше уголовно-исполнительное законодательство не очень-то мотивирует осужденных к возмещению материального вреда потерпевшему, — считает заместитель Директора ФССП РФ Артур Парфенчиков. — Норма о том, что при условно-досрочном освобождении учитывается объем и добросовестность возмещения материального вреда, на мой взгляд, спящая. Приведу пример. В Москве в результате махинаций неоднократно судимого «черного» риэлтора,  80-летняя бабушка осталась без жилья. После отбытия двух третей нового срока, ни копейки не возместивший делец, судом был выпущен на свободу без гарантий по выплате компенсации. Это справедливость? Это закон?… А если взять акты амнистии… Приняли решение, освободили, а потерпевшего даже не спросили, а как он-то, согласен, с тем, что преступника, искалечившего его жизнь просто так отпускают на свободу!? Ради кого суд-то собирался?»

Целый ряд проблем, связанных с защитой прав женщин и детей, пострадавших от насилия, вызвал острые дискуссии. В конце лета этого года по инициативе правозащитного движения «Сопротивление», при поддержке Общественной палаты РФ была издана книга «Криминальное насилие против женщин и детей: Международные стандарты противодействия». Автор книги, заслуженный юрист России, советник Председателя Конституционного суда РФ Владимир Овчинский, выступая на Форуме, презентовал собравшимся уникальное издание. Книга является первым в России сборником международно-правовым документов и международных исследований по проблемам насилия против женщин и детей. Как выяснил при работе над книгой автор, с мировыми правовыми и правоприменительными нормами в данной области не знакомы ни в Госдуме, ни в Совете Федерации, ни в Правительстве, ни, тем более, в российских силовых правоохранительных структурах.

«Уголовный закон в нашей стране не защищает женщин и детей, — утверждает Владимир Овчинский. —  Наказание для педофила, изнасиловавшего ребенка — 4 года. В США только за совращение двух девочек преступник получил пожизненное заключение. В феврале 2008 года ООН приняла программу по искоренению насилия над женщинами и детьми. Ее поддержал Совет Европы. В 2007 году в Европе была принята Конвенция по защите детей от сексуальных посягательств и насилия. Российские депутаты не включаются ни в какую работу европейских коллег по защите детей, женщин, жертв работорговли!»

Книга «Криминальное насилие над женщинами и детьми» не будет продаваться. Весь тираж, а это 2000 экземпляров, будет направлен в госорганы, правоохранительные структуры, общественные организации, а так же в библиотеки регионов России.  

«Сопротивление» создает площадку для конструктивного сотрудничества

Защита прав потерпевших — задача многосторонняя. Одна из этих сторон — безопасность в Интернет-сети. Российское Интернет-сообщество делает уверенные шаги вперед в данном направлении. В рамках Форума состоялась еще одна презентация. Председатель РОЦИТ (Российский общественный Центр Интернет-технологий) Марк Твердынин представил общественности Национальный узел безопасности (http://www.saferunet.ru/)  — интернет-портал, призванный отслеживать и нейтрализовывать противоправный контент в Рунете, в частности, связанный с распространением детской порнографии. Этот проект реализуется совместно с правоохранительными органами, общественными организациями, правозащитным движением «Сопротивление». Марк Твердынин отметил, что портал построен с учетом лучших наработок зарубежных коллег и отвечает всем международным стандартам.

Значительное место для обсуждения на Форуме получили психологические аспекты работы с потерпевшими. Специалисты вынуждены констатировать, что у социальных служб, государственных органов нет абсолютно никакого представления о реабилитации потерпевших — ни детей, ни взрослых. При этом опыт оказания помощи потерпевшим в разных ситуациях (изнасилование, теракт, катастрофа, криминальное нападение) у российских психологических служб крайне высокий. В судах, при работе с гражданами в милиции, прокуратуре он целенаправленно отбрасывается, как ненужный довесок к уголовному делу. О человеке никто не думает. В результате российское общество получает новых преступников-мстителей, запуганных свидетелей, деморализованных потерпевших, которые кроме физических травм долгое время, иногда всю жизнь, вынуждены лечить свои душевные раны.

Большой интерес участников Форума вызвал доклад ведущего научного сотрудника Психологического института РАО, доктора психологических наук Ирины Баевой, составленный на основе практической работы психологов МГППУ в Южной Осетии. Специалисты Московского государственного психолого-педагогического института в конце августа — начале сентября провели исследование психологического состояния детей, попавших в эпицентр военных действий, развязанных грузинской армией против мирного населения Южной Осетии. Психологи едва ли не впервые в своей практике столкнулись со 100% травматизацией детей и подростков, ставших жертвами и свидетелями военных преступлений. В ближайшее время доклад специалистов в полном объеме появится на сайтах «Сопротивления» и Общественной Комиссии по расследованию преступлений в Южной Осетии — http://www.osetinfo.ru/.

Крайне полезным для участников Форума стал обмен опытом с зарубежными коллегами. Представитель Министерства Семьи и социального обеспечения Республики Словения Марьета Истич считает, что российское правительство должно оказывать финансовую помощь неправительственным организациям, занимающимся поддержкой и реабилитацией потерпевших. Именно так происходит в Словении. Каждый год выделяются существенные суммы из бюджета для разработки и осуществления различных программ. В 2007 г&#108

Правозащитное движение «Сопротивление» и Общественная Комиссия по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению подготовили и издали книгу-альбом «Южная Осетия. Хроника заказного убийства». Книга посвящена памяти жертв грузинской агрессии против мирного населения Южной Осетии 7 — 12 августа 2008 года и включает в себя документальные и фотоматериалы, свидетельства выживших под обстрелами людей.

Военные преступления армии Саакашвили в Южной Осетии унесли жизни сотен людей. Расследование обстоятельств гибели мирного населения — это задача не только правоохранительных органов, но и общественных организаций. Одним из первых в эту работу включилось правозащитное движение «Сопротивление». Уже 15 августа психологи движения вылетели в Ростовскую область, где начали оказывать помощь беженцам из Южной Осетии. В это же время на базе движения была организована и начала работу «горячая линия» по оказанию помощи пострадавшим. Специалисты движения  помогают в поиске людей, находят решения для передачи гуманитарной помощи в Южную Осетию, в получении компенсаций.

Очередным шагом в общественном расследовании преступлений в Южной Осетии стало издание книги-альбома «Южная Осетия. Хроника заказного убийства», которая является совместным проектом правозащитного движения «Сопротивление» и Общественной Комиссии по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению. Книга посвящается жертвам грузинской агрессии и приурочена к 60-летию принятия Всеобщей Декларации прав человека, о которых сегодня так много говорят в Европе и Америке.

Книга-альбом разбита на главы: «Преступления», «Жертвы», «Свидетели». Первую главу составляет краткий исторический очерк о взаимоотношения Грузии и Южной Осетии, хроника событий до и после 8 августа 2008 года. В главе «Жертвы» слово дается людям, пережившим ужасы пятидневной войны, спасавшимся от зверств грузинской армии. В главе «Свидетели» представлены рассказы людей, ставших очевидцами событий: журналистов, врачей, церковнослужителей. Документальные материалы и свидетельства сопровождают фотографии, сделанные, как в дни бое в Цхинвале, так и после отражения грузинской агрессии, когда в Южную Осетию только начала поступать помощь.

Значительный тираж книги-альбома «Южная Осетия. Хроника заказного убийства» издан и на английском языке. Члены Общественной Комиссии по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению считают, что мировое сообщество должно знать о бесчеловечных преступлениях грузинского руководства. На следующей неделе на сессии ПАСЕ члены Общественной Комиссии представят доклад о событиях в Южной Осетии и презентуют европейским читателям книгу-журнал «Южная Осетия. Хроника заказного убийства».

«Мы считаем, что страны Европы в первые дни грузинской агрессии получили колоссальный объем дезинформации о события в зоне конфликта, — заявила Председатель Общественной Комиссии по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению Ольга Костина. — Сегодня мировое сообщество получило доступ к фото- видеоматериалам, документальным свидетельствам, которые говорят о том, что грузинские солдаты в Южной Осетии фактически осуществляли геноцид осетинского народа. Мы надеемся, что знакомство с книгой позволит европейским парламентариям, простым гражданам понять, что произошло на самом деле».

18 сентября в Варшаве состоялась 2-я международная конференция «Keeping children and young people safe on-line», посвященная интернет безопасности детей и подростков, а также разработке новых методов противостояния кибер- преступности. Организаторами конференции стали Европейская комиссия по информационной безопасности, а так же общественные организации Польши и Германии. «Сопротивление» приняло активное участие в ее работе.
 
Главной целью данного мероприятия стала выработка новых средств по борьбе с преступлениями против детей в глобальной сети и обмен опытом по защите подрастающего поколения в виртуальном пространстве. В качестве гостей на конференции присутствовали представители образовательных систем, общественных организаций, политики и даже предприниматели.

В двухдневной программе конференции состоялись выступления видных общественных деятелей Европы и США. Ежедневные выступления участников были разбиты на несколько секций, посвященных определенной тематике. Гостями конференции поднимались разнообразные вопросы, начиная с обсуждения политики школ в освещении проблем кибер-преступности, и, заканчивая, возможностями оказания помощи пострадавшим от действий Интернет-злоумышленников детям и их родителям.

Россию на этой конференции представляли Региональный общественный центр интернет технологий (РОЦИТ) и правозащитное движение «Сопротивление» по приглашению польской общественной организацией «Nobody’s children foundation».

«Нас приятно удивил теплый прием России на этой конференции и большой интерес к нашей организации западных коллег»  — комментирует глава международного отдела правозащитного движения «Сопротивление» Марина Шепп.  «Мы провели ряд бесед с представителями западных общественных организаций о возможности дальнейшего сотрудничества».

4 сентября правозащитное движение «Сопротивление» проведет совместную открытую фотовыставку «Жертвы» и «Южная Осетия. Раны». Тематическую экспозицию составят социальные плакаты российских и зарубежных авторов, а так же работы фотографов любителей и профессионалов, сделанные в дни трагедии в Южной Осетии 7 — 13 августа 2008 года.

Первыми жертвами агрессии Грузии против Южной Осетии стали мирные жители. Женщины, дети, старики провели мучительные часы и дни между жизнью и смертью в подвалах своих домов. Они хоронили своих близких в собственных огородах, потому что их кладбища сровняли с землей танки грузинской армии. Они не смогли проститься с родными по религиозным канонам, потому что церковь в Цхинвале   разбомбили, а людей, прятавшихся в ней, сожгли солдаты страны, которая считает эту территорию своей и потому вершит на ней преступления против человечности.

Очевидно, что в Цхинвале произошло заказное убийство мирных жителей. Потому что никто, ни из каких принципов территориальной целостности  не имеет права убивать безоружных людей.  Меньше чем за месяц до 1 сентября были убиты дети, взорваны школы. Тысячи людей стали беженцами. Выжившие возвращаются домой. Домой в Южную Осетию, где им заново придется отстроить новые дома и новую жизнь. Это очень трудно.

Жертвам необходимы восстановление справедливости, человеческое участие и тепло. Наши переживания несоизмеримы с их страданиями.

4 сентября правозащитное движение «Сопротивление» проведет открытую фотовыставку на Гоголевском бульваре на стендах в 25 метровой зоне от выхода из станции метро «Кропоткинская». В ходе выставки будут проводиться бесплатные консультации по правовым и психологическим вопросам помощи жертвам семейного насилия, а также раздаваться тематические брошюры и информационная литература профильной тематики.

Правозащитное движение «Сопротивление» благодарит фотографов и дизайнеров из России и стран СНГ, а также организацию «Белое кольцо» (Германия) за предоставленные работы. Мы выражаем искреннюю благодарность Управе района Хамовники и МВМО Хамовники в г. Москве, АНО «Славич» за понимание и помощь.

Время проведения фотовыставки с 12 до 18 часов. Открытие в 14.00.

18 августа психологи правозащитного движения «Сопротивление» вместе со специалистами Психологического Института Российской Академии образования выехали в Ростов-на-Дону для оказания психологической помощи потерпевшим, эвакуированным из зоны военного конфликта в Южной Осетии. Руководитель общественной приемной «Сопротивления» Вергина Хайлова подвела итоги работы психологов за это время.

— Где Вы работали, сколько человек обращалось к вам за помощью?

Вергина Хайлова: Мы работали в пансионате «Красный десант», в пансионате «Ростов» и санатории «Азовское взморье». Работа проводилась с 18 по 28 августа. Что касается пострадавших,  в «Красном десанте» было 312 человек, в «Азовском взморье» — 200 человек. Из 200 человек «Азовского взморья» было где-то 140 детей, притом 50 детей без взрослых.  К счастью не было детей, потерявших родителей, однако некоторые дети не знали о судьбе своих родителей, возможно, что их родители погибли.  В «Красном десанте» из 312 человек было 30 мужчин,  153 женщины и 129 детей. В основном были, конечно, женщины и дети, так как все мужчины — братья, мужья, отцы — остались в Южной Осетии. Те 30 мужчин из «Красного десанта» просто не смогли там остаться по разным причинам, кто-то из-за здоровья, кто-то из-за возраста.  Они очень сильно переживали, их практически насильно вывозили. Последствия грузинской агрессии, по рассказам этих людей, конечно, ужасны. Это разрушенные дома, здания социального значения, промышленные объекты, памятники истории и культуры. Разрушен Югоосетинский университет. Мы общались, с одним из ведущих преподавателей этого университета — она с дрожью в голосе говорила о его уничтожении. «Мы так радовались тому, что сможем начать новый учебный год в отремонтированном здании», — вспоминает она. А теперь она каждый раз вздрагивает, когда вспоминает руины, оставшиеся после грузинской атаки.  Тем не менее, даже в такой ситуации психологам удавалось настроить людей на какие-то позитивные ноты. Это очень сильная нация.

— Скажите, с чем пришлось работать? Чему в первую очередь было необходимо уделить внимание?

— Первое, что было отчетливо видно — это повышенная тревога в людях. В начале, мы обращали внимание на детей, которые бегали вокруг нас, играли. У них наблюдались резкие движения, очень повышенный тонус. Они были резковаты и грубы. Они кричали, были видны резкие переходы из одного состояния с другое. Мальчики могли заплакать, что в данной нации крайне редко. Потом, когда мы начали разговаривать с детьми и взрослыми, узнали, что дети испытывают ночные страхи, кричат по ночам. У многих детей появились логоневрозы, то есть заикания. Отдельно можно выделить категорию подростков — именно они наиболее подвержены психологическим травмам.  Дети помладше, от 4-х до 6-ти лет испытывают страхи, но не такие сильные, поскольку маленький ребенок ориентирован на взрослого. Если взрослые не уверенно себя чувствуют, а взрослые чувствовали себя неуверенно,  то и ребенок будет волноваться. Поэтому взрослым, в первую очередь, надо было работать с саморегуляцией.  Маленькие дети должны видеть перед собой уверенного взрослого, тогда у них все выйдет на более нормализованный уровень. Нам удалось убедить родителей в необходимости упражнений, которые надо делать с ребенком. Ведь во время таких упражнений, успокаивается не только ребенок, но и взрослый.  Поэтому такой тандем приносил наибольшую пользу.

— Насколько были люди готовы получать психологическую помощь и сотрудничать с психологами?

— В первые дня 2 абсолютно не готовы.

— Это, по всей видимости, взрослые?

— Вообще все. У меня большой опыт работы в чрезвычайных ситуациях, и я это точно знала, когда мы только туда ехали. Психолог, приезжающий работать в чрезвычайных ситуациях, никому не нужен. Ни администрации, ни пострадавшим. То есть никто не понимает, кто такой психолог и что он здесь делает. Первый день тратится на взаимодействие и координирование своей работы с администрацией, на проговаривание всех значимых позиций.  Как правило, в первый день администрация, не осознавая, зачем вообще нужны психологи, говорит что-то вроде «Ну начинайте работу, потом разберемся». Но на 4-й — 5-ый день сотрудники сами подходят и просят психологов помочь разобраться в том или ином конфликте. Они начинают понимать, что без психологов им не обойтись. Порой бывает так, что и администрации требуется психологическая поддержка из-за больших объемов напряженной работы.  Мы, конечно, им предлагаем и поддержку и помощь. По крайне мере 2 дня необходимо для появления мыслей у людей о возможности получения психологической помощи. Например, иногда родители запрещали детям рассказывать о случившемся, пытаясь таким образом помочь детям. Но, на самом деле, они ещё больше усугубляли проблему.  Поэтому требовалось дополнительное время, чтобы разъяснить родителям как надо себя вести по отношению к детям.

— Каковы были условия Вашей работы и проживания?

— Администрация сделала все, что было в их силах. Нас разместили вполне комфортно.  Вообще, это старые советские пансионаты, которые находятся в достаточно ветхом состоянии, но, тем не менее, в рамках возможного, условия были очень хорошие. Очень хорошо  к нам относились люди, особенно после недели работы.

— Людей эвакуировали из Южной Осетии и привозили к Вам. Сейчас беженцев столь же массово переправили в места постоянного проживания. Скажите, не травмируют ли эти переезды человеческую психику ещё больше?

— Вообще травма переживается несколькими этапами. Мы как раз работали в период острого травматического состояния. Этот период может длиться до 6 недель. Важно перевести человека на следующий этап.  В самом начале, были случаи, когда люди находились в абсолютно деструктивном, дезорганизованном состоянии. Нашей задачей было перевести это состояние в процесс понимания того,  что произошло. К счастью люди быстро оправились от шока и перешли в фазу агрессии, что, в общем, было тоже сопряжено с рядом проблем. Ведь после того как человек вышел на этот этап, ему нужно отреагировать на поступающие эмоции. Поэтому вся работа психологов была направлена на конструктивный выход этой эмоции. Вся психотерапевтическая техника была направлена на то, чтобы люди всю эту энергию направляли, например, на поднятие города, на возрождение нации. Мы пытались сделать все возможное, чтобы, агрессия выплескивалась частично в позитивном русле. Но даже, несмотря на это, среди 312 человек собралась определенная команда, которая пыталась выплеснуть свою агрессию на местную администрацию. Нам, конечно, пришлось разъяснять, что это — неадекватное состояние и оно свойственно травме. Когда мы прояснили это руководству, то они согласились с тем, что любой человек на их месте повел бы себя именно таким образом. Главное не реагировать так остро на эту агрессию. Тем не менее, агрессия — это очень хороший признак. Люди не застряли на первом этапе, а значит, поддаются психологическому воздействию.

— Как была организована ваша работа? У вас был определенный график или же круглосуточное дежурство?

— Специфика работы психолога в чрезвычайной ситуации в том, что в чрезвычайной ситуации к психологу не поступает запросов, к психологу никто не приходит сам. Повторюсь, когда мы приехали, мы были никому не нужны в принципе. Сначала мы просто ходили, разговаривали с людьми, играли с детьми. То есть мы выступали инициатором контакта с людьми, пытались создать непринужденную обстановку. Графика поначалу не может быть никакого — мы начинали работу в 7 часов утра и заканчивали в 12 ночи. Позже, когда были сформированы группы, то стало возможным составить расписание. После завтрака у нас были малыши, потом дети 10-ти — 12-ти лет, потом группа подростков, вечером с 9 до 11 — взрослые женщины. Остальное время — это индивидуальная работа.

— Каковы итоги вашей работы?

— Люди были, в принципе, далеки от понимания, кто такой психолог. Мы переломили эту позицию. Поэтому необходимо организовать психологическую службу, обучить специалистов. Удивительно, но даже мужчины стали обращаться к психологу.  Каждый хотя бы по разу пришел на консультацию. Ведь каждому мужчине пришлось пережить смерть близких людей. Есть уверенность, что взрослые будут ходить к психологу. Но большее внимание, конечно, следует уделить детям. Детям нужно сопровождение психологов. Необходимо создать службу психологической помощи. У них есть университет. Я думаю, что каким-то образом он все-таки начнет функционировать в другом помещении. Есть преподаватели, с которыми мы разговаривали, которые хотели бы включиться в эту работу, обучаться и восстанавливать детей. Логоневрозы и энурез — это очень серьезно. Последствия пережитого, конечно, будут сказываться всю их жизнь.

Беседовал Алексей Леонов

«Задачу по уничтожению Цхинвала грузинские войска практически выполнили. Город разрушен на 70 процентов. На сегодняшний день насчитывается более 3500 пострадавших», — такое заключение дал генеральный прокурор Южной Осетии Таймураз Хугаев.

— Мы знаем, что Генеральная прокуратура Южной Осетии активно включилась в работу по сбору доказательств преступлений против гражданского населения республики. Появились первые данные о количестве погибших — 1692 человека. На чем основываются эти цифры?

Таймураз Хугаев: Как вам известно, прокуратура республики Южная Осетия вела активную работу по расследованию данного дела уже с 12 августа. Было возбуждено уголовное дело по факту геноцида. Аналогичное дело было возбуждено Следственным Комитетом при Генеральной прокуратуре Российской Федерации, сотрудники которого работали вместе с нами. Мы оказывали содействие российским коллегам, многие следственные действия велись параллельно. Мы собирали сведения о погибших путем опроса населения и глав администраций населенных пунктов. Работа была затруднена тем, что большая часть населения покинула республику. 37 тысяч человек оставили Южную Осетию, это, практически, половина населения. Вследствие этого отсутствовала возможность владеть информацией в полном объеме.

На сегодняшний день, благодаря различным источникам, нами составлен предварительный список погибших, в нем 1692 человека. Но, так как следствие обязано располагать точными цифрами, то параллельно мы продолжаем проводить работу по обнаружению и опознанию наших граждан, убитых во время этой агрессии. Практически все захоронения проводились несанкционированно из-за военных действий, много погибших было вывезено в Российскую Федерацию. Захоронения проводились, в том числе, в разных населенных пунктах Северной Осетии и даже населенных пунктах Южного административного округа России. Сейчас идет работа по установлению мест захоронений. Нами было обнаружено порядка 250 могил на территории Южной Осетии. В связи с этим, был проведен ряд необходимых действий: назначены судебно медицинские экспертизы, совершены перезахоронения с участием родственников. В настоящее время ведется дальнейшая работа. Эта цифра — 1692 человека не окончательна. К счастью, сейчас идет тенденция к уменьшению количества жертв. Буквально вчера выяснилось, что 2 человека из списка погибших, живы. Люди были взяты в заложники грузинской стороной. Благодаря Томасу Хаммарбергу, комиссару совета Европы по правам человека, эти люди нам были переданы  в населенном пункте Каролети Галийского района Грузии.

— По каким статьям Уголовного кодекса возбуждены уголовные дела?

Нами были возбуждены уголовные дела по ст. 105. ч. 2 УК РФ  и по ст. 357 «Геноцид». В виду постоянно растущего количества новых доказательств, увеличивается количество обвинений. Поэтому добавляются такие сопутствующие статьи как «Нанесение тяжких телесных повреждений», «Похищение людей», «Умышленное уничтожение имущества».
 
— Какое количество жителей Цхинвала и Южной Осетии на сегодняшний день находятся в заложниках? Есть ли какие то данные на этот счет?

— Фактически, в заложниках находятся не только те люди, которые были захвачены после 7 августа и вывезены в Грузию, но и также такие жители, в отношении которых предпринимались различные провокации, фабриковались уголовные дела. С этой категорией граждан мы так же работаем. Четырех нам удалось освободить вчера. С грузинской стороны всю инициативу на себя взял председатель комитета по обороне и безопасности  Таргамадзе. Все контакты осуществляются через него.

— Татьяна Локшина из Human Rights Watch заявляла, что в Цхинвале всего 40 трупов. Как вы прокомментируете её высказывания, откуда, на Ваш взгляд, она брала такие цифры?

— Это передергивание фактов. По всей видимости, она обратилась в городской морг. 40 человек — это цифра погибших, которые находились в городском морге. Также на тот момент там было около 257 раненых. Видимо, ей неизвестно, что городская больница тогда функционировала в полуразрушенном состоянии и находилась под постоянным обстрелом. Фактически никто в морг тела не вывозил, их хоронили прямо около дорог. Трупы присыпали землей и ветками, кто-то хоронил родственников даже в огородах. Самое главное на тот момент для людей было хотя бы временно присыпать трупы землей. В первые же дни десятки захоронений обнаружили вдоль дорог, где расстреливали беженцев — это в населенных пунктах Тбет, Зар и вообще вдоль всей объездной дороги. Что касается Локшиной, то мне неизвестно, находился ли в Южной Осетии, вообще, данный человек. К официальным властям она не обращалась, в прокуратуру никаких запросов ни от кого не поступало….

Как сообщает информационный портал Комиссии Общественной палаты РФ по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению Osetinfo.ru, Следственный Комитет при Генпрокуратуре РФ предоставил в распоряжение общественных организаций первые подробные данные о ходе расследования военных преступлений грузинской армии в Южной Осетии в период с 7 по 12 августа. Собранные свидетельства говорят о том, что убийства мирного населения носили массовый характер и могут быть сравнимы с нацистскими преступлениями.

Как установило следствие, в результате нападения грузинской армии погибло 52 военнослужащих российских миротворческих подразделений, 13 пропали без вести и 229 солдат получили ранения разной степени тяжести. В больницы Северной Осетии поступило 755 человек, 5 из которых скончалось.

Следователями проведено более 600 осмотров разрушенных домовладения в Южной Осетии и 12 осмотров местности: расположение миротворческого батальона, огневых позиций грузинских формирований, мест нахождения пораженной бронетанковой и автомобильной техники России и Грузии, изъято более 5000 предметов и документов, являющихся вещественными доказательствами преступных действий грузинских вооруженных формирований.

Как сообщает Osetinfo.ru, собранные показания свидетельствуют о том, что действия грузинских военных были направлены на истребление мирного населения по этническому признаку. Так, потерпевший Гаглоев Вячеслав Сосланович показал, что на его глазах грузинские солдаты сначала расстреляли из винтовки, а затем перерезали горло Гаглоеву Ацамату и Козоеву Нугзару.

По показаниям Гобозова Артема Георгиевича, на его глазах автомобиль ГАЗ-2410 под управлением Ярослава Валиева был подбит и взорвался в результате обстрела Цхинвала системами залпового огня «Град». Погиб Валиев и все пассажиры, находившиеся в автомобиле.

Кабулова Энра Ревазовна свидетельствует, что грузинские солдаты, захватив Цхинвал, открывали огонь по всем жителям, которые были в поле их зрения. На ее глазах были убиты Нулаев, Усоев, Хуриев, Суликов.

Битиева Изольда Георгиевна видела, как один из грузинских танков на ее глазах раздавил женщину.

Сафонова Жанна Шалвовна свидетельствует, о том, что 7 августа 2008 года начался обстрел со стороны села Кехви Республики Грузия. Машину ее знакомой Чочиевой Марины вместе с детьми и сестрой расстреляли грузинские военные на Зарской дороге. Все они погибли. В больницах Цхинвала она видела много убитых мирных жителей. В морге она видела трупы 6 женщин, тела которых были обезображены, отдельные части тела отсутствовали, среди погибших были и дети.

Тасоева Лиина Борисовна рассказала, что автомашину ВАЗ 2106, где сидели женщина с ребенком и несколько мужчин расстреляли. Она видела, как четверо человек, видимо, целая семья, остановилась около БМП, думая, что это российские войска, к ним вышли грузинские военные и расстреляли их.

По показаниям Биченовой Людмилы Руслановны, в селе Дменис грузинские войска разровняли с землей старую церковь, в которой прятались люди. В самом Цхинвале грузинские военные  расстреляли автомашину, в которой находилась семья — отец, мать и двое детей, после чего еще живых людей облили бензином и подожгли.

По материалам Osetinfo.ru 

полный текст материала

Вчера в здании Общественной палаты (ОП) РФ состоялась рабочая встреча членов общественных комиссий по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению и по организации помощи российским военнослужащим, пострадавшим в результате осуществления миротворческой миссии в Южной Осетии.

В начале встречи был продемонстрирован видеоматериал, снятый членами общественных комиссий во время визита в точку конфликта. В кадре — военный госпиталь. Из старых уазиков выгружают носилки с ранеными, медицинские сотрудники оформляют документы на коленях. Лагерь беженцев около Алагира: рукописные списки беженцев, огромные палатки, кровати стоят впритык, вместо пола — сено и земля. Туалет — несколько ям на самой границе лагеря беженцев. Более всего впечатляют и пугают кадры, снятые в Цхинвале. Кажется, что город неживой, везде разрушенные и сожженные здания, кровь на улице.

— Мы были в Цхинвале 13, 14 и 15 августа, — рассказывает учредитель и председатель Правления межрегиональной правозащитной общественной организации «Сопротивление» Ольга Костина. — Гуманитарную помощь доставили в город рано утром 15 августа. А до этого люди сидели по подвалам, у них не было ничего — ни связи, ни воды, ни еды. В городе лежали мертвые люди и животные. У людей не осталось слез, настолько они были перепуганы.

Директор Московского бюро по правам человека Александр Брод с ужасом вспоминал о том, что пережили люди под градом бомб: «Мужчина ехал на машине с ребенком, остановился на перекрестке, и тут же по машине выстрелил танк. Грузинские солдаты кидали гранаты в подвалы, взламывали двери и прямо на дверях писали списки жильцов. Грузинские снайперы стреляли в мирных людей, которые утром 8-го числа выходили на улицы города».

— Мы собираемся издать книгу памяти, состоящую из свидетельств, — говорит Александр Брод. — Никто не должен быть забыт.

— В настоящее время связь налажена. Беженцы настроены возвращаться в свои дома, — говорит заместитель председателя Федерации независимых профсоюзов России Олег Нетеребский.

Отдельная часть обсуждения была посвящена дезинформации и неверному отображению случившегося в зарубежных СМИ. Один из примеров: в западных СМИ говорилось, что в Цхинвале погибло 40 человек. На самом деле ситуация куда катастрофичнее — в городе погибло 2000 мирных граждан. По мнению участников, с передачей ложной информации можно бороться лишь с помощью абсолютной объективности и открытости.

— Нужно собрать списки погибших и показать их мировому сообществу, — заявляет председатель Комиссии ОП РФ по здравоохранению, президент Международного благотворительного общественного фонда помощи детям при катастрофах и войнах, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии Леонид Рошаль. — Есть вещи, которые тревожат меня как врача: безобразное состояние военного госпиталя, отправка медицинских средств в регион в авральном порядке.

Однако Леонид Рошаль считает, что, несмотря ни на что, с гуманитарными проблемами справиться удастся.

Ольга Костина сообщает, что в понедельник будет открыт сайт, где будет собираться информация о погибших, в тот же день будут объявлены и телефоны.

Уже сегодня общественные комиссии вновь отправятся в Южную Осетию, чтобы оказывать дальнейшую помощь. Совместная работа с министерствами, отечественными и зарубежными общественными организациями будет продолжаться.

Андрей Лебедев, «Российская газета» — Федеральный выпуск №4733 от 21 августа 2008 г.

Вторую половину прошедшей недели член Общественной палаты, лидер правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина и сотрудники движения активно работали в Северной и Южной Осетии, Ростовской области и Краснодарском крае. Усилия правозащитников были направлены на изучение и оценку ситуации, сложившейся в зоне ответственности российских миротворцев и в лагерях беженцев. Общественные деятели намерены создать Центр гражданской солидарности по оказанию психологической, юридической и гуманитарной помощи гражданам Южной Осетии.

Алагир

13 августа член комиссии Общественной палаты РФ по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению Ольга Костина в составе группы правозащитников прилетела во Владикавказ. В первый же день работы в Северной Осетии лидер правозащитного движения выехала в лагерь южно-осетинских беженцев в Алагире.

Масштабы катастрофы ужасают и удручают. Палаточный лагерь, развернутый МЧС РФ вместил более 800 человек, среди которых около 300 детей. Пострадавших доставляли из обстреливаемого и горящего Цхинвала практически в тапочках и нижнем белье. Сотрудники МЧС постарались максимально полно оказать беженцам все виды помощи, в том числе медицинскую и психологическую. Очевидно, что государственным структурам самостоятельно справиться с проблемой будет крайне сложно. «Общественная палата РФ намерена изучить и дать оценку ситуации по оказанию помощи жителям Южной Осетии, бежавшим от геноцида, а так же координировать действия общественных структур, оказывающих гуманитарную и психологическую помощь, — заявила Ольга Костина. — Необходимо организовать штаб, который наладит взаимодействие между регионами, где есть беженцы».

Эмоциональное и физическое состояние людей, переживших артиллерийские и минометные обстрелы Цхинвала, крайне подавленное. Практически у каждого человека жертвами грузинской агрессии стали родные, знакомые, друзья. Многие не знают о судьбе своих близких — с оставшимися в городе нет связи. В регионах, куда вывезли значительную часть людей, порой трудно найти информацию о местах расселений. «Безусловно, одна из первоочередных задач — это оказание беженцам комплексной, в то же время адресной помощи, — отметила Ольга Костина. — Пострадавших должны сопровождать профессиональные психологи. Это крайне важно, поскольку с людьми начали работать следователи СК при Генпрокуратуре РФ. Сбор свидетельских показаний не должен превратиться в еще одну пытку».

Для координации работы общественных структур, изучения гуманитарных и социальных потребностей беженцев в четверг во Владикавказ прибыли сотрудники правозащитного движения «Сопротивление». Исполнительные директор организации Ильмира Маликова посетила временный лагерь, а так же места компактного расселения беженцев в городском интернате Алагира и пансионате «Алагир». Как отметили пострадавшие, с питанием и медицинской помощь все нормально, однако, зачастую не хватает самых простых вещей: предметов личной гигиены, одежды, обуви, красок и альбомов для детского творчества. Подобные вопросы невозможно решить централизованно. Здесь крайне необходима помощь общественных организаций. Между тем, как отметила Ильмира Маликова, «некоторые руководители в местах расселения пострадавших, отказываются от помощи, заявляя, что беженцы обеспечены всем необходимым». «Это откровенно удивляет! — признается Ильмира Маликова. — Психологи МЧС выполняют колоссальный объем работы. В этой ситуации им крайне необходима помощь коллег. Беженцы, отправляемые в другие регионы, нуждаются в сопровождающих психологах, поскольку уже возникали конфликтные ситуации в дороге. Эмоциональное состояние людей понятно, а вот позиция отдельных руководителей, не готовых к общественному сотрудничеству, нет!»

Цхинвал

Геноцид народов Южной Осетии в полной степени смогли оценить члены Общественной палаты РФ Ольга Костина, директор Московского бюро по правам человека Александр Брод и представитель Общественной комиссии по организации помощи российским военнослужащим, пострадавшим в результате осуществления миротворческой миссии в Южной Осетии Сергей Абакумов, посетившие 14 августа разрушенный Цхинвал.

Город стерт с лица земли. Уцелевшие и оставшиеся в городе люди хоронят своих близких. Социальная инфраструктура столицы Южной Осетии практически полностью уничтожена, поскольку грузинские войска обстреливали больницы, школы, объекты ЖКХ. Взорван городской водопровод.

«Город разрушен в духовном и моральном смысле, — отметила Ольга Костина. —  У людей нет ни света, ни воды, ни газа, ни питья, ни информации, ни телефонной связи. Пусть нас не удивляет, что некоторые люди не хотят слышать слово «геноцид». Есть политики, которые холокост до сих пор не признают. Однако, слово «геноцид» не может передать трагедии случившегося. Это не геноцид. Это какое-то пещерное варварство».

Ольга Костина провела ряд встреч с руководством Южной Осетии, в частности, с председателем Правительства Борисом Чочиевым. Распределение гуманитарной помощи, поступающей со всей России и из-за рубежа — процесс, который общественные организации могли бы взять под свой контроль. Это в полной мере относится и к оказанию комплексной помощи пострадавшим. По признанию Бориса Чочиева, общественные волонтеры могли бы взять на себя подобные функции, поскольку жители Цхинвала растеряны и вынуждены решать самые экстренные проблемы.

Владикавказ

Инициативы по созданию Координационного центра гражданской солидарности с жертвами военных преступлений в Южной Осетии нашли поддержку на встрече с лидерами общественных организаций Северной Осетии. 15 августа на базе Общественной палаты РСО-Алания московские коллеги встретились с представителями 15 местных организаций и обсудили возможность создания подобной структуры. 

«У нас есть целый ряд задач, которые мы не можем решить без помощи общественных организаций, — открывая заседание, заявила Ольга Костина. —  Первая — это оказание помощи пострадавшим. Конечно, уже заработала государственная машина, но как показывает практика, если не включается гражданское общество, то происходят перегибы и несправедливость. Традиционно для оказания гуманитарной помощи в Россию приезжают зарубежные службы. Мне кажется, в данной ситуации нам крайне важно опираться на свои силы. Нам под силу сформировать свой центр гражданской помощи. Самое ужасное, что помимо гибели родных и близких, потери крова, это то, что у людей нет никакой информации. Необходимо решать и эти вопросы… Мы так же намерены открыть Интернет-портал, который бы занимался информационной поддержкой жертв, мониторингом ситуации, а так же будем составлять книгу памяти того, что здесь произошло. Здесь должна быть только прямая речь. И это не вопрос политики».

«Заявления некоторых международных правозащитных организаций о том, что в ситуации с уничтожением южно-осетинского народа все нормально, вызывает у нас откровенное непонимание, — поддержал Ольгу Костину Александр Брод. —  Мы заинтересованы в создании в Северной Осетии центра гражданской солидарности, который бы взаимодействовал с органами местной власти по оказанию помощи беженцам. Этот центр должен вести регулярный мониторинг, во-первых, потребностей пострадавших, которые находятся в Южной Осетии, какие проблемы и сложности испытывают люди, как они оценивают эффективность работы органов власти».

Представители общественности Северной Осетии считают, что поступающая со всей России в регион гуманитарная помощь должна оказываться адресно. Трагедия Беслана показала, что нередко гуманитарная и финансовая помощь уходила в сторону. «Если люди будут участвовать в восстановлении своего очага — это и будет гражданским обществом!» — заявил председатель Общественной палаты РСО-Алания Руслан Костоев.

P.S. Представители Общественной палаты РФ и дальше продолжат работу в регионе. Уже на этой недели лидер «Сопротивления» Ольга Костина вновь посетит Владикавказ для оценки проделанной работы по оказанию помощи беженцам.